Комментарии Баркли на 1-е послание Коринфянам 4 глава

ТРИ СУДА (1 Кор. 4,1-5)

Павел настоятельно просит коринфян не думать об Аполлосе, о Кифе, и о себе самом как о руководителях партий, но думать о них как о служителях Христовых. Для выражения понятия "служитель" Павел употребляет интересное слово – хиперетес, первоначально означавшее гребца, сидящего на нижней скамье триремы. Некоторые комментаторы подчеркивали именно это, с тем, чтобы изобразить картину, на которой Христос является лоцманом, направляющим путь судна, а Павел слугой, получающим указания лоцмана и работающим лишь по указаниям своего Господина.

Потом Павел употребляет другую аллегорию. Он представляет себя и других своих собратьев-проповедников домостроителями тайн Божиих, которые Бог хочет открыть людям. На домостроителя возложена была ответственность и управление всем домом или имением; он контролировал работу всего штата слуг и выдавал припасы; несмотря на это, он все же оставался рабом там, где дело касалось господина. Какое положение человек ни занимает в церкви, какою властью он в ней ни обладает, каким уважением он ни пользуется, – он все же остается служителем Христовым.

Это приводит Павла к мысли о суждении. Важнейшей чертой домостроителя ойкономос, является его верность. Уже то, что он располагает такою независимостью и ответственностью, требует, чтобы господин мог полностью доверять ему. Коринфяне же, разделившись на группы, присвоив себе имя одного из учителей Церкви, вынесли свое суждение относительно каждого из них. И поэтому Павел говорит о трех суждениях, выпадающих на долю каждого человека:

1) Осуждение своих собратьев. Павел не придает ему большого значения. Но человек не может полностью игнорировать суждение своих собратьев. Как это ни странно, даже при многих серьезных ошибках, осуждение со стороны собратьев часто бывает верным. Это объясняется тем, что человек инстинктивно восхищается основными человеческими качествами: благородством, чувством чести, честностью, верностью, щедростью, великодушием, жертвенностью, и любовью. Философ-циник Антисфен любил говорить: "Только два человека могут сказать правду о тебе – выведенный из себя враг и обожающий тебя друг". Конечно, человеческие суждения никогда не должны отвлекать нас от истины. Но также верно и то, что в человеческих суждениях часто бывает больше правды, чем бы нам того хотелось, потому что люди инстинктивно восхищаются благородными чертами характера.

2) Суждение человека о самом себе. Павел и этому суждению не придает особого значения. Он хорошо знал, что суждение человека о самом себе часто искажено самодовольством, гордостью и тщеславием. Но каждый человек обязательно судит о себе. Один из основных этических законов древних греков гласит: "Человек, познай себя". Циники утверждали, что "способность ладить с самим собой" характеризует настоящего человека. Человек не может расстаться с собой, и, если он потеряет самоуважение, жизнь его становится невыносимой.

3) Он должен будет предстать перед судом Божиим. В конечном счете, именно этот суд является единственно правильным. Важным для Павла было не суждение каждого человеческого дня, но, именно, суждение в День Господа. Суд Божий является окончательным по двум причинам: а) Лишь Богу известны все сопутствующие обстоятельства. Он знает, какую борьбу человеку пришлось вести. Он знает те тайны, которые человек не может поверить кому-либо. Он знает, насколько этот человек мог погрязнуть в грехе, и Он также знает, как высоко он мог бы подняться. б) Лишь один Бог знает все мотивы и побуждения. "Человек видит деяния, а Бог – намерения". Многие деяния, кажущиеся с виду благородными, были совершены из самых эгоистических и неблагородных побуждений, а многие деяния, кажущиеся плохими, могли быть выполнены из самых благородных побуждений. Лишь Он, Кто сотворил человеческое сердце, знает его и достоин судить его.

Было бы хорошо, если бы мы всегда помнили две вещи: во-первых, даже если мы избежим всех других суждений и осуждений, или закроем на них глаза, мы не сможем избежать Суда Божьего. И, во-вторых, суд – дело Бога, и нам лучше всего не судить других людей.

АПОСТОЛЬСКОЕ УНИЧИЖЕНИЕ И НЕХРИСТИАНСКАЯ ГОРДЫНЯ (1 Кор. 4,6-13)

Все, что говорил Павел о себе и Аполлосе, верно не только по отношению к ним, но и по отношению к коринфянам. Не только он и Аполлос должны держаться покорно и скромно, помня, что не суд и суждение человеков ожидает их, но суд Божий. Коринфяне должны соблюдать такую же покорность. Павел выбрал очень учтивую манеру, включив себя самого в свои предупреждения и осуждения. Настоящий проповедник редко употребляет местоимение вы, а вместо него мы; он не говорит свысока, а так, будто сидит вместе с ними, и будто у всех такие же чувства и страсти. Если мы действительно хотим помочь людям и спасти их, мы должны не проклинать, а умолять их, и относиться к ним не критикански-придирчиво, а с чувством сострадания. Когда Павел говорит, что коринфяне не должны мудрствовать сверх того, что написано, он говорит не свои слова, а повторяет слова Божьи, осуждающего гордыню.

После этого Павел задает коринфянам самый главный вопрос, имеющий непосредственное к ним отношение: "Что ты имеешь, – спрашивает он, – чего бы не получил?" В этом предложении Августин видел все учение о милосердии. Одно время Августин мыслил в свете человеческих свершений, но потом переменил свои взгляды. "Для решения этого вопроса мы много трудились, чтобы решить вопрос о свободе воли человека, но милосердие Божие одержало верх". Никто ничего не узнал бы о Нем, если бы Бог не явился людям; никто не заслужил бы спасения; человек не может спасти себя, его спасение от Бога. Стоит лишь подумать о том, что мы сделали, и что Бог сделал для нас, и гордыне не остается места, а пребывает лишь покорная благодарность. Главная ошибка коринфян состояла в том, что они забыли, что их души принадлежат Богу.

Далее следует один из тех взлетов, которые мы вновь и вновь встречаем в посланиях Павла. Он изливает на коринфян едкую иронию, сравнивая их гордыню, их самодовольство, их чувство превосходства, с жизнью апостола. Он выбирает для этого яркую картину. Римскому полководцу, одержавшему значительную победу, устраивался триумфальный парад. Он проходил со своей победившей армией по улицам города со всеми захваченными трофеями. В конце парада находилась небольшая группа пленников, обреченных на смерть; после их выводили на арену цирка, где они должны были драться с дикими зверями и умереть. Коринфяне, в их вопиющей гордыне, подобны победоносному полководцу, демонстрирующему трофеи своей доблести, а апостолы – маленькой группе обреченных на смерть пленников. Христианская жизнь в представлении коринфян заключалась в бахвальстве своими привилегиями и в ведении счета своим свершениям; для Павла же она означала скромное служение Христу и готовность умереть за Него.

Перечисляя трудности и унижения, выпадающие в жизни на долю апостолов, Павел упоминает два очень важных факта:

1) Они терпят побои – колафщесфай. Это слово употреблялось специфически при наказании рабов. Плутарх пишет о том, как один свидетель в споре о принадлежности раба определенному человеку, основывался на том, что он бил этого раба. При этом Плутарх употребляет именно это слово. Ради Христа Павел был готов выносить все, что приходится выносить рабу.

2) Он говорит далее: "Злословят нас – лоидоресфай, мы благословляем". Мы, может быть, просто не можем себе представить, насколько поразительным было такое заявление для язычника. Аристотель заявляет, что высочайшей добродетелью человека является мегалопсухиа – великодушие, то есть добродетель человека, имеющего благородную душу; и он определяет эту добродетель как неспособность выносить оскорбление. Для античного мира такая христианская скромность была совершенно новой добродетелью. Такое поведение, конечно, казалось людям безумно глупым, хотя именно это безумие и является мудростью Божией.

ОТЕЦ В ВЕРЕ (1 Кор. 4,14-21)

Этим отрывком Павел заканчивает часть послания, касающуюся, собственно, споров и разногласий в Коринфе. Он пишет так, как пишет отец. Само слово, употребленное Павлом в стихе 14 для передачи значения вразумляю – ноуфетейн, употреблялось в значении предостережений и наставлений, которые отец дает детям (Еф. 6,4). Если даже при этом он говорит сурово, это не та суровость, с которой карают провинившегося раба, а с которой направляют блудного сына на путь истины.

Павел понимал, что по отношению к Коринфской церкви он занимал особое положение. Наставник – педагогос (сравни Гал. 3,4) – детоводитель, не был учителем ребенка, а был им старый и доверенный раб, который провожал ребенка в школу, наставлял его в вопросах морали, заботился о его характере, стараясь сделать из него человека. Ребенок мог иметь много наставников, но лишь одного отца. В будущем у коринфян, может быть, будет еще много наставников, но никто из них уже не сможет сделать того, что сделал Павел: никто из них уже не сможет более родить их к жизни во Христе Иисусе.

После этого Павел говорит поразительную вещь. Она сводится к следующему: "Я призываю детей следовать за отцом". Редкий отец может вымолвить это. Чаще всего надежды и молитвы отца сводятся к тому, чтобы его сын стал тем, чем ему самому никогда не суждено было стать. Большинство из нас, обучающих других, не может сказать: "Делай, как я делаю", а лишь: "Делай, как я говорю". Павел же, не от гордыни, а с уверенностью может призвать своих детей следовать ему в вере.

Потом он делает коринфянам тонкий комплимент. Он пишет, что послал к ним Тимофея, "который напомнит вам о путях моих во Христе Иисусе". В сущности же он говорит, что все их ошибки и заблуждения вызваны не сознательным бунтом, а забывчивостью. Это так типично для человеческой природы. Часто мы вовсе не восстаем против Христа, а просто забываем о Нем. Часто мы вовсе не преднамеренно отворачиваемся от Него, а просто забываем, что Он вездесущ. Большинству из нас нужно, прежде всего и больше всего, одно – жить в постоянном присутствии Иисуса Христа. Не только во время богослужений, но в каждый момент каждого дня Иисус Христос говорит нам: "Помни обо Мне".

И Павел продолжает вызовом. Пусть они не говорят, что он не придет к ним, потому что он посылает к ним Тимофея. Он придет, если угодно будет Господу; и тогда он испытает их. Да, коринфянам хорошо говорить, но их возвышенно звучащие слова ничего не значат, значение же имеют их деяния. Иисус не говорил: "По словам их узнаете их", а "По плодам их узнаете их". Мир полон разговоров о христианстве, но одно деяние стоит тысячи слов.

В заключение Павел спрашивает коринфян, прийти ли ему для того, чтобы назначать наказания, или же для того, чтобы проводить с ними время в любви. Любовь Павла к своим чадам во Христе звучит в каждом его послании, но это не слепая сентиментальная любовь. Любя, он понимал, что наказание может быть необходимостью, и был готов назначить его. Бывает любовь, которая приводит человека к краху. Она игнорирует его недостатки. Но бывает любовь, способная изменить человека, исправить его, разглядывая его светлыми глазами Христа. Любовь Павла подсказывала ему, что иногда нужно причинять боль человеку для исправления его.

Павел разбирал вопрос о ссорах и разногласиях в церкви Коринфа, а теперь он переходит к разбору определенных практических проблем и серьезных проблем внутренней жизни церкви, новости о которых дошли до него. Этот раздел охватывает главы 5 и 6. В 5,1-8 Павел касается блуда. В 5,9-13 он определяет наказание за блуд и иные грехи. В 6,1-8 Павел говорит о том, что братия Коринфской церкви обращаются в суд неверных по делам между собой, а в 6,9-20 он подчеркивает необходимость непорочности.


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →