Комментарии Лопухина на книгу пророка Исаии 56 глава

Содержанием настоящей главы служит дальнейшее развитие и усиление мысли предыдущей об откровении новозаветной церкви и условиях вступления в нее.

1–2. Необходимость твердого сохранения идеала теократии. 3–7. Раздвигаются рамки ветхозаветной церкви, включением в царство Мессии и тех, кто прежде не имел входа в него, по чисто здешним признакам («соотечественники и иноплеменники»). 8–12. О судьбе верного и неверного Израиля.

Ис.56:1. Так говорит Господь: сохраняйте суд и делайте правду; ибо близко спасение Мое и откровение правды Моей.

«Сохраняйте суть и делайте правду». Термины «суд и... правда"" (סקשמ и הרדצ), на языке Библии, имеют техническое значение – выражают собой сущность теократического идеала. Творить «суд и... правду» – значит в точности исполнять Богодарованный закон, который, как откровение благой и всесовершенной воли Божией, есть сама абсолютная «правда». Поэтому и исполнение такого закона, по нелицеприятному «суду» Господа, дает «оправдание» человеку. Отсюда – «суд» Всевышнего и «правда» Всевышнего рассматриваются, как понятия синонимичные. Но так, как вынести на своих плечах все иго закона было непосильной задачей для ветхозаветного человечества (Рим.3:19), то и оправдания через этот закон фактически никем не достигалось. Лишь в лице Мессии ветхозаветный закон нашел свое идеальное воплощение (Мф.3и Мф.5:17). Вот почему «явление Мессии» обыкновенно называется также и «откровением правды Божией».

Ис.56:2. Блажен муж, который делает это, и сын человеческий, который крепко держится этого, который хранит субботу от осквернения и оберегает руку свою, чтобы не сделать никакого зла.

«Блажен муж... который хранит субботу от осквернения». Мысль очень близкая к известным словам Псалмопевца: «Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых... но в законе Господа воля его» (Пс.1:1-2). Почему здесь из всего ветхозаветного ритуала особенно подчеркнуто лишь одно хранение субботы? Исторически – это можно объяснить тем, что здесь мысль пророка переносится в ту послепленную эпоху, когда многие другие ритуальные действия по необходимости были прекращены (за отсутствием святилища и храма); а по существу дела, должно заметить, что «суббота», вообще, является важнейшим и древнейшим теократическим установлением, ведущим свое начало еще со времени мироздания и первого райского завета, почему она и служит у многих пророков предпочтительным знамением завета Господа с Израилем (Иер.17:19; Иез.20:12; Иез.22:8, 26). Нельзя не обратить должного внимания и на самый характер празднования субботы, как он отпечатлелся у пророка Исаии.

Хранит субботу от осквернения – это значит, как видно из последующего контекста – «сберегать свою руку, чтобы не сделать никакого зла». Следовательно, «субботний покой», по мысли пророка Исаии, носит не столько физический, сколько этический характер. Последнее станет еще очевиднее и яснее, если мы сопоставим это место с другим параллельным местом из того же пророка, где он в самых определенных выражениях раскрывает морально характер поста (Ис.58:3-6).

Ис.56:3. Да не говорит сын иноплеменника, присоединившийся к Господу: «Господь совсем отделил меня от Своего народа», и да не говорит евнух: «вот я сухое дерево».

Ис.56:4. Ибо Господь так говорит об евнухах: которые хранят Мои субботы и избирают угодное Мне, и крепко держатся завета Моего, –

Доступ в ветхозаветную церковь был закрыт для лиц, не принадлежащих к еврейской нации, или даже только имевшим физическое уродство, лишавшее их возможности иметь потомство (евнухам или скопцам Втор.23:1). Для входа в обновленную Мессией церковь все эти препятствия утратили свою силу: и «сын иноплеменника» (прозелит) и «евнух» могут, наравне со всеми, быть полноправными членами этой церкви, если только они удовлетворяют основному внутреннему условию – ""крепко держатся завета Божия», т. е. закона Моисеева, как его внешнего символического выражения.

Ис.56:5. тем дам Я в доме Моем и в стенах Моих место и имя лучшее, нежели сыновьям и дочерям; дам им вечное имя, которое не истребится.

«Тем дам Я в доме Моем... место и имя лучшее, нежели сыновьям и дочерям». Идею бессмертия в потомстве евреи понимали слишком чувственно и прямо, лишь в смысле физического продолжения рода. Пророк исправляет этот ложный взгляд: он говорит о нравственной самоценности каждой личности, определяемой ее личными достоинствами и заслугами; вот почему нередко, что человек, лишенный даже самой надежды на потомство, может быть гораздо именитее и славнее другого, нравственно негодного человека, хотя бы этот последний и имел многочисленное потомство.

Ис.56:6. И сыновей иноплеменников, присоединившихся к Господу, чтобы служить Ему и любить имя Господа, быть рабами Его, всех, хранящих субботу от осквернения ее и твердо держащихся завета Моего,

Ис.56:7. Я приведу на святую гору Мою и обрадую их в Моем доме молитвы; всесожжения их и жертвы их будут благоприятны на жертвеннике Моем, ибо дом Мой назовется домом молитвы для всех народов.

«Я приведу на святую гору Мою... дом Мой назовется домом молитвы для всех народов.» Упоминание здесь о «горе святой» естественно ведет нашу мысль к раннейшей специальной речи того же пророка об этой святой горе, под которой он, вообще, разумеет судьбы новозаветной, Христовой церкви (2 гл.). Под «домом молитвы», о котором здесь неоднократно говорится, хотя многие и склонны разуметь ветхозаветный иерусалимский храм, но это едва ли справедливо, особенно, ввиду ясных слон Господа, что «наступает время, когда... и не в Иерусалиме будут поклоняться Отцу... в Духе и истине» (Ин.4:21, 23-24).

«Поэтому пророчество Исаии, как справедливо говорит Властов, должно было иметь обширнейшее значение и обнимать собою весь мир христианский, т. е. Церковь Христову, как вечный храм вечному Богу, в котором каждая душа христианская, поклоняющаяся Господу Богу «в духе и истине», будет услышана милосердным Отцом» (Властов, Священ. Летоп. V гл. 332 с.).

Ис.56:8. Господь Бог, собирающий рассеянных Израильтян, говорит: к собранным у него Я буду еще собирать других.

Ис.56:9. Все звери полевые, все звери лесные! идите есть.

Снова, для ее большего усиления, повторяется та же самая мысль – о всеобщем призвании всех народов в церковь Христову: в нее войдут и все желающие того израильтяне, как бы ни были они далеко рассеяны, и все языческие народы, как бы не казались они, с ветхозаветной точки зрения, дики и грубы, наподобие полевых и лесных зверей. Все эти мысли и даже самые образы прекрасно знакомы нам и по многим другим местам кн. пророка Исаии. Так о собрании рассеянного Израиля и его провиденциальном назначении в 11 гл., между прочим, говорится: «и будет в тот день: к корню Иессееву, который станет, как знамя для народов, обратятся язычники... и поднимет знамя язычникам и соберет изгнанников Израиля, и рассеянных Иудеев созовет от четырех ветров» (Ис.11:10, 12; ср. Ис.27:12; Ис.43:5-6 и др.). Сравнение же языческих народов, пребывавших в религиозном неведении и материальном огрубении, с дикими зверями, дано, напр., в Ис.43:20: «Полевые звери прославят Меня, шакалы и страусы, потому что Я в пустынях дам воду, реки в сухой степи». Здесь, общеизвестные образы «пустыни жаждущей» и благодатной ее оросившей «воды», не оставляют сомнения и относительно надлежащего понимания обитателей этой пустыни, т. е. языческих народов.

Ис.56:10. Стражи их слепы все и невежды: все они немые псы, не могущие лаять, бредящие лежа, любящие спать.

Ис.56:11. И это псы, жадные душею, не знающие сытости; и это пастыри бессмысленные: все смотрят на свою дорогу, каждый до последнего, на свою корысть;

Ис.56:12. приходите, говорят, я достану вина, и мы напьемся сикеры; и завтра то же будет, что сегодня, да еще и больше.

Конец 56-й главы является не столько ее заключением, сколько вступлением к следующей, пророческо-обличительной речи (57–59 гл.). Связь этих двух стихов с предыдущими, очевидно, покоится на антитезе: если лучший корень Израиля, чрез прививку к нему дикой маслины язычества, даст сильные и богатые побеги в новозаветной церкви, то большинство сынов Израиля, во главе с его слепыми вождями, останется за порогом этой церкви. И главную ответственность за такую печальную судьбу духовно омраченного Израиля должны нести, конечно, его духовные вожди, на которых прежде всего и обрушивается пророк со всей силой своего святого негодования, бичуя их в самых ярких образах, небезызвестных нам и по многим др. местам его книги (Ис.1:21-23; Ис.5:8, 13, 18-23; Ис.9:14-16; Ис.10:1-2; Ис.30:9-18; Ис.52 и др.). Здесь в особенности сильны образы «стража», который сам ничего не видит, так как любит спать и дремать, и сторожевого «пса», который нем, т. е. не может лаять. Это – «пастыри бессмысленные» – так как они преследуют лишь свое личное удовольствие и корысть, а не охрану общественных интересов, тем более – не заботу об общем благе вверенного им народа.


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →