Комментарии Баркли на послание К Римлянам 10 глава

НЕУМЕСТНОЕ РВЕНИЕ (Рим. 10,1-13)

Павел высказал несколько неприятных для иудеев мыслей. Он говорил им истины, которые тяжело было слышать и принимать. Весь раздел от главы 9 до 11 Послания к Римлянам осуждает отношения израильтян к Богу. Но от начала до конца в нём отсутствует и гнев: в нём звучит лишь страстное тоскующее желание и искренняя тоска. Единственное желание Павла – спасти иудеев.

Если мы хотим привлечь людей к христианской вере, наше отношение должно быть именно таким же. Знаменитые проповедники знали это. "Не бранитесь", говорил один из них. "Всегда старайтесь не повышать голоса", говорил другой. Один из великих современных проповедников определил проповедь "умалением людей". Иисус оплакивал Иерусалим. Нам знакома проповедь, которая гневными словами проклинает грешников, но Павел всегда говорит истину с любовью.

Павел был вполне готов согласиться с тем, что иудеи "имеют ревность по Боге"; но он также видел, что эта ревность была неправильно направлена. Иудейская религия была основана на выполнении закона. Однако ясно, что такое повиновение мог оказывать только человек, относящийся чрезвычайно серьёзно к своей религии. Это было не просто. Повиновение могло часто вызывать крайние затруднения и осложнять жизнь различными неприятностями.

Возьмём, например, закон субботы. В нём было установлено, какое расстояние человек может пройти в субботу. Там также было установлено, что человек может поднимать предмет не тяжелее двух сушеных винных ягод, что никакой пищи в субботу нельзя готовить. В случае болезни, в субботу можно было предпринимать меры, предотвращающие ухудшение состояния больного, но нельзя ничего делать для поправления его здоровья. Ещё и в настоящее время есть в этой стране ортодоксальные иудеи, которые в субботу не поправят огня в печи и не включат света. Если все же необходимо поправить огонь в печи, то на это нанимают язычника. Достаточно богатые иудеи иногда устанавливают реле времени, включающее свет в сумерки в субботу, чтобы не делать этого самим.

Это достойно не улыбки, а восхищения. Идти путём, начертанным законом, было не просто. Никто и не стал бы на него, если бы он не принимал его серьёзно. Иудеи всегда были усердными и остались такими доныне. Павлу было не трудно воздать им должное в этом, но их усердие было неправильно применено и неверно направлено.

В четвёртой книге Маккавеев приводится поразительный случай. Иудейский жрец Елеазар был приведён к Антиоху Епифану, поставившего перед собою цель искоренить иудейскую религию. Антиох приказал Елеазару есть свинину. Старый жрец отказался. "Нет, даже если ты вырвешь мои глаза и сожжёшь мои внутренности. Мы, о Антиох, – сказал он, – живущие в соответствии с божественным законом, не представляем себе повинности более обязывающей, чем повиновение нашему закону". Если даже и умереть, то так, чтобы отцы приняли его как "святого и непорочного". Его приказали отстегать кнутом. "Кнуты рвали с него мясо, кровь ручьями потекла и рёбра его обнажились от ран". Он упал и солдат ударил его ногой. Его стойкость вызвала сострадание у солдат и они принесли ему приправленное мясо – не свинину – и сказали ему, чтобы он ел его и сказал, что он ел свинину. Он отказался. В конце концов, его убили. "За Твой закон от жгучих мучений умираю", стонал он в молитве. "Он противился", говорит автор, "ради закона до смертельной агонии".

И ради чего всё это? Из-за свинины: есть или не есть её. Кажется непостижимым, что человек должен умереть таким образом ради такого закона. Но иудеи умирали так. Воистину, они с рвением и усердием относились к закону. Никто не может сказать, что они не были безрассудно серьёзными в своём служении Богу.

Они считали, что таким повиновением закону человек заслужит доверие Господа. Ничто не показывает лучше взгляды иудеев, чем их деление человечества на три класса. Были благочестивые, то есть те, которые добивались положительного баланса; но были и неблагочестивые, которые имели отрицательный баланс, имелись же ещё и такие, которые находились между положительным и отрицательным балансом, которые, сделав ещё одно хорошее дело, попадали в класс благочестивых. Всё это сводилось к закону и деяниям. На это Павел отвечает: "Конец закона – Христос". Под этим он подразумевает следующее: "Христос – конец законного подхода". Отношения между Богом и человеком более не являются отношениями между заимодавцем и должником, чиновником и служащим, судьей и подсудимым. Благодаря Иисусу Христу, человек более не стоит перед задачей удовлетворить требования Божественной справедливости; ему нужно только принять Его любовь. Он более не должен заслуживать расположения Бога; ему надо только принять Его благодать, любовь и милосердие, которые ему даются совершенно безвозмездно.

Для доказательства этого Павел пользуется двумя цитатами из Ветхого Завета. Сперва он приводит цитату из Лев. 18,5, где сказано, что если человек точно исполняет заветы закона, он обретёт жизнь. Это правда – но никто никогда не сделал этого. Далее Павел цитирует Втор. 30,12.13, где Моисей говорит, что закон Божий не является недоступным и невозможным; он в устах человека, в его жизни и сердце. В этом отрывке Павел говорит аллегорично: не наши усилия привели Христа в этот мир и воскресили Его. И не нашими деяниями заслужено великодушие. Всё свершено для нас и нам остаётся лишь принять это.

Стихи 9 и 10 имеют первостепенное значение. В них изложена основа первого христианского вероисповедания:

1) Человек должен признать Иисуса Христа Господом. Слово куриос означает Господь. Оно является ключевым для раннего христианства, и имеет четыре различные по степени значения: (а) Обычное обращение, выражающее уважение к человеку, подобно русскому "государь", (б) Обычный титул римских императоров, (в) Обычный титул греческих богов, стоящий перед именем Бога. Куриос серапис – это Господь Бог. (г) В греческих переводах иудейских священных книг "куриос" обычно употребляется для перевода Божественного имени Ягве, Иегова. Поэтому, если человек называл Иисуса куриос, он равнял его с императором и Богом. Он этим давал ему самое почётное место в своей жизни; он обещал ему своё безоговорочное послушание и благоговейное почитание. Назвать Иисуса "куриос" значило считать его единственным в своём роде. Поэтому человек-христианин должен понимать эту абсолютную уникальность Иисуса Христа.

2) Человек должен верить, что Иисус воскрес из мёртвых. Воскресение из мёртвых имело принципиальное значение для христианской веры. Христианин должен верить не только в то, что Иисус жил, но и что Он живёт. Он не только должен знать о Христе, но он должен знать Его. Христианин не изучает историческую личность, какой бы великой она ни была; он живёт с реальной действительностью. Христианин должен знать не только Христа мученика, но и Христа победителя.

3) Человек не только должен верить сердцем; он должен исповедовать свою веру своими устами. Христианство – это вера плюс исповедание её. Оно включает свидетельство перед людьми. Не только Бог, но и наши соплеменники должны знать за кого мы.

Иудею было бы трудно поверить, что путь к Богу лежит не через закон; такая вера и такое принятие были потрясающе и невероятно новыми для него. Ему было бы также трудно поверить, что путь к Богу открыт каждому. В его представлении язычники находились совсем не в том положении, в котором были иудеи. Поэтому Павел завершает свой аргумент цитатой из Ис. 28,16: "верующий в него не постыдится". Здесь нет слова о законе; всё основано на вере. Потом Павел цитирует Иоиля 2;32: "Всякий, кто призовёт имя Господне, спасётся". Здесь нет никаких ограничений: обещание дано каждому; нет никакого различия между иудеем и эллином.

В сущности, этот отрывок является призывом к иудеям оставить путь соблюдения закона и ступить на путь благодати. Он призывает к исследованию этого, ибо их рвение ложно направлено. Это призыв прислушаться к пророкам, которые уже давно заявили, что вера – единственный путь к Богу, и что этот путь открыт каждому.

РАЗРУШЕНИЕ ОПРАВДАНИЙ (Рим. 10,14-21)

Большинство комментаторов согласны в том, что это один из самых трудных и неясных отрывков в Послании к Римлянам. Кажется, что этот отрывок представляет собой не столько завершённый отрывок, сколько конспект. Будто склад его речи подобен телеграмме. Возможно, перед нами заметки какого-то обращения, в котором Павел пытался убедить иудеев, что они впали в заблуждение. В основном схема такова: в предыдущем отрывке Павел говорил, что путь к Богу ведет не через деяния и закон, а через веру и доверие. Но на это можно возразить: а как быть, если иудеи никогда не слышали об этом? Ответ Павла относится именно к этому возражению, и, отвечая на него всесторонне, он подкрепляет каждый аспект цитатой из Священного Писания.

Давайте рассмотрим возражения и приведённые на них цитаты из Священного Писания один за другим:

1) Первое возражение гласит: "Как призвать Того, в Кого не уверовали? Нельзя верить в Бога, если не слышишь о Нём. Как услышать без проповедующего? И как проповедовать, если не будут посланы?" На это возражение Павел отвечает, цитируя из Ис. 52,7, в котором пророк указывает на то, что люди с радостью встречают тех, кто благовествует благие вести. Итак, первый ответ Павла таков: "Вы не можете сказать, что к вам никто не был послан проповедовать: Исаия описывает этих самых посланников-благовестников, а Исаия жил давно".

2) Второе возражение: "Но, в сущности, Израиль не слушал благовествования, даже если довод верен. Что же скажете на это?" Павел отвечает: "Неверие Израиля можно было ожидать, ибо, ещё очень давно Исаия был вынужден сказать в отчаянии: "Господи, кто поверил слышанному от нас?" (Ис. 53,1). Верно, что Израиль не принял благовествования от Бога, и в своём отказе шёл к своему предназначению; история повторялась.

3) Третье возражение является повторением первого: "Но что, если я буду настаивать на том, что они никогда не имели возможности услышать о Нём?" На этот раз Павел цитирует Пс. 18,5: "По всей земле проходит звук их, и до пределов вселенной слова их". Ответ же его таков: "Нет оснований утверждать, что у Израиля не было возможности слышать; ибо в Писании ясно сказано, что благовествование Божие провозглашено всем на земле".

4) Четвертое возражение таково: "Что, если Израиль не понял благовествования?" Очевидно смысл следующий: "А что, если это послание было настолько трудно понять, что, даже услышав его, Израиль не смог понять его смысл?" И вот здесь-то отрывок становится действительно трудным. Но ответ Павла звучит так: "Израиль может быть и не понял, но язычники поняли. Они правильно восприняли значение этого предложения, когда оно нежданно негаданно пришло к ним". Чтобы доказать это Павел цитирует два отрывка; первый из Втор. 32,21, где Бог говорит, что из-за непослушания и противления Израиля, Он передаст Свою благосклонность другому народу, а они, иудеи, будут завидовать народу, который (прежде) не был народом. Второй отрывок взял Павел из Ис. 65,1, где Бог говорит, что странным образом "Меня нашли не искавшие Меня".

Наконец, Павел устанавливает, что на протяжении всей истории Бог простирал руки Свои, призывая Израиль, но он оставался всё время непослушным и упрямым.

Подобный отрывок может показаться нам странным и неубедительным; может также показаться, что некоторые, по крайней мере, из цитированных текстов, были вырваны Павлом из контекста и им было придано значение, которого им никогда не предназначалось. Но всё же этот отрывок имеет непреходящее значение: в нем изложено убеждение, что некоторые формы незнания непростительны:

1) Сюда относится неведение, происходящее от пренебрежения знанием. Существует юридический принцип, согласно которому искренняя неосведомлённость может послужить оправданием, чего пренебрежение знанием никогда не может. Человека нельзя порицать за то, что он никогда не мог узнать; но его можно обвинить пренебрежением узнать то, что всегда было доступно для него. Например, если человек подписывает договор, не читая его условий, то он не может впоследствии пожаловаться, узнав, что условия договора совершенно не соответствуют его представлениям. Если мы пренебрегли подготовиться для выполнения определённой задачи, если нам для этого предоставили все возможности, то мы должны быть осуждены. Человек несёт ответственность за незнание того, что он мог узнать.

2) Сюда относится неведение, исходящее из преднамеренной слепоты. Человек обладает неограниченной и роковой способностью не замечать того, чего не хотят видеть, не слышать того, чего не хотят слышать. Он может отлично сознавать гибельность некоторых привычек, определённого образа жизни или дружеских связей, но он может попросту отказаться смотреть фактам в лицо. Умышленно закрывать глаза может иногда оказаться добродетелью, но чаще всего это безумие.

3) Сюда относится неведение, являющееся по существу, ложью. Случаи, вызывающие у нас сомнение, в действительности встречаются намного реже, чем мы обыкновенно предполагаем. По существу, лишь очень редко мы можем сказать: "Я никогда бы не подумал, что всё может так случиться". Бог дал нам сознание и руководство Его Святого Духа; а мы часто заявляем, что мы не знали чего-то; хотя, если бы мы были честными, нам пришлось бы согласиться с тем, что в тайнах сердца нашего нам была известна истина.

Об этом отрывке нужно сказать ещё одно. В доводе, в его настоящем виде, содержится противоречие. В этом отрывке Павел хотел доказать личную ответственность иудеев. Им следовало знать лучше, но они отвергали призыв Бога. Но ведь Павел аргументировал тем, что всё от Бога, и что человек может повлиять на весь ход событий не более, чем глина на работу гончара. Он поставил рядом два положения: всё от Бога, и во всём человеку дан выбор. Павел даже не пытается разрешить эту дилемму, ибо она является результатом человеческого опыта. Мы знаем, что за всем стоит Бог и одновременно знаем, что мы обладаем свободой воли и можем принять или отклонить предложение Бога. Парадокс положения человека и состоит именно в том, что Бог направляет всё, а человек обладает свободой воли.


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →