Комментарии Лопухина на книгу пророка Иезекииля 24 глава

Кипящий котел. Смерть жены

В день, когда Навуходоносор начал осаду Иерусалима, около которой вращалась вся доселешняя проповедь пророка и исход которой должен был показать, истину ли он пророчествовал и открыть ему уста (ст. 27; ср. Иез 3.20), пророк получает откровение от Бога об этом и под образом котла, с которого должна быть выкипячена ржавчина, представляет в качестве неотвратимого исхода осады разрушение города (ст. 1–14). В то же время ему объявлено, что его жена внезапно умрет и что он не должен оплакивать ее в знак того оцепенелого ужаса, которым наполнит известие о падении Иерусалима сопленников пророка. Это было последнее пророчество о гибели Иерусалима, последнее грозное пророчество; затем пророк в течение 1 12 года осады Иерусалима молчит об Израиле до конца осады (до XXXIII главы), посвятив этот перерыв в пророчестве об Израиле пророчествам об иноземных народах.

Иез.24:1. И было ко мне слово Господне в девятом году, в десятом месяце, в десятый день месяца:

Первая дата после Иез 20.1 – через 3 года 5 месяцев. По нашему январь 587 г. до Р. Х.

Иез.24:2. сын человеческий! запиши себе имя этого дня, этого самого дня: в этот самый день царь Вавилонский подступит к Иерусалиму.

Записать число нужно, чтобы убедить впоследствии всех в верности предсказания или богосообщенного дальнозрения. Осада началась в этот день и по 4Цар 25.1 и Иер 52.4. День при Захарии пр., ок. 518 г., уже чтился постом (Зах 8.19). Высказанное несколькими рационалистами мнение, что мы здесь имеем будто бы явно дело с vaticinium ex eventu (пророчеством после события и на основании его) опровергается людьми того же лагеря, которые соглашаются видеть здесь факт ясновидения, похожий на знание Шваденборга о пожаре Стокгольма в 1759 г.

Иез.24:3. И произнеси на мятежный дом притчу, и скажи им: так говорит Господь Бог: поставь котел, поставь и налей в него воды;

«На мятежный дом». Пророк так не называл Израиля с Иез 12.2. – «Притчу». как в Иез 17.2; следовательно, описываемое далее было не символическим действием, к каковому мнению (Кречм.) могут дать повод повел, накл.: «поставь котел», «налей воды». «Котел». Для настоящей притчи пророк, таким образом, воспользовался тем сравнением, которое он слышал из уст оставшихся в Иерусалиме после Иехониина переселения и которое в Иез 11.3:7 опровергал. Здесь он в некоторой мере принимает их сравнение: как и они, он считает их мясом, кипящим в котле (а там мясом пророк вопреки им называл убитых ими), но дает сравнение свое применение и неблагоприятное для авторов дополнение: мясо из котла будет выброшено (плен), а накипь расплавлена (избиение части населения и сожжение города).

Иез.24:4. сложи в него куски мяса, все лучшие куски, бедра и плеча, и наполни отборными костями;

«Куски мяса» – жители Иерусалима. Своих соплеменников Иезекииль явно ставит выше этих последних. «Лучшие куски (т. е.) бедра и плеча» – знать иерусалимская. Насмешка над высоким мнением о себе иерусалимлян. «Отборными костями» – для отвара, – может быть, военная сила города: кость – символ крепости. Слав.: «обрезана от костей».

Иез.24:5. отборных овец возьми, и разожги под ним кости, и кипяти до того, чтобы и кости разварились в нем.

«И разожги (вставлено по LXX) под ним кости». Скифы, по Геродоту, пользовались костями жертвенных животных для варения мяса; гаучосы Южной Америки и пекари Африки при недостатке дров топят костями (Трош.). Можно было бы предположить, что евр. «ецем» – «кость» здесь возникло от «ец» – «дрова», если бы все переводы не имели здесь «кости». – «Чтобы, и кости разварились в нем». До того сильный должен быть огонь под котлом (пламя войны).

Иез.24:6. Посему так говорит Господь Бог: горе городу кровей! горе котлу, в котором есть накипь и с которого накипь его не сходит! кусок за куском его выбрасывайте из него, не выбирая по жребию.

Как ни хорошо мясо варится в котле, оно испортилось от ржавчины, которой покрыт котел; поэтому его нужно выбросить все без разбору. Иерусалим так осквернен пролитою в нем кровью, что людей, достойных помилования Божия, там не может быть: они как бы отравились его греховной атмосферой и должны погибнуть (от меча и плена) в осаде. Следовательно, иерусалимляне напрасно думали (по Иез 11.3:7), что они, как мясо в котле, сохранятся в осажденном городе: оскверненный кровью, как ржавчиной, город должен весь перегореть в огне осады, лишенный всего населения, чтобы быть впоследствии чистым.

«Городу кровей» – Иез 22.2. «Накипь»: евр. «гелата» – απ. λεγ., слав. «яд», ιος, rubigo (ржавчина). Пролитая в Иерусалиме кровь. – «Не выбирая по жребию». В этой катастрофе не будет, как в предшествовавших, счастливо спасшихся.

Иез.24:7. Ибо кровь его среди него; он оставил ее на голой скале; не на землю проливал ее, где она могла бы покрыться пылью.

Иез.24:8. Чтобы возбудить гнев для совершения мщения, Я оставил кровь его на голой скале, чтобы она не скрылась.

Дополнение к Иез 22.2 и усиление тамошней мысли. Пророк с богосообщенной остротой духовного зрения проникает в таинственную сущность кровопролития, как греха. Хотя место можно объяснить и так, что кровь проливалась иерусалимлянами слишком уже явно, нагло и беззастенчиво без столь естественной в таком темном деле скрытности, которая могла бы если не скрыть, то отчасти покрыть грех пред очами Господа, но прямая мысль места, хотя совершенно необъяснимая и непостижимая для нас та, что земля, всасывая проливаемую кровь, некоторым образом покрывает преступление; ср. пролитие крови на землю при жертвоприношении и Втор 12.16; Лев. 17.13. – У LXX и в 7 ст. 1 л.: не «он», а «Я», т. е. Бог. В словах «на голой скале» видят пророчество о Голгофе.

Иез.24:9. Посему так говорит Господь Бог: горе городу кровей! и Я разложу большой костер.

Доказав, что осада Навуходоносора не может быть снята, как думали в Иерусалиме (ст. 6–8), пророк возвращается к прерванному сравнению города с котлом и развивает его далее. Огонь под котлом должен быть очень большой: осада сильная и упрямая.

Иез.24:10. Прибавь дров, разведи огонь, вывари мясо; пусть все сгустится, и кости перегорят.

«Вывари мясо». Слав. ближе к контексту: «да истают мяса»: чтобы мясо превратилось в жидкость. «Пусть все сгустится» – предположительный и один из нескольких возможных переводов темного еврейского речения, которое ближе к контексту переводится в слав.: «да... оскудеет юха», т. е. а жидкость пусть испарится вся. «И кости перегорят», слав. сильнее: «и кости истают». Население Иерусалима должно все погибнуть в огне осады. Повеление варить мясо в котле противоречит повелению 6. ст. выбросить оттуда мясо; но пророк, поглощенный мыслью, никогда не развивает последовательно и строго начатого сравнения; мысль же здесь и там одна: уничтожение нечестивого населения Иерусалима.

Иез.24:11. И когда котел будет пуст, поставь его на уголья, чтобы он разгорелся, и чтобы медь его раскалилась, и расплавилась в нем нечистота его, и вся накипь его исчезла.

Когда содержимое котла все уничтожилось через сильную варку и испарение (население Иерусалима через осаду), котел должен стоять пустым на воде, чтобы «медь его раскалилась» и «вся накипь его исчезла». Пророк не мог думать, что от жара может сойти накипь с котла (Креч.); хотя он не говорит этого прямо по евр. т. (по LXX, кажется, говорит), но конечно в таком случае с накипью «исчезнет» и котел; так и было с Иерусалимом после осады (сожжен и разрушен халдеями); подобно этому и дом, покрытый проказою, должен быть разрушен: Лев. 14.34-35.

Иез.24:12. Труд будет тяжелый; но большая накипь его не сойдет с него; и в огне останется на нем накипь его.

«Труд будет тяжелый…». Осада будет тяжкая, но и она не очистит всей скверны Иерусалима. Может быть, намек на то, что и по восстановлении Иерусалима в нем осталось много прежних пороков. Вульгата ставит прошедшие времена: multo labore sudatum est (до пота трудились над ним); возникал вопрос, почему же до сих не очищена накипь с котла; на очищение ее положено много труда Богом (разные испытания – войны, бедствия), но бесполезно: non exivit de eo nimia rubigo, neque per ignem – не сошла чрезмерная ржавчина его и через огонь (т. е. через прежние несчастные войны и др. испытания). LXX в большинстве кодексов не читают первого предложения стиха; но в слав. оно есть в таком виде: «да смирится яд его» – повторение последней мысли предыд. стиха (такие повторения любит Иезекииль). «И в огне останется на нем накипь его». Букв.: «в огне накипь его» – без сказуемого; посему некоторые переводят: «в огонь накипь его!» Слав. «и посрамится яд его».

Иез.24:13. В нечистоте твоей такая мерзость, что, сколько Я ни чищу тебя, ты все нечист; от нечистоты твоей ты и впредь не очистишься, доколе ярости Моей Я не утолю над тобою.

«В нечистоте твоей такая мерзость». «Мерзость» – евр. «зимма», соб. коварство; слав.: «укроп»: нечистота твоя так глубока, что на ней выросла трава. – «Сколько Я ни чищу тебя». Разумеются все промыслительные воздействия Божии на евреев: пророки, испытания. – «И впредь не очистишься, доколе…». Слав.: «и что будет, аще не очистишися», – если и теперь суд останется без действия; – мысль, хотя не очень вероятная в устах Иезекииля, который, по-видимому, ждет от плена окончательного исправления Израиля, но оказавшаяся верною: после плена Израиль был не чужд многих допленных недостатков.

Иез.24:14. Я Господь, Я говорю: это придет и Я сделаю; не отменю и не пощажу, и не помилую. По путям твоим и по делам твоим будут судить тебя, говорит Господь Бог.

«Не отменю» – слав. «не укосню». К стиху LXX делают следующую большую прибавку: «сего ради аз сужду тебе по кровем твоим и по помыслом твоим, сужду тебе, нечисте, пресловуте и великий на разгневание»; хотя здесь мысль не новая (ср. ст. 10), но то соображение, что в свящ. тексте пропуски были психологически возможнее вставок и что перевод LXX в книге Иезекииля отличается большою точностью, заставляет многих толкователей предполагать первоначальность этой прибавки или по крайнее мере нелегко решаться на отрицание ее подлинности.

Иез.24:16. сын человеческий! вот, Я возьму у тебя язвою утеху очей твоих; но ты не сетуй и не плачь, и слезы да не выступают у тебя;

«Язвою». Eвр. «маггефа» означает должно быть внезапную смерть (удар? Вульг. plaga). – «Утеху очей твоих» – как видно из ст. 18, жену. Единственное место, бросающее свет на личные отношения и семейную жизнь пророка. – «Редко когда Бог столь смирял своих слуг, чтобы лишать жены не из-за чего другого, как только с целью воспользоваться этим для мимического изображения судьбы народа», говорит, Генгстенберг и на этом основании оспаривает действительность описанного здесь, считая все это притчей. Но у пророка не сказано, чтобы Бог поразил смертью жену его для этой цели: она умерла в предопределенное ей время и Бог велел пророку только воспользоваться ее смертью в символических целях. Это повеление пророку могло идти на встречу его душевной потребности: любя свою жену с такою силою, какая проглядывает у него здесь, он мог только тяготиться сложными обрядами оплакивания ее.

«Не сетуй и не плачь». Первое может означать естественное рыдание, а второе, употреблявшееся при оплакивании вопли, причитания (Иер 22.18). – «И слезы, да не выступают у тебя». Тяжелое горе лишает человека и слез, которые облегчают страдание.

Иез.24:17. вздыхай в безмолвии, плача по умершим не совершай; но обвязывай себя повязкою и обувай ноги твои в обувь твою, и бороды́ не закрывай, и хлеба от чужих не ешь.

«Вздыхай в безмолвии, плача по умершим не совершай». Множественное число здесь неожиданно и объяснимо разве в смысле плача, какое обычно совершают по умершим. Слав.: «восстени молча, стенание крове, чресл плачь есть», т. е. возможен и стон одной крови, внутренний плач; – выражение «чресл плачь есть» дублет «стенание крове» (перевод той же евр. фразы, иначе прочитанной); «чресла» получилось из чтения евр. «матим» – «умершие» как «матнаим» – «чресла», следовательно, множественное число смущало здесь и LXX.

Далее перечисляются еврейские знаки траура, которых не должен допускать пророк. 1) «Обвязывай себя повязкою». В знак траура снимали с головы повязки, которые, спускаясь на веки, окружали голову; Вульг. соronа; может быть, оттуда теперешняя ермолка. Во время блаж. Иеронима ошибочно видели здесь речь о филактерии. Повязки снимали может быть взамен первоначального посыпания головы пеплом. Слав.: «да будут власи твои сплетны на тебе» – причесаны; в ст. 23 уже без сплетены: «и власи ваши на главах ваших», т. е. не будут стричься. 2) «И обувай ноги твои». В знак траура ходили босиком, обнажая таким образом и низ тела, как верх – голову, или же – из страха непочтения к духу умершего, невидимо присутствовавшему около близкого ему человека. 3) «И бороды не закрывай»; что делали (как в проказе) может быть в знак печального молчания и вместо древнего стрижения бороды (ср. Иез 7.18). LXX, читая иначе евр. выражение, имеют: «и да не утешишися устнами их», т. е. не принимай официальных утешений и посещений с этой целью. 4) «И хлеба от чужих не ешь» – хлеба, который родственники или друзья приносили в дом траура в знак сострадания, может быть чтобы напомнить ему о питании или дать возможность есть чистую пищу; может быть, остаток трапезы по умершим, в которой умершие, по старому верованию, принимали невидимое участие; Вульг.: cibos lugentium – «траурного хлеба».

Иез.24:18. И после того, как говорил я поутру слово к народу, вечером умерла жена моя, и на другой день я сделал так, как повелено было мне.

«Говорил я поутру к народу слово Господне» – может быть откровение 1–14 ст. – «На другой день», когда пришли к пророку с выражением соболезнования, что можно было сделать только на другой день, так как смерть последовала вечером. – «Сделал» – здесь то же, что не сделал – знаков траура.

Иез.24:19. И сказал мне народ: не скажешь ли нам, какое для нас значение в том, что ты делаешь?

Настолько народ привык искать символизма во всех действиях пророка. Характерно здесь «для нас»: народ уже смотрит на себя, как на паству пророка.

Иез.24:20. И сказал я им: ко мне было слово Господне:

«Ко мне было слово Господне». Обыкновенно: «было ко мне». Может быть означение давно прошедшего времени.

Иез.24:21. скажи дому Израилеву: так говорит Господь Бог: вот, Я отдам на поругание святилище Мое, опору силы вашей, утеху очей ваших и отраду души вашей, а сыновья ваши и дочери ваши, которых вы оставили, падут от меча.

То, что была для Иезекииля жена, то для евреев храм. Эпитеты не слишком сильные, если принять во внимание, что Израиль стоял и падал вместе с храмом (Сменд). Притом в этих гордо-нежных эпитетах выражается отношение самого пророка к храму; ср. Иез 7.22; Иер 7.4; Мих 3.11 и далее. – «Отраду души вашей», слав.: «их же щадят души ваша» (что вы так бережете): евр. απ. λεγ. «махмал» LXX читали как «махмад». – Пророк из многочисленных потерь Израиля при падении царства Иудейского указывает только две наиболее и одинаково дорогие: храм и детей. Притом же для древнего еврея религия и национальность (сохранение которой обусловливалось потомством) были одно. Очень возможно, что сопленники Иезекииля не взяли с собою детей в Вавилонию в надежде на лучшее будущее, чтобы не подвергать их опасностям и лишениям переселения; в плен, может быть, пошли только те, кого заставили идти. Если так, то отделение сыновей от отцов в XVIII гл. по их судьбе имело для Иезекииля историческое основание.

Иез.24:22. И вы будете делать то же, что делал я; бороды́ не будете закрывать, и хлеба от чужих не будете есть;

Иез.24:23. и повязки ваши будут на головах ваших, и обувь ваша на ногах ваших; не будете сетовать и плакать, но будете истаявать от грехов ваших и воздыхать друг перед другом.

Иез.24:22-23 16–17. См там. Разница слав. с рус.: вместо: «повязки…» – «власи ваши на главах ваших» – не будут стричься; иначе слав. в 17 ст.

Иез.24:24. И будет для вас Иезекииль знамением: все, что он делал, и вы будете делать; и когда это сбудется, узнаете, что Я Господь Бог.

Второй и последний раз в книге названо имя пророка. Важность момента. Слав. «чудо» неточно вместо «знамение».

Иез.24:25. А что до тебя, сын человеческий, то в тот день, когда Я возьму у них украшение славы их, утеху очей их и отраду души их, сыновей их и дочерей их, –

«Украшение славы» и т. д. – храм; ср. ст. 21. В слав. точнее 4 эпитета.

Иез.24:26. в тот день придет к тебе спасшийся оттуда, чтобы подать весть в уши твои.

«Спасшийся». Страшная недоговорка; ср Иез 14.22. «В уши твои». То, что Бог говорил до сих пор уму и духу пророка, услышит он тогда телесными ушами. Исполнилось через 1,5 года (Иез 33.21), если предсказано было в день ст. 1.

Иез.24:27. В тот день при этом спасшемся откроются уста твои, и ты будешь говорить, и не останешься уже безмолвным, и будешь знамением для них, и узнают, что Я Господь.

Известие о падении Иерусалима прекратило наложенное свыше на пророка периодическое онемение (Иез 3.26-27), как лишнее теперь уже: сопленники пророка благодаря этому известию стали более чутки к его речам, да и речи его стали приятнее для них, утешительными; начался светлый во всех отношениях период деятельности пророка, когда он стал, благодаря так точно исполнившимся его пророчествам, признанным пророком, когда к голосу его стали прислушиваться и он стал благодаря этому знамением Божиим, «чудом» (слав. пер.) для народа (Зах 3.8).


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →