Комментарии Баркли на евангелие от Марка 6 глава

БЕЗ ЧЕСТИ В СВОЕМ ОТЕЧЕСТВЕ (Мар. 6,1-6)

Возвращаясь в Назарет, Иисус подвергал Себя очень строгому испытанию. Он возвращался в родной город. Нет более строгих критиков у человека, нежели люди, знавшие его с детства. Он не предполагал сделать визит кратким, лишь для посещения Своего родного дома и Своих родственников; с Ним пришли Его ученики, то есть Он пришел как раввин, как учитель. Раввины ходили по стране в сопровождении небольшого кружка учеников, и вот Иисус тоже пришел как учитель со Своими учениками.

Он пошел в синагогу и учил. Но Его учение было встречено не с удивлением, а с некоторым презрением. Люди были оскорблены, шокированы тем, что человек, с таким происхождением и с таким прошлым может говорить так, как говорит Он. Близкое знакомство породило презрение. Были две причины, почему они отказывались слушать Его.

Они говорили: "Не плотник ли Он?" В греческом оригинале плотник – тектон. Слово тектон означает работника по дереву, не только столяра, а мастера и ремесленника вообще. Согласно Гомеру тектон строил суда, дома и храмы. В старые времена, да еще и сегодня в некоторых местах, в небольших городах и деревнях можно найти людей, которые строят все – от клетки для птиц до дома. Они могут воздвигнуть стену, починить крышу, ворота – мастера на все руки, которые с немногими или с простейшими инструментами могут приложить свою руку к любому делу. Вот Кем был Иисус, но дело в том, что жители Назарета презирали Иисуса потому, что Он был рабочим человеком. Иисус был простым человеком из народа, неспециалистом в богословии, и потому они презирали Его.

Уильям Крукс был одним из крупных руководителей рабочего движения Англии. Он родился в очень бедной семье и часто видел свою мать плачущей, потому что она не знала, чем накормить свою семью. Крукс начал работать в кузнице, стал прекрасным мастером и одним из храбрейших и честнейших людей вообще. Он стал заниматься политикой и стал первым лейбористским мэром лондонского пригорода. Были тогда и такие люди, которые почувствовали себя обиженными, когда Уильям Крукс стал мэром. Однажды одна дама заявила на людях с превеликим отвращением: "Они сделали этого простого парня Крукса мэром, а он ничем не лучше простого рабочего". А один человек в толпе – сам Уильям Крукс – повернулся к ней и, сняв шляпу, сказал: "Совершенно верно, мадам, я ничем не лучше простого рабочего".

Жители Назарета презирали Иисуса потому, что Он был рабочим человеком. Для нас же в этом Его слава, потому что это значит: Бог, когда Он пришел на землю, не претендовал на особое положение. Он принял на себя самую обычную жизнь с самыми обычными задачами. Случайности происхождения, богатства, родословной не имеют никакого отношения к подлинной человечности. Как писал английский поэт Александр Поп:

Достоинство делает человека человеком,
а его отсутствие – хамом.
А внешность – это лишь кожа и ткань.

А Роберт Бернс писал так:

Король лакея своего
Назначит генералом,
Но он не может никого,
Назначить честным малым.
При всем при том,
Награды, лесть и прочее
Не заменяют ум и честь
И все такое прочее.

Мы всегда должны остерегаться искушения судить о человеке по внешности и одежде, а не по природному достоинству.

2. Они говорили: "Разве это не сын Марии? Разве мы не знаем Его братьев и сестер?" Тот факт, что они называли Иисуса сыном Марии указывает на то, что к этому времени Иосиф, должно быть, умер. И здесь ключ к одной из загадок в жизни Иисуса. Иисусу было всего тридцать три года, когда Он умер, но Он покинул Назарет лишь когда Ему было тридцать (Лук. 3, 23). Почему Он так долго ждал? Почему Он так задержался в Назарете, когда весь мир ждал спасения? Причина была в том, что Иосиф умер молодым, и Иисус принял на Себя заботу и обеспечение матери, братьев и сестер, и ушел лишь, когда они стали достаточно большими, чтобы заботиться о себе. Он был верен в малом, и потому Бог доверил Ему сделать многое.

Но жители Назарета презирали Его, потому что они знали Его семью. Томас Кемпбелл был довольно крупным поэтом, а отец его вообще не понимал поэзии. Когда вышла первая книга Кемпбелла, с его именем, он послал одну книгу отцу. Старик взял книгу и посмотрел на нее, собственно на обложку, а не на содержание. "Кто бы мог подумать, – сказал он с удивлением, – что наш Том может сделать такую книгу?" Иногда близкое знакомство, выливается не в уважение, а крайнюю фамильярность. Иногда мы не замечаем величия людей именно потому, что стали очень близко к ним. И следствие всего этого Иисус не мог сделать в Назарете ничего знаменитого. Атмосфера в Назарете была неподходящей, а некоторые вещи можно делать лишь в хорошей атмосфере.

1. Человека нельзя исцелить, если Он не хочет лечиться. Марго Асквит рассказывает о смерти Невиля Чемберлена, английского министра и премьер министра. Марго Асквит говорила с доктором Невиля Чемберлена, лордом Хордером. "Вы не очень-то хороший доктор, – сказала Марго Асквит, – ведь Невиль Чемберлен был лишь на несколько лет старше Уинстона Черчиля, и, надо сказать, это был сильный человек. А вы любили его?" "Я очень любил его, – ответил доктор. Мне нравятся люди, которые не вызывают симпатии, потому что я видел чересчур много симпатичных. Чемберлен страдал от скромности. Он не хотел жить, а когда человек говорит это, его не может спасти никакой доктор". Можно назвать то верой, можно назвать это волей к жизни, но без этого никто не может выжить.

2. В такой неподходящей атмосфере нельзя проповедовать. Наши церкви были бы совершенно иными, если бы прихожане помнили, что больше половины успеха проповеди зависит от них. В атмосфере ожидания даже незначительные усилия могут зажечь публику. В атмосфере холодного критиканства или вежливого безразличия даже необычайно вдохновляющие высказывания могут пропасть.

3. В плохой атмосфере не могут процветать миролюбивые отношения. Люди, собравшиеся для того, чтобы ненавидеть, будут ненавидеть; если они отказываются понимать, они будут понимать неправильно. Если они собрались, чтобы понимать лишь свою точку зрения, они не будут понимать других. Если же люди собрались, потому что они любят Христа и стараются понимать друг друга, то в Нем могут сойтись даже очень далеко стоящие друг от друга люди.

На нас лежит огромная ответственность, потому что мы можем содействовать работе Иисуса Христа, но можем и помешать ей. Мы можем широко открыть Ему дверь, но можем и захлопнуть ее перед Ним.

ВЕСТНИКИ ЦАРЯ (Мар. 6,7-11)

Мы лучше поймем весь подтекст этого отрывка, если сначала познакомимся с тем, как одевался палестинский иудей во время Иисуса. Одежда состояла из пяти частей.

1. Нижнее белье хитон было похоже на длинную рубашку. Сидон или туника был сделан из длинного куска материи, сложенного и прошитого с одной стороны; оно почти доходило до пят. В верхних углах прорезали отверстия для рук. Эту одежду обычно продавали, даже не прорезав отверстия для головы: это служило доказательством того, что рубашка новая, и покупатель сам мог выбрать форму выреза. К тому же форма выреза была различной для мужчин и женщин: у женщин он был ниже, так чтобы она грудью могла кормить ребенка. В самом простом виде это нижнее белье представляло собой простой мешок с прорезанными по углам отверстиями. Более совершенные модели имели длинные, плотно прилегающие рукава, иногда такая рубашка была спереди открыта и застегивалась наподобие рясы.

2. Верхняя одежда – мантия – была плащом днем и одеялом ночью; она представляла собой кусок материи размером 2 метра в ширину и 1 – 3 м в высоту со складками глубиной 45 см с каждой стороны приблизительно. В верхнем углу каждой складки были прорезаны отверстия для рук. Вся мантия представляла почти квадрат. Обычно такую мантию делали из двух сшитых вместе кусков материи длиной 2 м и шириной около 75 см. Шов проходил сверху вниз по спине. Но особенно хорошие мантии выполняли из одного куска материи; такой кстати, была мантия Иисуса (Иоан. 19, 22). Мантия была главным предметом одежды.

3. Пояс. Его носили поверх уже названных предметов одежды. Подол рубашки или туники можно было подоткнуть под пояс, чтобы было удобнее работать или бежать. Иногда тунику подтыкали под пояс сверху: в образовавшейся пазухе можно было нести сверток или пакет. Пояс был часто двойным – на 45 см с каждого конца. Эта двойная часть образовывала карман, в котором носили деньги.

4. В качестве головного убора использовался кусок хлопчатобумажной или полотняной материи, чуть меньше одного квадратного метра. Он мог быть белым, голубым или черным, а иногда и из цветного шелка. Его складывали по диагонали, как головные платки, и накрывали голову – затылок, скулы и глаза – от жары солнца. Он удерживался на голове лентой из легко растягивающейся шерстяной ткани.

5. Обувью служили сандалии. Это были подошвы из кожи, дерева или плетеной травы; они были снабжены по краям петлями, через которые пропускали ремень для удерживания их на ногах.

Сума может означать:

а) Обычную походную сумку путешественника. Ее делали из шкуры козленка. Шкуру с козленка часто снимали целиком, не разрезая, так что она сохраняла первоначальную форму животного: голову, ноги, хвост. С каждой стороны такая сумка имела по ремню и ее носили перекинув через плечо. В такой сумке пастухи, странники, путешественники носили хлеб, сушенный виноград, оливы и сыр – запас на несколько дней.

б) Но может быть и нечто совсем иное. В греческом тексте употреблено слово пера, а оно может означать суму для сбора подаяний. Священники и набожные люди часто выходили с такими сумками для сборов пожертвований для своих храмов и богов. Их звали "благочестивые грабители, добыча которых от деревни к деревне увеличивается". Сохранилась надпись, в которой человек, называющий себя рабом сирийской богини, сообщает, что он из семидесяти странствий каждый раз приносил своей богине полный мешок. Если в тексте заложено первое значение, то Иисус велел Своим ученикам не брать с собой в дорогу припасов, указав, что они во всем должны полагаться на Бога. Если же в тексте заложено второе значение, то Он сказал им, чтобы они не были похожими на хищных священников. Они должны давать, а не брать.

Здесь нужно отметить две мысли.

1. Закон раввинов требовал, чтобы человек, входящий в Иерусалимский храм, откладывал свой посох, обувь и пояс с деньгами. Входя в священное место, следовало откладывать в сторону все будничные вещи. Вполне может быть, что Иисус думал именно об этом, и хотел этим сказать Своим ученикам, что каждый скромный дом, в который они войдут, настолько же свят, как и дворы храма.

2. На гостеприимство на востоке смотрели как на священный долг. Странник, вошедший в деревню, не должен был искать гостеприимства – деревня должна была предложить ему свое гостеприимство. Иисус сказал Своим ученикам, что если в гостеприимстве им будет отказано, и, если люди закроют пред ним свои двери и уши, они должны покинуть это место и стряхнуть его прах со своих ног. Закон раввинов гласил, что в языческих странах даже прах осквернен, и потому человек, возвращающийся домой в Палестину, должен был отряхнуть с себя мельчайшую частицу пыли нечистой страны. Этим жестом иудеи еще раз образно и формально показывали, что иудей не может иметь ничего общего даже с пылью и прахом языческой страны. Иисус как бы говорил: "Если они откажутся слушать вас, вы можете поступить с ними так же, как поступает ортодоксальный иудей по отношению к дому язычника. У вас не может быть с ними ничего общего".

Таким образом, мы видим, что ученик Христа должен отличаться крайней простотой, совершенной верой и щедростью; быть всегда готовым давать, а не брать.

ПОСЛАНИЕ И МИЛОСТЬ ЦАРЯ (Мар. 6,12.13)

Здесь дан краткий отчет о работе, проделанной двенадцатью, когда их послал Иисус.

1. Они приносили людям послание Иисуса. В оригинальном тексте употреблено слово, означающее сообщение, посланное с вестником. Апостолы, отправлявшись говорить с людьми, не создавали сами никакого сообщения, они лишь несли весть, они передавали людям то, что Иисус сказал им. Они принесли не свое мнение, а правду Божию. Известие, которое приносили пророки, всегда начиналось словами: "Сие говорит Господь!" Человек, который приносит важное известие людям, должен сначала получить его от Бога.

2. Они принесли людям царскую весть, и она звучала так: "Покайтесь". Совершенно очевидно, что это было не очень приятное известие. Покаяться, значит изменить свой образ мыслей, а потом привести свои действия в соответствии с этим новым образом мыслей. Покаяться – значит измениться в сердце своем и изменить поступки свои. Раскаяние обязательно вызывает страдание, потому что оно связано с горьким сознанием факта, что мы шли в жизни неверным путем. Оно обязательно нарушает покой, потому что с ним связана радикальная перемена в жизни.

Именно потому так мало людей раскаивается. Большинство не желает нарушать свой покой. Леди Аквит говорила о людях "которые сами не знают, для чего они живут". Сколько людей живет так, ненавидя всякую активную деятельность. Жизнь для них – "земля, где никогда не заходит солнце". Какой-нибудь активный, живой грешник – головорез, разрушающий свою жизнь в стремлении достичь своей цели зачастую более привлекателен, чем такие пессимистические непонятные, слоняющиеся без конкретного дела и плывущие без всякой цели и без какого-либо направления в жизни бесхребетные люди, небокоптители.

В книге Г. Сенкевича "Камо грядеши?" есть интересное место. Молодой римлянин Виниций влюбился в девушку-христианку. Она же не хочет знать его, потому что он не христианин. Он идет за ней на ночное собрание небольшой группы христиан и там, неузнанный никем, слушает богослужение. Он слышит проповедь апостола Петра, и с ним происходит что-то необыкновенное. "Он почуствовал, что если бы он захотел последовать этому учению, ему пришлось бы сжечь на костре все свои прежние мысли, привычки, характер, все свое существо, и наполнить свою жизнь совершенно новым содержанием". Вот это и есть раскаяние. Ну, а что с человеком, у которого лишь одно желание – чтобы его оставили в покое? Ведь обратиться может не только грабитель, вор, убийца, человек, нарушающий супружескую верность. Обратиться можно и от жизни абсолютно эгоистической, неосмотрительной, от жизни, центром которой является сам человек, к жизни, в центре которой стоит Бог, а такое обращение тоже причиняет страдание.

В романе Виктора Гюго "Отверженные" есть такое высказывание епископа: "Я всегда беспокоил некоторых из них, потому что через меня до них доходили струи воздуха снаружи; мое присутствие доставляло им чувство, будто оставили открытой дверь, и они оказались на сквозняке". Раскаяние – это не сентиментальное чувство сожаления; нет, раскаяние оказывает революционное воздействие, и потому люди боятся его.

3. Они принесли людям милосердие царское и царское прощение. Они принесли людям не только Его грозное требование, они принесли им также помощь и исцеление. Они принесли освобождение бедным, одержимым бесами мужчинам и женщинам. Христианство с самого начала стремилось не только к спасению души, но и к спасению всего человека. Христианство протянуло людям руку, чтобы спасти их не только от моральной гибели, но и для облегчения их физических страданий. Очень примечательно, что апостолы помазывали людей маслом. В древнем мире на масло смотрели как на лекарство от всех болезней. Великий греческий врач Гален сказал:

"Масло – лучшее из всех средств для лечения больного тела". В руках слуг Христовых старые средства обрели новую силу. Как это ни странно, но они использовали ограниченные средства и знания своего времени, но Дух Христов придал исцелителям новую силу, а старым средствам – новые качества; сила Божия стала доступной в обычных вещах и служила вере людей.

Таким образом, двенадцать апостолов принесли людям послание и прощение Царя, и в этом заключается задача Церкви поныне и всегда.

ТРИ СУЖДЕНИЯ ОБ ИИСУСЕ (Мар. 6,14.15)

К этому времени слухи об Иисусе распространились по всей стране. Известие о Нем дошло до царя Ирода. Вполне возможно, что Ирод услышал об Иисусе только теперь потому, что его официальная резиденция в Галилее находилась в Тивериаде, полуязыческом городе, но, насколько нам известно, Иисус никогда не был там. Деятельность двенадцати разнесла славу об Иисусе по всей Галилее, так что имя Его было у всех на устах. В этом отрывке до нас дошли три мнения об Иисусе.

1. Суждение человека с нечистой совестью. Ирод был повинен в смерти Иоанна Крестителя, потому что он одобрил его казнь. Человеку, совершившему зло, весь мир становится врагом. В своем подсознании, да и в мыслях своих, человек не абсолютный господин, и потому, когда он задумывается, мысли его возвращаются к совершенному им злу. Человек не может бежать от себя и когда его внутреннее "я" обвиняет, жизнь становится невыносимой. Он и внешне живет в страхе, что его изобличат и в один прекрасный день он станет жертвой своих злодеяний.

Как-то из тюрьмы сбежал заключенный. Через двое суток его поймали снова, голодного, холодного и изможденного; он сказал, что не было смысла бежать. "У меня не было спокойной минуты, – сказал он. – Все время преследуем, я не имел надежды ускользнуть от преследователей. Не было времени поесть или поспать." Преследуемый – вот слово, которым определяется жизнь человека, совершившего злодеяние. Услышав об Иисусе, Ирод Антипа прежде всего подумал, что это пришел убитый им Иоанн Креститель, чтобы отомстить ему. И потому, что жизнь грешника есть жизнь преследуемого, цена которую приходится платить за грех, всегда выше, чем полученное.

2. Приведено суждение националиста. Некоторые иудеи считали Иисуса вновь пришедшим Илией. Иудеи ждали прихода Мессии. О Мессии было много разных идей, но самой распространенной была идея о победоносном царе, который сначала возвратит иудеям их свободу, а потом поведет их в победный поход по всему миру. Неотъемлемой частью этой идеи было представление о том, что перед приходом Мессии на землю вновь придет, в качестве Его вестника и предтечи, величайший из пророков Илия. И до сегодняшнего дня иудеи оставляют во время празднования Пасхи за столом свободный стул, который называется стулом Илии, и ставят перед ним стакан вина, а в ходе службы раскрывают широко дверь, чтобы Илия мог войти и принести столь долгожданную весть о том, что Мессия пришел. Вот это суждение об Иисусе человека, желавшего видеть в Иисусе осуществление своих собственных целей. Он думает об Иисусе не как о Том, Кому он должен покориться и Кому он должен повиноваться, а о том, кого он может использовать в своих целях. Такие люди больше ратуют за свои честолюбивые замыслы, чем за волю Божию.

3. И здесь же суждение человека, который хочет слышать глас Божий. Были и такие иудеи, которые видели в Иисусе пророка. Иудеи понимали, что вот уже в течении трехсот лет не было слышно голоса пророков, и это очень волновало их. Иудеи слышали доводы раввинов и диспуты по проблемам закона; они слушали проповеди по вопросам морали в синагоге, но уже в течении трех долгих столетий они не слышали голоса, возвещавшего: "Сие говорит Бог". В те дни иудеи прислушивались к подлинному голосу Божьему и в Иисусе они слышали голос Божий. Иисус, был не просто пророком: Он принес людям не только глас Божий, но также и силу, и жизнь Божью. Но, видевшие в Иисусе пророка были, по крайней мере, ближе к истине, чем мучимый угрызеньями совести Ирод и ждавшие своего часа националисты. Кроме того, люди, видевшие в Иисусе пророка, могли и способны были пойти еще дальше и увидеть в Нем Сына Божия.

МЕСТЬ ЗЛОЙ ЖЕНЩИНЫ (Мар. 6,16-29)

Эта история – ужасная драма. Посмотрим сначала на сцену, где произошла эта история: крепость Махерон, построенная на отдельно стоящей скале, окруженной ущельями, и возвышавшейся над восточным берегом Мертвого моря. Это была одна из самых уединенных и недоступных крепостей в мире. Казематы и подземные камеры сохранились до сегодняшнего дня и путешественник может видеть железные скобы и крючья в стене, к которым, должно быть, был прикован Иоанн Креститель. И вот в этой мрачной и одинокой крепости прошли последние дни жизни Иоанна.

Обратим внимание на действующих лиц драмы. Брачные связи семьи Ирода запутаны и невероятны, а их внутренние взаимоотношения столь сложны, что их почти невозможно точно установить. Когда родился Иисус, царствовал Ирод Великий. Это он нес ответственность за убиение младенцев в Вифлееме (Мат. 2, 16-18). Ирод Великий был много раз женат. К концу своей жизни он стал безумно подозрительным и убивал одного за другим членов своей семьи, так что даже возникла иудейская пословица; "Лучше быть свиньей Ирода, чем его сыном". Первой женой Ирода была Дорида, от которой у него был сын Антипатр, которого он убил. После этого Ирод женился на Мариамне, от которой у него было два сына Александр и Аристовул (Аристовула Ирод тоже убил). Иродиада, главная злодейка в этой истории, была дочерью этого Аристовула. Потом Ирод Великий женился на дочери Соломона Мариамн, от которой у него был сын Ирод Филипп. Ирод Филипп женился на Иродиаде, дочери своего сводного брата Аристовула, то есть на своей племяннице. От Иродиады у Ирода Филиппа была дочь Саломия – это она танцевала перед Иродом Антипой, четвертовластником Галилеи. Потом Ирод женился на Мальфаке, от которой у него было два сына – Архелай и Ирод Антипа, который и есть тот Ирод в рассматриваемом нами отрывке. Ирод Филипп, первый муж Иродиады и отец Саломии, не унаследовал ничего из областей Ирода Великого и жил Риме, где его и посетил Ирод Антипа. Он соблазнил там Иродиаду и убедил ее оставить своего мужа Ирода Филиппа и выйти за него. Обратите внимание, кем была Иродиада:

а) она была дочерью Аристовула, сводного брата Ирода Антипы, то есть его племянницей, и

б) женой Ирода Филиппа, другого сводного брата Ирода Антипы и, следовательно, его невесткой. Ирод Антипа был сначала женат на дочери царя Ареты из арабской страны Набатии. После происшедшего она убежала к своему отцу, который вторгся в земли Ирода Антипы, чтобы отомстить за честь дочери, и нанес ему тяжелое поражение. К этой ужасной картине можно добавить еще один такой штрих: Ирод Великий женился еще на Клеопатре Иерусалимской, и от этого брака у него был сын Филипп Тетрарх, который впоследствии женился на Саломии, бывшей в одно и то же время:

а) дочерью Ирода Филиппа, его сводного брата и

б) дочерью Иродиады, приходившейся дочерью Аристовулу, его другому сводному брату. Таким образом, Саломия приходилась Филиппу Тетрарху одновременно и племянницей и внучатой племянницей. Это лучше представить в форме таблицы, тогда будет удобнее проследить (см. следующую страницу). В истории редко имеют место такие сложные и запутанные брачные отношения, как в семье Ирода Великого. Женившись на своей невестке, жене своего брата. Ирод Антипа нарушил иудейский закон (Лев. 18, 16; 20, 21) и преступил все нормы приличия и морали.

Из-за этого прелюбодейного брака, потому что Ирод Антипа сознательно соблазнил жену своего брата, Иоанн Креститель укорял его. Нужно было быть смелым человеком, чтобы упрекнуть восточного деспота, имевшего власть над жизнью и смертью своих подданных. Смелость Иоанна Крестителя, с которой он порицал порок везде, где видел его, отмечена в англиканской в молитве, посвященной дню Иоанна Крестителя.

"Всемогущий Бог, Чьим провидением Твой раб, Иоанн Креститель, был чудесным образом рожден и был послан подготовить путь Твоему Сыну, нашему Спасителю, проповедью покаяния. Дай нам так следовать его учению и святой жизни, чтобы мы могли воистину раскаяться, как он проповедовал; и, по его примеру, всегда говорить правду, смело порицать зло и порок и терпеливо страдать за правду".

Несмотря на порицания Иоанна Крестителя, Ирод все же боялся и уважал его, потому как искренность и добродетель Иоанна были столь очевидны. Но не такой была Иродиада: она была непримиримо враждебна к Иоанну и твердо решила убрать его с дороги. Она воспользовалась моментом на пиру в честь дня рождения Ирода, на котором присутствовали придворные и военачальники. На пиру танцевала дочь Иродиады Саломия. В те времена даже в таких обществах танцы соло представляли отвратительную и безнравственную пантомиму. Трудно поверить, что принцесса царской крови стала выставлять себя на показ и унижать себя. Такие танцы были ремеслом профессиональных проституток. Уже сам факт, что она исполнила такой танец – зловещий штрих в характере Саломии и ее матери, позволившей и побудившей ее к этому. Но Ирод был очень доволен и предложил Саломии любое вознаграждение. Иродиада не преминула воспользоваться возможностью, которую она так долго искала и ждала, и, потворствуя ее злобе, Ирод приказал казнить Иоанна.

Образ каждого действующего героя может нас чему-то научить.

1. Ирод показан здесь во всей красе,

а) Это был очень странный человек. Он одновременно и боялся Иоанна, и уважал его. Ирод боялся слов Иоанна и в то же время наслаждался, слушая его. В мире нет более странных в своем поведении и восприятии существ, чем человеческие существа. Отличительной чертой человека является то, что в нем сочетаются разнородные и даже противоположные мысли и чувства. В "Лондонском дневнике" Босуэл рассказывает, что он однажды сидел в церкви на богослужении, которое ему, кстати, очень нравилось, но одновременно размышлял о том, как он потом возьмет к себе в номер гостиницы проститутку. Вся сложность человека в том, что его одолевают одновременно и греховные, и добрые побуждения. Английский писатель Роберт Льюис Стивенсон говорит о людях, "хватающихся за соломинку остатков добродетели в публичном доме или на плахе". Норманн Биркет, английский судья, говорил о преступниках, которых он защищал и судил: "Может быть они и пытаются убежать, но не могут, потому что обречены на какое-то благородство, всю жизнь их преследует неумолимый охотник – желание добра". Ирод мог бояться Иоанна, он мог ненавидеть его, он мог ненавидеть его учение, но он не мог освободиться от его чар. Ирод тоже был просто человеческим существом. А разве мы не такие, как он?

б) Ирод действовал под влиянием момента, импульса. Он не подумав, дал Саломии опрометчивое обещание. Вполне возможно, что он сделал это будучи прилично пьяным. Человек не должен так забываться; прежде чем говорить. Нельзя настолько становиться рабом своих слабостей, чтобы забыть здравый смысл и делать вещи, которых потом придется стыдиться.

в) Ирод страшился молвы. Он сдержал данное Саломии обещание, потому что не хотел нарушить сказанного им в присутствии приближенных. Он боялся их шуток, смеха, он боялся, что они сочтут его слабовольным. Многие и многие люди делают вещи, о которых они потом очень сожалеют, лишь потому, что у них не хватило моральной смелости поступить правильно. Многие люди поступали намного хуже, чем им хотелось бы, потому что боялись насмешек своих ложных друзей.

2. Саломия и Иродиада тоже показаны здесь во всей красе. В характере Иродиады следует отметить определенное величие. Спустя несколько лет после описанного здесь события. Ирод отправился в Рим, чтобы выпросить у императора царский титул, но вместо того, чтобы дать Ироду царский титул, император послал его в Галлию за то, что у него хватило наглости и ослушания вообще просить о таком титуле. Иродиаде сказали, что ей не обязательно сопровождать Ирода в изгнание, что она может свободно уехать, куда хочет, но она гордо ответила, что последует за своим мужем. На примере Иродиады видно, на что способна озлобленная женщина. В мире нет ничего лучшего хорошей женщины, но нет также ничего худшего плохой женщины. У иудейских раввинов была интересная поговорка, что хорошая женщина может выйти за плохого мужчину, потому что тогда она сможет сделать его таким же хорошим, как она сама, но хороший мужчина никогда не должен жениться на плохой женщине, потому что тогда она неизбежно сведет его на свой уровень. Сложность проблемы Иродиады заключается в том, что она захотела уничтожить единственного человека, у которого хватало смелости напомнить ей об ее грехе. Она хотела поступить по своему усмотрению, и чтобы никто не напоминал ей о моральном поведении. Она добилась убийства Иоанна Крестителя, чтобы спокойно грешить дальше. Она забыла о том, что, если ей не придется встретиться с Иоанном, она должна будет встретиться с Богом

3. Ярко показан здесь и Иоанн Креститель. Он раскрывается смелым и мужественным человеком. Иоанн был сыном пустыни и открытых пространств. Потому заключение в мрачных катакомбах крепости Махерон представляло для него утонченную пытку. Но Иоанн предпочел смерть измене. Он жил ради истины и умер за нее. Человек несущий людям глас Божий, выступает как совесть, как сознание. Многие люди готовы заставить замолчать свою совесть, и потому человек, говорящий от имени Бога, всегда рискует своей жизнью и своей судьбой.

ЧУВСТВА ТОЛПЫ (Мар. 6,30-34)

Возвратившись из своего миссионерского путешествия, апостолы сообщили Иисусу о сделанном ими. Многочисленные толпы были столь настойчивыми в своих требованиях и стремлениях, что у апостолов не было времени даже поесть, и потому Иисус предложил им уйти с Ним в уединенное место на другом берегу озера, чтобы на некоторое время получить отдых и покой.

Здесь можно видеть, как бы мы это назвали, – ритм христианской жизни. Христианская жизнь – это постоянный переход из присутствия человеческого в присутствие Божие и возвращение из присутствия Божия в присутствие человеческое. Это – как ритм сна и работы. Нельзя работать, не отдохнув, и сон приходит лишь когда мы поработали и устали. Человека в жизни всегда подстерегают две опасности. Первая связана с постоянной активностью: ведь никто не может работать без отдыха. И человек не может вести христианский образ жизни, если у него не хватает времени для общения с Богом. И вполне может быть, что все неприятности в нашей жизни оттого и происходят, что мы не даем Богу возможности поговорить с нами, потому что мы даже не знаем, как нужно молчать и слушать Его. Мы не оставляем Богу времени и возможности дать нам новой духовной энергии и силы, потому что мы никогда не ждем, когда Он станет говорить нам. А разве можем мы взвалить себе на плечи бремя жизни, если не общаемся с Ним, с Господом всякой добродетельной жизни? А получить можем мы эту силу только тогда, когда мы в уединении и в спокойствии ищем присутствия Божия.

Но существует и вторая опасность – слишком большой уход от реальности. Набожность должна выливаться в действие, иначе это не подлинная набожность. Молитва, которая не подкрепляется соответствующими делами, – это не настоящая молитва. Близость Божью ищут не для того, чтобы избегать близости людей, а для того, чтобы стать достойным ее. Последовательность христианской жизни в том и заключается, чтобы, встретившись наедине с Богом, пойти служить людям на площади. Но из отдыха, который Иисус искал для Себя и для Своих учеников, ничего не вышло: толпа увидела, что Иисус и Его апостолы уходят. В этом месте расстояние от берега до берега на лодке – 6,5 км, а по суше вокруг озера – 15 км. В безветренный день, или при встречном ветре, могло потребоваться значительное время, чтобы пересечь озеро на лодке, а энергичный и целеустремленный человек мог прийти на другой берег даже раньше лодки. Люди так и поступили. И когда Иисус с учениками вышли из лодки на противоположном берегу, там их ожидала та же толпа, от которой они ушли, желая обрести хоть немного покоя.

Нормального человека эта ситуация попросту разозлила бы: Иисус был лишен покоя, которого Он хотел и который Он так заслужил. Уединение Его было нарушено. Другой бы обиделся и возмутился, Иисус же был тронут чувствами толпы. Он посмотрел на людей – они были ужасно серьезны, им так нужно было то, что только Он мог дать им. Они были похожи на овец, потерявших пастыря. Что Он подразумевал под этим?

1. Без пастыря овцы не могут найти дороги. Если мы останемся одни, мы потеряемся в жизни. Английский политэконом Джон Эллиот Кэрнз говорил о людях, "чувствующих себя, подобно детям заблудившимся в лесу во время дождя". Данте начинает божественную комедию словами: "Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу, утратив верный путь". Жизнь так часто может ставить человека в тупик. Человек стоит, как на распутье, не зная, каким путем идти. Наш путь мы можем найти лишь тогда, когда Иисус ведет нас, а мы следуем за ним.

2. Без пастыря овцы не могут найти пастбища и корм. В этой жизни мы вынуждены искать средства к существованию и пропитание. Нам нужны силы, чтобы идти дальше; нам нужно вдохновение, которое бы наполнило нас и подняло наш дух. Эти силы для жизни может дать нам лишь Он, Который есть хлеб наш насущный. Человек, черпающий эти силы где-то в другом месте, остается неудовлетворенным. Сердце его неспокойно, душа утомлена.

3. Без пастыря овцы совершенно беззащитны в угрожающих им опасностях. Они беззащитны перед разбойниками и хищниками. Жизнь научила человека тому, что он не может жить один. Человек беззащитен против одолевающих его мирских соблазнов и зол. Лишь с Иисусом можем мы жить, сохраняя душу незапятнанной. Без Него мы беззащитны, с Ним мы в безопасности.

В РУКАХ ИИСУСА И МАЛОЕ СТАНОВИТСЯ БОЛЬШИМ (Мар. 6,35-44)

Примечательно, что ни одно из чудес, совершенных Иисусом, не произвело на Его учеников такого впечатления, как это, потому что оно упоминается во всех четырех Евангелиях. Мы уже видели, что в Евангелии от Марка действительно включены материалы из проповедей святого апостола Петра. Эта история, изложенная так просто и так драматично, действительно читается как сообщение очевидца. Давайте обратим внимание на некоторые яркие и реалистические детали. Людей рассадили на зеленой траве. Петр как-будто снова видел все в своем воображении. Так случилось, что эта короткая описательная фраза говорит нам о многом. Зеленой трава могла быть лишь поздней весной, в середине апреля. Вот в это время и должно было свершиться это чудо. В это время года солнце заходит в шесть часов пополудни, так что все событие произошло после полудня.

Как выразился Марк, люди расселись по сто и пятьдесят человек. В оригинале употреблено очень выразительное слово прасиай, переведенное как рядами. В греческом это слово обычно употребляется для обозначения рядов овощных растений в огороде. Сидевшие ровными рядами группы должны были выглядеть как ряды овощных растений в огородах.

Потом набрали кусков хлеба и остатков от рыб двенадцать полных коробов. Ни один правоверный иудей не путешествовал без короба (кофинос). Римляне даже шутили по поводу иудеев и их коробов. Эти коробы представляли собой плетенное изделие в форме узкогорлого кувшина, расширявшегося к низу. Существовало две причины, почему иудеи не расставались со своим коробом: во-первых, правоверный иудей носил в этой корзине съестные припасы, чтобы быть уверенным в том, что он ест действительно обрядово-чистую пищу; и во-вторых, многие иудеи были законченными попрошайками и хранили в таком коробе полученное добро. Ну, а почему было собрано двенадцать коробов, объясняется просто: по числу учеников – их было двенадцать. Они экономно собрали в свои коробы оставшиеся куски, чтобы ничто не пропало даром. Интересно отметить в этом эпизоде очевидный контраст в отношении Иисуса и Его учеников ко всей проблеме.

1. Мы видели в эпизоде две реакции на человеческую нужду. Когда ученики увидели, что уже поздно, что люди сильно устали и были голодны, они сказали: "Отпусти их, чтобы они пошли в окрестные деревни и селения и купили себе хлеба, ибо им нечего есть". Они, собственно, сказали: "Эти люди усталы и голодны. Избавься от них и пусть кто-нибудь другой позаботится о них". Иисус же ответил им на это: "Вы дайте им есть". Иисус, собственно, сказал: "Эти люди устали и голодны; надо что-то сделать для них". Всегда есть люди, которые хорошо понимают трудности и сложности других, но хотят спихнуть всю ответственность и необходимость сделать что-нибудь для них на другого. Но всегда есть и такие люди, которые, видя, что другой находится в затруднении, чувствует себя обязанным помочь чем-то. Есть и такие, которые говорят: "Пусть заботятся другие". Но есть те, которые говорят: "Я должен позаботиться о собрате в беде".

2. Мы видим здесь также два различных отношения к средствам и методам. На указание Иисуса дать людям поесть, ученики ответили, что для этого потребуется двести динариев. Динарий (денарий) – древнеримская серебряная монета – поденная плата наемного работника.

В сущности, ученики сказали Иисусу: "Мы и за полгода не заработаем на то, чтобы накормить эту толпу". Они говорили: "То, что у нас есть – это капля в море".

Иисус же сказал: "Сколько у вас хлебов?" А было у них пять хлебов. Но это были скорее булочки, а не хлебы в современном понимании этого слова. В Евангелии от Иоанна 6,9 читаем, что это были ячменные хлебы, а они служили питанием самых бедных: это был самый дешевый и самый грубый хлеб. Кроме того, у них было две рыбы, величиной приблизительно с сардину. Город Тарихеа, что значит город соленой рыбы, был широко известен – оттуда соленая рыба расходилась по всему миру. Маленькие соленые рыбы ели как приправу к сухим булочкам.

В общем это было совсем не много. Но Иисус взял это и сотворил чудо. В руках Иисуса малое всегда становится великим. Иногда человек думает, что у него мало таланта или материальных ценностей, которые бы он мог отдать Иисусу, но это не должно служить основанием для безнадежного пессимизма, как это было с учениками. Но ни в коем случае нельзя говорить: "Что бы я ни делал, оно ничего не даст". Если мы отдадим себя в руки Иисуса, нельзя предвидеть, что Он может сделать с нами и через нас.

УКРОЩЕНИЕ ШТОРМА (Мар. 6,45-52)

Как только голодные были накормлены, Иисус отослал учеников и лишь после этого распустил толпу. Почему Он так поступил? Марк ничего не говорит об этом, но вероятно, что объяснение этому мы можем найти в Евангелии от Иоанна. Иоанн говорит, что после того, как толпа насытилась, в ней возникло желание сделать Иисуса царем. А уж этого Иисус хотел меньше всего, потому что это и был бы тот путь, который Он отверг раз и навсегда во время искушения в пустыне. Он мог предвидеть, что события примут такой оборот и не хотел, чтобы учеников Его тоже заразил и захватил этот взрыв националистических чувств. Галилея всегда была горнилом мятежей. Если бы сейчас это движение не было остановлено, среди возбужденных иудеев мог вспыхнуть мятеж, который погубил бы все и привел бы к гибели всех замешанных. Таким образом, Иисус отослал Своих учеников, чтобы это движение не заразило их, а потом Он успокоил толпу и попрощался с ней.

Оставшись один, Иисус взошел на гору помолиться. Проблемы стремительно обрушивались на Него: враждебность ортодоксальных иудеев, страх и подозрительность Ирода Антипы, горячие головы, желавшие сделать из Него против Его воли национального, иудейского Мессию. Именно в это время Иисуса одолевали тяжелые мысли, и на сердце Его лежало большое бремя.

Несколько часов Он оставался наедине с Богом. Как мы уже отметили, это, должно быть, произошло где-то в середине апреля, а это было время Пасхи. Ну, а Пасха совпадала с полнолунием, как это имеет место и у нас. У иудеев ночь длилась с 6 часов вечера до 6 часов утра и делилась на четыре стражи, с 6 вечера до 9 часов вечера: с 9 часов вечера до полуночи, с полуночи до 3 часов пополуночи, и с 3 часов пополуночи до 6 часов утра. Около 3 часов пополуночи Иисус посмотрел со склона горы на озеро. В этом месте ширина озера составляет всего около шести километров и Он мог видеть его в лунном свете перед Собой. И Он увидел Своих учеников в лодке, пытавшихся добраться до берега против ветра.

А вот что произошло дальше. Увидев Своих учеников и друзей в трудном положении, Иисус забыл Свои проблемы. Время для молитвы кончилось, настало время действовать. Он позабыл о Себе и пошел помочь друзьям – в этом весь Иисус: крик человека о помощи звучал для Него громче всех других. Его друзья нуждались в Нем, Он должен был идти.

Мы не знаем, что было дальше, и никогда не узнаем. Весь этот эпизод окружен тайной и требует объяснения. Но нам ведь известно, что Он пришел к ним, и сильный ветер утих. Когда Он был рядом с ними – все было хорошо.

Августин сказал по поводу этого эпизода следующее: "Он пришел, попирая волны, и точно так же попирает Он ногами всякое нарастающее смятение. Христиане, чего вы боитесь?" Это простой факт жизни, который подтвердили тысячи и тысячи человек всех поколений: когда рядом Христос, буря утихает, смятение переходит в покой, совершается все возможное, невыносимое становится нормальным, люди переносят самые критические ситуации. Если мы идем с Христом, мы тоже победим бурю.

НУЖДАЮЩИЕСЯ ЛЮДИ (Мар. 6,53-56)

Едва Иисус ступил на другой берег, как Его тут же снова окружила толпа. Должно быть, Он иногда смотрел на толпы с тоскою, потому что, за исключением немногих людей, все они приходили лишь потому, что хотели добиться чего-нибудь от Него. Они приходили, чтобы получить; они приходили со своими настойчивыми требованиями и нуждами; короче говоря, они приходили, чтобы использовать Его в своих целях. А ведь все было бы совершенно иначе, если бы в этих толпах были и такие, пусть и немногие, которые хотели бы отдавать, а не брать. С одной стороны совершенно нормально, что мы приходим к Иисусу, чтобы получить от Него, потому что слишком многое мы можем получить только от Него, но всегда стыдно лишь брать и ничего не давать, но как это свойственно человеческой природе!

1. Есть такие люди, которые просто-напросто используют в своих целях свой дом. В особенности это касается молодых людей. Они смотрят на свой дом и своих домашних как на нечто, существующее исключительно для того, чтобы обеспечить им удобную жизнь: там они спят и едят, там для них делается все, но ведь мы должны и вносить свою долю в свой дом, а не только все время брать.

2. Иные же просто-напросто используют в своих целях друзей. От некоторых людей мы получаем письма лишь тогда, когда им нужно что-нибудь от нас. Некоторые люди вспоминают о существовании других только тогда, когда им самим нужна помощь, и забывают о них, если из них нельзя извлечь пользы.

3. Другие используют в своих интересах церковь. Она им нужна для того, чтобы крестить детей, венчать молодых и хоронить умерших. Они сами редко появляются в церкви, за исключением того, когда им нужна помощь. Они бессознательно считают, что церковь существует для того, чтобы служить им, а сами они будто ничем ей не обязаны.

4. Некоторые же просто стремятся использовать Бога в своих целях. Они вспоминают о Нем лишь тогда, когда нуждаются в Нем. Они только молятся просят и даже требуют у Бога своего. Кто-то изобразил это так. В американских гостиницах есть так называемый посыльный, мальчик на побегушках. Вы нажимаете на звонок, и посыльный появляется: он приносит и достанет все, что потребуете. Некоторые люди смотрят на Бога, как на, своего рода, мальчика на побегушках которого можно призвать, когда потребуется. Если мы внимательно посмотрим на себя, то увидим, что мы, до некоторой степени, все повинны в таких грехах. Сердце Иисуса возрадуется, если мы чаще будем предлагать Ему нашу любовь, наше служение, нашу преданность и реже требовать от Него помощи.


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →