Комментарии Лопухина на третью книгу Царств 21 глава

(XX по тексту LXX-ти) 1–6. Ахав пытается приобрести виноградник Навуфея, но получает от него отказ. 7–13. Иезавель обвиняет Навуфея в богохульстве и оскорблении величества; суд и казнь Навуфея. 14–17. Ахав вступает во владение виноградником Навуфея. 18–29. Обличение Ахава со стороны пророка Илии, раскаяние Ахава и смягчение Божественного приговора.

3Цар.21:1. И было после сих происшествий: у Навуфея Изреелитянина в Изреели был виноградник подле дворца Ахава, царя Самарийского.

3Цар.21:2. И сказал Ахав Навуфею, говоря: отдай мне свой виноградник; из него будет у меня овощной сад, ибо он близко к моему дому; а вместо него я дам тебе виноградник лучше этого, или, если угодно тебе, дам тебе серебра, сколько он стоит.

3Цар.21:3. Но Навуфей сказал Ахаву: сохрани меня Господь, чтоб я отдал тебе наследство отцов моих!

3Цар.21:4. И пришел Ахав домой встревоженный и огорченный тем словом, которое сказал ему Навуфей Изреелитянин, говоря: не отдам тебе наследства отцов моих. И [в смущенном духе] лег на постель свою, и отворотил лице свое, и хлеба не ел.

3Цар.21:5. И вошла к нему жена его Иезавель и сказала ему: отчего встревожен дух твой, что ты и хлеба не ешь?

3Цар.21:6. Он сказал ей: когда я стал говорить Навуфею Изреелитянину и сказал ему: «отдай мне виноградник твой за серебро, или, если хочешь, я дам тебе другой виноградник вместо него», тогда он сказал: «не отдам тебе виноградника моего, [наследства отцов моих]».

Происшествие с Навуфеем рисует яркую, но непривлекательную картину вещественно-правовых отношений в Израильском царстве. В лица Ахава, ищущего приобрести не нужный ему, но лишь близкий к усадьбе его Изреельского дворца виноградник мирного гражданина Навуфея, во всей силе исполняется пророческое слово Самуила о будущем деспотизме еврейских царей (1Цар. 8:11-16): гордый двукратной победой над сирийцами, Ахав озабочен расширением садов своих в летней резиденции (ср. 3Цар. 18:46; 4Цар. 9:30) Изрееле (по Г. Гроцию, «post victos tostes ad delicias comparandas animum adjicit»), не стесняясь в выборе средств к тому; продажная совесть подручных царю старейшин и судей благоприятствует проявлению дворцовой интриги и тирании. Отказ Навуфея продать родовой участок Ахаву (ст. 3) показывает в первом истинного чтителя Иеговы и ревнителя его закона, который воспрещал израильтянам отчуждение наследственной земли в другие руки, и даже по крайней бедности проданная земля должна была без выкупа возвращаться к первоначальному владельцу (Лев. 25:23-28; Чис. 36:7-9); продажа родового участка могла представляться Навуфею и оскорблением памяти предков, которые, по древнееврейскому обычаю, могли быть погребены на самом же участке. Здесь, таким образом, не может быть речи об упрямстве или своенравии Навуфея; здесь шла речь о законе, который обеспечивал самое существование теократии, который был обязателен и для царей (Иез. 46:18). Чувствуя, быть может, правоту Навуфея, не прельстившегося и заманчивыми обещаниями Ахава вознаградить его за уступку царю виноградника, Ахав не решается действовать насилием и лишь отдается меланхолии (ст. 4): в печали он «лег на постель свою и отворотил лице свое (к стене, как (4Цар. 20:2) и Vulg.: avertit faciem suam ad parietem. LXX вместо евр. савав, поворотил, читали саках, покрыл: συγκάλυψε τὸ πρόσωπον αύτοῦ; слав.: «покры лице свое»), и хлеба не ел». Но если для Ахава еще существовали препятствия к безграничному произволу и насилию – в виде смутно сознаваемого им закона Божия и признаваемого им общественного мнения, то для жены его Иезавели никаких препятствий на пути к достижению целей личного блага быть не могло: закона Божия она, как упорная язычница, не хотела знать, разве только для замаскирования своих низких притязаний именем закона (ст. 10), а общественное мнение, по ее понятиям об абсолютизме царской власти (ст. 7), есть тоже ничтожная величина, которую она, царица, может создавать и употреблять по собственному усмотрению. Дальнейший рассказ (ст. 7–13) вполне подтверждает, что убеждениям и словам Иезавели вполне отвечала ее деятельность. «Легкомыслен и падок был Ахав, и нетрудно было обращать его туда и сюда; почему лукавая жена и ввергла его в ров нечестия» (блаженный Феодорит, вопр. 62).

3Цар.21:7. И сказала ему Иезавель, жена его: что за царство было бы в Израиле, если бы ты так поступал? встань, ешь хлеб и будь спокоен; я доставлю тебе виноградник Навуфея Изреелитянина.

3Цар.21:8. И написала она от имени Ахава письма, и запечатала их его печатью, и послала эти письма к старейшинам и знатным в его городе, живущим с Навуфеем.

3Цар.21:9. В письмах она писала так: объявите пост и посадите Навуфея на первое место в народе;

3Цар.21:10. и против него посадите двух негодных людей, которые свидетельствовали бы на него и сказали: «ты хулил Бога и царя»; и потом выведите его, и побейте его камнями, чтоб он умер.

Упрекнув Ахава за слабость в пользовании царской властью (ст. 7), Иезавель берет эту власть в свои руки, действуя именем Ахава. Действия эти обнаруживают величайшую хитрость Иезавели и ее умение достигать темных целей благовидными средствами. Ввиду того, что (как говорит И. Флавий, Иуд. Древн. VIII, 13, 8) Навуфей был, вероятно, знатного рода, Иезавель считает необходимым формальное над ним судопроизводство, обставленное с внешней стороны вполне законно. Она пишет (8 ст.) письма к старейшинам и знатным согражданам Навуфея в Изреель (двор царский тогда, очевидно, был в Самарии), скрепляя эти письма царской печатью Ахава (вероятно, царский перстень с вырезанным на нем именем царя). Ср. (Есф. 8:10; Дан. 6:17); судить Навуфея, таким образом, имели его же сограждане, местный городской суд Изрееля (ср. Втор. 16:18), а не суд царский, – чтобы устранить подозрения двора в пристрастии. Последней цели, т. е. устранению всякого подозрения двора в пристрастии, служило распоряжение Иезавели (ст. 9), чтобы в предстоящем собрании суда Навуфей был посажен на первое место в народе, чтобы затем народное негодование на Навуфея обнаружилось тем с большей силой, когда мнимое преступление его будет раскрыто. Желая придать мнимому преступлению Навуфея противообщественный характер, угрожающий благосостоянию всего народа, Иезавель приказывает (ст. 9) назначить в Изрееле общественный пост, – как при тяжких всенародных бедствиях (Иоил. 1:12, 14), после бедственных поражений (Суд. 20:26; 1Цар. 31:13), после тяжких грехов, при покаянии (1Цар. 7:6; Иоил. 2:12), для отвращения грядущего бедствия (2Пар. 20:3-5); пост в данном случае мог выставляться лицемерною Иезавелью и как средство испросить помощь у Бога на дело суда (ср. Втор. 9:9, 18; Дан. 9:3) и как очистительное средство, как символ искупления по поводу предрешенного относительно Навуфея смертного приговора суда. Хитрость Иезавели простирается до того, что она требует (ст. 10) соблюдения необходимо требуемой законом в уголовных преступлениях (Втор. 17:6, 19:15) формальности присутствия 2-х или 3-х свидетелей преступления (по И. Флав., Иезавель требует 3-х свидетелей, а не 2-х, как в библейском тексте). Самое обвинение, которое должно было быть предъявлено Навуфею, могло и должно было, по закону, вести за собой неизбежно смертную казнь его, именно: хула на Бога (Лев. 24:14-15) и хула на царя (Исх. 22:28). LXX слав. (ст. 10): εύλόγησε Θεὸν καὶ βασιλέα; слав.: «благослови Бога и царя»: это противоположное значение – благословлять и хулить – имеет евр. глагол барах и в (Иов. 1:5, 2:5). По словам блаженного Феодорита (вопр. 61), «мерзкая Иезавель сложила клевету... вошли клеветники и подали на него жалобу, как на хульника. Писатель же благовейно употребил слово: благослови вместо похулил».

3Цар.21:11. И сделали мужи города его, старейшины и знатные, жившие в городе его, как приказала им Иезавель, так, как писано в письмах, которые она послала к ним.

3Цар.21:12. Объявили пост и посадили Навуфея во главе народа;

3Цар.21:13. и выступили два негодных человека и сели против него, и свидетельствовали на него эти недобрые люди пред народом, и говорили: Навуфей хулил Бога и царя. И вывели его за город, и побили его камнями, и он умер.

Все произошло в точном согласии с замыслом и распоряжением Иезавели: безбожная царица нашла в старейшинах-судьях достойных выполнителей своей воли. Навуфей был побит камнями (ст. 13); вместе с ним были убиты и сыновья его (4Цар. 9:26), чтобы виноградник Навуфея мог быть свободным участком. Такие участки лиц, казненных за государственные преступления, по не писанному праву, считались собственностью короны и конфисковались в пользу царя (2Цар. 16:4); напротив, лишено вероятия мнение (Klostermann'a), будто Ахав должен был завладеть виноградником по праву родства своего с Навуфеем.

3Цар.21:14. И послали к Иезавели сказать: Навуфей побит камнями и умер.

3Цар.21:15. Услышав, что Навуфей побит камнями и умер, Иезавель сказала Ахаву: встань, возьми во владение виноградник Навуфея Изреелитянина, который не хотел отдать тебе за серебро; ибо Навуфея нет в живых, он умер.

3Цар.21:16. Когда услышал Ахав, что Навуфей [Изреелитянин] был убит, [разодрал одежды свои и надел на себя вретище, а потом] встал Ахав, чтобы пойти в виноградник Навуфея Изреелитянина и взять его во владение.

Как только весть о казни Навуфея достигла Самарии, Ахав, по настоянию Иезавели, спешит вступить во владение виноградником. В принятом тексте LXX и слав. имеется замечание об Ахаве: καὶ δέρρηξε τὰ ἱμάτια αυτοῦ καὶ περιεβάιειο σάκκον, «и раздра ризы своя и облечеся во вретище». Слов этих нет во многих греч. списках у Гольмеса, в Комплютенской библии и в Вульгате: они мало согласуются с контекстом ст. 16 и могли быть ошибочны перенесены сюда из ст. 27.

3Цар.21:17. И было слово Господне к Илии Фесвитянину:

3Цар.21:18. встань, пойди навстречу Ахаву, царю Израильскому, который в Самарии, вот, он теперь в винограднике Навуфея, куда пришел, чтобы взять его во владение;

3Цар.21:19. и скажи ему: «так говорит Господь: ты убил, и еще вступаешь в наследство?» и скажи ему: «так говорит Господь: на том месте, где псы лизали кровь Навуфея, псы будут лизать и твою кровь».

Теперь для обличения вопиющего преступления Ахава является еще раз и, как всегда, с быстротой молнии пророк Илия. Хотя инициатива преступления, вдохновение на убийство Навуфея исходили от Иезавели, но несомненная известность этого дела Ахаву (ст. 7) и очевидное услаждение его добытым кровью приобретением (ст. 16) делали его участником преступления жены его в полной мере (ср. Быт. 3:9). Пророчество о постыдной смерти Ахава (ст. 19) во всей точности исполнилось на сыне его Иораме (4Цар. 9:21-26), но по существу и на самом Ахаве, (3Цар. 22:38): из этого последнего места принятый текст LXX-ти и славян вносят и в (3Цар. 21:19) слова: καὶ αἱ πόρναι λούσονται ἐv τῶ αἵματί σου, «и блудницы измыются в крови твоей», кроме того в обоих местах у LXX-ти и славян вставляют αί ὕες, «свинии».

3Цар.21:20. И сказал Ахав Илии: нашел ты меня, враг мой! Он сказал: нашел, ибо ты предался тому, чтобы делать неугодное пред очами Господа [и раздражать Его].

3Цар.21:21. [Так говорит Господь:] вот, Я наведу на тебя беды и вымету за тобою и истреблю у Ахава мочащегося к стене и заключенного и оставшегося в Израиле.

3Цар.21:22. И поступлю с домом твоим так, как поступил Я с домом Иеровоама, сына Наватова, и с домом Ваасы, сына Ахиина, за оскорбление, которым ты раздражил Меня и ввел Израиля в грех.

3Цар.21:23. Также и о Иезавели сказал Господь: псы съедят Иезавель за стеною Изрееля.

3Цар.21:24. Кто умрет у Ахава в городе, того съедят псы, а кто умрет на поле, того расклюют птицы небесные;

3Цар.21:25. не было еще такого, как Ахав, который предался бы тому, чтобы делать неугодное пред очами Господа, к чему подущала его жена его Иезавель;

3Цар.21:26. он поступал весьма гнусно, последуя идолам, как делали Аморреи, которых Господь прогнал от лица сынов Израилевых.

Ахав уже по опыту знает, что означает внезапное появление пред ним пророка Илии (3Цар. 17:1, 18:17). На обличение пророка он выставляет на вид (ст. 20); сн. (3Цар. 18:17) личную вражду к нему пророка, но последний указывает, что виною всему безвольная преданность Ахава греху (евр. гитмаккер: продан (греху), ср. (4Цар. 17:17; Рим. 7:14); LXX-т и слав. добавляют: μάτην, «всуе продан»; кара Божия, постигнет Ахава и дом его, как и дом Иеровоама (3Цар. 14:10-11) и дом Ваасы (3Цар. 16:3-4) – черты истребления во всех случаях рисуются до буквальности одинаково, (ст. 21, 22); сн. (4Цар. 9:8-9); постыдная смерть угрожает особенно Иезавели, главной виновнице нечестия в Израиле при Ахаве (ст. 23); сн. (4Цар. 9:10, 36); нечестия, состоявшего в официальном введении культа Ваала (ст. 25–26), в чем Ахав оказался хуже всех предшественников своих (ср. 3Цар. 16:31-33): те поддерживали неугодный Иегове культ тельцов, а Ахав ввел чистое язычество.

3Цар.21:27. Выслушав все слова сии, Ахав [умилился пред Господом, ходил и плакал,] разодрал одежды свои, и возложил на тело свое вретище, и постился, и спал во вретище, и ходил печально.

3Цар.21:28. И было слово Господне к Илии Фесвитянину [об Ахаве], и сказал Господь:

3Цар.21:29. видишь, как смирился предо Мною Ахав? За то, что он смирился предо Мною, Я не наведу бед в его дни; во дни сына его наведу беды на дом его.

Обличение пророка Илии и на этот раз, как и после кармильского события (3Цар. 18:45-46) произвело сильное действие на Ахава. Ахав, видимо, был склонен принимать воздействие проповеди пророка, но слабохарактерность и подчинение влиянию язычницы жены парализовали спасительное действие личности и проповеди пророка: (полная аналогия с Иродом, с удовольствием слушавшим Иоанна Крестителя и все же умертвившем его по навету злой Иродиады), (Мк. 6:20-26): Ахав (по LXX: слав.: «умилися от лица Господня, и идяше плачася», – добавление, едва ли первоначальное, но вполне выражающее мысль текста) наложил на себя траур, обычный в печали (ср. 3Цар. 20:31-32) и подверг себя покаянному посту (ср. 2Цар. 12:16, 21-23; Ис. 58:3-11), почему Господь через пророкам Илию смягчил Свой суд над Ахавом (ст. 29): грозное пророчество исполнится во всей силе не на Ахаве, а на сыне его Иораме (4Цар. 9:24-26). Так, «бездна благости – Владыка Бог за убийство угрожал конечною гибелью; и за слезы об убийстве даровал замедление наказания» (блаженный Феодорит, вопр. 62). «Покаяние, конечно, не притворное, но временное; почему и временным сопровождалось помилованием» (Филарет, с. 246).


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →