Комментарии Баркли на 1-е послание Коринфянам 12 глава

ИСПОВЕДЬ ДУХА (1 Кор. 12,1-3)

В Коринфской церкви самые поразительные события происходили через воздействие Святого Духа, но в век экстатических порывов и энтузиазма могут иметь место как случаи истерического возбуждения и самообмана, так и действительные проявления Духа. Посему, в этой и в следующей главе Павел рассматривает случаи истинного проявления Духа Святого.

Этот отрывок очень интересный, потому что мы встречаем в нем две фразы, звучащие как боевой клич:

1) Здесь мы встречаем фразу "...не произнесет анафемы на Иисуса". Такое могло произойти в четырех случаях:

а) Ее могли произнести иудеи. В синагогах молитва всегда содержала проклятие всем вероотступникам, а Иисус принадлежал к ним. Кроме того, как это было хорошо известно Павлу (Гал. 3,13), иудейский закон гласил: "Проклят всяк, висящий на древе". А ведь Иисус был распят на кресте. Было обычным явлением слышать, как иудеи произносили анафему этому еретику и преступнику, которому поклоняются христиане.

б) В высшей степени маловероятно, чтобы иудеи стали побуждать новообращенных, привлеченных христианством произносить это проклятие либо отлучать их от синагоги. Когда Павел рассказывал Агриппе о днях своего гонения, он сказал: "И по всем синагогам я многократно мучил их и принуждал хулить Иисуса" (Деян. 26,11). Может быть, люди получали возможность остаться в синагоге при условии, что они произнесут проклятие Иисусу.

в) То, что было истиной во время написания Павлом этого Послания, было, несомненно, истиной в тяжелые времена гонений. Христиане должны были либо проклинать Христа, либо умереть. Во времена императора Траяна правитель Вифиний Плиний в проверке людей, обвинявшихся в принадлежности к христианам, требовал от них проклинать Христа. Когда был арестован Поликарп, епископ города Смирны, проконсул Статий Квадрат потребовал от него: "Скажи: Прочь безбожники. Клянись божественному кесарю и проклинай Христа". Но стареющий епископ ответил с достоинством: "Восемьдесят шесть лет я служил Христу, и он никогда не причинил мне вреда. Как могу я проклинать моего Царя, спасшего меня?" Вот, несомненно, наступило время, когда человек был поставлен перед выбором: либо проклинать Христа, либо умереть.

г) Возможно также, что в самой церкви какой-то полусумасшедший безумец мог выкрикнуть: "Анафема Иисусу". В той истерической атмосфере все могло случиться, и люди могли объяснять это действием Святого Духа. Павел заявляет, что ни один человек не может сказать что-нибудь против Христа и объяснять это воздействием Духа.

2) Кроме того, в этом отрывке приведен и христианский боевой клич: Иисус – Господь! Если раннехристианская церковь имела символ веры, то им была именно эта фраза (ср. Фил. 2,11). Господь, по-гречески куриос, слово чрезвычайное.

Оно было официальным титулом римского императора. Гонители христиан всегда требовали: "Скажи: Кесарь – Господь (куриос)". Этим словом при переводе Ветхого Завета на греческий язык переводили священное имя Иеговы. Если человек мог сказать "Иисус Господь", это означало, что Ему он был предан превыше всего в жизни и Ему поклонялось его сердце.

Следует отметить, что Павел верил в то, что человек может произнести эту фразу "Иисус Господь" лишь в том случае, если Дух Святой давал эту возможность. Признание высшей власти Господа Иисуса – не столько акт самостоятельного открытия, сделанного Павлом, сколько нечто, открытое ему Богом в Его милосердии.

РАЗЛИЧНЫЕ ДАРЫ БОЖЬИ (1 Кор. 12,4-11)

Основная идея Павла в этом отрывке – подчеркнуть существенное единство Церкви. Церковь есть Тело Христово, а характерной особенностью здорового тела является отличное выполнение каждым членом своей функции для блага целого; но единство не означает единообразия, и, поэтому, внутри церкви представлены различные дарования и различные функции. Но каждый член – дар того же Духа, и предопределен он не к славе отдельного христианина, но ко благу всего целого.

Павел начинает с заявления, что все особые человеческие дарования (харизмата) от Бога, и он, поэтому, верит в то, что эти дарования должны быть использованы для служения Богу. Ошибка церкви, по крайней мере в последнее время, заключается в том, что слишком узко толкуется идея об особых дарованиях. Церковь часто исходила из очевидного предположения, что особые дарования, которые она может использовать, – ораторское, проповедническое, педагогическое, писательское, – более или менее интеллектуальные дарования. Было бы хорошо, если бы Церковь осознала, что дарования людей, работающих своими руками, такие же особые дарования Божьи. Каменщик, плотник, электрик, маляр, инженер, водопроводчик – у каждого особое дарование, полученное им от Бога, которое он может употребить на службу Ему.

Громадный интерес представляет рассмотрение данного Павлом перечня особых дарований, потому что из него мы можем многое узнать о характере и работе раннехристианской церкви.

Павел начинает этот перечень двумя очень похожими друг на друга феноменами: слово мудрости и слово знания. Мудрость – по-гречески софия; Это слово толковалось Климентом Александрийским как "знание предметов человеческих и божественных, а также их причин". Аристотель толкует его как "стремление достичь наилучших результатов, используя наилучшие средства". Это – высшая мудрость. Она идет не столько от мышления, сколько от общения с Богом. Эта мудрость знает Бога. Знание – по-гречески гнозис, намного более практичное явление. Это знание знает, как поступать в каждой конкретной ситуации. Оно практически применяет мудрость – софию в человеческой жизни и в делах. Оба эти качества необходимы как отдельному человеку, так и Церкви в целом. Мудрость, знающая из общения с Богом глубины божественного, и знание, способное воплотить эту мудрость в будничную жизнь, в мир, и в Церковь.

Следующим дарованием в перечне стоит вера. У Павла она нечто большее, нежели наше обычное понятие о вере. Его вера дает видимые результаты. Она не просто убеждение, что вещь якобы истинна. Это страстная вера в духовные ценности, побуждающая человека вложить в них все, что он имеет, и чем он является. Эта вера закаляет волю человека и приводит в действие мышцы его.

Боже, когда сердце горит
И разум открыт святым Словом Твоим,
Трудиться дай мне,
Чтобы воля Твоя сбылась на земле.

Далее Павел говорит об особом даровании исцеления. Раннехристианская Церковь жила в мире, где чудесные исцеления были обычным явлением. Если болел иудей, то он скорее шел к раввину, нежели к доктору, и, очень вероятно, что он исцелялся. Греческим богом исцеления был Эскулап. Люди шли в его храмы, проводя там целые ночи, чтобы быть исцеленными, и часто они исцелялись. И доныне мы находим в руинах таких храмов исполненные по обету дощечки с надписями, увековечившими исцеления; а ведь никто не будет тратить свое время и труды для того, чтобы написать подобное без достаточных на то оснований. В храме Эпидавра имеется надпись, повествующая о том, как некто Алкетас, хотя он и был слепым, видел сон: "Бог, казалось, пришел к нему и своими пальцами открыл ему веки, и он увидел деревья, находившиеся в храме. С наступлением дня он ушел из храма исцеленный". В одном римском храме есть такая надпись: "Валерию Аперу, слепому солдату, бог дал прорицание, чтобы он пошел и взял кровь белого петуха и мед и смешал их в мазь и мазал ею свои глаза три дня, к нему вернулось зрение, он пришел и публично принес благодарность богу". Это был век исцелений.

Нет ни малейшего сомнения в том, что дар исцеления существовал и в раннехристианской Церкви. Павел иначе не упоминал бы об этом. В Послании апостола Иакова (5,14) содержится указание, что больной человек должен прийти к пресвитерам и они помажут его елеем.

Исторически установлено, что до 9 века обряд помазания предназначался для лечения, и лишь позже он получил название таинства соборования. Он выполнялся для приготовления к смерти. Церковь никогда не утрачивала полностью этот дар исцеления; и в наше время он частично открыт заново. Монтень, один из самых мудрых когда-либо писавших авторов, сказал по поводу обучения мальчика: "Я хотел бы, чтобы его члены были обучены не меньше, чем его ум. Мы обучаем не мозг, не тело, мы обучаем человека. И нельзя делить его на две части". Церковь слишком долго делила человека на душу и тело, и брала на себя ответственность лишь за его душу, а не за тело. Хорошо, что теперь мы снова научились смотреть на человека как на единство души и тела.

Далее Павел приводит чудотворения. Можно почти с достоверностью сказать, что он имеет в виду заклинания, изгнание духов. В те времена многие болезни, часто даже все и, в особенности, душевные, объясняли действиями демонов, и одна из функций Церкви заключалась как раз в изгнании этих демонов. Было ли это действительно так или нет, одержимый ими человек был убежден в том, что они действительно существовали, и Церковь могла помочь ему, и она помогала. Изгнание злых духов часто и сегодня занимает заметное место в деятельности миссионеров; и во все времена задача Церкви – помогать больному и расстроенному уму.

Далее Павел напоминает о даровании пророчества. Мы лучше поймем мысль Павла, если переведем его слова как проповедование. Слово пророчество у нас слишком часто ассоциируется с предсказанием грядущего. Но во все времена пророчество было чаще не предсказанием, а вещанием. Пророк живет в столь тесной близости с Богом, что он знает Его мысли, желания и волю, и, таким образом, может сообщить их людям. Вследствие этого он выполняет двойную функцию: а) Он возвещает обличения и предупреждения, сообщая людям, что их поведение не соответствует воле Божией, б) Он предлагает совет и руководство, пытаясь направить людей на путь, по которому Бог хочет, чтобы они шли.

Далее Павел упоминает способность различать духов. В обществе, в котором атмосфера была напряжена, необходимо было различать реальные проявления от чисто истерических, божественные и бесовские. И в наше время бывает чрезвычайно трудно определить разницу, выходит ли случай за пределы обычной жизни – от Бога он или нет. Однако мы всегда должны придерживаться одного важного принципа: надо постараться понять это проявление.

Последним в перечне Павла стоят способность к разным языкам и способность к их истолкованию. Проблема языков вызывала большие затруднения и недоумения в Коринфской церкви. А имело место следующее: во время церковного богослужения кто-нибудь впадал в исступление и изливал поток неразборчивых звуков на никому не известном языке. Это было чрезвычайно таинственное дарование, ибо считалось, что оно вызывается непосредственным влиянием Духа Божьего. Само собой разумеется, что в общине не видели в этом никакого значения и смысла. Иногда ввергнутый в такое состояние прихожанин мог сам растолковать значения своих собственных излияний, но обычно для этого нужен был кто-то другой, обладавший дарованием к истолкованию. Павел никогда не ставил под сомнение реальность дарования к разным языкам, но он ясно сознавал, что в нем заложена определенная опасность, ибо бывает трудно отличить исступление от самогипноза.

Перед нами предстала живая картина того, что происходило в те времена в церкви. В ней происходили подчас удивительные вещи. Жизнь была интенсивной и напряженной. В ней не было ничего скучного и будничного. Павел знал, что эта живая и мощная деятельность была результатом деяния Духа, давшего каждому человеку дарование, с тем, чтобы употребить его во благо церкви и братьев.

ТЕЛО ХРИСТОВО (1 Кор. 12,12-31)

Это одна из самых известных когда-либо описанных картин единства Церкви. Люди всегда восхищались тем, как взаимодействуют различные органы человеческого тела. В древнее время Платон нарисовал картину, где, как он говорил, голова – крепость, шея – перешеек, связывающий голову с телом, сердце – фонтан тела, поры – проходы, вены – каналы тела. А Павел изобразил Церковь, как тело человека. Тело состоит из многих членов, но между ними существует важное единство. Уже Платон указывал на то, что мы не говорим: "У моего пальца боль", а мы говорим: "У меня болит". Существует некое Я, личность, дающая единство многочисленным и различным частям тела. Чем это Я для тела, тем же является Христос для Церкви. Именно в Нем все различные части находят свое единство.

Павел идет дальше и смотрит на это с другой точки зрения: "Вы, – говорит он, – тело Христово". В этой фразе потрясающей важности мысль. Христос более не находится в этом мире в теле; поэтому, если Ему нужно выполнить в этом мире какую-нибудь задачу, Он должен найти для нее человека. Если Ему нужно учить ребенка, Он должен найти учителя, который научил бы его; если Ему нужно вылечить человека, Он находит врача или хирурга, который сделал бы Его дело; если Он хочет рассказать Свою жизнь, Ему нужно найти человека, который рассказал бы ее. Мы, в буквальном смысле слова, должны быть телом Христовым, Его руками, чтобы делать Его дело; Его ногами, чтобы бегать по Его поручениям; Его голосом, чтобы говорить за Него.

У Него нет рук, кроме наших рук,
Чтобы трудиться на ниве Его;
У Него нет ног, кроме наших ног,
Чтобы приводить других на стезю Его;
У Него нет голоса, кроме нашего голоса,
Чтобы рассказать людям о смерти Его;
У Него нет помощников, кроме нас,
Чтобы вести их к Нему.

Быть членом тела Христова на земле – высшая слава христианина.

Таким должно быть, по мнению Павла, единство христианской Церкви, чтобы она могла выполнить свою задачу. Тело чувствует себя здоровым и работоспособным только тогда, когда каждый его орган работает отлично. Отдельные органы и члены тела не завидуют друг другу и не претендуют на функцию друг друга. На нарисованной Павлом картине мы видим некоторые моменты, которые должны существовать в Церкви, теле Христовом:

1) Мы должны осознать, что мы нужны друг другу. В Церкви не может быть ничего похожего на изоляционизм. Слишком часто люди в Церкви так поглощены своей работой и настолько уверены в ее чрезвычайной важности, что они пренебрегают или даже критикуют других, делающих другое дело. Для того, чтобы Церковь была здорова телом, нам нужна посильная работа каждого.

2) Мы должны уважать друг друга. Тело не знает проблемы относительной важности. Если его член или орган перестает работать, все иные в разладе. Подобно этому и Церковь. "Всякий труд одинаков для Бога". Когда мы начинаем думать о нашей собственной важности в христианской церкви, мы лишаемся возможности истинно христианского труда.

3) Мы должны сочувствовать друг другу. Если поражен один орган или член тела, все другие страдают вместе с ним, потому что они не могут противостоять этому. Церковь тоже единое целое. Тот, кто не видит ничего далее своей организации, кто не видит ничего кроме своей общины, кто не видит, что еще хуже, далее своего семейного круга, – еще ничего не осознал о действительном единстве с Церковью.

В конце этого отрывка Павел говорит о различных формах служения в Церкви. Некоторые он уже упоминал раньше, а некоторые достаточно новы:

1) Превыше всех Павел ставит апостола. Они, несомненно, были величайшими людьми в Церкви. Их влияние не было ограничено географически; у них не было постоянной и определенной области деятельности. Их послания распространялись во всей Церкви. Почему это? Важной особенностью апостола было то, что он общался с Иисусом во время Его земной жизни и был свидетелем воскресения Его (Деян. 1,22). Иисус Сам не оставил ни одного слова записанного на бумаге, но Он запечатлел Свое Слово в людях, и этими людьми были апостолы. Никакой обряд не дает человеку истинную власть, она является следствием непосредственного общения с Христом. Однажды после церковной службы Александру Уайту сказали: "Доктор Уайт, сегодня вы проповедовали так, как будто вы находились в непосредственном присутствии Христа". "Возможно, что я там и находился", – ответил мягко Уайт. Человек, приходящий оттуда, где находится Христос, обладает властью апостола, независимо от того, каков его церковный сан.

2) Мы уже говорили выше о пророках, но теперь Павел добавляет еще, учителей. Их важность трудно преувеличить. Их обязанность – укрепить в вере людей, обращенных трудами евангелистов и апостолов. Учителя учат о христианстве. И они выполняют чрезвычайно важное дело – они учат людей Евангелию. Евангелие от Марка было написано не ранее 60 г., то есть лишь через 30 лет после распятия Иисуса. Следует при этом вспомнить времена, когда не существовало книгопечатания, когда книги писались и переписывались от руки, и книга такого объема, как Новый Завет, стоила больших денег. Простые люди не смели и мечтать иметь книгу. Поэтому в начале история об Иисусе передавалась устно. И это входило в задачу учителей, и важно помнить, что ученый узнает от хорошего учителя много больше, чем из книги. В настоящее время у нас много книг, но все еще остается истиной – человек узнает о Христе от людей.

3) Павел говорит о тех, которым даны дары вспоможения. Это были люди, долгом которых было оказать помощь и поддержку бедным и сиротам, вдовам и странникам. Христианство с самого начала было в высшей степени практичным. Человек может быть плохим оратором, бездарным обучать других, но оказывать помощь ближнему может каждый.

4) Далее Павел говорит о людях, которым даны, как переведено в Синодальном издании Библии, дары управления (кубернесеис). По-гречески это слово очень интересно: оно относится к работе лоцмана, проводящего суда меж скал и отмелей в гавань. Павел имеет в виду людей, управляющих церковью. Это в высшей степени важное дело. Проповедник и учитель никогда не могли бы выполнить свои обязанности, если бы позади них не стояли другие, принявшие на себя будничную работу по управлению Церковью. Есть такие органы тела, которые выглядят не очень значительными, но которые выполняют очень важные функции. Есть также и такие люди, служение которых не приносит им популярности, но без трудов их Церковь не могла бы идти вперед.

Но после всего этого Павел намеревается сказать о даровании, которое намного важнее, нежели все другие.

Всегда возможна опасность, что люди с разными дарованиями могут расходиться во мнениях. Это затрудняет работу всего организма. И одна только любовь может сплотить Церковь в единый организм. Поэтому Павел поет хвалу любви.


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →