Комментарии Женевской Библии на вторую книгу Царств 13 глава

13:1 была сестра красивая. Ср. 11,2.

13:5 при моих глазах, чтоб я видел. Эта фраза, несколько раз повторенная (ст. 6,8), выдает истинные намерения Амнона в отношении сестры Авессалома.

13:6 при моих глазах. См. ком. к ст. 5.

испечет... лепешку. В древнееврейском языке оба эти слова сходны со словом "сердце". Данная фраза, таким образом, может служить намеком на любовные отношения (ср. Песн. 4,9, где в выражении, переведенном как "пленила ты сердце мое", употреблен тот же древнееврейский глагол, что и в рассматриваемой здесь фразе. Давид, по всей видимости, в истинный смысл просьбы Амнона не проник.

13:12-14 Фамарь, всеми силами пытаясь остановить Амнона, обращается сначала к нравственным традициям Израиля ("ибо не делается так в Израиле"), затем взывает к человеческому состраданию и милосердию ("И я, куда пойду я с моим бесчестием?"), напоминает Амнону о неминуемой каре за содеянное ("И ты, ты будешь одним из безумных в Израиле") и, наконец, предлагает себя в жены Амнону, – ибо это была для нее последняя возможность оградить себя от бесчестия. Но все эти доводы не были услышаны обезумевшим от страсти Амноном.

13:12 не бесчести меня. Слово, переведенное здесь как "бесчести", в других местах ВЗ переводится как "сделал ... насилие" (Быт. 34,2), "опорочил" (Втор. 22,24.29), "делайте... что вам угодно" (Суд. 19,24), "замучили" (Суд. 20,5) и "изнасиловал" (13,14).

13:13 он не откажет отдать меня тебе. Не совсем ясно, мог ли Давид в действительности позволить подобный брак, который явился бы прямым нарушением закона Моисеева (Лев. 18,9.11; 20,17; Втор. 27,22), или Фамарь предлагает это в отчаянии, пытаясь любой ценой спастись от бесчестия.

13:15 ненависть... была сильнее любви. Повествователь, проникая в тонкости человеческой души, обнажает мотивы поведения описываемых лиц.

13:16 прогнать меня – это зло больше первого. См. Исх. 22,16; Втор. 22,13-19.

13:17 эту. Называя Фамарь "этой", Амнон демонстрирует свою грубость и бессердечие.

13:18 разноцветная одежда. Ср. Быт. 37,3.

13:20 не Амнон ли, брат твой, был с тобою? Авессалом использует здесь уменьшительно-презрительную форму от имени Амнон (что не отражено в переводах на европейские языки), демонстрируя, по-видимому, презрительное отношение к своему сводному брату. То обстоятельство, что Авессалом сразу же заподозрил Амнона в насилии над Фамарью, указывает, что безрассудная страсть Амнона к сестре Авессалома не была тайной для окружающих.

но теперь молчи, сестра моя; он – брат твой; не сокрушайся сердцем твоим об этом деле. Авессалом, пытаясь утешить сестру, просит ее сохранить в тайне позор и забыть о бесчестии, но сам, как о том свидетельствуют дальнейшие события, не прощает Амнона.

13:21 И услышал царь Давид обо всем этом, и сильно разгневался. Гнев Давида понятен, недоумение вызывает безнаказанность виновника (1 Цар. 3,13 и ком.). В Септуагинте и Свитках Мертвого моря подобное поведение Давида объясняется тем, что Амнон был его старшим и любимым сыном. Так или иначе, но эта фраза недвусмысленно указывает на пристрастное отношение Давида к своим сыновьям, чему имеются и другие свидетельства (см. 14,24.33; 3 Цар. 1,6). Возможно, однако, что такая реакция Давида проистекает из все еще мучивших его переживаний в связи с совершенными им самим убийством и прелюбодеянием. Тем не менее, роковое попустительство Давида по отношению к сыну фактически привело дом и царство Давида к глубокому кризису. Именно возмущение несправедливостью Давида двигало Авессаломом, когда он поднимал восстание против своего отца (15,4-6).23 Чрез два года. Авессалому, вероятно из-за предпринятых Амноном мер предосторожности, пришлось два года ждать случая отомстить за сестру. в Ваал-Гацоре. Это место, которое не следует путать с Гацором в Галилее, предположительно находилось примерно в восьми километрах северо-западнее Вефиля. Оно было выбрано Авессаломом, поскольку оттуда ему легко было бежать за Иордан к родственникам в Гессур (ст. 37).

что у Ефрема. Вероятно, имеется в виду город Ефрон, который находился примерно в шести километрах северо-восточнее Вефиля.

13:26 пусть пойдет с нами Амнон, брат мой. Амнон являлся старшим сыном и наследником престола (и даже мог бы представлять царя, оставшегося в Иерусалиме), настойчивая просьба отпустить именно Амнона не могла не вызвать подозрений у Давида, о чем свидетельствует его вопрос: "зачем ему идти с тобой?"

13:27 Но Авессалом упросил его. Давид отпускает в Ваал-Гацор не только Амнона, но с ним и всех своих сыновей, надеясь, вероятно, что те смогут защитить его от Авессалома.

13:28 убейте его. Одним ударом Авессалом мстит за сестру Фамарь и убирает соперника, стоявшего на его пути к израильскому престолу (3,3; 15,1-6). Грехи отца, таким образом, отражаются в сыновьях: Амнон виновен в тяжком грехе прелюбодеяния, Авессалом же, мстя ему, берет на себя грех преднамеренного убийства.

13:29 сели каждый на мула своего. См. ком. к 18,9.

13:32 один только Амнон умер. Скорее всего, проницательный Ионадав, зная о преступлении Амнона, просто догадался (а не узнал из каких-то своих источников) о том, что Авессалом убил не всех царских сыновей, а только того из них, против которого держал зло.

13:37 Фалмаю. Согласно 3,3, Фалмай, царь гессурский, приходился Авессалому дедом по материнской линии.

гессурскому. См. ком. к ст. 23 и 3,3.

13:39 – 14,1 Древнееврейский язык этих двух стихов таков, что относительно позиции Давида в данной ситуации возможны различные мнения, соответствующие возможным переводам этого места. См. Комментарии .


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →