Комментарии Баркли на послание Иакова 4 глава

ВОЖДЕЛЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА ИЛИ ВОЛЯ БОЖИЯ? (Иак. 4,1-3)

Иаков задает своим читателям главный вопрос: намерены ли они подчиниться воле Божией или же будут продолжать удовлетворять свои вожделения в мирских наслаждениях? Он предупреждает, что жизнь, цель которой заключается в наслаждениях, приводит лишь к ссорам, ненависти и разъединению; что погоня за наслаждениями ведет к препирательствам (полемой) и вражде (махай); в этом с ним согласились бы все древние моралисты.

Наше общество часто представляется нам клубком раздора и ненависти. Филон Александрийский писал в свое время: "Посмотрите на непрерывную войну, кипящую между людьми даже в мирное время, которая ведется не только между народами, странами и городами, но и между отдельными домами или, даже людьми. Посмотрите, какие бури поднимает в душах людей стремительный поток жизни, и подумайте, может ли кто сохранять спокойствие в такой буре среди этих мятущихся громадных морских волн?".

В основе этой нескончаемой и жестокой борьбы лежит не что иное, как вожделение. Филон Александрийский указывает на то, что самым важным в Десяти заповедях является запрет алчности и вожделений, ибо вожделения – это самые порочные страсти души. "Разве не из-за этих страстей разрушаются отношения, а доброжелательное расположение обращается в отчаянную вражду? Огромные и густонаселенные страны становятся безлюдными вследствие внутренних раздоров. На суше и на море происходят все новые и новые катастрофы вследствие морских битв и сухопутных военных походов. Ибо все известные войны имеют один источник – жажду денег или славы или наслаждений. Из-за этого люди сходят с ума". Древнегреческий писатель-сатирик Лукиан писал так: "Все зло, происходящее от человека – перевороты и войны, военные хитрости и массовые кровопролития – происходит от вожделения. Первоисточником всех этих дел является желание иметь больше". Древнегреческий философ Платон писал: "Единственной причиной войн и переворотов является тело и его желания", а древнеримский оратор и философ Цицерон говорил: "Ненасытные желания губят не только отдельных людей, но и целые фамилии и даже государства. Желания ведут к ненависти, расколам, соблазнам и войнам". Вожделение – корень всех зол, разрушающих жизнь человека и вносящих раздор между людьми.

Авторы Нового Завета тоже хорошо понимали, что жгучие и необузданные вожделения к наслаждениям мира сего являются постоянной угрозой духовной жизни. Ведь именно заботы, богатство и житейские наслаждения губят хорошее семя (Лук. 8,14). Человек может стать рабом похотей и наслаждений, и тогда злоба, зависть и ненависть начинают доминировать в его жизни (Тит. 3,3).

Окончательный выбор в жизни сводится к тому, чтобы удовлетворять либо свои вожделения, либо требования Господа.

РЕЗУЛЬТАТЫ ПОГОНИ ЗА НАСЛАЖДЕНИЯМИ (Иак. 4,1-3 (продолжение))

Жизнь, в которой доминирует погоня за наслаждениями, приводит к вполне определенным последствиям:

1. Она делает людей враждебными друг другу. Вожделения, считает Иаков – это врожденные воинственные силы, разжигающие вражду и войны между людьми. Предмет вожделения у людей, в основе своей, один и тот же: деньги, власть, престиж, мирские материальные блага, удовлетворение плотских страстей. Когда все жаждут получить одно и то же, жизнь превращается в арену конкурентной борьбы. Люди давят друг друга в своем стремлении к вожделенному объекту, они готовы на все, чтобы устранить возможного соперника. Послушание воле Божией объединяет людей, ибо воля Его в том и заключается, чтобы они любили друг друга и служили друг другу; следование же зову страсти к наслаждениям разъединяет, ибо это ведет к смертельному соперничеству.

2. Страсть к наслаждениям подвигает людей на постыдные дела; она ведет к зависти, вражде и даже к убийству. Но, прежде чем человек решится на какой-либо поступок, в сердце его должен зародиться импульс, который может заставить его воздержаться от дурного поступка. Но до тех пор, пока нечистое желание пребывает в сердце человека, ему грозит опасность: греховные помыслы в любое время могут толкнуть его на гибельный поступок.

Этапы этого процесса просты и потому ужасны. Человек позволяет себе пожелать что-то, пожелание это начинает завладевать его мыслями и господствовать в них; он начинает неосознанно думать об этом наяву и во сне, оно становится, так сказать, доминирующей страстью. Человек начинает строить теоретические планы, а эти планы могут включить и устранение людей, стоящих на пути к достижению заветной цели, ведь это всего лишь фантазия! Это довольно долго может протекать в чисто теоретическом плане, пока в один прекрасный день, все воображаемое не начнет претворяться в жизнь, и человек вдруг оказывается вынужденным совершать ужасные шаги, ведущие к удовлетворению затаенного желания. Все преступления в мире начинались с неясного желания в сердце человека, которое достаточно долго взращивалось в нем и, наконец, вылилось в поступок.

3. Страсть к наслаждению закрывает, в конце концов, человеку возможность молиться. Если человек молит Бога лишь об удовлетворении своих желаний, Бог не может ответить на такие эгоистические молитвы. Настоящая молитва должна заканчиваться словами: "Да будет воля Твоя". Человек же, всецело поглощенный погоней за наслаждением, молит Бога: "Да будут удовлетворены мои желания". Это печально, но это факт – эгоист едва ли даже может правильно молиться, правильно может молиться лишь человек, переставший ставить в центр себя и поместивший в центр Бога.

Мы должны выбрать – сделать ли целью жизни свои желания или волю Божию; выбрав свои желания, мы отделяемся от людей и от Бога.

ВЕРНОСТЬ БОГУ (Иак. 4,4-8а)

Перевод слов обращения "прелюбодеи и прелюбодейцы" затрудняет понимание этого отрывка. В оригинале обращение только в женском роде, причем оно вовсе не должно восприниматься буквально, автор имеет в виду неверность духовную, а не плотскую, а в основе фразы лежит ветхозаветная идея об Иегове, как о супруге Израиля, и Израиле как невесте Бога. "Твой Творец есть супруг твой, Господь Саваоф – имя Его" (Ис. 54,5). "Но, по истине, как жена вероломно изменяет другу своему, так вероломно поступили со Мною вы, дом Израилев, говорит Господь" (Иер. 3,20). Вот эта идея об Иегове как муже и народе Израиля, как супруге, и объясняет, почему в Ветхом Завете духовная неверность выражается в терминах супружеской неверности. Вступить в союз с народами других стран и их богами, приносить жертвы их богам и вступать в браки с их дочерями значило вступить в "блужение вслед богов своих" (Исх. 34,15.16). Бог предупреждал Моисея, что настанет день, когда "станет народ сей блудно ходить вслед чужих богов той земли, в которую вступает" (Втор 31,16). Пророк Осия сетует на то, что Израиль блудодействует, удалившись от Бога своего (Ос. 9,1). И в Новом Завете – о "роде лукавом и прелюбодейном" (Мат. 16,4; Мар. 8,38) говорится в этом же духовном смысле. Эта идея перешла в христианское вероучение в форме теории о Церкви как невесты Христа (2 Кор. 11,1.2; Еф. 5,24-28; Отк. 19,7; 21,9).

Форма изложения может и резать слух современного человека, но сама мысль об Израиле, как невесте Бога, и о Боге, как супруге Израиля, имеет очень ценный смысл. Она состоит в том, что неповиновение Богу подобно нарушению супружеского обета. Поэтому всякий грех – это грех против любви. Это значит, что наши отношения с Богом подобны не отношениям между государем и подданным, или господином и рабом, они сродни близким отношениям между мужем и женой. Таким образом, греша, мы причиняем Богу такое же огорчение, какое может причинить супругу измена и уход другого.

ДРУЖБА С МИРОМ И ВРАЖДА С БОГОМ (Иак. 4,4-8а (продолжение))

Иаков говорит, что любовь к миру делает человека враждебным Богу и, подружившись с миром, человек становится врагом Богу. Важно понять, что он под этим подразумевает.

1. Это вовсе не значит, что Иаков презирает мирское, что он смотрит на землю, как на мрачную юдоль, порочащую все в мире. Есть такой рассказ об английском пуританине, гулявшем со своим другом в деревне. Его друг увидел у обочины дороги красивый цветок и говорит: "Посмотри, какой прекрасный цветок". А пуританин отвечает: "Я научился не называть ничего прекрасным в этом погибшем греховном мире". Но Иаков не смотрел на мир так. Он видел в нем творение Божие и, подобно Иисусу, радовался его красоте.

2. Мы уже видели, что в Новом Завете слово космос часто употребляется для обозначения мира, не ведающего Бога. Два места в Новом Завете ясно показывают, что Иаков подразумевал под этим. Павел писал: "Плотские помышления суть вражда против Бога... живущие по плоти Богу угодить не могут" (Рим. 8,7.8). Под этим Павел подразумевает, что все, кто меряет только земными мерками, расходятся с Богом. Второй отрывок – одна из самых печальных епитафий христианской жизни во всей литературе: "...Димас оставил меня, возлюбив нынешний век" (2 Тим. 4,10). И здесь вложено значение мирской, мирское. Тот, кто посвящает свою жизнь материальным благам, не может, конечно, посвятить ее Богу, и потому, посвятив свою жизнь мирскому, человек становится враждебным Богу.

3. Иисус сказал: "Никто не может служить двум господам" (Мат. 6,24). К вещам преходящим и земным можно относиться двояко: можно настолько увлечься ими, что станешь их рабом. Можно использовать их на пользу своим собратьям и готовить себя для вечности – тогда и мир будет нам не господином, а слугой. Человек может использовать мирское в своих целях, либо служить ему в его целях. Кто использует мирское в служении Богу и людям, тот в дружбе с Богом, потому что таково и было его предназначение от Бога. Кто желает контролировать жизнь и диктовать ей свои условия, тот становится врагом Богу, потому что Бог вовсе не для этого сотворил мир.

БОГ, ЛЮБЯЩИЙ ДО РЕВНОСТИ (Иак. 4,4-8а (продолжение))

Стих 5 представляет особую трудность. Во-первых, он приведен как цитата из Священного Писания, но в Писании нет такого отрывка, с которым бы мы могли отождествить его. Можно предположить, что Иаков либо цитировал из какой-то ныне утерянной книги, которую он считал частью Священного Писания, либо же он свел в одно предложение непреходящий смысл Ветхого Завета, не намереваясь цитировать конкретное место.

Кроме того, трудность представляет и сам перевод: цитату можно перевести двояко, смысл же обоих вариантов в большой степени одинаков. "Он (то есть Бог) ревностно жаждет преданности духа, который Он создал, дабы он пребывал в нас" или "Дух, который Бог создал, чтобы он пребывал в нас, ревностно жаждет полной преданности в наших сердцах".

И в том и в другом случае смысл сводится к тому, что Бог любит ревностно и не потерпит соперников. Авторы Ветхого Завета никогда не боялись употребить определение ревностный по отношению к Богу. Моисей говорил иудеям о Боге, что "богами чуждыми они раздражили Его" (Втор. 32,16). Настаивая на том, что поклоняться должно Ему Одному, Бог говорил в Десяти заповедях: "Я Господь Бог твой, Бог ревнитель" (Исх. 20,5). "Ибо ты не должен поклоняться богу иному, кроме Господа, потому что имя Его – ревнитель" (Исх. 34,14). Пророк Захария слышал как Бог говорил: "Так говорит Господь Саваоф: "возревновал Я о Сионе ревностью великою" (Зах. 8,2).

В греческом слово зелох (ревность) имеет также значение "обжигающий жар". Мысль сводится к тому, что Бог настолько любит людей, что Он не может терпеть еще какой-то любви в сердце человеческом.

Вполне возможно, что в наше время трудно связывать с Богом такое слово как ревность, потому что оно потеряло нечто от своего высокого значения, но за ним скрывается поразительная истина, что Бог страстно любит души людей. В некотором смысле любовь эта рассеяна среди всех людей и детей Божиих, но в другом смысле любовь требует абсолютной преданности и привязанности к одному. Глубокая истина заключается в том, что человек может любить лишь одного. Кто думает иначе, тот не знает, что такое любовь.

СЛОВА СМИРЕНИЯ И ТРАГЕДИЯ ГОРДЫНИ (Иак. 4,4-8а (продолжение))

Если Бог действительно таков, как может кто-то проявлять по отношению к Нему ту преданность, которую Он требует? Иаков отвечает, что, не смотря на высокие требования, Бог дает человеку великую благодать для выполнения этих требований, и чем выше требования, тем больше благодать, которую дает Бог.

Но у благодати есть одна особенность – человек не может получить ее до тех пор, пока не осознает, что она ему нужна и не обратится смиренно к Богу за помощью. И потому должно оставаться непреложной истиной, что Бог противится гордым, а смиренным щедро дает благодать. "Бог гордым противится, а смиренным дает благодать", – это цитата из Прит. 3,34, которая приведена также в 1 Пет. 5,5.

А что такое – губительная гордыня? По-гречески это слово хиперефанос, что в буквальном смысле значит тот, кто возвышает себя над людьми. Даже греки ненавидели гордыню. Древнегреческий философ и естествоиспытатель Теофраст охарактеризовал ее как "некоторое презрение ко всем другим людям". Христианский писатель Феофилакт назвал ее "цитаделью и вершиной всех зол". Самое страшное в том, что она гнездится в сердце человека. Она означает высокомерие, но страдающий ею человек может казаться крайне смиренным, хотя его сердце и переполнено презрением ко всем собратьям.

Он отрезает себе путь к Богу и вот почему:

1. Он не знает своих собственных нужд. Он настолько восхищен собой, что не знает, чего ему недостает.

2. Он заботливо хранит свою независимость.

3. Он не распознает свой грех. Он занят мыслями о собственных добродетелях и никогда не осознает своих грехов, спасение от которых он должен получить. Такая гордыня не может получить помощи, потому что она даже не знает, что она ей нужна, и потому не обращается за ней.

Смирение, за которое ратует Иаков, это вовсе не раболепие. У него две важные особенности.

1. Смиренный человек знает – если оказать сопротивление дьяволу, тот убежит. Дьявол может бороться с христианином, но он не может победить его. Это особенно радовало христиан, и эту мысль приводит Петр (1 Пет. 5,8.9). Ярким примером для нас и вдохновением является Иисус в Его искушениях, в которых Он показал, что дьявол не является непобедимым и его можно обратить в бегство, выступив против него со словом Божиим. Христианин смирен потому, что он знает, что борьбу будет вести в присутствии Духа, и не своею силою, а силою Божией.

2. Смиренный человек знает, что ему дано величайшее преимущество – доступ к Богу, а ведь это потрясающее преимущество. Раньше только священники имели право доступа в присутствие Божие (Исх. 19,22). Священники по долгу службы должны были приближаться к Богу вместо погрязших в грехах людей (Иез. 44,13). Но через свершения Иисуса Христа каждый человек может смело приближаться к трону Божьему в уверенности, что обретет милосердие и благодать, которые помогут ему в трудные времена (Евр. 4,16). Было время, когда только Первосвященник мог войти в Святая Святых. Нам же предоставлен новый и живой путь, лучшая надежда, посредством которой мы приближаемся к Богу (Евр. 7,19).

Христианину нужна смиренность, но эта смиренность придает ему смелость и сознание того, что путь к Богу открыт и самому страшному грешнику.

Комментарий ко второй половине стиха 8 смотрите в следующем разделе.

ЧИСТОТА РАДИ БОГА (Иак. 4,8б-10)

Иакова никогда не оставляет мысль об этических нормах христианства. Он только что говорил о благодати, которую Бог дает смиренным и которая позволяет им совладать со стоящими пред ними великими трудностями. Но Иаков уверен в том, что недостаточно просто просить и пассивно получать; он уверен, что главную роль играют нравственные усилия самого человека.

Он взывает к грешникам, при этом употребляет слово хамартолос, что значит закоренелый грешник, грехи которого известны всем; таких определяли как "людей, живущих в союзе с неповиновением закону и любящих порочную жизнь". Иаков требует от таких людей нравственной перестройки, как внешнего поведения, так и внутренних стремлений и желаний – неповинных рук и чистого сердца (Пс. 23,4).

Выражение очистить руки первоначально означало лишь обрядовое очищение, ритуальное омовение рук, делавшее человека обрядово чистым, чтобы он имел право присутствовать при богослужении. Священник, перед тем как приступить к богослужению, должен был омыть тело свое и руки свои (Исх. 30,19-21; Лев. 16,4). Ортодоксальный иудей должен был омывать руки перед едой (Мар. 7,3). Но люди осознали, что Богу нужно нечто большее, чем внешнее омовение, и потому это выражение стало обозначать со временем моральную чистоту: "Буду омывать в невинности руки мои", – говорит псалмопевец (Пс. 25,6). Пророк Исаия требует от людей "омойтесь, очиститесь" (Ис. 1,16) – и имеет при этом в виду, чтобы они прекратили творить зло. В Послании к Тимофею Павел призывает воздевать чистые руки к Богу в молитве (1 Тим. 2,8). История этого выражения показывает, как углублялось в сознании людей представление о том, чего собственно, требует от них Бог. Люди начали с внешнего омовения, с ритуального обряда и пришли к пониманию, что Бог требует не ритуальной, но нравственной чистоты.

Библейское мировоззрение предусматривало четыре формы очищения: очищение уст (Ис. 6,5.6); очищение рук (Пс. 23,4); очищение сердца (Пс. 72,13), очищение души (Иак. 4,8). Другими словами, нравственный кодекс Библии требует, чтобы у человека были чисты и слова, и поступки, и чувства, и мысли. Человек должен быть чистым снаружи и внутри, ибо только чистые сердцем узрят Бога (Мат. 5,8).

ПЕЧАЛЬ РАДИ БОГА (Иак. 4,8б-10 (продолжение))

В своем требовании печалиться ради Бога Иаков возвращается к тому, что сказал Иисус: "Блаженны плачущие, ибо они утешатся" (Мат. 5,4; Лук. 6,20). Но не следует вкладывать в этот отрывок то, чего Иаков вовсе не подразумевал. Он вовсе не отрицает радости христианской жизни; он вовсе не требует, чтобы люди вели мрачный образ жизни. Но он ратует за умеренность вместо легкомыслия и делает это с настойчивостью врожденного пуританина, описывая при этом не конец христианской жизни, а ее начало.

Он обращается к людям со следующими призывами:

1. Сокрушайтесь, (по-гречески это слово талапорейн) означает, как положение армии, у которой вышли продукты питания и нет укрытий от непогоды. Тем самым Иаков требует от людей добровольного воздержания от чрезмерной роскоши и отказа от комфорта; он обращается к людям, полюбившим мирское и умоляет их не судить жизнь мерками роскоши и комфорта. Ученого творит дисциплина, суровые тренировки творят атлета, а мудрое воздержание формирует христианина, который знает, как следует пользоваться миром и его дарами.

2. Плачьте, обратите смех ваш в плач, а радость в печаль. Здесь Иаков описывает первые шаги человека в христианской жизни, когда он познает Бога и свой грех: это обескураживающее переживание. Когда Джон Уэсли, основатель методистской церкви, читал проповеди английским шахтерам, по их покрытым угольной пылью лицам текли слезы, так их тронула скорбь его проповеди. Но ведь это вовсе не конец христианской жизни. Ужасная печаль, вызванная сознанием своих грехов сменяется захватывающей радостью от сознания прощенных грехов. Но для того, чтобы возрадоваться сознанию грехов прощенных, человек должен пройти через стадию осознания грехов совершенных. Иаков требует, чтобы эти самодовольные, купающиеся в роскоши беспечные слушатели увидели свои грехи и устыдились их, ужаснулись и испугались, потому что лишь после этого они могут обратиться к благодати и радостям, которые намного превосходят их земные удовольствия.

3. Рыдайте. Пожалуй, мы не сильно нарушим смысл, если предположим, что Иаков думал при этом о слезах сострадания. Он настаивает на том, чтобы скорбь и нужда других людей пробила броню наслаждений и комфорта. Человек не может стать христианином, если он не услышал тот мучительный призыв к человечности, за которую умер Иисус Христос.

Итак, Иаков, умышленно употребил такие сильные слова для того, чтобы разбудить дремлющие души людей, призвать их отказаться от роскоши ради воздержания, осознать свои грехи и оплакивать их; осознать нужды мира и рыдать за них.

СМИРЕНИЕ РАДИ БОГА (Иак. 4,8б-10 (продолжение))

Завершает Иаков свое обращение требованием смириться перед Богом. Через всю Библию красной нитью проходит убеждение, что лишь смиренным дарует Бог блаженство. Бог спасет смиренного (Иов. 22,29). Гордость человека унижает его, а смиренный духом приобретет честь (Прит. 29,23). Бог живет на высоте небес... а также с сокрушенным духом (Ис. 57,15). Боящиеся Господа уготовят сердца свои и смирят перед Ним души свои и сколько велик человек, столько он должен смиряться (Сир. 2,17; 3,18). Иисус Сам неоднократно заявлял, что кто унижает себя, тот возвышен будет (Мат. 23,12; Лук. 14,11).

Лишь человек, осознавший свое невежество, обратится за наставлением к Богу. Лишь осознав, что у него нет ничего из того, что нужно человеку, будет он молиться о сокровищах благодати Божией; лишь осознав свою слабость, начнет он черпать от силы Божией; лишь осознав греховность, поймет, что ему нужны Спаситель и прощение Божие.

В основе всех грехов, можно сказать, лежит один: забвение того, что мы – творения, а Бог – творец. Когда человек осознает, что он всего лишь творение, создание, он осознает и свою беспомощность и обращается к тому источнику, из которого может получить помощь.

Такая зависимость порождает подлинную независимость, ибо тогда человек противостоит злу не своими силами, но силою Божией, и одерживает победу. Пока он считает себя независимым от Бога, он находится на пути к поражению и к гибели.

ГРЕХ СУДИТЬ ДРУГИХ (Иак. 4,11.12)

Злословить, или клеветать; греческое каталалейн имеет значение говорить о ком-либо злые и недоброжелательные слова в его отсутствие, когда он сам не может защищаться. Этот грех злословие (греческое существительное – каталалиа) осуждается везде в Библии. Псалмопевец так говорит о порочном человеке: "Сидишь и говоришь на брата, на сына матери твоей клевещешь" (Пс. 49,20). А Бог говорит: "Тайно клевещущего на ближнего своего изгоню" (Пс. 100,5). Павел приводит этот грех среди других непоправимых зол языческого мира (Рим. 1,30), и боится, как бы этот грех не процветал в раздираемой противоречиями церкви Коринфа (2 Кор. 12,20). Интересно отметить что у Павла злоречие и клевета стоят рядом. Каталалия – этим грешат те, которые собираются по углам небольшими кучками и передают друг другу пикантные сведения, губящие доброе имя отсутствующих людей, которые неспособны защищать себя. Петр тоже осуждает этот грех (1 Пет. 2,1).

Это очень важное предостережение. Люди слабо осознают, что в Библии лишь немногие грехи осуждаются столь же строго, как этот грех безответственного злословия. Средний человек получает большое удовольствие от рассказов, слухов и злостные анекдоты об известных всем людях. Хорошо бы нам всем помнить, как на это смотрит Бог. Иаков осуждает этот грех по двум важным причинам.

1. Это нарушение закона Всевышнего любить ближнего, как самого себя (Иак. 2,8; Лев. 19,18). Совершенно очевидно, что человек не может любить своего ближнего и одновременно злословить и клеветать на него. Ну, а если человек сознательно нарушает закон, он ставит себя выше этого закона, то есть сам стал судить о законе. Человек же должен не судить закон, а исполнять его, и потому человек, злословящий своего ближнего присвоил себе право судить закон и нарушать его.

2. Это представляет собой посягательство на права Бога. Злословить своего ближнего – это, в сущности, все равно, что осуждать его, а ни один человек не имеет права осуждать другого человека: право судить принадлежит одному Богу.

Один Бог может спасти и погубить. Это великое право подчеркивается во всем Священном Писании. "Я умерщвляю и оживляю" (Втор. 32,39). "Господь умерщвляет и оживляет" (1 Цар. 2,6). "Разве я Бог, чтобы умерщвлять и оживлять?" – спрашивает потрясенный царь израильский, к которому Нееман обратился с просьбой излечить его от проказы (4 Цар. 5,7). Иисус говорит: "Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне (Мат. 10,28). Судить других, значит брать на себя то, что по праву принадлежит одному Богу; дерзко поступает человек, сознательно посягающий на права Бога.

Можем думать, что злословить ближнего – не великий грех. Но из Писания вытекает, что это один из самых тяжелых грехов, потому что он есть нарушение закона Божия и посягательство на права Бога

ИЗЛИШНЯЯ САМОУВЕРЕННОСТЬ (Иак. 4,13-17)

Иаков снова рисует хорошо знакомую его современникам картину, в которой они, может быть, узнают и себя.

В древнем мире иудеи были величайшими купцами и торговцами, да и сам тогдашний мир давал им много возможностей проявить и развить свои коммерческие способности. Это была эпоха строительства новых городов, и их основатели, искавшие жителей для этих городов, свободно предоставляли иудеям гражданство, потому что везде, где появлялись иудеи, появлялись деньги и процветали ремесла и торговля. Таким образом, перед глазами Иакова стоит человек, заявляющий: "Вот, есть новый город, в котором открываются отличные возможности для торговли. Отправлюсь-ка я туда, начну там на выгодных условиях, поторгую там годик-другой, составлю себе состояние и вернусь назад богатым". На это Иаков отвечает, что никто из людей не имеет права строить самодовольные планы на будущее, потому что он даже не знает, что принесет ему день грядущий. Человек предполагает, а Бог располагает.

Сознание абсолютной неуверенности в будущем было прежде присуще всем народам. Иудейский мудрец писал: "Не хвались завтрашним днем; потому что не знаешь, что родит тот день" (Прит. 27,1). Иисус рассказал притчу о богатом, но неумном человеке, составившем себе состояние и строившем планы на будущее, забыв о том, что душу у него Бог может потребовать в ту же ночь (Лук. 12,16-21). Иисус, сын Сирахов, писал: "иной делается богатым от осмотрительности и бережливости своей, и это часть награды его, когда он скажет: "я нашел покой, и теперь наслаждаюсь моими благами". И не знает он, сколько пройдет времени до того, когда он оставит их другим и умрет" (Сир. 11,16-18).

А древнеримский философ Сенека сказал: "Глупо человеку составлять планы на жизнь, когда он даже не может сам решить, что будет завтра", и еще: "Ни у кого нет таких богатых друзей, чтобы он мог обещать себе завтрашний день". У иудейских раввинов была на этот счет такая поговорка: "Не заботься о завтрашнем дне, потому что не можешь знать, что принесет день грядущий. Может быть ты вовсе не увидишь завтрашнего дня". Рассказывают, что шотландский писатель и драматург Бэри в пожилом возрасте никогда не планировал на несколько дней вперед. "Сразу, немедленно", – говорил он всегда.

Но, продолжает Иаков, такая неуверенность не должна вызывать ни страха, ни бездеятельности, мы просто должны хорошо помнить, что полностью зависим от Бога. Разумный человек всегда строит свои планы с учетом этой зависимости. Павел писал Коринфянам: "Я скоро приду к вам, если угодно будет Господу (1 Кор. 4,19). "Надеюсь пробыть у вас несколько времени, если Господь позволит" (1 Кор. 16,7).

Древнегреческий писатель и историк Ксенофонт писал: "Пусть все это будет так, если боги так желают. Если кого-то удивит выражение: "если богам так угодно", я скажу ему, что если бы он познал опасности жизни, он не стал бы так удивляться". Древнегреческий философ Платон передает такой разговор философа Сократа с афинским военачальником Алкивиадом. Алкивиад: "Я сделаю так, если ты так хочешь, Сократ". Сократ: "Алкивиад, так не говорят". "А как надо говорить?" "Ты должен говорить вот так: "Если Богу так угодно будет". Средневековый церковный писатель Минуций Феликс писал: "Бог дал, – простой человек интуитивно говорит так". Арабы всегда говорят: "Если аллаху будет угодно". Странно, но складывается впечатление, что иудеи не знали этой истины. В ее познании им надлежало потрудиться.

Истинный христианин не должен страшиться неуверенности в завтрашнем дне или впадать из-за этого в бездействие. Ему следовало бы вручить свое будущее и свои планы в руки Божьей, помня, что его собственные планы могут отличаться от предназначений Божиих. Человек, забывший об этом, грешит в надменности. В греческом это слово алацонейа, которым первоначально характеризовали бродячего знахаря-шарлатана. Он предлагал лекарства, которые не излечивали, и хвастался вещами, которые вовсе не мог делать. Будущее находится не в руках людей и человек не может самонадеянно утверждать, что он может определять его.

И Иаков заканчивает предупреждением: кто продолжает делать зло, зная об этом, грешит. Иаков, собственно, говорит: "Я предупредил вас. Я открыл вам глаза на истину". Пытаться сейчас самодовольно планировать свою будущую жизнь – это грех для человека, которому уже напомнили, что будущее находится в руках Бога.


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →