Комментарии Баркли на послание К Римлянам, введение

← предыдущая   •   все главы   •   следующая →

ВВЕДЕНИЕ К ПОСЛАНИЮ К РИМЛЯНАМ

ПОСЛАНИЕ, НЕ ПОХОЖЕЕ НА ДРУГИЕ

Существует очевидное различие между Посланием апостола Павла к Римлянам и его другими посланиями. Всякий читатель, переходя непосредственно после чтения, например, Послания к Коринфянам, почувствует отличие как по духу, так и по подходу. В очень большой степени объясняется это тем, что когда Павел писал Римской церкви он обратился к церкви, в основании которой он не принимал никакого участия и с которой у него не было совершенно никаких личных связей. Этим и объясняется то, что в Послании к Римлянам так мало деталей, касающихся конкретных проблем, которыми полны его прочие послания. Вот почему Послание к Римлянам, на первый взгляд, кажется более абстрактным. Как выразился Дибелиус: "Из всех посланий апостола Павла это послание менее всего обусловлено текущим моментом".

Мы можем выразить это иначе. Послание к Римлянам из всех посланий апостола Павла ближе всех приближается к богословскому трактату. Почти во всех своих других посланиях он разрешает какую-нибудь насущную проблему, сложное положение, текущую ошибку или угрожающую опасность, нависшую над церковными общинами, к которым он писал. В Послании к Римлянам апостол Павел подошёл ближе всего к систематическому изложению своих собственных богословских взглядов вне зависимости от стечения каких-либо животрепещущих обстоятельств.

ЗАВЕЩАТЕЛЬНОЕ И ПРОФИЛАКТИЧЕСКОЕ

Именно поэтому два великих учёных применили к Посланию к Римлянам два великолепных определения. Санди назвал его завещательным. Создаётся такое впечатление, что Павел как бы писал своё последнее богословское завещание, своё последнее слово о своей вере, как будто в Послании к Римлянам он источил сокровенное слово о своей вере и о своём убеждении. Рим был крупнейшим городом мира, столицей величайшей империи, какую мир когда-либо видел. Апостол Павел никогда не бывал там и он не знал, будет ли он там когда-нибудь. Но когда он писал церкви в таком городе, было уместным изложить основу и суть своей веры. Профилактическим является то, что предохраняет от инфекции. Апостол Павел слишком часто видел какой вред и заботы могут вызвать ложные представления, извращённые понятия, вводящие в заблуждение концепции христианской веры и убеждения. Поэтому он хотел послать церкви города, являвшегося центром тогдашнего мира, послание, которое бы воздвигло для них такой храм веры, что если бы к ним когда-нибудь пришла зараза, они имели бы в истинном слове христианского учения мощное и действенное противоядие. Он почувствовал, что лучшей защитой от заразы ложных учений является профилактическое воздействие истины.

ПОВОД ДЛЯ НАПИСАНИЯ ПОСЛАНИЯ К РИМЛЯНАМ

Всю его жизнь преследовала апостола Павла мысль о Риме. Благовествовать там – всегда было его мечтой. Находясь в Ефесе, он замышляет пройти снова через Ахаию и Македонию. А потом у него срывается предложение, определённо идущее от сердца "Побывав там я должен видеть Рим" (Деян. 19,21). Когда он встретился с большими трудностями в Иерусалиме и положение его было угрожающим и конец казался близким, ему явилось одно из тех видений, которые ободряли его. В этом видении Бог стоял рядом с ним и говорил: "Дерзай, Павел; ибо как ты свидетельствовал о Мне в Иерусалиме, так НАДЛЕЖИТ ТЕБЕ СВИДЕТЕЛЬСТВОВАТЬ И В РИМЕ". (Деян. 23,11). Уже в первой главе этого послания звучит страстное желание Павла увидеть Рим. "Ибо я весьма желаю увидеть вас, чтобы преподать вам некое дарование духовное к утверждению вашему" (Рим. 1,11). "Итак, что до меня, то я готов благовествовать и вам, находящимся в Риме" (Рим. 1,15). Можно уверенно сказать, что имя "Рим" было начертано в сердце апостола Павла.

Послание к Римлянам Апостол Павел написал в 58 г. в Коринфе. Он как раз завершал очень дорогой его сердцу замысел. Церковь в Иерусалиме, являвшаяся матерью всех церковных общин, обеднела и Павел собирал в её пользу денежные подаяния во всех вновь созданных церковных общинах (1 Кор. 16,1 и далее; 2 Кор. 9,1 далее). Эти денежные даяния имели две цели: они давали молодым церковным общинам возможность проявить на деле христианское милосердие, и они представляли собой самый действенный путь показать всем христианам единство христианской церкви, научить их тому, что они являются не просто членами изолированных и независимых религиозных братств, а членами одной великой церкви, каждая часть которой несёт бремя ответственности за всех остальных. Когда апостол Павел писал Послание к Римлянам, он как раз собирался отправиться в Иерусалим с этим даром для Иерусалимской церковной общины: "А теперь я иду в Иерусалим, чтобы послужить святым" (Рим. 15,25).

ЦЕЛЬ НАПИСАНИЯ ПОСЛАНИЯ

Почему же он написал это послание в такой момент?

(а) Апостол Павел знал, что поездка в Иерусалим была чревата опасными последствиями. Он знал, что поехать в Иерусалим означало рисковать своей жизнью и свободой. Он очень хотел, чтобы и члены Римской церкви молились за него, прежде чем он отправится в своё путешествие. "Между тем умоляю вас, братия, Господом нашим Иисусом Христом и любовью Духа подвизаться со мною в молитвах за меня к Богу. Чтобы избавиться мне от неверующих в Иудее, чтобы служение моё для Иерусалима было благоприятно святым". (Рим. 15,30.31). Он заручался молитвами верующих, прежде чем пуститься в это опасное предприятие.

(б) В голове Павла зрели большие планы. О нём говорили, что его "всегда преследовали мысли о дальних краях". Он никогда не видел судна, стоящего на якоре, но он всегда горел желанием подняться на борт, чтобы принести людям за морем благую весть. Он никогда не видел горной цепи в голубой дали, но он всегда горел желанием пересечь её, чтобы передать рассказ о распятии людям, которые никогда не слышали о нём. И в то же время Павла преследовала мысль об Испании. "Как только предприму путь в Испанию, приду к вам. Ибо надеюсь, что проходя, увижусь с вами". (Рим. 15,24). "Исполнив это и доставив им (церкви в Иерусалиме) сей плод усердия, я отправлюсь через ваши места в Испанию". (Рим. 15,28). Откуда это страстное желание пойти в Испанию? Рим открыл эту землю. Некоторые из больших римских дорог и строений всё ещё находятся там до наших времён. Как раз в то время Испания блистала великими именами. Многие из великих людей, которые вписывали свои имена в римскую историю и литературу, были выходцами из Испании. Среди них был Марциал – великий мастер эпиграмм, Лукан – эпический поэт; были Колумела и Помпоний Мела – крупные фигуры в римской литературе, был Квинтиллиан – мастер римского ораторского искусства, и, особенно, там был Сенека – величайший из римских философов-стоиков, учитель императора Нерона и премьер министр Римской империи. Поэтому вполне естественно, что мысли Павла обратились к этой стране, породившей такую плеяду блистательных имён. Что может произойти, если такие люди станут сопричастными к Христу? Насколько нам известно, Павел никогда так и не побывал в Испании. Во время этого визита в Иерусалиме его арестовали и больше не освободили. Но когда он писал Послание к Римлянам, он мечтал именно об этом.

Павел был превосходным стратегом. Он, как хороший полководец, наметил план действия. Он считал, что может покинуть Малую Азию и на время оставить Грецию. Он видел перед собой весь Запад, нетронутую территорию, которую он должен был покорить для Христа. Однако, для того чтобы приступить к исполнению такого плана на Западе, ему нужен был опорный пункт. И таким опорным пунктом могло быть только одно место, и этим местом был Рим.

Вот почему Павел написал Послание к Римлянам. В его сердце ожила та великая мечта, а в его уме зрел великий план. Ему нужен был Рим как опорный пункт для этого нового совершения. Он был уверен в том, что церковь в Риме должна знать его имя. Но, как человек трезвый, он был также уверен в том, что известия о нём, доходившие до Рима, были разноречивыми. Его недруги могли распространять о нём клевету и ложные обвинения. Вот поэтому он написал послание Римской церкви, дав в нём изложение самой сути своей веры, дабы, когда придёт время свершений, найти в Риме сочувствующую церковь, через которую можно было бы установить связи с Испанией и с Западом. Потому что у него был такой план и такие намерения апостол Павел и написал в 58 г. в Коринфе своё Послание к Римлянам.

ПЛАН ПОСЛАНИЯ

Послание к Римлянам является одновременно и очень сложным, и по структуре тщательно продуманным письмом. Чтобы легче разобраться в нём надобно иметь представление о его структуре. Оно разделяется на четыре части.

(1) Главы 1-8, в которых речь идёт о проблеме праведности.

(2) Главы 9-11, которые посвящены вопросу иудеев, т. е, избранному народу.

(3) Главы 12-15, в которых идёт речь о практических вопросах жизни.

(4) Глава 16 является письмом, в котором представлена диакониса Фива и перечислены личные приветствия.

(1) Когда Павел пользуется словом праведность, он подразумевает правильные отношения к Богу. Праведный – это человек, который находится в правильных отношениях к Богу, и жизнь его подтверждает это.

Павел начинает с образа языческого мира. Стоит только взглянуть на разложение и разврат, царящие там, чтобы понять, что проблема праведности там не разрешена. После этого Павел обращается к иудеям. Иудеи пытались разрешить проблемы праведности дотошным исполнением закона. Павел сам испытал этот путь, приведший его к крушению и поражению, ибо ни один человек на земле не может в совершенстве исполнять законы и, следовательно, каждый обречён жить с постоянным чувством, что он в долгу перед Богом и заслуживает Его осуждения. Поэтому Павел находит путь праведности для себя – путь абсолютной веры и преданности. Единственно правильное отношение к Богу – это поверить Ему на слово и положиться на Его милость и любовь. Это и есть путь веры. Надо знать, что важно не то, что мы можем сделать для Бога, но что Он сделал для нас. Основой христианской веры для Павла было убеждение, что мы не только никогда не сможем заслужить милость Бога или стать достойными её, но нам и не нужно этого добиваться. Вся проблема заключается исключительно в милости, и всё, что мы можем делать – это принимать с изумлённой любовью, благодарностью и доверием то, что Бог сделал для нас. Это, однако, не освобождает нас от обстоятельств, и не даёт нам права поступать по нашему усмотрению: это значит, что мы должны постоянно и всегда пытаться быть достойными той любви, столько совершившей для нас. Но мы более не пытаемся выполнять требования неумолимого, строгого и осуждающего закона; мы более не преступники перед судьёй; мы – любящие, которые отдали всю свою жизнь и любовь тому, Кто первым полюбил нас.

(2) Проблема иудеев была терзающей. В полном смысле этого слова они были избранным Богом народом, однако, когда Сын Его пришёл в мир, они отвергли Его. Какие объяснения можно было дать этому душераздирающему факту?

Единственное объяснение Павла заключалось в том, что это тоже было божественным актом. Сердца иудеев были почему-то ожесточены; кроме того, это было не полным поражением: какая то часть иудеев оставалась верной Ему. Кроме того, это было не без смысла: ибо именно потому, что иудеи отвергли Христа, к Нему получили доступ язычники, которые потом обратят иудеев и всё человечество будет спасено.

Павел идёт дальше: иудей всегда претендовал на то, что он является членом избранного народа уже в силу того, что он родился иудеем. Это всё выводилось из факта чисто расового происхождения от Авраама. Но Павел настаивает на том, что истинный иудей не тот, чья кровь и плоть могут быть по происхождению прослежены до Авраама. Это тот человек, который пришёл к тому же решению об абсолютной покорности Богу в любящей вере, к которому пришёл и Авраам. Поэтому Павел утверждает, что есть много чистокровных иудеев, которые вовсе не являются иудеями в истинном смысле этого слова. В то же время много людей из других народов являются истинными иудеями. Новый Израиль, поэтому, не представляет собой расового единства; его составляли те, кто имел ту же веру, которую имел Авраам.

(3) Двенадцатая глава Послания к Римлянам содержит столь важные этические положения, что её всегда нужно ставить рядом с Нагорной проповедью. В этой главе Павел излагает этические достоинства христианской веры. Четырнадцатая и пятнадцатая главы касаются извечно важного вопроса. В церкви всегда имелся узкий круг людей, которые считали, что они должны воздерживаться от определённых яств и напитков, и которые придавали определённым дням и церемониям особое значение. Павел рассуждает о них как о более слабых братьях, так как их вера зависела от этих внешних вещей. Имелась и другая более свободомыслящая часть, которая не связывала себя строгим соблюдением этих правил и обрядов. Павел считает их братьями более сильными в их вере. Он совершенно ясно излагает, что он на стороне братьев более свободных от предрассудков; но он излагает здесь важный принцип: ни один человек никогда не должен делать ничего такого, что могло бы уничижить более слабого собрата, либо же поставить на его пути камни преткновения. Он защищает свой основной принцип, что никто не должен когда-либо совершать такое, что может затруднять кому-либо быть христианином; и это вполне можно понимать так, что мы должны оставить то, что является удобным и полезным для нас лично, ради нашего более слабого собрата. Христианская свобода не должна быть применена таким образом, чтобы этим наносился вред жизни или совести другого человека.

ДВА ВОПРОСА

Шестнадцатая глава всегда ставила перед учёными проблему. Многие чувствовали, что она, в сущности, не представляет собой части Послания к Римлянам, а что она на самом деле, письмо, адресованное другой церкви, которое было присоединено к Посланию к Римлянам, когда собирали письма апостола Павла. Каковы их доводы? Во-первых и прежде всего, в этой главе Павел посылает приветствия двадцати шести различным лицам, двадцати четырёх из них он называет по имени и, очевидно, все ему близко знакомы. Он, например, может сказать, что мать Руфа была и ему матерью. Возможно ли это, чтобы Павел близко знал двадцать шесть человек в церкви, которую он никогда не посещал? Собственно говоря, в этой главе он приветствует гораздо больше людей, нежели в любом другом послании. А ведь он никогда не вступал в Рим. Здесь нужны какие-то объяснения. Если эта глава не была написана в Рим, то кому же она была адресована? Именно здесь появляются имена Прискиллы и Акилы, которые вызывают разногласия. Мы знаем, что они покинули Рим в 52 г., когда Император Клавдий издал эдикт, изгонявший иудеев (Деян. 18,2). Мы знаем, что они прибыли с Павлом в Ефес (Деян. 18,18), что они были в Ефесе, когда Павел писал своё Послание к Коринфянам (1 Кор. 16,19), т.е., менее двух лет перед тем как он писал Послание к Римлянам. И мы знаем, что они находились ещё в Ефесе, когда были написаны пасторские послания (2 Тим. 4, 9). Несомненно, что если к нам попадает письмо, в котором посылаются приветствия Прискилле и Акиле без другого адреса, то мы должны бы предположить, что оно было адресовано в Ефес.

Имеются ли какие-либо доказательства, позволяющие нам сделать заключение, что глава 16 была в первую очередь послана в Ефес? Имеются очевидные причины, обусловившие более длительное пребывание Павла в Ефесе, нежели в другом месте, и, поэтому было бы вполне естественно, если бы он посылал туда приветствия многим людям. Павел говорит далее об Епенете, "который есть начаток Ахаии для Христа". Ефес находится в Малой Азии, и поэтому, такое упоминание было бы также естественным для послания в Ефес, но не для послания в Рим. В Послании к Римлянам (Рим. 16,17) говорится "о производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились". Это звучит, как будто Павел говорит о возможном неповиновении его собственному учению, а ведь он никогда не учил в Риме.

Можно утверждать, что шестнадцатая глава была первоначально адресована в Ефес, но и это утверждение не является столь неопровержимым, как это может показаться на первый взгляд. Во-первых, нет никаких доказательств, что эта глава когда-либо связывалась с чем-либо, кроме Послания к Римлянам. Во-вторых, как это ни странно, но Павел никогда не посылает личных приветствий в церкви, которые он хорошо знал. Ни в Посланиях к Фессалоникийцам, ни к Коринфянам, Галатам и Филиппийцам к церквам, которые он хорошо знал – нет личных приветствий, и в то же время такие приветствия имеются в Послании к Колоссянам, хотя Павел никогда не бывал в Колоссах.

Причина этому проста: если бы Павел посылал личные приветствия хорошо ему знакомым церквам, то среди членов церкви вполне могло возникнуть чувство ревности и зависти. Напротив же, когда он писал послания церквам, которых он никогда не посещал, он хотел установить как можно больше личных связей. Лишь один тот факт, что Павел никогда не был в Риме, вполне мог его побудить к стремлению установить как можно больше личных связей. Опять же важно помнить, что Прискилла и Акила действительно были изгнаны из Рима эдиктом, но разве не высшей степени вероятно, что после того, как прошли все опасности, через шесть-семь лет они вернутся в Рим с тем, чтобы вновь заняться своим ремеслом, после того как они пожили в других городах? И разве не вполне допустимо, что многие из других имён принадлежат людям, которые также побывали в изгнании, жили временно в других городах, где они встретили Павла, и, которые, как только опасность миновала, вернулись в Рим и в свои дома? Павел был бы в восторге от того, что у него так много личных знакомых в Риме и обязательно воспользовался бы случаем, чтобы установить с ними прочную связь.

Ниже, как мы увидим, когда мы перейдём к детальному изучению главы шестнадцатой, многие имена – домочадцы Аристовула и Наркисса, Амплий, Нирей и другие – вполне уместны для Рима. Несмотря на то, что имеются доводы в пользу Ефеса, мы можем принять, что нет необходимости отделять главу шестнадцать от Послания к Римлянам.

Но есть более интересная и более важная проблема. Ранние списки показывают чрезвычайно странные вещи, связанные с главами 14, 15, 16. Самым естественным для славословия местом является конец послания. В Послании к Римлянам (16,25-27) имеется хвалебный гимн во славу Господа и в большинстве хороших списков он стоит в конце. Но в некоторых списках он стоит в конце четырнадцатой главы (24-26), в двух хороших списках этот гимн приводится и в том и в другом месте, в одном древнем списке он приводится в конце пятнадцатой главы, в двух списках его нет ни в том, ни в другом месте, но для него оставлено свободное место. В одном древнем латинском списке приводится перечень краткого содержания разделов. Вот как выглядят последние два:

50: Об ответственности того, кто осуждает брата своего за пищу.

Это, несомненно, Послание к Римлянам 14,15-23.

51: О Тайне Господа, о которой было умолчано до Его страданий, но которая явлена после Его страданий.

Это, также несомненно, Послание к Римлянам 14,24-26- гимн во славу Господа. Ясно, что этот перечень краткого содержания глав был сделан по списку, в котором отсутствовали главы пятнадцать и шестнадцать. Однако имеется нечто, что проливает свет на это. В одном списке упоминание названия Рима (Рим. 1,7 и 1,15) совершенно упущено. В нём вообще нет указания на место, куда адресовано послание.

Всё это показывает, что Послание к Римлянам распространялось в двух формах. Одна форма та, которая у нас – с шестнадцатью главами и другая – с четырнадцатью; и возможно, ещё одна – с пятнадцатью. Объяснение, по-видимому, такое: когда Павел писал Послание к Римлянам, в нём было шестнадцать глав; однако, главы 15 и 16 носят личный характер и касаются конкретно Рима. С другой же стороны, ни в одном другом послании Павла не приводится всё его учение в такой сжатой форме. Должно быть, произошло следующее: Послание к Римлянам стало распространяться среди всех других церквей, при этом опускались последние главы, имевшие чисто местное значение, за исключением славословия. Уже тогда, несомненно, почувствовали, что Послание к Римлянам носит слишком фундаментальный характер, чтобы оно могло ограничиваться только Римом и остаться там и, поэтому, из него были изъяты главы, носившие чисто локальный характер и оно было разослано всей церкви. Уже с самых ранних времён Церковь почувствовала, что Послание к Римлянам является таким выдающимся изложением мыслей Павла, что оно должно стать достоянием не только одной общины, но церкви в целом. Когда мы изучаем Послание апостола Павла к Римлянам, мы должны помнить, что люди всегда смотрели на него как на основу евангельской веры Павла.


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →