Комментарии Джона МакАртура на евангелие от Матфея 18 глава

Вход в Царство

В то время ученики приступили к Иисусу, говоря: «Кто больше в Царстве Небесном?» Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них и сказал: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное. Итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном» (18:1-4)

Писание разными словами описывает народ Божий и разными именами называет его. Но чаще всего оно именует нас детьми – детьми обетования, детьми дня, детьми света, возлюбленными детьми, дорогими детьми и детьми Божьими.

Как верующие, мы можем радоваться чудесной истине, что через Христа мы стали детьми Самого Бога, усыновлёнными по благодати. Следовательно, мы носим в себе образ семьи Божьей и с Иисусом Христом являемся сонаследниками всего, чем владеет Бог. Мы наслаждаемся Божьей любовью, заботой, защитой, силой и многим другим, что в изобилии имеется в вечности.

Но есть и другая сторона нашего положения как детей. Писание называет верующих детьми и по причине их несовершенства, слабости, зависимости, неразвитости, неумения, ранимости и незрелости.

18-я глава Евангелия от Матфея акцентирует внимание на этих незрелых, несовершенных детских качествах, которые демонстрируют верующие в процессе взаимного преображения в полноту возраста Иисуса Христа.

Эта глава представляет собой рассуждение, или проповедь, нашего Господа на конкретную тему о подобии верующих детям, прямо указывая на то, что мы действительно являемся духовными детьми со всеми слабостями, которые подразумевает детство. Также важно обратить внимание и на то, что эта глава учит церковь, то есть группу духовно несовершенных детей, как ладить друг с другом. Без преувеличения можно сказать, что это величайшая проповедь нашего Господа о жизни искупленных людей в Его Церкви. Печально, что её очень часто неправильно толкуют, не замечая те огромные сокровища, которые она содержит. Мы попробуем восстановить эти истины, которые так жизненно важны, могущественны и необходимы для Церкви повсюду и во все времена.

Первый урок этой замечательной проповеди состоит в том, что каждый, кто входит в Царство, делает это как дитя (ст. 1-4). Затем Иисус учит, что все мы в Царстве должны обращаться друг с другом, как с детьми (ст. 5-9), заботиться друг о друге, как о детях (ст. 10-14), наказывать, как наказывают детей (ст. 15-20), и прощать друг друга, как прощают детей (ст. 21-35).

Обстановка, в которой прозвучала эта проповедь, определяется фразой «в то время». Имеется в виду период времени вскоре после того, как Иисус отправил Петра к Галилейскому морю достать монету изо рта рыбы (17:27). Пока Пётр платил налог или, скорее всего, сразу по его возвращении, остальные ученики приступили к Иисусу. Возможно, это было в доме Петра в Капернауме.

Эти два эпизода очень тесно связаны по времени и по смыслу. В один и тот же день ученики получили урок о необходимости быть гражданами мира, а также целую серию уроков о том, что значит быть детьми Божьими.

Ученики сами подсказали Господу тему поучения, задав Ему очень эгоистичный вопрос, выдавший их греховные устремления. От Марка и Луки мы узнаём, что вопрос: «Кто больше в Царстве Небесном?» возник в споре между Двенадцатью, в отношении того, «кто же из них больше?» (Лук. 9:46; ср. Марк. 9:34). Хотя Иисус, будучи всеведущим, знал, что произошло, Он спросил: «О чём дорогой вы рассуждали между собой?» Им было так стыдно за себя и за тему разговора, что «они молчали» (Марк. 9:33-34).

Стыдливое молчание учеников означало, что они осознавали своё поведение как несовместимое с учением Господа о смирении. Но сам факт их спора о чинах в Царстве показывал, насколько малы были их усилия в применении тех истин, которым учил их Господь. Они оставались такими же гордыми, самодовольными и честолюбивыми, как и раньше. В свете их дискуссии и того, как они задали вопрос Иисусу, ученики явно ожидали, что Он назовёт одного из них большим.

По сути, они слышали, но не приняли как должно ни учения Иисуса о смирении, ни Его учения о Царстве. Как когда-то те люди, которым был послан проповедовать Исаия (Ис. 6:9), ученики слушали, но не воспринимали; смотрели, но не понимали. Они, по-видимому, всё ещё ожидали, что Иисус вскоре установит земное Царство, и каждый из них надеялся занять в нём высокое положение. Особенно они соперничали в том, кто будет первым.

Вероятно, в тот же день, но чуть раньше (см. 17:22-23), Иисус сказал им (в третий раз) о Своих неминуемых страданиях и смерти. Хотя они и не поняли всего, о чём Он говорил им (Марк. 9:32), они, должно быть, почувствовали серьёзность предстоящего. И хотя они боялись спросить Иисуса, что именно Он имел в виду (ст. 32б), они должны были бы обсудить это, а не выяснять, кто из них больше. Но, охваченные жаждой престижа, славы и личного возвышения, они оставались глухи ко многому из того, о чём говорил Иисус, – даже к известию о Его страданиях и смерти. Они продемонстрировали полное отсутствие смирения, очень малую долю сострадания и, конечно же, явное нежелание взять свой крест и последовать за Христом на смерть, как были научены (Матф. 10:38-39; 16:24-26).

Спустя несколько месяцев после этого урока в Капернауме честолюбие учеников всё ещё не угасло. Скорее всего, подстрекаемая своими сыновьями, мать Иакова и Иоанна спросила Иисуса: «Скажи, чтобы эти два сына мои сели у Тебя один по правую сторону, а другой по левую в Царстве Твоём» (Матф. 20:20-21). Остальные ученики были разгневаны на двух братьев, но их гнев был не праведный, а завистливый (ст. 24).

Иисусу, должно быть, было особенно больно, что эта своекорыстная просьба, как и в случае, записанном в 18-й главе, последовала сразу после того, как Он предсказал Свои страдания и смерть (20:19). Со стороны учеников не было никаких признаков сострадания, печали или попыток утешения в связи с тем, что Господь должен был скоро претерпеть ради них и ради всего мира. И даже вечером перед Его смертью, когда Он вкушал с ними последнюю вечерю, они всё ещё спорили о своём собственном величии (Лук. 22:24). Таким образом, их бесчувственность и эгоизм показаны как в крайней степе- ни греховные, поскольку проявились в тот момент, когда Иисус говорил о Своих страданиях и смерти.

Остальные ученики, должно быть, завидовали Петру. Они знали, что Пётр был в самых близких отношениях с Иисусом и всегда был их представителем. Пётр был одним из трёх учеников, имевших честь увидеть преображение Иисуса. Только Пётр ходил по воде, и только он был участником чуда, когда Иисус дал деньги на храмовый налог. Но только Петру Иисус сказал: «Отойди от Меня, сатана!» (Матф. 16:23) Поэтому, возможно, остальные ученики думали, что вакансия на самую высокую должность ещё свободна.

Это учение, изложенное здесь, крайне необходимо в Церкви сегодня, когда эгоизм и честолюбие являются распространённым явлением, а обязанность исполнять свой долг перед детьми Божьими постоянно игнорируется.

Как и все мы, ученики нуждались в постоянном повторении уроков смирения, и здесь Господь использовал в качестве примера ребёнка. Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них.

Слово пайдион подразумевает очень малое дитя, иногда даже младенца. Это конкретное дитя, вероятно, только научилось ходить, то есть могло подбежать к Иисусу, когда Он призвал его к Себе. Так как они находились, скорее всего, в доме Петра, это дитя могло принадлежать семье Петра, и Иисус был хорошо с ним знаком. В любом случае, этот ребёнок с готовностью позволил Иисусу взять себя на руки (Марк. 9:36). Иисус любил детей, а дети любили Иисуса, и когда Он сидел перед учениками, держа на руках этого маленького ребёнка, создалась прекрасная ситуация для того, чтобы преподать важные уроки о подобии верующих детям.

Суть первого урока изложена в третьем стихе: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное». Это абсолютное, далеко идущее требование имеет исключительную важность. Чтобы войти в Царство Христа, необходимо уподобиться ребёнку. Нет другого пути получить благодать спасения.

Фраза «Царство Небесное», которую Матфей использует тридцать два раза, является синонимом выражения «Божье Царство». В конце ветхозаветной эпохи, и особенно в межзаветный период, у евреев стало принятым из почтения заменять еврейскую тетраграмму YHWH, Божье имя завета (часто передаваемое словами «Яхве» или «Иегова»), словом небеса. Используемое таким образом слово «небеса» подразумевало слово Бог. Обе фразы означают правление Бога, при этом Царство Небесное делает акцент на сфере и характере Его правления, а Божье Царство конкретно указывает на Самого Правителя. Бог управляет Своим Царством по небесным принципам, с небесными благословениями и с небесной силой, величием и славой. Войти в Небесное Царство – значит подчиниться полновластному правлению Бога.

Господь прямо говорит о том, что в Его Царство можно войти верой, через спасение, которое приведёт к тысячелетнему благословению и к вечной славе в будущем. Фраза «войти в Царство Небесное» используется Матфеем три раза (см. также 7:21; 19:23-24) и в каждом случае относится к личному спасению. Это то же самое, что войти в жизнь (18:8) и войти в радость Господа (25:21).

То, что человек должен войти в Царство, предполагает, что он родился вне его и находился под властью сатаны, и что он не является от рождения гражданином небес, где правит Бог. Цель Евангелия – показать людям, как они могут войти в Царство и стать его гражданами, перейдя из царства тьмы в Царство Божьего возлюбленного Сына (Кол. 1:13). Бог желает, чтобы люди входили в Его Царство, и не хочет, «чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (2 Пет. 3:9). Цель служения Христа и служения Иоанна Крестителя и Апостолов заключалась в том, чтобы призвать людей в Царство. Она всё ещё является высшей задачей Церкви.

Основное внимание Евангелие от Матфея уделяет привлечению людей в Царство через веру в Иисуса Христа, и это, несомненно, одна из причин, почему Святой Дух поместил данную книгу в начале Нового Завета. На протяжении своего Евангелия Матфей тщательно и методично излагает составляющие истинной веры.

Первая составляющая веры, необходимая для входа в Царство, – это покаяние. Проповедь Иоанна Крестителя состояла в следующем: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (3:2). С такой же проповеди начал Своё служение Господь Иисус (4:17). Первоначальный призыв войти в Царство был призывом к людям признать свой грех и раскаяться в нём, что включает в себя искреннее желание отвернуться от него. Такое покаяние – не человеческое дело, а божественный дар, который может дать только Бог (см. 2 Тим. 2:25).

Вторая составляющая веры, которая позволяет войти в Царство, – это признание своей духовной несостоятельности. Это тоже дело Божье, потому что в грехе человека обличает Святой Дух (Иоан. 16:8-11). Заповеди блаженства начинаются с призыва к смирению, названному там нищетой духа (Матф. 5:3). Человек, который искренно желает войти в Божье Царство, осознаёт, что он совершенно не достоин и не заслуживает его. Когда человек осознаёт свой грех, он испытывает чувство вины и разочарования из-за того, что он не в силах удалить его. Он знает, что сам он не может очистить себя от греха и что ему нечего предложить Богу, чтобы получить прощение от греха. Греческое выражение, переведённое как «нищие духом», относится к нищему, у которого нет совершенно ничего своего. И поскольку раскаявшийся и духовно несостоятельный человек глубоко осознаёт свой грех, он скорбит по этому поводу (ст. 4). А так как он не имеет своей собственной праведности, он жаждет и алчет Божьей праведности (ст. 6). И поскольку сам он не может очиститься от греха, он желает чистоты сердца (ст. 8), которую может дать только Бог.

Третья составляющая веры, которая позволяет войти в Царство, – это кротость, которая очень тесно связана с пониманием, что у нас нет ничего стоящего, что мы могли бы предложить Богу. Понимая, что сам в себе он не имеет ничего достойного, смиренный и кроткий человек не претендует на славу и не требует её для себя. Он предан борьбе за Божье дело, а не за своё.

Тот, кто входит в Божье Царство, также должен иметь желание и способность быть послушным. «Не всякий, говорящий Мне: „Господи! Господи!“ – войдёт в Царство Небесное, – заявил Иисус, – но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Матф. 7:21). Войти в Божье Царство – это больше, чем просто выразить желание быть в нём и быть уверенным, что Иисус – Господь этого Царства. Полновластный, спасающий Бог произведёт в душе человека желание лично подчиняться Иисусу как Господу и даст новое сердце, жаждущее исполнять Его заповеди. Человек, который не хочет расставаться с миром, чтобы отдать всего себя Господу, не имеет подлинного желания спастись (8:19-22). Сам термин «войти в Царство» предполагает, что человек подчиняется правлению Господа этого Царства.

Когда Иисус призывал людей следовать за Ним, Он призывал их к спасению (ср. Матф. 19:21). Новое рождение делает людей последователями Иисуса. И если бы современные благовестники, вместо того чтобы призывать людей «принять решение в пользу Христа», призывали их отвратиться от греха, последовать за Господом и передать управление их жизнью Ему, это больше бы соответствовало подходу нашего Господа.

Тот, кто входит в Божье Царство, также готов публично исповедать своё желание следовать за Господом. «Итак всякого, кто исповедает Меня пред людьми, – сказал Иисус, – того исповедаю и Я пред Отцом Моим Небесным; а кто отречётся от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцом Моим Небесным» (10:32-33).

Тот, кто входит в Божье Царство, понимает, что себя необходимо отречься. Иисус сказал: «Кто не берёт креста своего и следует за Мною, тот недостоин Меня. Сберёгший душу свою потеряет её; а потерявший душу свою ради Меня сбережёт её» (10:38-39).

Следующая составляющая спасительной веры, о которой говорит Матфей, – это настойчивость. Женщина-хананеянка, у которой дочь была одержима нечистым духом, не отступила, когда Иисус сначала проигнорировал её, когда ученики хотели отослать её прочь, и даже, когда Иисус напомнил ей, что она не израильтянка и не принадлежит к избранному народу. Она согласна была воспользоваться даже тем, что осталось у Господа, и не отступила, пока Он не удовлетворил её нужду. В ответ на её детскую настойчивость Иисус сказал: «О, женщина! Велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему» (15:28).

Все эти составляющие веры, которые Бог даёт для спасения, могут быть обобщены в первом уроке Иисуса – уроке о смирении.

Невозможно не заметить, что этот урок предназначался ученикам, а значит, они должны были слушать и усваивать его. Однако, исходя из того, о чём они спорили и что подсказало Иисусу тему этого урока, следует, что ученики не жили согласно Его нормам смирения. Они демонстрировали гордость и своекорыстие. Возможно, что некоторые из них ещё не были гражданами Царства (конечно, это имело отношение и к жадному к деньгам и власти Иуде), а те, которые уже принадлежали Царству, позволили своей падшей плоти взять верх над их убеждениями. Это ведёт к важному выводу: хотя наши сердца находятся в полном согласии с этими принципами истинной спасающей веры, милостиво даруемой нам Богом, часто мы с лёгкостью подпадаем под власть греха, который всё ещё живёт в нас.

Когда Господь взял на руки маленькое дитя, Он обобщил все эти составляющие спасения, сказав: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное».

«Обратитесь» – перевод глагола стрефо в пассивном залоге, времени аорист. В Новом Завете он всегда означает «повернуть» или «повернуть в другую сторону». Пётр использовал форму этого глагола дважды в своей проповеди вскоре после Дня Пятидесятницы, когда призывал своих слушателей: «Покайтесь и обратитесь, чтобы загладились грехи ваши» и объявил об Иисусе, что «Бог, воскресив Сына Своего Иисуса, к вам первым послал Его благословить вас, отвращая каждого от злых дел ваших» (Деян. 3:19, 26). Это слово постоянно используется в книге Деяний, когда речь идёт об обращении (11:21; 15:19; 26:18, 20). Павел использовал это слово, говоря о верующих в Фессалониках, которые «обратились к Богу от идолов, чтобы служить Богу живому и истинному» (1 Фес. 1:9).

Обращение – это вторая часть покаяния. Покаяние – это сожаление о грехе и отвращение от него; обращение – это выражение твёрдого намерения повернуться от греха к Господу. В Пс. 50:15 говорится об этих двух частях покаяния: «И нечестивые к Тебе обратятся». Использование Иисусом этого глагола в пассивном залоге указывает на то, что ученики не могли обратиться от греха к праведности с помощью своих усилий, а нуждались в ком-то, кто обратил бы их. Хотя волеизъявление человека и требуется, толь- ко Бог имеет власть обращать людей.

Обращение требует от людей, чтобы они были как дети. Так объяснил Иисус. Маленький ребёнок простодушен, зависим, беспомощен, искренен, без претензий, нечестолюбив. Это не значит, что дети от природы безгрешны и неэгоистичны. Греховная природа проявляется в них с самого раннего возраста. Но, тем не менее, они наивны, непритязательны, доверчивы и не имеют честолюбивого стремления к знатности и величию.

«Тот человек, который умалится, как это дитя, – заявил Иисус, – тот и больше в Царстве Небесном». «Умалится» – перевод глагола тапейноо, который буквально означает «сделаться низким». В глазах Бога, тот, кто унижает себя, будет превознесён; тот, кто искренне считает себя наименьшим, будет почитаться в Его очах большим. «Больший из вас да будет вам слугой, – говорил Иисус самодовольным фарисеям. – Ибо кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится» (Матф. 23:11-12). Человеку, который не желает смириться, как Христос «смирил Себя» (Фил. 2:8), не будет места в Царстве Иисуса. Для самоправедных евреев, которые превознесли себя настолько высоко, что посчитали, будто Бог доволен их праведностью, это был сокрушительный удар.

Но Иисус ясно даёт понять, что, чем больше человек унижается, тем больше он возвышается в Его Царстве. Известный лютеранский толкователь Р. К. Г. Ленски писал: «Тот, кто ничего не требует, будет иметь всё, что требуют другие и, требуя, не получают… Только пустой сосуд Бог может наполнить Своими дарами. И чем больше мы опустошаем себя от всего своего, тем больше Бог может наполнить наши сосуды Своими вечными богатствами, почётом и славой» (The Interpretation of St. Matthew’s Gospel [Minneapolis: Augsburg, 1942], p. 683).

Маленькое дитя не заявляет о своих достоинствах или величии. Оно просто подчиняется попечению своих родителей и других взрослых, которые любят его, и полагается на них во всех своих нуждах. Ребёнок знает, что он не может позаботиться о своих нуждах, и у него нет средств к существованию. Именно такое смиренное послушание приводит к величию в Божьих очах и в Его Царстве.

Несколько лет назад я посетил несколько негритянских школ на юге США. В одной сельской начальной школе я очень просто рассказал о Божьей любви и об уникальной и прекрасной Личности Иисуса Христа, Который особенно любит детей и умер на кресте, став жертвой за них, чтобы понести наказание за все наши грехи. В конце я спросил: «Кто из вас хотел бы, чтобы Иисус жил в вашем сердце и простил все ваши грехи? У кого из вас есть желание следовать за таким чудесным Господом и Спасителем, чтобы однажды Он забрал вас к Себе на небеса?» К моему удивлению, все сто детей мгновенно подняли руки. У них не было скептицизма, сомнений, колебаний; никто не смотрел по сторонам, чтобы проверить, как отреагируют друзья. Когда прозвучал призыв, сердце каждого ребёнка было готово откликнуться на зов Иисуса Христа. Чтобы убедиться в том, что дети поняли, какое обязательство они берут на себя, я спросил: «Кто из вас готов подчинить свою жизнь Иисусу и быть послушным Ему во всём?» И опять все подняли руки.

Бог знал намерение их сердец, и это простое утверждение означало шаг к Нему. Но то, что я видел, было примером спасающей веры. Ни один ребёнок не чувствовал себя достойным или настолько совершенным, чтобы не понимать, что он грешник и нуждается в прощении. Все, не колеблясь, были готовы отдать свою жизнь Тому, Кто был так прекрасен и милостив и Кто мог дать им всё необходимое здесь и в вечности. Без колебаний они были готовы послушно делать то, что Он просил.

Именно о такой простой, нелицемерной, смиренной, детской вере и говорил Иисус. Такой ответ Его Сыну является самым большим в глазах Отца. Больший в Царстве Небесном – это тот, кто проявляет смирение, непосредственность, подлинную искренность; это человек нетребовательный, неэгоистичный, восприимчивый к тому, что предлагает Бог, и готовый подчиниться любому Его повелению.

Современные «евангелия», которые пропагандируют самореализацию и личный успех, являются полной противоположностью Евангелию Иисуса Христа. Они являются насмешкой над новозаветным христианством и покушением на суть спасения и христианской жизни. Господь не предусмотрел никакой возможности для превознесения самих себя, а недвусмысленно объявил, что человек, который на своих собственных условиях сбережёт «душу свою, потеряет её» (Матф. 10:39). Собственный путь – это путь непригодный для Царства. Те, кто прославляет себя, не только не будут великими в Царстве, но и никогда не войдут туда.

Иаков излагает призыв к спасению, который повторяет то, чего требует Господь в указанном выше отрывке Евангелия от Матфея:

Но тем большую даёт благодать; поэтому и сказано: «Бог гордым противится, а смиренным даёт благодать». Итак, покоритесь Богу; противостаньте диаволу, и он убежит от вас. Приблизьтесь к Богу, и Он приблизится к вам; очистите руки, грешники, исправьте сердца, двоедушные. Сокрушайтесь, плачьте и рыдайте; смех ваш да обратится в плач, и радость – в печаль. Смиритесь пред Господом, и Он вознесёт вас (Иак. 4:6-10).

Опасность склонения христианина к греху

И кто примет одно такое дитя во имя Моё, тот Меня принимает. А кто соблазнит одного из малых этих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жёрнов на шею и потопили его во глубине морской.

Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит. Если же рука твоя или нога твоя соблазняет тебя, отсеки их и брось от себя: лучше тебе войти в жизнь без руки или без ноги, нежели с двумя руками и с двумя ногами быть вверженным в огонь вечный; и если глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя: лучше тебе с одним глазом войти в жизнь, нежели с двумя глазами быть вверженным в геенну огненную (18:5-9)

У меня четверо детей, и все они очень дороги для меня. Я их очень люблю и хочу, чтобы всё у них было хорошо. Особенно я желаю своим детям духовного благополучия, чтобы они продолжали возрастать духовно, уподобляясь Христу, сообразуясь с разумом и волей Господа. Я до боли чувствую свою ответственность и обязанность защищать своих детей от любого проявления зла или опасности. Время от времени, когда в их жизни появляются люди или влияния, которые могут причинить им вред, я делаю всё возможное, чтобы защитить их от этих опасностей. Как любой нормальный родитель, я очень ценю тех людей, которые помогают моим детям, и испытываю негодование по отношению к тем, кто наносит им вред.

Обычно родители более благодарны за всё доброе, сделанное для их детей, чем за доброе для них самих. Таким же образом родителям легче простить своих обидчиков, чем тех, кто обижает их ребёнка. Родители благодарны друзьям, учителям и многим людям, которые ободряют, поддерживают и воспитывают их детей. Однако их приводит в ярость молодой человек, от которого забеременела их дочь, или мнимый друг, который склонил их сына к употреблению наркотиков, или неверующий учитель, который пытается увести их сына или дочь от веры в Бога.

Бог является совершенным образцом подобной родительской заботы, и Его всегда глубоко волнует то, как обращаются с Его детьми. Для Него край- не важно, чтобы Его дети были под защитой и опекой. Поэтому Он обещает благословить тех, кто хорошо относится к Его детям, и сурово предупреждает тех, кто причиняет им вред.

Защищать Своих детей Бог стал с того момента, когда впервые призвал к Себе народ, рождённый от Авраама, и сказал ему и его потомкам: «Я благословлю благословляющих тебя, и злословящих тебя прокляну» (Быт. 12:3). Господь всегда требовал доброго отношения к Своему народу, повелевая неверующим относиться к ним хорошо, а верующим – относиться по-доброму друг к другу.

Взяв на руки малое дитя, Иисус преподал урок такой же взаимной заботы друг о друге в среде Его детей.

ПРИНЦИП

И кто примет одно такое дитя во имя Моё, тот Меня принимает (18:5)

Основополагающая истина этого стиха состоит в том, что невозможно отделить Христа от Его народа. Следовательно, то, что затрагивает верующих, затрагивает и Его. А именно: кто примет дитя во имя Христа, тот принимает Христа.

Как ясно следует из контекста, Иисус взял дитя в качестве примера. Фраза «одно такое дитя» указывает на конкретного ребёнка, о котором говорится в данном контексте. Это может означать только того, кто, как описано в 3-4 стихах, духовно становится маленьким ребёнком. Иисус не говорил о самом ребёнке, а использовал его как прообраз детей Божьих. Это физическое дитя символизировало духовное дитя Божье, которое с верой смиренно принимает Благую весть и становится верующим (ст. 3). Такие новообращённые – это «[малые эти], верующие в Меня», – объяснил Иисус (ст. 6). И каким бы простым, наивным, незрелым или слабым ни был верующий, к нему нужно относиться как к драгоценному Божьему дитяти, кем он и является. Между Господом и всеми, кто, благодаря пребывающему Святому Духу, имеет в себе Его жизнь, существует сплочённость и единство.

Христианство – это не религиозная система, а искупленные люди, объединённые с Богом, составляющие одно целое с Ним через Его Сына Иисуса Христа. Христиане не только следуют учению Иисуса, они следуют за Самим Иисусом, полностью отождествляя себя с Ним. Он есть Глава, а они – Тело (1 Кор. 12:27); Он есть Лоза, а они – ветви (Иоан. 15:5); Он есть Жених, а они – Невеста (Откр. 21:2, 9).

В проникновенных словах Иисус подтверждает ученикам эту поразительную реальность: «Слушающий вас Меня слушает, и отвергающий вас Меня отвергает; а отвергающий Меня отвергает Пославшего Меня» (Лук. 10:16; ср. Иоан. 13:20). Когда Савл преследовал христиан, Господь остановил его на дороге в Дамаск и сказал: «Савл, Савл! Что ты гонишь Меня?» (Деян. 9:4). В своём Первом Послании церкви в Коринфе Павел на отрицательном примере подтвердил единство между Христом и каждым верующим, когда серьёзно обличил их за нравственную распущенность, за связь с блудницами. Это было особое духовное осквернение, потому что оно делало Самого Христа как бы участником этого греха. Поскольку верующий духовно един с Христом, то, вступая в половую связь с блудницей, он вовлекает в свой грех Господа. «Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? – спрашивает Апостол. – Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет!» (1 Кор. 6:15). Это не значит, что Сам Христос становится нечист из-за нечистоты Его последователей, но имя Его пятнается. Лично Он оскверняется грехами верующих не больше, чем солнечный луч, освещающий кучу мусора. Но, когда грешит Его народ, то злословится имя Бога, и наносится ущерб Его делу. И, наоборот, когда Божий народ принимают, Его сердце радуется.

«Принимает» – перевод слова дехомай, которое означает «намеренно, с готовностью брать что-то или кого-то себе». Это слово часто использовалось, когда речь шла о приветствии почётных гостей, об удовлетворении их нужд с особым вниманием и добротой. Основная мысль, которую хотел подчеркнуть Иисус, заключается в следующем: как человек, верующий или неверующий, поступает с христианами, так он поступает и с Иисусом Христом. Когда кто-то с открытым сердцем принимает христианина как почётного гостя и друга, он принимает Христа как своего гостя и друга. Если он обращается с любым христианином с нежностью и добротой, он так же обращается и с Христом.

Господь подчеркнул это единство между Собой и Своим народом, когда сказал: «Когда же придёт Сын Человеческий во славе Своей и все святые ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей», поместив верующих, овец, справа, а неверующих, козлов, – слева.

Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: «Придите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо был голоден Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне». Тогда праведники скажут Ему в ответ: «Господи! Когда мы видели Тебя голодным и накормили? Или жаждущим – и напоили? Когда мы видели Тебя странником и приняли? Или нагим – и одели? Когда мы видели Тебя больным или в темнице и пришли к Тебе?» И Царь скажет им в ответ: «Истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из этих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Матф. 25:31-40).

Верующие должны относиться друг к другу с нежностью, заботой, добротой и любовью, открывая свои сердца, чтобы приветствовать собратьев-верующих, независимо от их положения. Поступая так, они принимают Господа Христа, Который живёт в них. Мы должны заботиться друг о друге, как о любимых детях. Какое жизненно важное послание для Церкви!

ОПАСНОСТЬ

А кто соблазнит одного из малых этих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жёрнов на шею и потопили его во глубине морской.

Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит (18:6-7)

Далее Иисус показывает негативную сторону ранее упомянутой истины: когда человек плохо обращается с христианином, он тем самым показывает своё отношение к Христу. Это относится как к верующим, так и к неверующим. Кто бы ни причинял вред христианину, будь то худший из язычников, преследующий его, или верующий, обижающий собрата, результат один: нападкам подвергается Сам Христос.

Очевидно, что Господь говорит не о физических детях, а о духовных. Фра- за «малые эти, верующие в Меня» ясно указывает на то, что Иисус имел в виду детей, о которых Он только что говорил в ст. 5 («одно такое дитя»). Эта фраза относится к детям, упомянутым в 3-4 стихах.

Иисус говорит о нравственных и духовных ошибках, то есть о прегрешениях. Глагол скандализо (соблазнить) буквально означает «вызвать падение». Следовательно, Господь говорит о том, что верующего можно соблазнить, обмануть или повлиять на него таким образом, что это приведёт его к греху или каким-то образом облегчит ему путь к падению. Человек, подталкивающий христианина к греху, кроме христианина, оскорбляет Самого Христа.

Выразительное и очень жёсткое высказывание Иисуса является грозным предостережением от подобного рода поступков в отношении детей Божьих. Человеку, поступающему так, заявляет Иисус, лучше бы умереть. По сути, лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жёрнов на шею и потопили его во глубине морской.

«Мельничный жёрнов» – это перевод словосочетания мулос оникос, означающего большой мельничный каменный круг весом в несколько десятков килограммов. Этот жёрнов приводился в движение ослом. Римляне иногда практиковали такую форму казни: повесив на шею преступника тяжёлый камень, бросали человека за борт. Евреи считали эту языческую казнь ужасной, в некотором смысле – более страшной, чем распятие. Однако Иисус сказал, что лучше умереть такой страшной смертью, чем склонить даже одного из Его народа к греху.

Эта мысль, должно быть, была особенно отрезвляющей для учеников, потому что они только что увлечённо спорили о том, кто из них будет большим в Царстве Небесном. Этот спор, несомненно, привёл к тому, что все разгневались и негодовали на приводимые каждым аргументы в свою пользу. Двенадцать грешили не только потому, что в споре проявили свою гордость и хвастовство, но и потому, что побуждали друг друга к зависти, подозрительности и гневу.

Каждый верующий – это Божье дитя, и, как все дети, он нуждается в защите, заботе и понимании. Причинить вред даже одному из них, введя его в грех, – ужасное преступление. Разрушить репутацию святого или затормозить его духовный рост – отвратительно в глазах Бога, потому что это равнозначно нападкам на Его возлюбленного Сына Иисуса Христа.

Захария заявлял, что тот, кто причиняет вред Божьему народу, Израилю, «касается зеницы ока Его» (Зах. 2:8). Древнее выражение «зеница ока» означало роговицу, самую нежную и чувствительную открытую часть тела. Идея заключается в том, что всякий, кто наносит вред Божьему народу, как бы попадает пальцем в глаз Богу, серьёзно раздражая Повелителя.

Одна из причин, почему Библия так резко выступает против лжеучителей, в том, что они не только имеют ложные верования и практикуют их, но и соблазняют других, включая Божьих святых, увлекая их в свои порочные учения и порочную деятельность. Живя нечестивой жизнью и соблазняя других на свои греховные пути, некоторые люди в церкви, так сказать, тычут пальцем Богу в глаз. Поэтому лучше было бы для них умереть. То, как мы строим свои отношения с верующими, является вопросом огромной важности. И сохрани нас Господь ввести кого-либо из них в грех, вызвав тем самым раздражение Всемогущего Бога.

Существует множество способов соблазнить человека к греху. Самый явный из них состоит в прямом искушении согрешить, и сатана и мир могут использовать даже верующих для искушения других верующих.

Ева является первым классическим примером того, как один человек прямо склонил к греху другого. Став жертвой искушения сатаны, она сразу же склонила Адама присоединиться к ней в непослушании Богу. Аарон, первый первосвященник Израиля, ввёл целый народ в грех, сделав золотого тельца и поклонившись ему, пока Моисей был на горе Синай, получая заповеди от Бога. Царь Иеровоам настолько явно и чудовищно ввёл Израиль в идолопоклонство, что его имя стало олицетворением идолопоклонства как бунта против Бога. Иеровоам был в высшей степени греховным царём, примером нечестивости. Его примеру последовали и другие греховные цари, о которых говорили, что они ходят в «грехах Иеровоама» (см., напр., 3 Цар. 16:31; 4 Цар. 3:3; 17:22).

Иисус обвинял иудейских вождей не только в лицемерии и грехах, но и в том, что они своими искусственными традициями вводили в грех других. Хотя на них не было вины прелюбодеяния в смысле внебрачных любовных связей, многие из них стали прелюбодеями сами и содействовали прелюбодеянию других людей, создав традицию, которая разрешала мужьям разводиться со своими жёнами без законной на то причины. «Кто разводится с женой своей, кроме вины прелюбодеяния, – заявил Иисус, – тот подаёт ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведённой, тот прелюбодействует» (Матф. 5:32).

Господь обвинил Пергамскую церковь в том, что она терпимо относилась к «[держащимся] учения Валаама, который научил Валака ввести в соблазн сынов Израилевых, чтобы они ели идоложертвенное и любодействовали» (Откр. 2:14). Фиатирская церковь совершала такой же грех. В своей терпимости она позволила женщине «Иезавели, называющей себя пророчицей, учить и вводить в заблуждение рабов [Божьих], любодействовать и есть идоложертвенное» (2:20). Обе церкви попускали ложное учение и порочный образ жизни.

В наше время муж может предложить жене: «Давай немного уменьшим сумму в налоговой декларации. Никто об этом не узнает, к тому же все так делают». Поступая так, он совершает двойной грех, склоняя свою жену присоединиться к нему в этом обмане. Человек может уговорить сотрудника присоединиться к нему и завысить расходную часть отчёта для компании, а разницу присвоить. Этот человек также совершает двойной грех, о котором предупреждает Иисус. Мужчина может соблазнить христианку физически или пригласить её на безнравственное мероприятие.

Эти примеры и многие другие квалифицируются как способы введения Божьего дитяти в грех. Поразительно, сколько сил и упорства мы прикладываем к тому, чтобы оградить наших физических детей от пагубного влияния, и как усердно мы их защищаем. Но часто у нас нет ни сил, ни желания защищать детей в семье Господа.

Детей Божьих можно также соблазнить косвенно. Существует множество опасностей, о которых Апостол Павел особенно предостерегал родителей: «И вы, отцы, не раздражайте детей ваших» (Ефес. 6:4). Проявляя лицеприятие, требуя от детей выполнения нереальных задач, критикуя их, излишне опекая их или потакая им, родители могут расстраивать и раздражать своих детей и вызывать у них гневную реакцию, что пагубно влияет на их эмоциональную сферу, и даже на духовную. Не позволяя им время от времени делать свои собственные ошибки, пренебрегая ими (иногда из-за обязанностей в церкви) и мало интересуясь их мнением и переживаниями, мы можем получить такие же трагические результаты. Бунтуя против позиции родителей в таких вопросах, дети часто бунтуют также против убеждений и нравственных норм родителей, делая, фактически, всё наоборот – просто чтобы дать выход своему негодованию и отстоять свою независимость. Мы также можем косвенно склонять к греху супругов, друзей, сотрудников и членов церкви, если проявляем равнодушие, отсутствие любви и доброты по отношению к ним.

Третий способ соблазнить детей Божьих заключается в греховном примере. Верующих можно ввести в грех, не сказав при этом ни слова, а просто подав плохой пример. Здесь опять родители должны быть начеку, потому что они являются постоянным примером для своих детей – как хорошим, так и плохим.

Рассказывают историю об отце-алкоголике, который ушёл из дому зимним вечером, чтобы провести время в баре. Не успел мужчина отойти далеко от дома, как услышал позади лёгкий скрип снега. Обернувшись, он увидел в нескольких метрах от себя своего пятилетнего сына. Когда мужчина спросил сына, что тот здесь делает, мальчик ответил: «Я стараюсь идти по твоим следам, папа». История гласит, что больше этот человек в рот спиртного не брал.

Тимофей сменил Павла на посту руководителя церкви в Ефесе, и в Первом Послании своему преемнику Апостол предостерегал его, чтобы «в слове, в житии, в любви, в духе, в вере, в чистоте» он был «образцом для верных» (1 Тим. 4:12). Служитель церкви – пастор, руководитель молодёжи, учитель воскресной школы или кто-либо другой, – не может не быть примером. Сознательно или бессознательно те, кто вверен его заботе, будут следовать его примеру, хорошему или плохому.

Даже когда сам человек не грешит, он может ввести других в грех. Легкомысленно злоупотребляя своей свободой во Христе, то есть делая что-то такое, что грехом не является и вполне приемлемо для сильного христианина, он может способствовать тому, что слабые братья или сёстры соблазнятся. Если они последуют примеру более зрелого верующего, будучи убеждены в своей незрелой совести, что так делать нельзя, то впадут в грех. Хотя само по себе действие может и не быть грехом, но оно может стать греховным для слабого христианина, если тот совершает его наперекор своей совести.

Многие верующие в раннехристианской Церкви были выходцами из крайнего иудаизма, который запрещал употреблять свинину в любом виде. Они также привыкли соблюдать многочисленные святые дни, особенно субботу, и, став христианами, не были готовы порвать с этими ветхозаветными обрядами и правилами. Им с детства внушали, что этого требует Бог. Поэтому многие из них не могли есть свинину или работать в субботу. С другой стороны, немалое число верующих были выходцами из язычников, в среде которых практиковались бесовские обычаи. Самые ужасные проявления безнравственности были составной частью их религии. Став христианами, они всё, что было связано с языческими обрядами, считали гнусным и омерзительным. Поэтому есть мясо, возложенное на языческий жертвенник, для них было немыслимым.

Этот вопрос Павел полностью раскрывает в Рим. 14 и 1 Кор. 8 (см. Толкование на 1-е Послание к Коринфянам из этой серии). Этот вопрос был усложнён тем, что обе стороны заняли самоправедную позицию осуждения. Верующие из язычников критиковали слабых верующих из евреев за то, что те всё ещё отказывались есть свинину или работать в субботу. Они подчёркивали истину, что во Христе они свободны от таких обрядовых ограничений. Еврейские верующие критиковали слабых братьев-язычников за то, что те отказывались есть идоложертвенное мясо. Они указывали на усвоенную ими истину, что эти языческие божества вообще не являются богами и что мясо само по себе не может быть духовно или морально осквернённым.

Павел, обращаясь к обеим сторонам, разъяснял: важно не то, едим ли мы определённую пищу или нет, соблюдаем определённые дни или нет. Намного важнее совесть верующих собратьев. Пока верующий считает, что определённый поступок есть грех, – даже если он ошибается, – он не должен его совершать. Пока его совесть не достигнет того уровня, когда он сможет искренно совершить это действие, он должен избегать его. И не только это. Верующие, которые не разделяют этого запрета, должны уважать тех, кто его придерживается. Иначе они могут соблазнить брата поступиться своей совестью. Сильный христианин должен воздерживаться от подобных действий ради совести слабого верующего. Подводя итог, Павел говорит: «Всё чисто, но худо человеку, который ест на соблазн. Лучше не есть мяса, не пить вина и не делать ничего такого, отчего брат твой претыкается, или соблазняется, или изнемогает. Ты имеешь веру? Имей её сам в себе, перед Богом. Блажен, кто не осуждает себя в том, что избирает. А сомневающийся, если ест, осуждается, потому что не по вере; а всё, что не по вере, грех» (Рим. 14:20-23; ср. 1 Кор. 8:1-13).

Слабый христианин, которому постоянно предлагается что-либо, оскорбляющее его совесть, в итоге либо проявит непослушание и станет делать то, что считает неправильным, тем самым идя против своей совести, либо слишком резко отреагирует на это действие и ещё больше впадёт в законничество. В обоих случаях его соблазнили духовно, и тому, кто внёс свою лепту в его соблазн, говорит Иисус, лучше бы умереть.

Как для многих людей в последние дни станет приятным сюрпризом, что они, служа Божьему народу, тем самым служили Господу, так для многих других станет неприятной неожиданностью, что они, не служа Божьему народу, противились Господу. Неверующим козлам справа от Него Господь скажет:

«Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо был голоден Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня; был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня». Тогда и они скажут Ему в ответ: «Господи! Когда мы видели Тебя голодным, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе?» Тогда скажет им в ответ: «Истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из этих меньших, то не сделали Мне». И пойдут эти в муку вечную, а праведники – в жизнь вечную (Матф. 25:41-46).

Соблазнить человека к греху можно и в том случае, если мы не ведём его к праведности. Это, возможно, самая распространённая ситуация, когда верующие содействуют согрешению других верующих. Понимать Божью истину и добродетель и не делиться своим духовным пониманием и опытом – значит утаивать от других то, что может помочь им возрастать духовно. Прискорбно, что многие верующие, даже в христианских семьях и в евангельских церквах, голодают от недостатка духовной пищи.

На протяжении всего Нового Завета верующие призываются поощрять друг друга в праведности. Писание призывает верующих быть «[внимательными] друг к другу, поощряя к любви и добрым делам» (Евр. 10:24). Бог ведёт Свой народ от греха к праведности, и именно этого каждый верующий должен искать для себя и для своих друзей-христиан. В молитве «Отче наш» Иисус призывает нас просить нашего Небесного Отца «не [ввести] нас в искушение», зная, что Он никогда не сделает ничего подобного, потому что более всего желает «[избавить] нас от лукавого» (Матф. 6:13). Иаков уверяет нас, «что Бог не искушается злом, и Сам не искушает никого» (Иак. 1:13). Человек, который живёт благочестивой жизнью, следует примеру, установленному Богом. Подобно Богу, он никогда не вводит других людей в грех, но помогает защитить от него и созидает их в святости.

Вместо того чтобы склонять других к греху, мы должны побуждать их к возрастанию в праведности. Вместо того чтобы злоупотреблять своей свободой, мы должны быть готовы ограничить её, если этим можем помочь слабому брату. Вместо того чтобы подавать плохой пример, мы должны быть примером уподобления Христу. Вместо того чтобы подстрекать других к гневу или бунту, мы должны поощрять их к любви и добрым делам.

Уильям Баркли рассказывает об одном пожилом человеке, который, будучи уже на смертном одре, сильно о чём-то волновался. Когда его спросили, чем он так обеспокоен, мужчина ответил: «Однажды, когда я был ещё ребёнком, я вместе с другими детьми играл на улице. Нам ради шалости пришла в голову мысль повернуть в другую сторону дорожный указатель. С тех пор я не переставал думать о том, скольким людям мы указали неправильный путь». Время от времени такие действия происходят в жизни церкви, когда верующие посылают другим верующим сигналы, указывающие на путь греха. Это очень серьёзно. Насколько это серьёзно, видно из следующего стиха.

«Горе миру от соблазнов, – продолжает предостерегать Иисус, – ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит».

«Горе» – это слово проклятия и осуждения. Мир находится под Божьим проклятием не только из-за собственной греховности, но и потому, что расставляет духовные и нравственные соблазны на путях Божьих детей. Похоже, что нет конца книгам, журналам, кинофильмам, телевизионным программам и общепринятым поступкам и мнениям, способствующим тому, чтобы увести и развратить тех, кто принадлежит Богу. Мир постоянно расставляет греховные капканы, и Божьи дети являются его любимыми жертвами.

Это характерный признак греховности мира, и соблазны неизбежно будут приходить, пока не вернётся Господь. Но горе тому человеку, через которого соблазн приходит. Иисус уже определил тяжесть такого проступка, объявив, что лучше было бы, если бы виновник был брошен в море с камнем на шее и утонул. Лучше умереть, чем сбить с пути одного из малых, принадлежащих Господу. Теперь Иисус добавляет, что такие действия влекут за собой Божье наказание.

Один молодой человек из нашей церкви, нёсший служение среди инвалидов, пришёл ко мне однажды в воскресенье и сказал, что он совершил плохой поступок. «Я напился», – объяснил он, раскаиваясь. Задав ему несколько вопросов, я выяснил, что его брат и несколько друзей в шутку, силой заливали ему в горло алкогольные напитки, пока он не опьянел. Но самым ужасным было не опьянение, а чувство вины, которое его мучило. Он думал, что несёт ответственность за то, что был пьян, и просил у Иисуса прощение. Ему было так стыдно, что он не знал, простит ли его Господь. Я заверил его, что Иисус всё понимает и простил его, хотя, конечно же, его вины здесь вовсе не было. А тем, кто действительно был виноват в его опьянении и уязвлённой совести, грозило наказание от Бога.

ПРЕДОТВРАЩЕНИЕ

Если же рука твоя или нога твоя соблазняет тебя, отсеки их и брось от себя: лучше тебе войти в жизнь без руки или без ноги, нежели с двумя руками и с двумя ногами быть вверженным в огонь вечный; и если глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя: лучше тебе с одним глазом войти в жизнь, нежели с двумя глазами быть вверженным в геенну огненную (18:8-9)

Ясно, что Господь здесь говорит образно, потому что ни одна часть нашего тела не побуждает нас к греху, и потеря руки или глаза не удержит нас от греха. Суть в том, что человек должен делать всё необходимое, какими бы крайними и болезненными ни были меры, чтобы самому не грешить и не побуждать к этому других. Не стоит держаться за то, что каким-либо образом ведёт к греху. Здесь подразумевается, что всегда есть действенная благодать, позволяющая одержать победу над искушением и грехом.

Здесь, с небольшим изменением, повторяется предупреждение Господа, данное в Матф. 5:29-30, где речь идёт о правом глазе, а затем о руке и ноге, тогда как в 18:8-9 эти примеры переставлены местами, и не уточняется, о каком глазе говорится. В 5:29-30 речь идёт об аде, а в данном заявлении Иисус добавляет термины: огонь, чтобы показать природу ада, и вечная жизнь, чтобы противопоставить её аду. Все эти детали блекнут, когда мы сосредоточиваем внимание на значении слов. Объясняя раздел Матф. 5:29-30, я писал:

В этом отрывке Иисус указывает путь к освобождению от греха в сердце. На первый взгляд кажется, что Его совет несовместим с тем, о чём Он только что говорил. Если корень греха в сердце, то какой смысл в вырывании глаза или отсечении руки? Если лишиться правого глаза, левый продолжит смотреть с вожделением, и если отсечь правую руку, левая продолжит грешить.

Очевидно, что Иисус образно говорит о вещах, физических или духовных, которые нас искушают или делают менее устойчивыми к искушениям. В иудейской культуре правый глаз и правая рука символизировали лучшие и наиболее ценные человеческие способности. Правый глаз символизировал прекрасное зрение, а правая рука – искусное мастерство, умение. Иисус говорит, что мы должны быть готовы расстаться с чем-то необходимым, пусть даже самым дорогим, лишь бы уберечься от греха. Ничто так не ценно, как праведность. Эти весьма выразительные слова нельзя толковать грубым, буквальным образом. Иначе получилось бы, что Христос призывает к членовредительству. Увечье не очищает сердце. Цель Христа – призвать нас навсегда расстаться с живущими в нас греховными побуждениями, толкающими нас на греховные деяния (ср. Матф. 18:8-9; Джон Ф. Мак-Артур, «Толкование книг Нового Завета: Евангелие от Матфея, 1–7» [Славянское Евангельское Общество, 2006], стр. 328-329).

Если какая-либо привычка, ситуация, какие-либо отношения или что- либо иное соблазняет вас, говорит Иисус, с этим нужно навсегда расстаться. Большая опасность часто требует радикальных мер. Даже если такая жертва, образно говоря, лишает человека руки и оставляет его слепым на один глаз – в финансовом, социальном, профессиональном или каком-либо другом отношении, – это несравнимо лучше, чем быть вверженным в вечный огонь ада.

Забота о Божьих детях

Смотрите, не презирайте ни одного из малых этих; ибо говорю вам, что ангелы их на небесах всегда видят лицо Отца Моего Небесного. Ибо Сын Человеческий пришёл взыскать и спасти погибшее. Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдёт ли искать заблудившуюся? И если случится найти её, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти не заблудившихся. Так нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых этих (18:10-14)

Существенно важный элемент в понимании Божьего искупительного плана – истина, что только те, кто пришёл к Богу через Христа с детской верой, могут войти в Его Царство. Только те, кого Господь смиряет до полной зависимости от Него, станут Его детьми, а, следовательно, и сонаследниками с Иисусом Христом (Матф. 18:4; Рим. 8:17; Ефес. 1:11-14). Именно поэтому, как объясняет коринфянам Павел, в церкви «не много мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных. Но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное» (1 Кор. 1:26-27). Это не значит, что люди известные, занимающие высокое положение, богатые, умные, достигшие чего-то, не могут прийти к Богу. Однако из-за признания и власти, которые они имеют в мире, они часто склонны думать, что не нуждаются в Нём.

«Мудрые по плоти», о которых говорит Павел, – это интеллигенция, чья эрудиция значительно превышает уровень среднего человека. «Сильные» включают в себя тех, кто имеет политическую, военную или финансовую власть и кто таким образом контролирует жизнь многих людей. «Благородные» – это социальная элита, те, кто добился высокого положения в обществе или просто унаследовал его. Испытывая чувство гордости, превосходства и самодовольства, большинство таких людей не чувствуют нужды в Боге, особенно если обращение к Нему требует детского смирения и отказа от уверенности в своих человеческих способностях, достижениях и положении.

Прискорбно, что многие христиане стремятся приобрести богатых, известных и сильных для Христа не столько ради Господа или ради этих людей, сколько ради того блага, которое их свидетельство якобы может оказать на дело благовестия. Однако Господь почитает и благословляет не величие человека, а его духовное смирение. Только Бог Своей силой привлекает и приобретает людей для Себя, и Он желает использовать в этом служении в качестве Своих орудий не великих людей, а смиренных.

До тех пор пока человек не пожелает стать одним из малых Христа (Матф. 18:6, 10, 14), он не может иметь части в Божьем Царстве или Божьем труде. Именно поэтому «незнатное мира, и униженное, и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее, – для того, чтобы никакая плоть не хвалилась перед Богом» (1 Кор. 1:28-29). И именно поэтому, как пророчествовал Исаия, Бог помазал Иисуса «благовествовать нищим… проповедовать пленным освобождение, слепым – прозрение, отпустить измученных на свободу» (Лук. 4:18; ср. Ис. 61:1). Это не значит, что лишь отверженные миром – нищие, пленные, слепые и измученные, – нуждаются в Евангелии, но именно таковые чаще всего готовы признать свою нужду.

Продолжая учить учеников тому, как важно для верующих заботиться друг о друге, Господь сначала устанавливает правило, а затем объясняет, зачем это правило нужно.

ПРАВИЛО

Смотрите, не презирайте ни одного из малых этих (18:10а)

Как уже объяснялось в предыдущей главе, слово «малые» относится не к физическим детям, а к христианам – к тем, кто верит в Христа (ст. 6). Ребёнок, которого Иисус, вероятно, всё ещё держал на руках (см. ст. 2), олицетворял Божьих духовных детей.

Предупреждение «Смотрите, не презирайте» – это запрет, который учит, что неповиновение этому вызовет недовольство Бога. В греческом языке значение запрета усиливается употреблением отрицательной формы глагола в сослагательном наклонении. Иисус предупредил о тяжёлых последствиях недоброго отношения к любому из Божьих малых этих: человеку, совершившему такой проступок, было бы лучше, «если бы повесили ему мельничный жёрнов на шею и потопили его во глубине морской» (ст. 6).

«Презирать» – это форма глагола катафронео, который буквально означает «думать о ком-то низко». Презирать кого-то – значит смотреть на него свысока, как на низшего, с которым не стоит считаться и о ком не стоит заботиться. Это значит пренебрегать человеком, проявлять к нему неуважение, как к чему-то никчемному. Следовательно, презирать одного из малых этих – значит относиться к одному из драгоценных и возлюбленных детей Божьих с презрением и неуважением.

В число малых входили и Двенадцать. И в контексте того, что только что произошло, Иисус объяснял ученикам, что их спор о том, кто из них бо льший в Царстве, как раз продемонстрировал их презрение к Божьим малым, в данном случае друг к другу. Когда один из них возвышал себя, он тем самым унижал других. Вместо того чтобы проявлять гордость и своекорыстие, тем самым порождая ревность, зависть и негодование, они должны были проявлять заботу о благополучии друг друга. Они должны были созидать не себя, а друг друга.

Павел увещал верующих в Филиппах:

Дополните мою радость: имейте одни мысли, имейте ту же любовь, будьте единодушны и единомысленны; ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почитайте один другого выше себя. Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других. Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе: Он, будучи образом Божьим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным людям и по виду став, как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной (Фил. 2:2-8).

Для мира естественно обижать христиан и смотреть на них свысока. Но для христиан взирать друг на друга таким же образом неприемлемо. Однако под влиянием падшей плоти Церковь всегда подвергалась искушению подражать путям и взглядам мира, что и происходит, когда кто-либо из Божьего народа возносит себя выше других.

Христиане презирают друг друга по-разному. Мы презираем друг друга, когда злоупотребляем своей свободой перед слабыми верующими, заставляя их идти против совести или слишком остро реагировать, ещё глубже уходя в законничество. «Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его» (Рим. 14:3). Использовать свою свободу во Христе так бессердечно – значит использовать её «для прикрытия зла», вместо того чтобы использовать её как подобает рабу Божьему (1 Пет. 2:16).

Христиане презирают друг друга также тогда, когда проявляют лицеприятие. Мы должны иметь «веру в Иисуса Христа, нашего Господа славы, не взирая на лица» (Иак. 2:1). Бог любит всех Своих детей и заботится о них в равной степени. Он «нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему» (Деян. 10:34-35). Господь всегда имел именно такое отношение, и такого же отношения Он ожидает и от Своего народа. Верующий, который угождает Господу и искренне почитает Его, почитает и всех, кто принадлежит Ему (Пс. 14:1-4). Он никогда не смотрит свысока на других Божьих детей, какими бы незначительными они ни казались.

К тому же, верующий, угождающий Господу, не оказывает особую честь другим верующим по причине их богатства, высокого положения или влияния. Это также всегда было искушением для христиан. Иаков предостерегал верующих ранней Церкви:

Ибо если в собрание ваше войдёт человек с золотым перстнем, в богатой одежде, войдёт же и бедный в скудной одежде, и вы, смотря на одетого в богатую одежду, скажете ему: «Тебе хорошо сесть здесь», а бедному скажете: «Ты стань там или садись здесь, у ног моих», – то не пересуживаете ли вы в себе и не становитесь ли судьями с плохими мыслями? Послушайте, братья мои возлюбленные, не бедных ли мира избрал Бог быть богатыми верой и наследниками Царства, которое Он обещал любящим Его? А вы презрели бедного. Не богатые ли притесняют вас, и не они ли влекут вас в суды? Не они ли бесславят доброе имя, которым вы называетесь? Если вы исполняете закон царский, по Писанию: «Возлюби ближнего твоего, как себя самого», – хорошо делаете (Иак. 2:2-8).

В-третьих, верующие презирают своих собратьев, если лишают нуждающихся помощи. Когда Павел столкнулся с этой проблемой в коринфской церкви, он упрекнул тамошних верующих, сказав: «Вы собираетесь так, что это не значит вкушать вечерю Господню; ибо всякий спешит прежде других есть свою пищу, так что иной бывает голоден, а иной упивается. Разве у вас нет домов на то, чтобы есть и пить? Или пренебрегаете Церковью Божьей и унижаете неимущих? Что сказать вам? Похвалить ли вас за это? Не похвалю» (1 Кор. 11:20-22). В сегодняшней ситуации это было бы сравнимо с тем, как если бы церковь устроила перед хлебопреломлением общение с ужином, и те, кто принёс бы с собой пищу, не поделились бы с теми, кто не принёс ничего. Поступая так, люди проявляют неуважение к Божьей церкви и к её бедным детям.

Наставления в Иак. 2:15-16 и 1 Иоан. 3:17-18 – ценные дополнения к этой теме. Они предупреждают о том, чтобы верующие не отворачивались от братьев и сестёр во Христе, имеющих нужду.

В-четвёртых, люди презирают собратьев-верующих, когда высмеивают их физическую внешность. Такой бесчувственной, бессердечной критике подвергся Павел со стороны некоторых высокомерных, мирских членов коринфской церкви, говоривших, что «в посланиях он строг и силен, а в личном присутствии слаб, и речь его незначительна» (2 Кор. 10:10). Хотя они признали, что его учение здраво, в своём убожестве и глупости они проявили презрение к нему из-за его внешнего вида. Павел похвалил галатийских верующих за то, что они не презирали его, не питали отвращения к его «плоти» (возможно, к его серьёзному инфекционному заболеванию глаз – последствию малярии), когда он впервые проповедовал им Евангелие (Гал. 4:14). Насмехаться над человеком из-за его физической, умственной или культурной неполноценности – отвратительно не только в глазах людей, но и в глазах Бога.

Во время одной из поездок Дуайта Л. Муди по Великобритании пресса постоянно насмехалась над его ошибками в английском языке и над его простым стилем изложения. Когда его попросили выступить в Кембриджском университете, символе британского интеллекта и изысканности, Муди, очевидно, специально решил не отступать от своего стиля, чтобы привлечь внимание аудитории. Его выступление было настолько сильным, что критика в отношении его знаний английской грамматики показалась пустой и неуместной. Муди начал свою речь со слов о Божьей любви и в первой же фразе умышленно сделал около десяти ошибок.

Верующие презирают других верующих, если проявляют равнодушие или осуждают собрата, который духовно претыкается. Когда брат или сестра впадают в грех, особенно если это публичный грех, о котором все знают, существует искушение отвернуться от них, рассуждая, по сути, если не вслух, то про себя: «Он знал всё, но сделал такой выбор. Пусть теперь пожинает последствия. Пока он не изменится, буду держаться от него подальше». Но Павел советует иное. «Братья! – писал он галатам. – Если и впадёт человек в какое согрешение, вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собой, чтобы не быть искушённым. Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал. 6:1-2). Христов путь для Его последователей состоит в том, чтобы смиренно помогать согрешающему брату, понимая, что и сами могут впасть в такой же по тяжести грех, и если они не грешат, то только по милости Божьей.

Верующие также презирают других верующих, если обижают тех из них, кто обличает их в грехе. Вместо того чтобы обратить внимание на указанный грех, раскаяться в нём и быть благодарным тому, кто указал на него, ветхая природа человека часто заставляет его защищаться, обвиняя другого в осуждении, самодовольстве, законничестве и лицемерии. Даже когда церковь в строгом соответствии с Писанием выносит взыскание и делает это с любовью и милостью, такое действие часто вызывает возмущение. Павел предупреждал коринфских верующих, чтобы они не обижали и не презирали Тимофея, если он придёт к ним (1 Кор. 16:10-11), потому что Тимофей, несомненно, обличил бы их во многих грехах, на которые часто указывал Павел, включая перечисленные и в этом Послании. Апостол также советовал Титу, чтобы тот не позволял вверенным его заботе людям пренебрегать им за его увещания и порицания (Тит. 2:15).

В-седьмых, верующие презирают других верующих, если используют их для личной выгоды. Хотя Павел имел в виду конкретно половую распущенность, его предостережения в Послании к Фессалоникийцам применимы и в тех случаях, когда верующий использует собрата для решения своих проблем – финансовых, социальных или каких-либо иных. Христианин не должен поступать «с братом своим противозаконно и корыстолюбиво, потому что Господь – мститель за всё это» (1 Фес. 4:6).

ПРИЧИНЫ

ибо говорю вам, что ангелы их на небесах всегда видят лицо Отца Моего Небесного. Ибо Сын Человеческий пришёл взыскать и спасти погибшее. Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдёт ли искать заблудившуюся? И если случится найти её, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти не заблудившихся. Так нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых этих (18:10б-14)

Изложив правило, касающееся заботы о Божьих детях, Иисус объясняет, почему это правило необходимо выполнять. Он называет три причины этого: отношение верующих к ангелам, их отношение к Нему и их отношение к Отцу.

ОТНОШЕНИЕ ВЕРУЮЩИХ К АНГЕЛАМ

ибо говорю вам, что ангелы их на небесах всегда видят лицо Отца Моего Небесного (18:10б)

Выражение «говорю вам» носит эмфатический характер, указывая на важность того, что собирался сказать Господь. Оно подразумевает: «Со всей Своей властью Я торжественно заявляю». И затем Иисус приводит первую убедительную причину, почему христиане никогда не должны презирать других христиан: их связь с ангелами на небесах.

Автор Послания к Евреям объясняет, что святые, избранные ангелы – «все… служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение» (Евр. 1:14). Их задача – служить Богу, осуществляя заботу о Его народе. Эти ангелы на небесах живут в присутствии Бога, постоянно ожидая Его повелений послужить людям, которых Он любит. «Они всегда видят лицо Отца Моего Небесного», – сказал Иисус. Подразумевается, что святые ангелы никогда не сводят глаз с Бога, чтобы не пропустить повелений, которые они должны выполнять в интересах верующего.

Однако ни один из приведённых текстов – ни какие-либо другие места Писания – не учит, что у каждого верующего есть свой ангел-хранитель, как гласили еврейские поверья в дни Иисуса и как многие люди считают и учат до сих пор. Когда Пётр, будучи чудесным образом освобождённым из темницы, постучал в дверь дома Марии, на стук ответила девочка-служанка по имени Рода. Увидев Петра, девочка так обрадовалась, что забыла открыть ворота. Когда она рассказала верующим, находившимся в доме, что пришёл Пётр, видимо, именно это представление о личных ангелах-хранителях заставило присутствовавших там усомниться и утверждать, что она видела лишь «ангела его» (Деян. 12:12-15). Но это суеверие просто упоминается в тексте. Нигде в Священном Писании мы не находим учения об ангелах-хранителях.

В Матф. 18:10 Иисус говорит о верующих и их ангелах в собирательном смысле. Эти ангелы, – то ли отдельная группа, то ли все святые ангелы, – ответственны за попечение о Божьих малых, то есть о тех, кто верит в Его Сына (ст. 6). Предупреждение верующим, чтобы они не презирали друг друга, дано частично из-за этих ангелов, которые живут в присутствии Отца Небесного.

Всемогущий Бог так заботится о Своих возлюбленных детях, что имеет множество ангелов в Своём присутствии, готовых в любой момент отправиться им на помощь. Это ясно показывает, насколько верующие дороги Богу и насколько безнравственно смотреть с презрением на того, кого так высоко ценит Бог.

Фраза «Ибо Сын Человеческий пришёл взыскать и спасти погибшее» отсутствует в более ранних рукописях этого Евангелия. Однако такая фраза есть в Лук. 19:10. Так как нет никаких сомнений в подлинности текста из Евангелия от Луки, то нет сомнений и в том, что Матф. 18:11 учит подлинно библейской истине. Эта фраза, вероятно, была заимствована у Луки благонамеренным переписчиком и добавлена к Евангелию от Матфея. Но так как она не является частью оригинала Евангелия от Матфея, то здесь она обсуждаться не будет.

ОТНОШЕНИЕ ВЕРУЮЩИХ К ХРИСТУ

Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдёт ли искать заблудившуюся? И если случится найти её, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти не заблудившихся (18:12-13)

Как подразумевается, хотя и не утверждается в этом отрывке, вторая причина, почему верующие не должны пренебрежительно относиться друг ко другу, кроется в их отношениях с Христом. Господь только что сказал: «Кто примет одно такое дитя во имя Моё, тот Меня принимает» (ст. 5). Каждый истинный верующий, – каким бы молодым, незрелым, неверным, непривлекательным или нищим он ни был, – составляет единое целое с Христом, Который искупил его Своей драгоценной кровью. Поэтому смотреть на любого христианина свысока и считать его ничего не стоящим и бесполезным – значит презирать Самого Христа. «Слушающий вас Меня слушает, – говорил Иисус семидесяти, давая им поручение, – и отвергающий вас Меня отвергает; а отвергающий Меня отвергает Пославшего Меня» (Лук. 10:16).

Фарисеи и книжники считали необразованные и низшие слои населения в нравственном и религиозном отношении малоразвитыми и почти не стоящими их внимания. Иисус же, наоборот, не переломил бы надломленный тростник и льна курящегося не угасил бы (Матф. 12:20; ср. Ис. 42:3). Оба образа характеризуют Его отношение к страдающему и беспомощному человечеству. Иисус никогда бы не надломил того, кто уже был надломлен и страдал; не угасил бы Он также и того, в ком едва теплился огонёк жизни и надежды. На протяжении Своего земного служения Иисус демонстрировал прямо противоположное, кормя голодных, исцеляя больных, ободряя отчаявшихся и предлагая прощение грешникам. Он «пришёл не губить души человеческие, а спасать» (Лук. 9:56).

Именно такую милость и заботу иллюстрирует Иисус в притче о пропавшей овце. Фраза «Как вам кажется?» была весьма распространённой и использовалась учителями, чтобы заставить учеников серьёзно поразмыслить о том, чему их учили.

Хотя никто из Двенадцати по роду занятий не был пастухом, каждый еврей в Палестине был знаком с пастухами и их образом жизни. В этой поучительной истории Иисус рассказал об одном пастухе, имевшем сто овец, одна из которых заблудилась. На пересечённой местности в Палестине было много ущелий, оврагов, пещер и расщелин, где овца могла заблудиться или куда-либо упасть. «Когда пастух обнаруживает, что одной овцы недостаёт, – спрашивает Иисус, – то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдёт ли искать заблудившуюся?»

Похоже, что пастух заметил отсутствие заблудившейся овцы, не пересчитывая всё стадо. Этот пастух очень хорошо знал своих овец – как всё стадо в целом, так и каждую овцу в отдельности (ср. аналогию в Иоан. 10:1-18). Поэтому он инстинктивно угадывал, когда что-то было не так или когда одной из овец не хватало. Он также умел быстро находить пропавших овец по их следам. Его любовь к беззащитному, полностью зависящему от него стаду не позволяла ему оставить поиски, пока он не найдёт и не спасёт пропавшую овцу. Верный пастух будет отгонять волков, медведей, львов или воров и бороться с любой другой угрозой. Найдя заблудившуюся овцу, пастух смазывал её раны или царапины оливковым маслом и перевязывал сломанную ногу. Затем он бережно брал её на плечи и нёс обратно в загон.

Из этой притчи мы видим, что любовь Христа, показанная на примере этого пастуха, носит личный, индивидуальный характер. Неважно, какая овца заблудилась. Господь в равной степени беспокоится о каждой из них. Он одинаково обеспокоен, когда бедный верующий, живущий в трущобах, уходит от Него и когда уважаемый служитель церкви спотыкается и впадает в грех.

Эта притча также показывает, как Господь, заботясь о Своём народе, проявляет терпение. Он бесконечно терпелив со своевольными, проявляющими греховное безрассудство детьми. Он никогда не откажется ни от одного из них, даже если этот человек – самый малообещающий и наименее верный из всех Его детей.

Мы также видим здесь, что Господь желает заботиться о Своих детях. Он не ждёт, пока овца сама вернётся к Нему, а лично идёт в пустыню так далеко, как это необходимо, чтобы найти и спасти её. Спаситель бесконечно больше желает и стремится к тому, чтобы вернуть верующего, чем сам раскаявшийся верующий.

Если пастух-человек может проявлять такую заботу о каждой овце, вверенной ему, то насколько больше заботится о нас Господь Иисус Христос, «Пастырь овец великий кровью завета вечного» (Евр. 13:20), Который заботится, даже когда один из Его народа духовно блуждает. И когда Он находит его и возвращает к Себе, насколько больше радости на небесах о нём, нежели о девяноста девяти не заблудившихся!

В другом случае Иисус использовал эту же притчу, чтобы показать Божью заботу о неверующих. «Сказываю вам, – объяснил Он, – что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (Лук. 15:3-7).

Пастух особенно радуется о найденной овце не потому, что она представляет большую ценность или пастух любит её больше, чем других, а потому, что ей угрожала опасность, ей было трудно и она находилась в нужде. Именно это вызвало особую тревогу у заботливого пастуха. Таким же образом, когда один ребёнок в семье болен, особенно если он серьёзно болен, мать будет уделять ему гораздо больше времени и внимания – больше, чем всем остальным детям, вместе взятым. И когда этот ребёнок наконец-то выздоравливает, мать радуется не обо всех детях, которые были здоровы всё это время, а о том ребёнке, который был болен и страдал. И если в братьях и сёстрах живёт любовь, то они тоже будут радоваться выздоровлению их брата или сестры.

Осенью 1987 года на протяжении нескольких дней внимание и сострадание многих людей было направлено на маленькую двухлетнюю девочку в одном городке на западе Техаса, которая упала в заброшенную шахту колодца и находилась там три дня. Когда после напряжённых усилий, сложных бурильных работ и трудоёмких раскопок её наконец-то извлекли оттуда, то радовалась вся страна. Потом, когда девочка восстанавливала в больнице своё здоровье, она получила тысячи открыток и подарков. Это не значит, что она была более достойной, чем множество других маленьких девочек; просто в то время её нужда была очень велика.

И поскольку Господь Иисус с такой нежностью и состраданием относится ко всем Своим нуждающимся малым детям, благополучие которых приносит Ему огромную радость, мы должны испытывать святой страх, чтобы не смотреть на таких детей свысока.

ОТНОШЕНИЕ ВЕРУЮЩИХ К ОТЦУ

Так нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых этих (18:14)

Третья причина, почему верующие не должны презирать друг друга, заключается в их отношениях с Отцом Небесным, Который вместе с Сыном и ангелами радуется возвращению верующего.

Слово аполлуми (погиб) часто несёт в себе идею полного разрушения или смерти, а иногда, как здесь, относится к временному разрушению или потере. В Рим. 14:15 это слово соответствует слову лупео, которое имеет значение причинения боли или горя: «Если же за пищу огорчается (лупео) брат твой, то ты уже не по любви поступаешь. Не губи (аполлуми) твоей пищей того, за кого Христос умер» (ср. 1 Кор. 8:11).

Слово «погиб», которое употребляет здесь Иисус, имеет отношение к духовному прогрессу в христианской жизни. Бог Отец не хочет, чтобы кто-либо из Его малых этих был духовно ранен или ушибся, даже на короткое время. Когда Божьи дети впадают в грех, грех разрушает их, делая бесполезными для Бога и для церкви, и лишает их счастья и правильных взаимоотношений с Богом и друг с другом.

Пётр говорит верующим, что они должны возложить все свои заботы на Бога, потому что Он нежно, с любовью заботится о них (1 Пет. 5:7). Как пастух, который ищет пропавшую овцу, пока не найдёт её, Отец заботится о каждом человеке, который приходит к Нему через Сына, и следит за тем, чтобы каждый из тех, кто сбился с пути, в конце концов был возвращён в Его семью и в Царство.

Уильям Арнот превосходно подметил, что «если бы Богу не было угодно вернуть меня, моя радость была бы маленькой». Для претыкающихся верующих должен служить великим утешением тот факт, что, когда они каются и возвращаются, их ангелы, их Господь Иисус Христос и их Отец Небесный переполняются радостью.

Когда один верующий ранит другого, он нарушает Божью волю и становится противником Бога. Господь желает духовного благополучия всем Своим детям, и мы должны стремиться к тому же.

Этот раздел Евангелия от Матфея имеет самое непосредственное отношение к Церкви сегодня. Тело Христово изобилует верующими, которые смотрят свысока на духовных братьев и сестёр, считая их недостойными особой заботы и служения, и потому проявляют к ним пренебрежение, равнодушие и грубость. Именно этот грех церкви делает её противницей святых ангелов, Сына Божьего и Самого Всемогущего Бога.

Наказание Божьих детей

Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобой и им одним; если послушает тебя, то приобрёл ты брата твоего. Если же не послушает, возьми с собой ещё одного или двух, чтобы устами двух или трёх свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь. Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе. Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного, ибо где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них (18:15-20)

Бог желает, чтобы Его дети жили здесь, на земле, в чистоте. Невозможно внимательно изучать Писание и не прийти к полному убеждению, что больше всего Бог желает для Своего народа святости и что любой грех огорчает Его. Цитируя Божью заповедь ветхозаветному народу Израилю, Пётр дал ту же заповедь и Христовой Церкви: «Будьте святы, потому что Я свят» (1 Пет. 1:16; ср. Лев. 11:44).

Поскольку Бог так беспокоится о святости Своего народа, то и Его народ должен так же беспокоиться об этом. Церковь не может проповедовать то и учить тому, чего сама не соблюдает. Это нечестно перед Богом и даже перед миром. Однако во многих церквах, где проявляется нетерпимость к греху на словах, на деле к нему относятся с большой терпимостью. А когда проповедь расходится с жизнью, она становится нечестной и духовно и нравственно неэффективной. Вместо святости она поощряет лицемерие. Отделение библейского учения от жизни – самый худший из компромиссов. Он развращает церковь, огорчает Господа и бесчестит Его Слово и Его имя.

Поэтому не удивительно, что публичное наказание за грех – столь редкое явление в церкви сегодня. Где нет подлинного стремления к чистоте, там не будет и стремления принимать меры по борьбе с нечистотой. Чтобы оправдать терпимость к самым разным грехам и ложным учениям, используется неправильно истолкованное и неправильно применяемое утверждение Иисуса, что мы не должны судить, чтобы самим не быть судимыми (Матф. 7:1). Во многие церкви проникло представление о том, что нужно защищать право человека на личную жизнь и что каждый несёт ответственность только перед собой. Под маской ложной любви и поддельного смирения, которые не позволяют призывать к ответу, многие христиане принимают небиблейскую точку зрения – «живи сам и дай жить другим», больше свойственную неверующим. Церковь не проявляет особой осторожности, чтобы не сплетничать о грешнике, однако пытается быть очень деликатной, когда необходимо обличить грех и призвать человека перестать грешить.

Церковь всегда нуждалась в том, чтобы обличать грехи своих членов. На заре существования Церкви многие паломники, посещавшие Палестину, обращались к Христу и принимали решение остаться в Иерусалиме или его окрестностях, чтобы иметь общение с верующими. Многие местные новообращённые евреи, уверовав, потеряли работу и были изгнаны из своих семей. Чтобы помочь этим нуждающимся братьям и сёстрам, многие из которых фактически остались без средств к существованию, верующие, имевшие какое-то имущество или собственность, продавали их и приносили вырученные деньги Апостолам, «и каждому давалось, в чём кто имел нужду» (Деян. 4:35). Такая практика была спонтанной реакцией щедрых, исполненных Духа сердец, чтобы восполнить материальные нужды собратьев-христиан.

В то время супруги Анания и Сапфира продали часть своей собственности и пообещали Богу, что отдадут весь доход Апостолам для нужд церкви. Однако в процессе они решили оставить часть обещанных денег для себя. Но, чтобы не показаться менее щедрыми по сравнению с другими верующими, они солгали, заявив, что отдали всю сумму. Когда Господь открыл Петру двуличность этих людей, Пётр сначала обратился к мужу: «„Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твоё мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли? Чем ты владел – не твоё ли было? И приобретённое продажей не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце твоём? Ты солгал не людям, а Богу“. Услышав эти слова, Анания пал бездыханен». Несколько часов спустя пришла Сапфира, не зная о том, что произошло с её мужем. Когда Пётр спросил её, продали ли они имущество за цену, названную её мужем, Сапфира подтвердила его ложь, и её постигла та же участь. Не удивительно, что «великий страх объял всю церковь и всех слышавших это» (Деян. 5:1-11).

Эгоизм Анании и Сапфиры достоин порицания, но их главный грех состоит в том, что они солгали не только церкви, но и Богу. В этом конкретном случае в ранней Церкви Бог взял функцию наказания непосредственно в Свои руки и продемонстрировал перед всеми, как нужно поступать с грехом, удалив преступников из церкви и с земли! Бог не только защитил Церковь, заставив Божий народ бояться греха, но и предотвратил общение с теми, кто не был истинным верующим (ст. 13).

Даже во дни Апостолов такое прямое и суровое божественное наказание, очевидно, было редкостью, хотя Павел пишет, что некоторые коринфские верующие становились немощными, больными и даже умирали в результате ужасной безнравственности и пренебрежительного отношения к святости вечери Господней (1 Кор. 11:30; ср. 1 Иоан. 5:16-17). Бог не изменил Своего отношения к греху или чистоте. Сегодня, как и тогда, когда Церковь родилась, Бога заботит святость Его народа. С грехом нужно бороться, или же он разрушит как тех, кто совершает его, так и тех, кто терпимо к нему относится. Бог и сейчас может действовать сверхъестественным образом, чтобы очистить Церковь, но Он, в основном, возложил эту ответственность на саму Церковь. Церковь должна охранять себя от греха. Ужасные скандалы, потрясшие Церковь в последние годы, показывают, что верующие потерпели полное поражение в вопросе обличения согрешающих руководителей и их последователей. Часто мир вскрывает то, что Церковь пытается скрыть.

Господь всегда наказывал Свой народ и учил, чтобы он тоже наказывал непослушных в своей среде. Верующим Ветхого Завета было сказано: «Наказания Господнего, сын мой, не отвергай, и не тяготись обличением Его; ибо кого любит Господь, того наказывает и благоволит к тому, как отец к сыну своему» (Прит. 3:11-12). Как земные отцы наказывают своих детей из любви, чтобы сделать их лучшими, так и Бог поступает со Своими детьми. Земные родители знают, что наставления без мер принуждения тщетны. Детям нужно не только рассказывать, что правильно, но и добиваться от них правильных поступков. «Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына; а кто любит, тот с детства наказывает его» (Прит. 13:24). Вопреки популярному мнению, распространённому даже среди христиан, не любовь, а равнодушие родителей является причиной того, что они не исправляют поведение своих детей. «Наказывай сына своего, доколе есть надежда», – мудро советует автор книги Притч (19:18; ср. 22:15; 23:13).

После цитаты из Прит. 3:11-12, которая приводилась выше, автор Послания к Евреям говорит:

Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец? Если же остаётесь без наказания, которое всем обще, то вы незаконные дети, а не сыны. Притом, если мы, будучи наказываемы плотскими родителями нашими, боялись их, то не гораздо ли более должны покориться Отцу духов, чтобы жить? Те наказывали нас по своему произволу для немногих дней; а Он – для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его. Всякое наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным через него доставляет мирный плод праведности (Евр. 12:7-11).

Большое заблуждение – думать, что церковь может занять твёрдую позицию по отношению к греху, ограничившись только устными наставлениями: не насаждая эту позицию среди своих членов, но в то же время ожидая от них, что они будут соблюдать Божьи нормы святости. Духовные дети, как и дети физические, не реагируют на подобные методы воспитания. По причине греховности плоти в христианине всё ещё сильна склонность к непослушанию. Без упорного насаждения норм святости не стоит ожидать её процветания. Вот почему наказание настолько важно для духовного благополучия церкви.

Глупые, претенциозные и иногда безнравственные поступки некоторых видных представителей евангельских церквей сегодня привели к тому, что евангельское христианство стало притчей во языцех среди многих либеральных христиан и в мире вообще. Отсутствие целомудрия заслуженно связывают с лицемерием, поверхностной духовностью и потаканием своим желаниям.

В Матф. 18:15-20 Иисус возлагает на Церковь большую ответственность – хранить себя в чистоте. Он всё ещё учит тому, что верующие должны быть как дети, используя в качестве примера малое дитя, которое Он поставил перед Двенадцатью (ст. 2). Иисус объявил, что человек входит в Царство и почитается большим в этом Царстве только тогда, когда становится как малое дитя (ст. 3-4), и что вошедшие в Царство верующие, как малые дети, нуждаются в защите (ст. 5-9) и заботе (ст. 10-14). А теперь Он говорит о том, что верующих нужно наказывать, как малых детей.

В 15-20 стихах Иисус представляет пять составляющих богоугодного наказания согрешающих верующих: человек, подвергающийся наказанию; человек, применяющий наказание; цель наказания; процесс и место наказания; и власть наказывать.

ЧЕЛОВЕК, ПОДВЕРГАЮЩИЙСЯ НАКАЗАНИЮ

Если же согрешит против тебя брат твой (18:15а)

Наказуемый человек – это брат, который согрешает. В этом контексте, как и во многих других местах Писания, под братом подразумевается любой верующий, мужчина или женщина. Любой христианин, который согрешает, – кандидат для наказания. И здесь подразумевается любой грех, который верующий постоянно совершает и не исповедует.

Фраза «брат твой» носит общий характер и подразумевает всех без исключения. Каждого из детей Божьих, молодого или старого, мужчину или женщину, образованного или необразованного, богатого или бедного, руководителя или рядового члена церкви, необходимо обличать, когда он или она согрешают.

«Согрешит» – от слова хамартано, которое буквально означает «не попасть в цель». В Новом Завете это основной глагол, означающий «грех» или «несоответствие Божьим нормам». Точно так же как понятие «грешник» включает в себя всех людей, так и понятие «грех» включает в себя все грехи. Любой грех, совершённый любым верующим, должен быть наказан церковью. Любой грех есть преступление против Божьей святости, разрушающее святость Его народа. Он вредит общению верующего с Богом и с другими верующими.

В большинства древних рукописей Евангелия от Матфея после глагола «согрешит» добавлены слова «против тебя», указывая на то, что проступок совершён непосредственно против конкретного христианина. Вопрос Петра в 21-м стихе о прощении тех, кто согрешает против нас, как и учение Господа в Лук. 17:3-4 о том, что необходимо сделать выговор и простить своего обидчика, говорит в пользу включения фразы «против тебя».

Однако в любом случае основная обязанность остаётся той же, так как против человека могут грешить как прямо, так и косвенно. Если его злословят, оскорбляют, вводят в заблуждение, обманывают, и тому подобное – это прямой грех против него, и это очевидно. В таком случае оскорблённый должен не только обличить согрешающего брата или сестру в грехе, но и простить его или её, если они покаются. Тот, против кого совершён грех, должен подойти к обидчику в духе кротости и смирения, с желанием возвратить брата или сестру к святости. Никогда не следует обличать в духе мщения. Обиженный должен быть исполнен духа любви и прощения, даже в момент обличения. Он должен быть глубоко озабочен тем, какой духовный вред причиняет грех согрешающему брату, и иметь искреннее желание, чтобы согрешающий был восстановлен в святости и последующих благословениях.

Обличить согрешающего брата необходимо, как только станет известно о его проступке, чтобы как можно раньше отвратить его от греха и воспрепятствовать появлению обиды и горечи у обиженного. Эти разрушительные эмоции тоже являются грехом, и они имеют тенденцию мучить обиженного, пока конфликт остаётся неразрешённым. Чем дольше человек продолжает грешить, тем труднее ему оставить грех и тем сложнее бывает обиженному простить его. Бог же призывает Своих детей: «Будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас» (Ефес. 4:32).

В широком смысле грех, совершаемый любым верующим, направлен против всех верующих. Всякий раз, когда верующий грешит, косвенно он грешит против всех верующих. «Малая закваска» влияет на всех (см. 1 Кор. 5:6). То, что Иисус имел в виду и косвенное оскорбление, ясно из того, что Он не упоминает о прощении. Акцент делается исключительно на покаянии и восстановлении.

Несколько лет назад один член нашей церкви рассказал мне, что он пригласил своего друга-адвоката посетить нашу церковь. Но когда он назвал церковь, этот друг сказал: «Я никогда туда не пойду. В эту церковь ходит один из самых нечестных адвокатов Лос-Анджелеса». Грех этого человека косвенно лёг пятном на всю нашу общину и опорочил дело Божье.

Каждый грех любого верующего ложится пятном на всю церковь. Любой грех, будь-то клевета, воровство, сплетни, половая распущенность, нечестность, доктринальные заблуждения, непослушание, жестокость, богохульство, сквернословие, пьянство или что-либо другое, с чем согрешающее дитя Божье не борется, требует вмешательства церкви.

ЧЕЛОВЕК, ПРИМЕНЯЮЩИЙ НАКАЗАНИЕ

пойди и обличи его между тобой и им одним (18:15б)

Люди, которые должны пойти и обличить, обозначены местоимениями «ты» и «тебя» (ст. 15-16). Иисус давал Своим последователям общие наставления, поэтому данное понятие также включает в себя всех. Взять на себя ответственность за возбуждение процесса наказания может любой верующий, знающий о грехе другого верующего. Наказание – это обязанность не только служителей церкви, но и каждого её члена.

«Обличи» – от слова эленхо, коренное значение которого – «выставить» или «вынести на свет». Греческий глагол стоит в повелительной форме времени аорист, что указывает на необходимость обратить внимание брата на его грех, чтобы он смог признать его.

Первый раз нужно обличить согрешающего брата между обличающим и им одним, то есть один на один. Если заблудший брат признаётся и кается, то в дальнейших мерах нет необходимости, и не нужно никого больше посвящать в это дело. Чем больше известен грех человека и чем больше его обсуждают другие, какими бы благими намерениями они ни руководствовались, тем скорее этот человек начнёт негодовать и тем труднее будет покаяние и восстановление. Когда согрешающего исправляют наедине, в духе смирения и любви, гораздо больше вероятность, что его сердце изменится. И если он раскаивается, между двумя верующими устанавливаются прекрасные, удивительно близкие взаимоотношения, обозначенные фразой «приобрёл ты брата твоего».

Когда Пётр был запуган иудействующими в Антиохии и стал отделяться от верующих из язычников, Павел «противостал ему, потому что он подвергался нареканию» (Гал. 2:11). Пётр признал свой грех, раскаялся и годы спустя называл Павла своим возлюбленным братом (2 Пет. 3:15). Их дружба несомненно стала крепче и потому, что Павел любил Петра. Именно любовь подтолкнула его обличить своего друга, хотя и Апостола, и вернуть его к чистоте Евангелия благодати.

Христианин, который не озабочен тем, чтобы отвратить верующего собрата от греха, сам нуждается в духовной помощи. Чопорному равнодушию, не говоря уже о самоправедном презрении, в жизни духовного христианина нет места, как нет в ней места и сентиментальности или трусости, которая прячется за ложным смирением. Духовный христианин не осуждает и не оправдывает согрешающего брата. Его волнует святость и благословение согрешающего брата, чистота и целостность церкви, а также честь и слава Бога.

Для того чтобы беседа один на один с согрешающим христианином о его грехе была эффективной, необходимы, по крайней мере, три условия. Во-первых, необходима готовность пойти и обличить согрешающего брата наедине (между тобой и им одним), и это очевидное требование. Если он не слушает, мы должны быть готовы взять с собой одного или двух других верующих и снова противостать ему (ст. 16). Если же он упорно отказывается слушать, мы должны быть готовы объявить всей церкви о его нежелании раскаяться (ст. 17).

Бог не издевается над Своими детьми, требуя от них того, на выполнение чего не даёт им Своей силы. Поэтому ни один христианин не может оправдаться, если он не применяет церковное наказание, когда это необходимо, потому что когда есть искреннее желание, Бог даст необходимую мудрость, проницательность и смелость.

Не у каждого верующего есть дар проповедовать, учить, благовествовать или оказывать помощь. Но каждому верующему дана заповедь пойти и обличить согрешающего брата или сестру. Это часть Божьего труда, и это такое же служение, как любое другое. В наши дни этим служением часто пренебрегают, но в нём есть большая нужда. Отсутствие этого служения, возможно, является самой серьёзной и ослабляющей церковь проблемой нашего века. Все верующие призваны быть служителями святости, помогая защищать чистоту и цельность Тела Христова. Когда они подвергают кого-либо наказанию в духе любви, кротости и смирения, они могут быть эффективным орудием в Божьих руках по очищению церкви и восстановлению Его падших детей.

Господь заповедал Израилю: «Не ходи переносчиком в народе твоём и не восставай на жизнь ближнего твоего. Я Господь. Не враждуй на брата твоего в сердце твоём». И дальше Господь продолжает: «Обличи ближнего твоего» (Лев. 19:16-17). Нежелание обличать согрешающего верующего – это разновидность ненависти к нему, это недостаток любви, готовой предупредить согрешающего верующего о духовной опасности. Если мы не обличаем согрешающего брата, мы наносим ему больший вред, чем если бы мы злословили его. Каким бы ужасным ни было злословие, оно в основном воздействует на репутацию и чувства другого человека. Но если мы не помогаем человеку увидеть и исповедать свой грех, мы способствуем его духовному падению. Человек, который утверждает, что слишком любит своего брата или сестру во Христе, чтобы обличить их, просто обманывает себя. Он не слишком любит их, а слишком безразличен к ним. Любящий христианин, подобно любящему Небесному Отцу и любящим земным отцам, желает надлежащего наказания для тех, кого он любит (см. Евр. 12:5-11).

В глазах почти всего мира и даже в глазах многих незрелых верующих такие действия считаются лишёнными любви. Но в действительности правильно применённое наказание является выражением величайшей любви – любви, которая готова на всё, чтобы спасти брата от нераскаянного греха и его последствий. Любовь, которая закрывает глаза на грех или которая озабочена больше внешним спокойствием в церкви, чем её духовной чистотой, – это не Божья любовь. Любовь, которая относится терпимо к греху, вообще не является любовью. Это просто мирская, эгоистичная сентиментальность.

Проповедовать о любви отдельно от Божьей святости – значит проповедовать о чём угодно, но только не о Божьей любви. Ни одно пробуждение в Церкви не происходило без сильной проповеди Божьей святости и соответственного призыва к верующим оставить грех и обратиться к Божьим нормам чистоты и праведности. Ни одна церковь, которая терпимо относится к греху в своих рядах, не будет расти духовно или иметь успех в благовестии. Однако, вопреки этой истине, такая терпимость является нормой в Церкви сегодня – на всех уровнях.

В истории были периоды крайностей в проповеди, когда проповедовали лишь об адском огне и вечных муках, но сегодня это Церкви не грозит. Начиная с XIX века, в христианстве наблюдается уход от убедительной проповеди о святости Бога и Его требованиях к святости людей. Даже во многих евангельских церквах и организациях акцент сместился в сторону проповеди исключительно о Божьей любви, с небольшим упоминанием, и то не всегда, о Его гневе и суде.

Выражая мнение о современной Церкви, Ричард Лавлейс пишет:

Церковь… стала избегать библейского описания полновластного и святого Бога, Который гневается на нечестивых каждый день и гнев Которого пребывает на тех, кто не примет Его Сына. Задвинув этот образ в самый отдалённый уголок сознания, Церковь придумала нового «бога», воплощение бабушкиной доброты, смешанной с кротостью и обаянием Иисуса, Которому вовсе и необязательно было умирать за наши грехи. Многие американские церкви, по сути, платили своим служителям, чтобы те оградили их от настоящего Бога… В этом частично причина общего духовного падения Церкви в этом веке, и в большой мере также и причина её слабости [в благовестии]; потому что в мире, где полновластный и святой Бог постоянно использует чуму, голод, войны и болезни как орудие для наказания греха и приведения человечества к покаянию, нельзя по-настоящему поверить в такого исключительно благожелательного бога-идола, не говоря уже о том, чтобы бояться его и поклоняться ему, как предписано в Ветхом и Новом Заветах (Dynamics of Spiritual Life [Downers Grove, Ill.: InterVarsity, 1979], pp. 83-84).

Вера в Бога, Который есть любовь без гнева, благодать без справедливости, прощение без осуждения, – это идолопоклонство (поклонение ложному богу, придуманному людьми). Это неизбежно ведёт к универсализму, к тому, что либеральные церкви проповедуют на протяжении многих поколений. Спасение становится бессмысленным, потому что грех, на который Бог смотрит сквозь пальцы, не нуждается в прощении. Жертва Христа на кресте становится пародией, потому что Он отдал Свою жизнь безо всякой искупительной цели. И не только это, но в таком случае невозможно объяснить с точки зрения апологетики простой вопрос о том, почему любящий Бог допускает боль, страдания, болезни и трагедии. Умалчивание о Божьей святой ненависти к греху выхолащивает Евангелие и скорее препятствует, чем способствует благовестию.

Джонатан Эдвардс, глубоко осознавая опасность принятия эмоционального возбуждения за духовное пробуждение, в своём «Трактате о религиозных чувствах» (Treatise on Religious Affections) отмечает:

Падшая человеческая природа – плодородная почва для плотской религиозности, которая якобы носит духовный характер, но, в конечном счёте, корнями уходит в себялюбие. Возвышенные эмоциональные переживания, экспансивные беседы на религиозные темы и даже прославление Бога и чувства любви к Богу и человеку могут быть эгоистичными, исходящими от человека. В отличие от этого, возрождение, которое действительно исходит от Святого Духа, по своему характеру богоцентрично и основано на поклонении, на признании Божьего достоинства и величия. Оно не имеет ничего общего с эгоизмом. Такие искренние переживания производят в новообращённом не гордость, а смирение, и рождают в новом творении дух смирения, кротости, прощения и милости. Они приводят верующего в состояние алчущего и жаждущего праведности, а не в состояние пресыщенного само- хвала.

Истинное благовестие и пробуждение не имеют ничего общего с утверждением самолюбия, самовозвышения и чувства собственной значимости. Они не имеют ничего общего с приобретением здоровья, богатства и плотского счастья. Они включают осознание человеком своей греховности, недостойности, слабости и беспомощности, и ведут к смиренной благодарности за Божье бесконечное терпение, милость и благодать.

Ричард Лавлейс снова отмечает, что «большинство собраний мнимых христиан сегодня насквозь пропитаны какой-то мёртвой добродетелью и этической респектабельностью, при которой побуждение коренится не в Святом Духе, а в плоти. Поверхностная праведность возникает не от веры и не под воздействием духовного обновления, а от религиозной гордости и обусловленного подчинения традиции как виду благочестия, который отвергает его силу». Он называет такую религию «притворной набожностью».

Снова и снова в Евангелиях Иисус провозглашает, что Он пришёл на землю исключительно для того, чтобы исполнить волю Своего Небесного Отца (см. Иоан. 5:19, 30; 6:38; 7:16). А волю Отца можно свести к заявлению, цитируемому в начале этой главы: «Будьте святы, потому что Я свят» (1 Пет. 1:16; ср. Лев. 11:44). Больше всего Бог хочет, чтобы Его народ был свят.

Обращаясь к верующим, Иаков писал: «Очистите руки, грешники, исправьте сердца, двоедушные. Сокрушайтесь, плачьте и рыдайте; смех ваш да обратится в плач, и радость – в печаль. Смиритесь пред Господом, и Он вознесёт вас» (Иак. 4:8-10). Божья воля заключается в том, чтобы Его народ был свят, и цель наказания состоит в том, чтобы поощрять святость, очищая Церковь. Слово, Дух и Божий народ совместно оберегают чистоту Церкви. Когда верующие в смирении, следуя духовным указаниям, наказывают упорствующих в грехе членов церкви, они действуют от имени Христа.

Второе требование для эффективного наказания – это усердие. Когда Иисус пришёл на Пасху в Иерусалим и обнаружил в храме купцов, которые эксплуатировали народ и оскверняли Божий дом, продавая в нём животных и меняя деньги, Он сделал «бич из верёвок, выгнал из храма всех, также и овец, и волов; и деньги у меновщиков рассыпал, а столы их опрокинул. И сказал продающим голубей: „Возьмите это отсюда и дом Отца Моего не делайте домом торговли“» (Иоан. 2:13-16). Святое рвение Иисуса к чистоте дома Его Отца, не позволило Ему стоять в стороне и наблюдать, как этот Дом оскверняют. Желание противостоять греху в церкви проявляется в праведном рвении защищать Божье имя и святость и в соответственном нежелании быть запятнанными и опозоренными.

Третье требование для эффективного наказания – это личная чистота. Верующий, которого не заботит собственная чистота, не будет иметь желания или праведного рвения в послушании защищать чистоту церкви. Господь не может эффективно использовать его для помощи в этом другим, если он не желает бороться со своими собственными грехами. Он может быть сильно обеспокоен грехами других христиан, но эта озабоченность будет носить характер осуждения и строгости, а не смирения и любви. Таким верующим Господь говорит: «И что ты смотришь на сучок в глазу брата твоего, а бревна в твоём глазу не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: „Дай, я выну сучок из глаза твоего“, а вот, в твоём глазу бревно? Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Матф. 7:3-5).

Когда церковь искренне и смиренно насаждает среди своих членов святость и чистоту, то само это действие производит самоочищение, потому что верующие, искренне желающие видеть церковь святой, сначала противостанут греху в своей жизни и дадут Господу возможность очистить её от греха. Христиане смогут стать служителями святости только тогда, когда сами будут святы.

ЦЕЛЬ НАКАЗАНИЯ

если послушает тебя, то приобрёл ты брата твоего (18:15в)

Цель наказания – духовное восстановление упавших членов церкви и последующее укрепление церкви и прославление Бога. Когда согрешающего брата обличают и он отвращается от греха и обретает прощение, он приобретается для общения с Телом, церковью, и её главой – Иисусом Христом.

Цель наказания не в том, чтобы выгнать людей из церкви или удовлетворить самоправедную гордость тех, кто осуществляет наказание, а в том, чтобы вернуть согрешающего брата обратно. «Мудрый привлекает души», – заявляет автор книги Притч (11:30). Павел убеждает христиан: «Если и впадёт человек в какое согрешение, вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собой, чтобы не быть искушённым» (Гал. 6:1). «Братья! Если кто из вас уклонится от истины, и обратит кто его, – говорит Иаков, – пусть тот знает, что обративший грешника от ложного пути его спасёт душу от смерти и покроет множество грехов» (Иак. 5:19-20). В некоторых случаях, как в приведённом отрывке из Послания Иакова, может случиться так, что вам придётся иметь дело с мнимым христианином, который даже не спасён. Опыт показывает, что часто в процессе наказания грешник признаёт, что не был спасён, и у него возникает желание обратиться к Богу.

«Приобрёл» – от греческого слова кердайно, которое первоначально было торговым термином, означавшим финансовую выгоду или прибыль. Здесь это слово означает «получить обратно утерянную ценность», а именно – заблудшего брата. Как Иисус учил в притче о потерянной овце, Бог высоко ценит каждого из Своих детей, и когда один из них сбивается с пути, Бог не успокоится, пока не найдёт и не вернёт заблудшее дитя в стадо. Нет Его воли на то, «чтобы погиб один из малых этих» (ст. 14), как не должно быть и воли христиан на то, чтобы хоть один из их братьев или сестёр по вере погиб. Когда они потеряны для общины, потеряно ценное сокровище, и, подобно нашему Небесному Отцу, мы не должны успокаиваться до тех пор, пока они не будут восстановлены. Каждый человек, ставший одним целым с великим Пастырем, должен иметь такое пастырское сердце.

Когда член церкви впадает в грех, вся община в целом и каждый член в отдельности страдает от этой потери, потому что ни одного верующего в Теле нельзя заменить. Каждый верующий уникален и обладает уникальными дарами. Люди преодолевают огромные расстояния для того, чтобы вернуть утраченное материальное богатство. Насколько же большее расстояние должны быть готовы преодолеть христиане, чтобы вернуть духовное сокровище, которое дороже любых земных богатств?

Церкви, как и отдельные верующие, склонны говорить согрешающему брату если не вслух, то про себя: «Это не наше дело, и не стоит вмешиваться. Это его жизнь, его решение и его обязанность. Он отвечает перед Богом, и то, каков он и как поступает, – между ним и Господом». Подобное отношение может на поверхности казаться проявлением любви и духовности, но оно не согласуется с Писанием. Оно свидетельствует о нечестивом равнодушии, а не о любящей заботе по отношению к упавшему брату.

ПРОЦЕСС И МЕСТО НАКАЗАНИЯ

Если же не послушает, возьми с собой ещё одного или двух, чтобы устами двух или трёх свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь (18:16-17)

Как уже отмечалось, процесс наказания начинает отдельный верующий, который встречается наедине с согрешающим братом и обличает его (ст. 15). Три последующие шага упоминаются в 16-17 стихах.

Если согрешающий брат не послушает того, который обличил его наедине, следующий шаг в процессе наказания – взять с собой ещё одного или двух верующих, чтобы устами двух или трёх свидетелей подтвердилось всякое слово. Этот простой порядок подтверждения фактов в споре или обвинении был установлен Моисеем (Втор. 19:15), поэтому был знаком каждому еврею. Чтобы человека не оклеветали и из мести не обвинили в грехе, преступлении или другом проступке, которого он не совершал, закон Моисея требовал, чтобы по крайней мере два или три свидетеля подтверждали любое выдвинутое обвинение. Это была необходимая защита от ложного обвинения против невинного человека.

Однако в контексте этого наставления Иисуса если свидетельство двух или трёх свидетелей необходимо, то не только для того, чтобы подтвердить, что был совершён грех, но и подтвердить, что согрешившего брата обличили правильно, и что он покаялся или нет. Следует надеяться, что этот один или двое верующих, которых пригласили, чтобы обличить грешника, не станут публичными свидетелями против него перед всей церковью, но что их совместного обличения будет достаточно, чтобы вызвать перемены в сердце согрешающего брата, чего не удалось добиться при первом обличении.

Люди, стоящие на страже, чтобы не допустить злоупотребления и несправедливого обвинения при наказании, должны защищать и служителей церкви, и других верующих. «Обвинение на пресвитера не иначе принимай, как при двух или трёх свидетелях, – напутствовал Павел Тимофея. – [Но] согрешающих обличай перед всеми, чтобы и прочие страх имели» (1 Тим. 5:19-20).

Если на втором этапе процесса наказания грешник не раскаивается, то есть если не послушает двух или трёх свидетелей, тогда они должны сказать церкви. Первое обличение должно быть полностью тайным, второе – наполовину тайным, а третье должно быть публичным, перед церковью. Брат или сестра должны предстать перед всем собранием для дальнейшего обличения, которое вело бы к покаянию. Обязанность призвать этого человека к святости лежит на всей церкви.

В нашей церкви, после того как сделан этот третий шаг, обычно звучит призыв для всего собрания настойчиво убеждать и умолять согрешающего покаяться прежде, чем потребуется четвёртый шаг. Такое убедительное вразумление часто побуждает грешника к покаянию и послушанию.

Этот прекрасный отрывок указывает также на то, что церковь должна быть и местом наказания. Слово екклесиа (церковь) здесь используется в своём основном, широком значении – «собрание» или «сходка». В светской греческой литературе оно употреблялось, когда речь шла о городских собраниях, местных сходках горожан, созываемых правителями для объявления официальных сообщений или для участия в правительственных церемониях. В контексте учения Иисуса на данном этапе Его служения слово «церковь» означало любую группу искупленных людей, которые собирались во имя Его (ст. 20).

Некоторые толкователи утверждают, что Иисус имел в виду еврейскую синагогу, потому что слово «синагога» также означает собрание или сходку. Но Иисус, когда говорил о синагоге, где, кроме всего прочего, никогда не собрались бы во имя Его, всегда использовал другое слово (сунагоге). И хотя Он часто учил в синагогах и призывал поклоняющихся там уверовать в Него, Его целью было не изменить или реформировать синагогу, а создать Свою церковь (екклесиа).

Здесь не идёт речь о какой-либо организационной структуре. Имеется в виду не комитет, правление или другая группа руководителей, а всё Тело. Нет суда выше, чем суд поместной церкви. Ни епископ, ни кардинал, ни синод, ни конференция или совет не несут ответственности за назначение наказания. Передавать полномочия в отношении наказания отдельному лицу или группе вне поместной церкви – значит поступать не по Слову Божьему. Состоит ли поместная церковь из нескольких верующих или насчитывает несколько тысяч членов, является ли она высокоорганизованным городским собранием или неформальной группой из пяти-шести верующих, находящихся далеко на миссионерской ниве, именно церковь и только церковь может и должна наказывать.

Ещё меньше оправданий тому, когда церковные взыскания или жалобы приносят для решения в светский суд. Павел строго укорял поступавших так коринфских верующих. «Как смеет кто у вас, – писал он, – имея дело с другим, судиться у нечестивых, а не у святых? Разве не знаете, что святые будут судить мир? Если же вами будет судим мир, то неужели вы недостойны судить маловажные дела? Разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более дела житейские?» (1 Кор. 6:1-3).

Четвёртый и последний этап церковного наказания – это отлучение. Если согрешающий верующий и церкви не послушает, его нужно отлучить от церкви. «Да будет он тебе, – говорит Иисус, – как язычник и мытарь». И тот, и другой воспринимались как презренные, отверженные обществом люди.

Нееврея, который поклонялся истинному Богу и принимал иудаизм, обычно называли боящимся Бога (ср. Деян. 10:1, 22), а слово «язычник» прежде всего использовалось по отношению к нееврею, который исповедовал традиционное язычество. Такой язычник не имел никакого отношения к завету, поклонению или общественной жизни евреев. Однако мытари, будучи изменниками своего собственного народа, во многих отношениях были более презираемы, чем язычники. Они были изгнанниками не по происхождению, а по выбору.

Иисус не апеллировал к еврейскому предрассудку. Он пришёл спасти всех людей, и среди Его самых ревностных и верных последователей были бывшие мытари, такие как Матфей и Закхей, и язычники, такие как сотник, который просил Иисуса исцелить его парализованного слугу. Иисус подчёркивал, что верующий, который, не раскаиваясь, упорствует в грехе, должен быть удалён из церкви. Поэтому относиться к нему следует как к неверующему, нераскаявшемуся человеку.

Когда один человек в коринфской церкви отказался оставить свой грех – кровосмесительную связь со своей мачехой, Павел повелел, чтобы его удалили из среды верующих (1 Кор. 5:1-2). Терпимость к его греху превратилась в высокомерие. Хотя никто другой из членов церкви, очевидно, не совершал таких аморальных поступков, извращённое представление о свободе привело к тому, что они стали защищать право этого человека на пребывание в грехе. «Сделавшего такое дело, – продолжает Павел, – в собрании вашем во имя Господа нашего Иисуса Христа, обще с моим духом, силой Господа нашего Иисуса Христа – предать сатане во измождение плоти, чтобы дух был спасён в день Господа нашего Иисуса Христа. Нечем вам хвалиться. Разве не знаете, что малая закваска квасит всё тесто?» (ст. 4-6). Порочное влияние этого человека, названное Павлом закваской, привело к утрате нравственной чувствительности всей церковью.

Верующих, упорно отказывающихся покаяться, следует полностью отлучать от общения с церковью. Они не должны больше иметь благословений от общения с церковью и от её ободрения. Так как они добровольно отвергли нормы Евангелия, они потерпели крушение в вере. Когда Именей и Александр не переставали пренебрегать именем Господа, Павел «предал [их] сатане, чтобы они научились не богохульствовать» (1 Тим. 1:20). Таким людям необходимо дать возможность выбрать: покаяться и остаться с народом Божьим или упорствовать в своём грехе и быть преданным миру и дьяволу.

Последний этап наказания не имеет альтернативы. Фраза «да будет» – перевод глагола настоящего времени в повелительном наклонении; следовательно, она является повелением. Похожее повеление Павел давал фессалоникийцам: «Повелеваем же вам, братья, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас» (2 Фес. 3:6). Несколькими стихами ниже он говорит: «Если же кто не послушает слова нашего в этом послании, того имейте на замечании и не сообщайтесь с ним, чтобы устыдить его» (ст. 14).

Когда церковь сделала всё, что могла, чтобы вернуть согрешающего брата к нравственной чистоте, но безуспешно, этого брата нужно оставить в его грехе и позоре. Если он поистине христианин, Бог не отвергнет его, но Он может допустить, чтобы брат погряз в своей чистоте ещё больше, прежде чем испытает такое отчаяние, что отвратится от своего порока.

Как объяснил Павел коринфской церкви, отделение от согрешающего верующего должно быть более радикальным, чем отделение от грешных неверующих.

Я писал вам в послании – не общаться с блудниками; впрочем, не вообще с блудниками мира этого, или лихоимцами, или грабителями, или идолослужителями, ибо иначе надлежало бы вам выйти из мира этого. Но я писал вам не общаться с тем, кто, называясь братом, остаётся блудником, или лихоимцем, или идолослужителем, или злоречивым, или пьяницей, или грабителем; с таким даже и не есть вместе. Ибо что мне судить внешних? Не внутренних ли вы судите? Внешних же судит Бог. Итак, извергните развращённого из среды вашей (1 Кор. 5:9-13).

Но отлучение нераскаявшегося брата от церкви – это не конец процесса наказания. Процесс должен продолжаться до тех пор, пока брат либо покается, либо умрёт. Что касается церкви, цель отлучения брата – это защита моральной чистоты общины и предоставление свидетельства о праведности для окружающего мира. Но что касается самого брата, цель отлучения – не наказать, а пробудить; поэтому делать это следует в смиренной любви, но никак не в духе самодовольного превосходства. «Не считайте его за врага, – говорит Павел, – а вразумляйте, как брата» (2 Фес. 3:15).

Не иметь общения или даже дружеских контактов с нераскаявшимся братом – это не значит исключить любые контакты с ним вообще. Когда есть возможность предостеречь брата и попытаться вернуть его обратно, необходимо воспользоваться такой возможностью. По сути, таких возможностей следует искать. Но эти встречи должны быть исключительно ради увещания.

Поэтому четвёртый этап процесса наказания заключается в отлучении и призвании обратно – то есть согрешающего брата необходимо держать вне общения, пока он не покается, но в то же время продолжать звать его обратно в надежде, что он покается.

Наложение взыскания никогда не должно быть прерогативой одного человека в церкви, какое бы положение он ни занимал и какими бы качествами ни обладал. В одной из ранних церквей был такой страж порядка по имени Диотреф, сам назначивший себя на эту должность. Иоанн описал его как «любящего первенствовать». «Поэтому, если я приду, – сказал Апостол, – то напомню о делах, которые он делает, понося нас злыми словами, и, не довольствуясь тем, и сам не принимает братьев, и запрещает желающим, и изгоняет из церкви» (3 Иоан. 9-10). Властная самоправедность не имеет ничего общего с планом Христа для Его Церкви и не может быть успешной в её очищении. Только поместное собрание верующих имеет право отлучить члена церкви, и то лишь после того, как первые три меры окажутся недейственными.

В Коринфе человек был, очевидно, отлучён от церкви после того, как своим грехом причинил большую скорбь Павлу и другим верующим. Но «для такого довольно этого наказания от многих, – сказал Павел, – так что вам лучше уже простить его и утешить, чтобы он не был поглощён чрезмерной печалью. И потому прошу вас оказать ему любовь» (2 Кор. 2:5-8). Когда верующий кается, его нужно радушно принять обратно в общение, а не держать на расстоянии вытянутой руки, как человека второго сорта. Его нужно простить и принять, как Господь Иисус простил и принял споткнувшегося Петра, когда тот вернулся, раскаявшись в своём непослушании (Иоан. 21:15-22).

ВЛАСТЬ НАКАЗЫВАТЬ

Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе. Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного, ибо где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них (18:18-20)

Чтобы подчеркнуть весомость Своего следующего высказывания, Иисус заявляет: «Истинно говорю вам». На эту фразу, которую часто использовал Господь, следует обратить особое внимание, потому что она предваряет учение исключительной важности.

Наказание следует применять с величайшей осторожностью. Применённое неправильным образом или с неправильным отношением, оно может причинить огромный вред, так как в этом случае поощряется самоправедность и законничество. Если же наказание вообще не применяется, вред заключается в том, что греховное влияние распространяется, как закваска.

Обетования Иисуса в ст. 18 и 19 претерпели серьёзные искажения на протяжении истории Церкви, самым крайним из которых является учение римо-католицизма. Это учение заявляет, что церковь имеет божественную власть прощать грех. Многие харизматы используют эти обетования (наряду с другими, такими как Матф. 7:7 и 21:22), чтобы требовать у Бога всевоз- можные благословения и льготы.

Принимая во внимание только что сказанное Иисусом, а также обычные раввинские высказывания того времени, и учитывая грамматическую конструкцию текста, можно сделать вывод: Иисус не учил, что Божья сила должна подчиняться воле людей. Он не учил, что люди могут принудить Небеса к чему-либо. Наоборот, Иисус обещает, что, когда народ Божий подчинит свою волю Его воле, Он одобрит это и даст ему силу в его послушании. (См. комментарии к Матф. 16:19 в 4-й главе этой книги).

Продолжая давать наставления о церковном наказании, Иисус не учит просить Бога об особых благословениях или привилегиях. Тем более Он не учит, что церковь или кто-либо из её руководителей имеет власть прощать грехи членов церкви. Он провозглашает, что церковь имеет божественное поручение наказывать своих членов, когда они отказываются покаяться.

Раввины иногда говорили о принципе или действии чего-то, что было связано на небе или разрешено на небе, чтобы указать, соответственно, что это было запрещено или разрешено в свете явленного Богом Слова. Еврей тех дней понял бы, что конкретно Иисус имел в виду: люди не могли подчинить волю Небес своей собственной воле, но Бог (названный здесь небом, что было обычной заменой среди евреев заветного имени Бога Яхве, или Иегова) установил конкретные принципы, которым должна подчиняться церковь.

Грамматическая конструкция в этом отрывке также вносит ясность в его значение. Как и в Матф. 16:19, «будет связано» и «будет разрешено» – это перевод греческих глаголов будущего времени в пассивном залоге. Смысл в том, что не Бог вынужден подчиняться решениям церкви, а церковь, следуя учению Христа о наказании, подчиняется тому, что Бог уже сделал, и таким образом обретает небесное одобрение и власть.

В отношении прощения или непрощения грехов в Иоан. 20:23 также используется перфект в пассивном залоге. Верующие имеют власть объявлять, что грехи прощены, либо оставлены, если это заявление основано на учении Божьего Слова. Если человек принял Иисуса Христа как Господа и Спасителя, церковь может с полной уверенностью сказать ему, что его грехи разрешены, то есть прощены, потому что он выполнил Божьи условия для прощения, а именно – уверовал в Его Сына. Если, с другой стороны, человек отказывается принять Христа Спасителем и признать Его Господом, церковь может сказать ему с такой же уверенностью, что его грехи связаны, то есть не прощены, потому что он не выполнил Божье условие для прощения.

Несколько лет назад один человек сказал мне о своей уверенности в том, что он идёт на небеса, потому что исполняет все требования религиозной системы, предписанной одним популярным культом. Так как странные убеждения этой группы полностью противоречили Евангелию, я сказал ему, что он погибший грешник, всё ещё пребывающий в грехах, и потому он не направляется в небеса. Сопоставляя его признания с тем, что говорит Слово Божье, я мог увидеть, что этот человек не имел спасения. Сказать ему, что он всё ещё связан своими грехами, означало не сверхъестественное вынесение ему приговора или высокомерное осуждение его, а лишь подтверждение того, что Божье Слово ясно говорит о нём и о каждом человеке, который надеется прийти к Богу любым другим путём, кроме веры в Его Сына.

Очевидно, что это очень важное служение в церкви, служение, к которому иногда подходят с большой неохотой. «Кто мы такие, чтобы заявлять так? – спрашивают они. – Какое мы имеем право на резкую реакцию по отношению к собратьям-верующим? Мы тоже грешны». Но когда церковь применяет наказание по образцу, данному в Матф. 18:15-17, она может иметь абсолютную уверенность в том, что действует, имея власть и силу Небес, как и обещано в стихах 18-20.

Господь не даёт никакой заповеди, не наделив силой и властью подчиняться ей. В этих трёх кульминационных стихах, в которых Иисус учит о церковном наказании, мы узнаём, что, когда Божий народ искренне стремится очистить Божью Церковь согласно Его правилам, он имеет силу, одобрение и власть как Отца, так и Сына.

В первую очередь Иисус заверяет Свой народ, что Отец действует вместе с ними, чтобы очистить Церковь: «Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле (ссылка на двух свидетелей в ст. 16) просить о всяком деле (стремясь к чистоте церкви), то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного». Когда в обличении греха церковь действует в интересах Бога и в соответствии с Его Словом, Он действует в интересах церкви, подтверждая и поддерживая её решения и действия.

«Согласятся» – от слова сумфонео, которое буквально означает «звучать вместе» и от которого происходит слово «симфония». Если даже два последователя Иисуса согласны друг с другом, что согрешивший брат покаялся или отказался покаяться, они могут быть уверены, что находятся в согласии с Отцом Небесным.

Как уже упоминалось, толкование этого стиха как обещания верующим неограниченно получать всё, о чём они попросят Бога, не только не соответствует контексту о церковном наказании, но и противоречит Писанию в целом. Такое толкование равносильно волшебству, в котором Бог автоматически вынужден выполнять самые глупые или греховные просьбы просто потому, что двое из Его детей сговорились просить Его об этом. Эта идея бросает вызов Божьему полновластию и подрывает множество библейских заповедей о необходимости с готовностью подчиниться Божьей воле.

Иисус также заверяет Свой народ, что Он тоже действует вместе с ними, когда они трудятся по очищению церкви: «Ибо где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них». Не только Отец подтверждает наказание, когда оно применяется согласно Его Слову, но и Сын присоединяет Своё божественное подтверждение.

Этот стих тоже часто неправильно толкуют, хотя при этом допускают не столь серьёзную ошибку, как при неправильном толковании двух предыдущих стихов. Утверждение на основании этого стиха, что Господь присутствует на маленьком служении или в молитвенной группе, не соответствует контексту о церковном наказании и является преувеличенным. Христос всегда со Своим народом, даже если это одинокий верующий, которого отделяют от других христиан тюремные стены или сотни километров.

Согласно контексту, двое или трое являются свидетелями в процессе наказания. Просить или делать что-либо во имя Бога – означает не произносить Его имя, а просить или делать что-либо согласно с Его божественной волей и характером. Поэтому быть собранными во имя Его для свидетелей означает верно исполнять свой труд, подтверждая от имени Господа покаяние или отсутствие такового у согрешающего брата или сестры. Когда церковь собирается во имя Господа и для Его дела и славы, она должна заниматься служением самоочищения под Его властью и авторитетом, с Его небесным подтверждением и участием.

Дитрих Бонхёффер, немецкий богослов довольно либеральных убеждений, переживший ужасы гонений в нацистской Германии, написал книгу под названием «Жить вместе». В ней он глубоко и проникновенно говорит о необходимости восстановления согрешившего брата и возвращения его в общение с церковью.

Греху нужно, чтобы человек остался один. Грех удаляет человека из общества. Чем больше изолирован человек, тем разрушительнее действует в нём сила греха. Чем больше он будет втянут в грех, тем гибельнее для него изоляция. Грех желает оставаться тайным. Он избегает света. Во мраке тайны он отравляет человека целиком. Это может произойти даже в благочестивом собрании. Во время исповеди свет Евангелия врывается во тьму сердца, в его самые потаённые уголки. Грех нужно выставить на свет. Нужно открыто сказать и признать то, что было тайной. Всё тайное и сокрытое становится явным. Прежде чем человек открыто признает свой грех, будет происходить тяжёлая борьба, но Бог сокрушает железные затворы и медные врата (Пс. 106:16).

Когда человек исповедовал свой грех в присутствии брата-христианина, последний оплот самооправдания был разрушен. Грешник сдаётся; он отказывается от своего порока. Он отдаёт своё сердце Богу и обретает прощение всех своих грехов в общении с Иисусом Христом и братом-христианином. Высказанный, признанный грех теряет свою силу. Он разоблачён и осуждён как грех. Он больше не может разрывать на части общину. Теперь община несёт грех этого брата на себе. Он уже не один со своим пороком, потому что сбросил этот грех с себя. Теперь он стоит среди братьев-грешников, которые живут благодаря Божьей благодати и кресту Иисуса Христа… Тайный грех отделял его от общины, превращая его общение в притворство; исповеданный грех помог ему установить истинное общение с братьями в Иисусе Христе (Life Together, [New York: Harper & Row, 1954], pp. 112-113).

Урок прощения

Тогда Пётр приступил к Нему и сказал: «Господи! Сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? До семи ли раз?» Иисус говорит ему: «Не говорю тебе: до семи раз, но до семижды семидесяти раз. Поэтому Царство Небесное подобно царю, который захотел произвести расчёт с рабами своими. Когда он начал производить расчёт, приведён был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов; а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить. Тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: „Государь! Потерпи на мне, и всё тебе заплачу“. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему. Раб же тот, выйдя, нашёл одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: „Отдай мне, что должен“. Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: „Потерпи на мне, и всё отдам тебе“. Но тот н захотел, а пошёл и посадил его в темницу, пока не отдаст долга. Товарищи его, видя происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему всё бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: „Злой раб! Весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?“ И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его» (18:21-35)

Прощение неестественно для человека. Людям очень трудно прощать других, потому что прощение чуждо их плотской природе. Король Франции Луи XII выразил чувства многих людей, когда сказал: «Ничто не пахнет так приятно, как мёртвое тело твоего врага».

Однако ничто так не характеризует новую природу христиан, как прощение, потому что ничто так не характеризует природу их Господа. Самыми шокирующими и непонятными для людей были слова Иисуса, произнесённые Им на кресте: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» (Лук. 23:34). Несмотря на то, что Его предали, ложно обвинили, избили, оплевали и несправедливо пригвоздили к кресту на мучительную смерть, Сын Божий не питал никакой ненависти к Своим мучителям. Наоборот, Он молил Своего Небесного Отца простить их. Об этом молился и Стефан, когда разъярённая толпа побивала его камнями за проповедь Евангелия. Он говорил: «Господи! Не вмени им греха этого» (Деян. 7:60). Сердце Стефана было исполнено не горечи, а сострадания к своим палачам. Прощение – суть истинного благочестия.

Нетрудно прощать детей, и большинство людей, особенно родители, делают это почти инстинктивно. Мы понимаем, что дети ещё мало знают и у них нет жизненного опыта. От них всегда можно ждать необдуманных поступков, поэтому мы склонны проявлять к ним терпение и прощать их, даже когда они глубоко ранят нас. Трудно таить злость на ребёнка. Эта аналогия верна и в духовном смысле, потому что все верующие – это дети, как многократно об этом говорит Иисус в 18-й главе.

Хотя завистливые братья причинили Иосифу зло, продав его в рабство, он не держал на них зла. Спустя годы, когда настал лютый голод, а Иосиф был единственным, кто мог помочь им, он, не вспоминая обиды, принял братьев с любовью, предложил им пищу, в которой они нуждались, и даже дал им плодородную землю Гесем, чтобы они могли там жить. Когда братья пали пред ним и просили о прощении, «Иосиф сказал: „Не бойтесь, ибо я боюсь Бога. Вот, вы умышляли против меня зло, но Бог обратил это в добро, чтобы сделать то, что теперь есть, – сохранить жизнь великому числу людей. Итак, не бойтесь, я буду питать вас и детей ваших“. И успокоил их, и говорил по сердцу их» (Быт. 50:19-21).

Одна из причин, почему Давид был человеком по сердцу Бога, заключалась в том, что у него было милосердное и прощающее сердце. Хотя Саул неоднократно пытался убить Давида и беспощадно преследовал его со своим войском в горах Иудеи, Давид не только отказался причинить вред Саулу, поскольку тот был помазанником Божьим, но даже не затаил ненависти к нему (см. 1 Цар. 24:6, 12; 26:11). В другом эпизоде Давид пришёл в ярость оттого, что Навал проявил неблагодарность, отказавшись накормить и снабдить продовольствием людей Давида, которые помогали охранять стада Навала, но жена последнего, Авигея, убедила его сдержать свой гнев. Давид не наказал Навала и был благодарен Авигее, что она помогла ему прийти в себя. «Благословен Господь, Бог Израилев, Который послал тебя ныне навстречу мне, – сказал он ей, – и благословен разум твой, и благословенна ты за то, что ты теперь не допустила меня идти на пролитие крови и отомстить за себя» (1 Цар. 25:32-33). Когда Семей попросил у Давида прощения за то, что проклинал его и бросал в него камнями, Давид был скор на проявление милосердия к нему, несмотря на то, что люди Давида настаивали на смертной казни Семея (2 Цар. 19:22-23; ср. 16:5-6).

В прощении проявляется наивысшая человеческая добродетель, потому что в нём ясно отражается характер Бога. Прощающий человек – это тот, кто стремится иметь благочестивый характер. Ничто так не демонстрирует Божью любовь, как Его прощение. Следовательно, человек, который не прощает, не являет благочестивого характера. В таком человеке нет любви Христа, каким бы правильным при этом ни было его богословие или какой бы безупречной ни была его нравственность. Христианин, который держит зло и обиду на того, кто был несправедлив по отношению к нему, не знает ни истинной славы своей искупленной человеческой природы, ни истинной славы Божьей милостивой природы. Непрощающий христианин – это вопиющее противоречие его новой природе во Христе. Прощение занимает центральное место в сердце Бога, и только христианин, который излучает прощение, излучает истинное благочестие.

Если посмотреть на прощение под другим углом, то христиане должны прощать, потому что они сами нуждаются в прощении. Они – духовные дети, и, как все дети, они несведущи, слабы, эгоистичны, непослушны и постоянно нуждаются в прощении как Бога, так и друг друга. Прощение – это постоянные взаимные уступки.

Следовательно, прощение – это ключ к духовному единству в церкви, потому что это ключ к любви и формированию принципиально важных взаимоотношений. Только прощение может разрушить те барьеры, которые грех постоянно воздвигает между людьми, включая Божьих детей. «Благоразумие делает человека медленным на гнев, и слава для него – быть снисходительным к проступкам» (Прит. 19:11). Христиане достигают высоты тогда, когда прощают других. Поскольку Бог так много простил им, из всех людей они должны быть самыми прощающими, особенно в отношении верующих. Христиане более всего уподобляются своему Господу, когда прощают «друг друга, как и Бог во Христе простил» их (Ефес. 4:32). Павел указывает на ту же истину колоссянам, говоря им, чтобы они снисходили друг к другу и прощали друг друга, «как Христос простил» их (Кол. 3:13). Поскольку Христос простил верующим все грехи, то и они должны быть готовы прощать друг друга во всём.

В этой заключительной части Своего учения о верующих как детях (Матф. 18) Иисус делает очень важное, принципиальное заявление о необходимости прощения со стороны верующих. Как человек, входящий в Царство, считается большим только тогда, когда становится как малое дитя (ст. 3-4) и, находясь в Царстве, нуждается в защите, как малое дитя (ст. 5-9), нуждается в заботе, как малое дитя (ст. 10-14), и его нужно учить, как малое дитя (ст. 15-20), – таким же образом, говорит Иисус, его нужно прощать, как малое дитя. Данный отрывок (ст. 21-35) начинается с вопроса Петра о прощении, а затем следует учение Иисуса о степени Божьего прощения верующих и строгое предупреждение об обязанности прощать друг друга.

ВОПРОС О ПРОЩЕНИИ

Тогда Пётр приступил к Нему и сказал: «Господи! Сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? До семи ли раз?» (18:21)

Пётр знал человеческую природу, знал нужду человека в многократном прощении, иногда за один и тот же проступок. Он понимал, что люди склонны грешить, получать прощение и тут же снова совершать тот же грех или другой, не менее тяжкий.

В свете учения Иисуса о церковном взыскании Пётр хотел знать, сколько раз христиане как группа и каждый в отдельности были обязаны прощать собратьев-верующих, упорствующих в грехе. Сколько раз они могут каяться и приниматься обратно в общение?

Как было отмечено в предыдущей главе, учение Иисуса о наказании касается как прямой, так и косвенной вины. Верующие должны делать замечание согрешающему брату или сестре за любой грех. И они должны поставить согрешающего перед церковью, если в этом есть необходимость, потому что любой грех направлен не только непосредственно против Бога, но, прямо или косвенно, против церкви и против каждого верующего в отдельности. «Наблюдайте же за собой, – говорил Иисус в другом случае. – Если согрешит брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему» (Лук. 17:3, Новый перевод с греч. подлинника). Это повеление, – делать выговор и прощать, – распространяется на любой грех, совершённый верующим, а не только на тот, который совершён непосредственно против нас.

Похвально, что Пётр применил учение Иисуса к себе, и на этот раз его в первую очередь волновало, как он должен поступать. Поэтому он спросил: «Господи! Сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня?»

В Своих рассуждениях в 18-й главе Иисус говорил о верующих как о малых этих, детях, овцах и братьях (ст. 3-6, 10, 12, 14, 15). Ясно, что Пётр, упоминая о своём брате, имел в виду себя как верующего, который прощает других верующих.

Мы в огромном долгу перед Петром за многое, в частности за его склонность задавать вопросы. Пётр хотел быть уверенным в том, что он понял значение слов и поступков Иисуса, и его пытливый ум стал причиной многих чудесных поучений Господа. Бог благословляет тех, кто задаёт Ему искренние вопросы, кто искренне стремится познать Его и Его истину. «И взыщете Меня, – сказал Он через Иеремию, – и найдёте, если взыщете Меня всем сердцем вашим» (Иер. 29:13).

Пётр, по сути, спрашивал: «Есть ли предел прощению? Понятно, что человек, который грешит, а затем раскаивается, должен быть прощён и восстановлен несколько раз. Ну, а если он постоянно впадает в грех? Сколько раз должен я прощать брату моему?»

Возможно для того, чтобы продемонстрировать своё великодушие, Пётр предложил предел до семи раз, что более чем в два раза превышало норму, допустимую по еврейскому обычаю. Используя ссылки из книги Амоса (см. 1:3, 6, 9, 11, 13; ср. Иов. 33:29), раввины взяли повторяемое утверждение Бога, относящееся к врагам Израиля, соседствующих с ними, и сделали из него универсальное правило, ограничивающее Божье прощение, а также распространили его на прощение человеческое. Если Бог прощает человека только три раза, притворно рассуждали они, то со стороны людей необязательно и даже дерзко прощать друг друга чаще, чем Бог. Раввин Хосе бен Анина, например, сказал: «Тот, кто просит прощения у своего ближнего, не должен делать это больше трёх раз». Раввин Хосе бен Ехуда сказал: «Если человек согрешил один раз, его прощают: если он согрешил второй раз, его прощают; если он согрешил третий раз, его прощают; четвёртый раз его не прощают».

Поэтому Пётр, вероятно, думал, что произведёт на Иисуса большое впечатление, выдвинув такое, казалось бы, великодушное предложение – «до семи раз». По сравнению с еврейским обычаем, оно было великодушным и, несомненно, базировалось на растущем понимании Петром учения Иисуса и Его личного примера сострадания и милости. Осознавая, что милосердие Господа резко отличалось от эгоистичного законничества книжников и фарисеев, Пётр удвоил их минимальный лимит прощения и для полной меры добавил ещё одно.

СТЕПЕНЬ ПРОЩЕНИЯ

Иисус говорит ему: «Не говорю тебе: до семи раз, но до семижды семидесяти раз» (18:22)

Пётр всё ещё думал как книжники и фарисеи и как склонна думать падшая человеческая природа. Он мыслил измеримыми и ограниченными категориями закона в отличие от неизмеримых и неограниченных категорий благодати. Закон ведёт учёт; благодать – нет. Поэтому Иисус сказал ему: «Не говорю тебе: до семи раз, но до семижды семидесяти раз».

Господь не расширял законные пределы прощения. Он вообще не говорил о законе или о пределах. Его ответ «до семижды семидесяти раз» не означал 490 раз. Иисус просто использовал цифру Петра и умножил её на саму себя и затем на десять, указывая тем самым на число, которое с практической точки зрения было за пределами подсчёта. Не стоит заниматься подсчётами, и христианин с прощающим сердцем даже не думает об этом. Он прощает сотую и тысячную обиду с той же готовностью и так же милостиво, как и первую – потому что именно так его прощает Бог.

Возможно, Иисус имел в виду высокомерное хвастовство Ламеха, что «если за Каина отомстится всемеро, то за Ламеха – в семьдесят раз всемеро» (Быт. 4:24). Грешный человек склонен платить злом за зло без предела. Божья норма прямо противоположна; Иисус велел воздавать добром за зло без предела.

Даже если брат «семь раз в день согрешит против тебя, – сказал Господь в другом случае, – и семь раз в день обратится и скажет: „Каюсь“, – прости ему» (Лук. 17:4). Иисус не устанавливал дневного предела, а, скорее, наоборот. Он говорил о повторяющемся, постоянном согрешении, которое человек совершает много раз в день, день за днём, и о соответственном постоянном прощении. Он говорил, что, даже если собрат-христианин согрешает против тебя каждый день по семь раз, ты должен быть готовым так же часто прощать его. Верный, благочестивый христианин никогда не позволит, чтобы грех брата превышал его прощение. Отражая природу своего Небесного Отца, он при умножении греховных поступков должен умножать своё благодатное прощение (ср. Рим. 5:20).

Проводя параллель, Павел особо отметил, что христиане должны «[прощать] друг друга, как и Бог во Христе простил» их (Ефес. 4:32). Комментируя редкое проявление этой благодати среди верующих, Джон Веслей писал: «Если в этом христианство, то где же живут эти христиане?»

ПРИМЕР ПРОЩЕНИЯ

Поэтому Царство Небесное подобно царю, который захотел произвести расчёт с рабами своими. Когда он начал производить расчёт, приведён был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов; а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить. Тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: «Государь! Потерпи на мне, и всё тебе заплачу». Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему. Раб же тот, выйдя, нашёл одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: «Отдай мне, что должен». Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: «Потерпи на мне, и всё отдам тебе». Но тот не захотел, а пошёл и посадил его в темницу, пока не отдаст долга. Товарищи его, видя происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему всё бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: «Злой раб! Весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?» И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его (18:23-35)

Эта притча настолько резкая, что многие делают вывод: данный принцип, изложенный Иисусом, никак не мог относиться к верующим. Но как иногда родителям необходимо проявить строгость по отношению к непослушному и упорствующему ребёнку, так и Господу необходимо проявить строгость по отношению к Своим непослушным детям. Автор Послания к Евреям напоминал своим читателям о том, чему Господь учил Свой народ почти за тысячу лет до этого: «Господь, кого любит, того наказывает; бьёт же всякого сына, которого принимает» (Евр. 12:6; ср. Прит. 3:12). Некоторые коринфские верующие вели себя настолько аморально, не каясь в этом, что Бог одних уложил на одр болезни, а других предал смерти (1 Кор. 11:30). Он поразил Ананию и Сапфиру за то, что они солгали Святому Духу (Деян. 5:1-10). Господь иногда очень суров по отношению к Своим заблудшим детям, так как иногда это единственный способ исправить их и сохранить чистоту и святость Его Церкви.

Иисус начинает эту притчу с конкретного утверждения, что она о Царстве Небесном, гражданами которого являются только верующие. И не только это. Он рассказывает эту притчу по конкретной причине (поэтому), то есть как ответ на вопрос Петра о прощении брата (ст. 21), который в свою очередь был реакцией на Его учение о наказании в церкви (ст. 15-20). Пётр, конечно же, был верующим, и его упоминание о «брате» указывает на собрата-верующего, особенно в свете того, что 18-я глава в основном говорит о верующих, «малых этих, верующих в» Бога (ст. 6; ср. ст. 10). Иисус наглядно показывает, что верующим необходимо прощать друг друга.

Как уже было показано в 13-й главе Евангелия от Матфея, большая часть учения Господа о Царстве Небесном была изложена в виде притч. В данной притче Иисус показывает отношение Бога, царя, к прощению Своих подданных, а также к прощению Его подданными, рабами, других. Граждане Божьего Царства – они же дети в Его небесной семье. В притче Бог показан как Господин, представленный в тексте царём, и как Небесный Отец (ст. 35).

Слово «рабы» здесь употребляется в самом широком смысле по отношению к тем, кто находится в подчинении у повелителя, каковыми были все подданные древних монархий, независимо от их звания или богатства. Все граждане древнего царства были рабами в том смысле, что находились в полной зависимости от царя, который обычно имел власть над их жизнью и смертью. В этом смысле знатные люди были такими же рабами царя, как и обычные слуги. Эти крайности подразумеваются в притче, указывая на то, что её истина применима к каждому верующему, каждому гражданину Небесного Царства. Первый раб явно занимал высокое положение и, вероятно, владел большим богатством, тогда как другой раб, которому он отказал в прощении долга, был относительно бедным.

Царь обычно назначал в различные провинции своего царства правителей, или сатрапов, долгом которых было прежде всего собирать налоги для царя. Вероятно, царь захотел произвести расчёт этих налогов, и человек, который должен был ему десять тысяч талантов, скорее всего, был чиновником, собирающим налоги. В любом случае, этот человек занимал ответственное положение и был должен царю большую сумму денег.

Видимо, это было обычным делом, когда царь назначал время, чтобы произвести расчёт со своими правителями. Идея об окончательном расчёте в конце жизни, олицетворяющем окончательный Божий суд, не соответствует регулярному сбору налогов царём. Эта идея также не согласуется с тем, что прощённый человек имеет нормальные взаимоотношения с другими людьми. Этот расчёт не мог олицетворять окончательный Божий суд, потому что после Божьего суда этот человек не имел бы больше возможности ни прощать, ни быть прощённым.

Как «семижды семьдесят» (ст. 22) означает неограниченное количество раз, так и десять тысяч талантов означают неограниченное количество денег. На протяжении истории человечества денежные величины претерпели значительные изменения, поэтому точно подсчитать, какую ценность имеет каждая монета в пересчёте на современные деньги, не представляется возможным. Да это и не обязательно. Исторические сведения проливают свет на ту огромную ценность, какую имели десять тысяч талантов в дни Иисуса.

Из исторических документов того времени известно, что общий годовой налог римского правительства, который оно получало от жителей Идумеи, Иудеи, Самарии и Галилеи, составлял около девятисот талантов. Таким образом, десять тысяч талантов – это налоги с указанных четырёх провинций более чем за одиннадцать лет. Из Ветхого Завета мы узнаём, что общая сумма золота, собранная для храма, составляла более восьми тысяч талантов (1 Пар. 29:4, 7) и что «вес золота, которое приходило Соломону каждый год, составлял шестьсот шестьдесят шесть талантов золотых» (3 Цар. 10:14).

Хотя слово муриас буквально означает десять тысяч, поскольку это было самое большое число в греческом языке, его также использовали в переносном значении для обозначения количества, не поддающегося подсчёту. В этом смысле оно имеет то же значение, что и наше слово «мириады», производное от греческого слова. Поэтому слово муриас иногда переводится как «тысячи» (1 Кор. 4:15) или «тьмы тем» (Откр. 5:11). Следовательно, в этой притче Иисус хотел подчеркнуть, что человек, должный царю десять тысяч талантов, был в неисчислимом и неоплатном долгу перед ним.

Этот неисчислимый и неоплатный долг олицетворяет долг за грех, и каждый человек находится в подобном долгу перед Богом. Когда Святой Дух обличает человека (Иоан. 16:8), человек понимает: его грех настолько велик, что он не в силах заплатить за него. Как Павел, который увидел свой грех в свете Божьего закона, так и любой человек, осознавший себя грешником, имеет некоторое представление о крайней греховности греха (Рим. 7:13). Именно такое представление имел о себе Иов, и оно заставило его «[раскаиваться] в прахе и пепле» (Иов. 42:6). Такое же представление о себе и собратьях-израильтянах заставило Ездру молиться: «Боже мой! Стыжусь и боюсь поднять лицо моё к Тебе, Боже мой, потому что беззакония наши стали выше головы, и вина наша возросла до небес» (Езд. 9:6).

Жизнь – это достояние, полученное нами от Бога, и её нужно использо- вать для Его славы. Неверующие берут жизнь от Бога и расточают её на себя, вместо того чтобы вернуть Ему, мудро употребив её для Его славы, и наилучшим образом использовать благословение Евангелия. Они – как тот блудный сын и как раб, зарывший свой талант в землю, поступки которых Иисус использовал для иллюстрации растраченного попусту благословения Евангелия.

Независимо от того, сколько вреда приносит грех людям, в первую очередь он является преступлением против Бога. В своём прекрасном покаянном псалме Давид провозглашает: «Тебе, Тебе единому согрешил я и лукавое пред очами Твоими сделал» (Пс. 50:6). Любой грех, когда-либо сделанный, совершается против Бога. И каждый грех совершается пред Его очами, как если бы он совершался прямо пред Его престолом на небесах.

В этом случае раб олицетворяет неверующего, которому дано познание Бога (Рим. 1:18 и далее), жизнь от Бога (Деян. 17:25) и возможность воздать Богу должное (ср. Рим. 11:36; Кол. 1:16), но который расточает Божье достояние в грехе.

Так как человек в притче Иисуса не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и всё, что он имел, и заплатить. Этот человек не только присвоил то, что принадлежало царю, но полностью растратил всё на себя. Это состояние несостоятельного грешника! Даже сумма, полученная в результате продажи его семьи в рабство, продажи его личного имущества, которую он мог бы заплатить, составила бы лишь малую частицу долга. Но и это было изъято в качестве наказания и с тем, чтобы царь мог получить, по крайней мере, часть того, что ему причиталось.

Подобно тому, как неоплатная сумма денег является олицетворением неоплатного человеческого долга за грех, так и наказание, упомянутое здесь, заставляет задуматься об аде, где осуждённые люди будут всю вечность расплачиваться за неоплатное. Человек не может заплатить за украденную у Бога славу, и поэтому, даже проведя вечность в аду, он будет так же далёк от погашения своего долга и от того, чтобы быть достойным небес, как и тогда, когда он туда попал. По причине своей духовной несостоятельности никто из детей Адама не может уплатить безграничный долг, возникший по причине греха.

Как было принято в те времена, царь в притче проявил милость, не потребовав немедленной уплаты долга. Бог проявляет бесконечно больше милости к самым закоренелым грешникам, просто позволяя им жить. Жизнь сама по себе – это великий дар божественной милости.

Но настанет день, когда каждый человек встретится с Царём, чтобы дать отчёт о своей жизни. Это не тот окончательный судный день, как мы его себе представляем; это время осознания людьми своей греховности и необходимости в спасении. Это то время, когда будет проповедано Евангелие, или будет читаться Писание, или люди услышат личное свидетельство. Они столкнутся с реальностью, что им необходимо будет дать отчёт Богу за свою греховную жизнь.

Сознав свою непростительную вину и увидев доброту царя, раб тот пал и кланялся ему. Этим поступком он показал нечто большее, чем обычное почтение к царю. Это был акт полного подчинения, полная отдача себя на милость монарха. Человек был виновен, осуждён, разорён и искренно раскаивался в содеянном. Он был беззащитным и даже не пытался защищаться.

Таким же образом и грешник, которого Дух Святой посредством Евангелия обличил во грехе, должен признать, что виновен и достоин осуждения от Бога. Поэтому его единственная надежда – смириться, исповедать свой грех и уповать на Божью милость в Иисусе Христе. Каждый грешник должен сокрушаться по причине своего греха, как этот человек сокрушался из-за своего долга. Он должен испытывать те же чувства, что и мытарь, который «не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: „Боже! Будь милостив ко мне грешнику!“» (Лук. 18:13). В Заповедях блаженства (Матф. 5:3-12) описано сокрушённое состояние этого кающегося грешника, который в своей духовной несостоятельности оплакивает свой грех и умоляет о праведности спасения.

Припавший к ногам царя человек не осознавал того, что никогда не сможет выплатить долг, как бы долго и напряжённо он ни работал. И всё же его ужасное положение подтолкнуло несчастного раба к отчаянной мольбе: «Государь! Потерпи на мне», и к нереальному обещанию: «Всё тебе заплачу». Несмотря на безнадёжную перспективу, он, тем не менее, просил дать ему ещё один шанс возвратить долг. Хотя этот человек заблуждался, его отношение к долгу было правильным.

Когда люди впервые осознают свою греховность, они часто склонны давать Богу обещания, подобные тем, какие этот человек давал царю. Человек, осознавший свою греховность, иногда говорит: «Я должен навести порядок в своей жизни и стать лучше. Я должен начать новую страницу в жизни, принять кое-какие решения и изменить себя». Он осознаёт свой грех и искренне хочет исправить положение, ещё не понимая, что не сможет этого сделать.

Высказывая своё мнение о рабе из этой притчи, Мартин Лютер писал:

До того как царь потребовал у него отчёт, этот раб не осознавал, не чувствовал за собой долга и продолжал бы жить так и дальше, увеличивая свой долг и не заботясь ни о чём. Но теперь, когда царь решил сосчитаться с ним, он почувствовал за собой долг. То же самое происходит и с нами. Большинство людей не утруждают себя размышлениями о грехе и спокойно живут, не боясь Божьего гнева. Такие люди не могут обрести прощение грехов, потому что не осознают их. Они, конечно, говорят, что у них есть грехи; но если бы они серьёзно относились к этому, они бы говорили о своих грехах иначе. Этот раб тоже говорил до того, как царь призвал его к отчёту, что он в долгу перед царём, а именно, что он должен ему десять тысяч талантов… Однако теперь, когда его призвали к отчёту и господин велел продать его самого, его жену, детей и всё, что он имел, он почувствовал свой грех. Так и мы начинаем серьёзно переживать только тогда, когда грехи нашего сердца обнаружены, когда наши долги предъявлены нам… Тогда мы восклицаем: «Я самый жалкий из людей, я самый несчастный на земле!» Такое понимание по-настоящему смиряет человека, приводит его к раскаянию, и он может обрести прощение грехов.

Царь хорошо знал, что раб, несмотря на его благие намерения, никогда не сможет выполнить обещанное; но он не упрекал раба за его глупое и бесполезное предложение. Напротив, государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему.

Здесь мы видим удивительную картину Божьей сострадательной любви к искренно кающемуся грешнику, который отдаёт себя на Божью милость. Человек попросил лишь потерпеть, чтобы попытаться заплатить царю, но вместо этого царь отпустил его и долг простил ему. Именно так поступает Бог с греховным долгом тех, кто приходит к Нему в смирении и с раскаянием.

Следует отметить, что эта притча не излагает все аспекты спасения. Оче- видно, что Личность и труд Христа, а также суть спасающей веры в этой притче не описаны. Цель Господа состояла в том, чтобы проиллюстрировать идею о прощении верующими друг друга; этим история и ограничивается. Она просто описывает человека в неоплатном долгу, который ищет милости и получает её с избытком.

Слово данейон (долг) буквально означает «заём». Здесь оно указывает на то, что царь по своей милости счёл присвоенное богатство займом и простил его. Ещё более милостиво Бог прощает грешника, который исповедует свой грех и верует в Иисуса Христа. В тот миг, когда человек осознаёт греховность своего греха и обращается к единственному Спасителю от греха, его огромный долг Богу уплачен сполна и навсегда.

Блудный сын не осознал своей порочной глупости, пока не достиг самого дна жизни. Он ушёл из отцовского дома и вёл абсолютно эгоистичный и распутный образ жизни в чужой языческой стране. Когда кончились деньги, кончилась и его весёлая жизнь, и его мнимые друзья оставили его. Единственная работа, которую он смог найти, – убирать за свиньями, – была самой унизительной для еврея. Находясь в свинарнике, юноша пришёл в себя и сказал: «Сколько наёмников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: „Отец! Я согрешил против неба и пред тобой и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наёмников твоих“». Но даже до того как сын обратился с этими словами к отцу, «когда он был ещё далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его». Отец не бранил и не упрекал сына, не принял он также и его предложение сделать его наёмным работником. Напротив, он повелел «рабам своим: „Принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного телёнка, и заколите: станем есть и веселиться, ибо этот сын мой был мёртв и ожил, пропадал и нашёлся“» (Лук. 15:11-24).

Один толкователь предположил, что, когда отец побежал навстречу сыну, он, должно быть, подобрал свою длинную одежду руками, и поэтому было видно нижнее бельё, что считалось большим унижением для пожилого, солидного мужчины. Но отец хотел лишь одного – воссоединиться со своим любимым сыном, которого он считал мёртвым.

Бог, придя на землю, бесконечно больше позволил унизить Себя, уничижив «Себя Самого, приняв образ раба» (Фил. 2:7). Чтобы выкупить падших людей для Себя, Он добровольно, с любовью «претерпел крест, пренебрегши посрамление» (Евр. 12:2).

То, что происходит дальше в притче, кажется непостижимым – пока мы не осознаем, что каждый из нас виновен в том, что в той или иной мере поступал так же, как этот прощённый раб. А этот раб, выйдя, нашёл одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: «Отдай мне, что должен».

То есть первое, что сделал прощённый раб, выйдя из чертогов царя, – он разыскал своего товарища-раба, который должен был ему некоторую сумму денег, и грубо потребовал вернуть долг, хотя по сравнению с огромной суммой, которую только что простили ему, это были жалкие гроши.

Поскольку второй человек описан здесь как один из его товарищей-рабов, то можно предположить, что он олицетворяет собрата-верующего и что принцип, которому учит здесь Иисус, в первую очередь относится к взаимоотношениям между верующими. Хотя христиане должны прощать всех, в первую очередь они должны прощать друг друга, потому что они товарищи, которые служат одному Царю.

Сто динариев – это стодневная заработная плата обычного работника в новозаветные времена, бесконечно малая величина по сравнению с десятью тысячами талантов, которая, как уже отмечалось, составляла сумму налогов, получаемых Римом за одиннадцать лет от Идумеи, Иудеи, Самарии и Галилеи, вместе взятых.

Хотя второй долг был чрезвычайно мал по сравнению с первым, тем не менее это был реальный долг, который олицетворяет реальный проступок, совершённый одним верующим против другого. Если бы проступок был нереальным, он бы не нуждался в прощении. Иисус учит не тому, что грехи против собратьев-верующих, или против кого бы то ни было, ничего не значат, а тому, что они незначительны по сравнению с теми преступлениями, которые каждый из нас совершил против Бога и которые Бог полностью простил нам.

Сила греховной плоти, которая остаётся в преображённом верующем, видна в жестокосердии первого раба по отношению к его товарищу. Последний, вероятно, занимал более низкое положение и отвечал за сбор налогов с маленького селения внутри провинции, управляемой первым рабом. Даже если это так, то первый человек по своему статусу был гораздо дальше от царя, чем от другого раба, и долг, который ему простил царь, был неизмеримо бо льшим, чем тот долг, который он отказался простить своему товарищу. Эти два обстоятельства должны были исполнить этого человека не только особой благодарности, но и особой милости. Он должен был стремиться простить своего товарища-раба, а не судить его. Однако нет никаких намёков на то, что, испытав на себе милость, он исполнился благодарностью, и он явно не стал милостивым. Напротив, этот раб стал гордым, дерзким и жестокосердным.

К сожалению, как христиане, мы иногда проявляем такое же высокомерие и бесчувственность. Хотя Бог по Своей благодати полностью и навсегда простил нам наши преступления, мы часто поступаем так, как будто мы прощены благодаря нашим собственным заслугам. Мы даже можем смотреть на братьев и сестёр во Христе с пренебрежением и чувством собственного превосходства.

Вместо того чтобы, подобно царю, проявить снисходительность, первый раб от одной мысли, что ему всё ещё не отдали долг, пришёл в ярость. Найдя своего должника, он, схватив его, душил, говоря: «Отдай мне, что должен». По словам некоторых древнеримских писателей, кредиторы иногда душили своих должников до тех пор, пока у тех не начинала течь из носа кровь.

Такое поведение кажется немыслимым, даже странным, и трудно поверить, что кто-то может поступать таким образом. Но именно это и хотел сказать Господь Петру и другим ученикам. Для христиан не стремиться прощать друг друга – так же немыслимо и странно.

Природный самообман плоти таков, что иногда гнев и месть берёт верх даже над жадностью, а упрямство затмевает эгоизм. Человек, которого сильно душили или избили, не говоря уже о заключении в тюрьму, теряет благоприятную возможность заработать деньги и отдать долг. Даже с чисто практической точки зрения такой способ выколачивания долгов глуп и непродуктивен, однако его настойчиво используют на протяжении истории человечества, вплоть до сегодняшнего дня.

Подчинённый умоляет своего кредитора, используя те же слова, которые использовал кредитор, обращаясь к царю: «Потерпи на мне, и всё отдам тебе» (ср. ст. 26). Это должно было встряхнуть память прощённого раба и подсказать ему верный ответ. Но знакомые слова не вызвали в нём никакого сочувствия, несмотря на то, что свой долг он не смог бы выплатить за всю свою жизнь, тогда как его товарищ мог выплатить свой долг за несколько месяцев.

Проявив жестокую бессердечность, прощённый раб не захотел ждать, а пошёл и посадил своего подчинённого в темницу, пока тот не отдаст долга. Даже само требование немедленно вернуть долг, несмотря на то что ему самому было прощено так много, являлось проявлением чрезвычайной бесчувственности; а избить и бросить в темницу должника за то, что он не вернул такой малой суммы, по словам одного толкователя, было с нравственной точки зрения чудовищно, не говоря уже о том, что это было глупо, потому что, находясь в темнице, этот человек не мог заработать денег и отдать свой долг. Такое нежелание простить в нравственном отношении не только немыслимо и странно, но и просто неразумно.

Однако, как ясно говорит Писание и свидетельствует практический опыт, иногда именно так и поступают друг с другом христиане. Данная притча – нелестная характеристика греховной плоти, которая всё ещё живёт в каждом верующем и которая приводит к большим конфликтам и причиняет много вреда Церкви от самого её рождения.

Церковь в Коринфе нельзя назвать типичной ранней церковью, но в ней наглядно проявились те крайности, к которым приводит греховная плоть тех, кто принадлежит Христу и обладает Его природой и Духом. Более богатые члены церкви не проявляли заботы и внимания к более бедным братьям, поедая свою снедь на вечере Господней и ничего не оставляя тем, у кого ничего не было, чем приводили их в смущение (1 Кор. 11:22). К тому же, имея между собой разногласия, они не решали их мирно, а подавали друг на друга жалобы в языческие суды (6:1).

Павел побуждает Тита напоминать вверенным ему верующим «никого не злословить, быть не сварливыми, но тихими, и оказывать всякую кротость ко всем людям». Затем он объясняет причину, почему Бог заповедал эти добродетели Своим детям:

Ибо и мы были некогда несмысленны, непокорны, заблудшие, были рабами похотей и различных удовольствий, жили в злобе и зависти, были гнусны, ненавидели друг друга. Когда же явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего Бога, Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, баней возрождения и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатью, мы по упованию стали наследниками вечной жизни (Тит. 3:2-7).

В притче Иисус подчёркивает ту же мысль, что и Павел в своих словах: кому Бог по Своей милости полностью и навсегда простил неизмеримые грехи, те должны поступать, как божественные дети и наследники, кем они стали, отражая любовь и сострадание своего Небесного Отца. Они должны быть «друг ко другу добры, сострадательны, [прощая] друг друга, как и Бог во Христе простил» их (Ефес. 4:32).

Павел говорит, что, несмотря на то, что у верующих всё ещё может проявляться их греховная, злая человеческая природа, они должны почитать «себя мёртвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем». И, продолжая, Апостол призывает верующих: «Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его» (Рим. 6:11-12).

Зная о том, какой огромный долг царь простил первому рабу, и видя, как он поступил с задолжавшим ему рабом, его товарищи вознегодовали, что этот человек, по сути, поставил себя выше царя, действуя так, как будто он имел право быть менее милостивым, чем его повелитель. Поэтому, увидев происшедшее, они очень огорчились и, придя, рассказали государю своему всё бывшее.

Христиане должны очень огорчаться, когда верующий собрат не прощает, поскольку ожесточённость его сердца не только погружает его ещё глубже в грех, но и вызывает разногласия и разделения в церкви, порочит её свидетельство миру и сильно огорчает Самого Господа.

Другие рабы рассказали царю эту ужасную историю, надеясь, что против непрощающего кредитора будут приняты соответствующие меры. Эта особенность притчи придаёт интересный оттенок ответственности, которая лежит на верующем. Верующий должен не только поэтапно применять наказание в отношении согрешающего брата, но и просить Самого Господа, чтобы Он наказал и очистил согрешающее дитя Божье, проявившее немилость.

Как и ожидалось, царь, услышав эту новость, пришёл в ярость и, призвав этого раба, говорит: «Злой раб! Весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня; не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя?»

Когда христианин позволяет оставшемуся в нём греху контролировать его отношения или поведение, он становится злым, потому что грех всегда остаётся грехом, независимо от того, совершён он верующим или неверующим. Грех непрощения в определённой степени даже более зол в верующем, потому что у верующего бесконечно больший повод и сила прощать, чем у человека, который никогда не испытывал Божью искупительную благодать в своей жизни. Как может человек, получивший Божью милость и прощение всех своих грехов, прощение неоплатного долга, не простить маленького проступка против себя?

Царь ожидал не того, что первый раб даст шанс своему подчинённому возместить долг, а того, что первый раб помилует товарища своего и полностью простит его долг, как царь помиловал первого раба и полностью простил его долг. Опять мы видим, как принцип, записанный в Ефес. 4:32, прямо соответствует этой ситуации.

И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Раньше мольба первого раба вызвала у царя сострадание, и он простил его. Теперь же отказ этого человека простить своего товарища разгневал царя.

Так как Бог свят и справедлив, Он всегда гневается на грех, в том числе на грех Своих детей. Павел проявил подобный праведный гнев по отношению к нераскаявшимся членам коринфской церкви, когда спросил у них, хотят ли они продолжать упорствовать в грехе, чтобы он пришёл к ним с жезлом (1 Кор. 4:21).

Всякий раз, когда христианин грешит, Бога охватывает святое негодование (ср. Пс. 6; Деян. 5:1-10). В наказание за свой грех раб, не желавший прощать, был отдан истязателям (а не палачам), пока не отдаст всего долга, то есть пока не изменит своего сердца и не простит своего обидчика, потому что именно этого желал от него царь. Лорд Герберт однажды сказал: «Тот, кто не может прощать других, разрушает мост, по которому должен пройти сам».

Некоторые толкователи утверждают, что первому рабу опять был вменён прощённый долг, и он обязан был отдать его сполна. Но такое толкование безнадёжно искажает притчу, делая либо спасение временным, либо прощение зависящим от последующего поведения человека. Ни одно из этих мнений не подходит. Более того, как было сказано, исходный долг невозможно было заплатить, а у этого человека по-прежнему не было денег. Поэтому нет никакого смысла в том, чтобы опять назначать ему долг с условием его полной уплаты. Гораздо лучше рассматривать требование вернуть долг просто как требование надлежащим образом исполнить свой долг верующего перед Господом. В данном случае это означало бы простить брату любую обиду.

Бог наказывает Своих детей не из ненависти, а из любви. «Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьёт же всякого сына, которого принимает» (Евр. 12:6). Он наказывает верующих не для того, чтобы прогнать их прочь, а для того, чтобы вернуть их к Себе и к Своей праведности. Он наказывает нас «для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его» (ст. 10). Каждый христианин время от времени подвергается наказанию от Господа, потому что каждый подчас заслуживает Его наказания. Поэтому естественно, что Божье «наказание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным через него доставляет мирный плод праведности» (ст. 11).

Когда верующие забывают о божественном прощении, дарованном Богом, и отказываются распространить прощение на собратьев-верующих, Господь отдаёт их истязателям (это слово может означать судебных следователей). Это также может быть стресс, нужда, тяжёлые обстоятельства или другие трудности, пока человек не исповедает грех и ему не будет даровано прощение. Как говорит Иаков, «суд без милости не оказавшему милости» (Иак. 2:13).

Ясно, что именно в этом суть данной притчи, которую провозгласил Иисус: «Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его». Непрощающий верующий (каждый из вас) может угодить Богу только тогда, когда простит любого, кто согрешает против него, а особенно своего брата во Христе.

Здесь Иисус не говорит о прощении, которое ведёт к спасению, якобы утверждая, что Бог спасает только тех, кто прощает других. Это была бы проповедь праведности по делам. Он говорит о людях, прощающих друг друга после того, как они испытали в своей жизни действие Его безвозмездной благодати. Спасённые, преображённые люди, которым дарована новая природа во Христе и в душах которых живёт Дух Святой, как правило, проявляют плоды изменённой жизни в готовности прощать других (см. Матф. 6:14-15). Но временами верующие будут впадать в грех непрощения, и данное наставление касается как раз таких случаев.

Как отмечалось ранее, если первый раб не олицетворяет христианина, человека, которому Бог простил его неизмеримый греховный долг, то наставление в контексте этой притчи совершенно теряет смысл. Иисус обращался к Двенадцати, которые были не только верующими, но и Апостолами. Все верующие, какое бы положение они ни занимали и какими бы ни были их достижения в церкви, обязаны прощать все обиды собратьям-верующим по той причине, что Бог уже простил им неисчислимый долг. От них ожидается, что они будут отражать Божье прощение, потому что они испытали Божье прощение на себе.

Верующие испытывают на себе два вида Божьего прощения. Первое прощение они обретают раз и навсегда. Когда человек доверяется Иисусу Христу как Спасителю и Господу, все его грехи – прошлые, настоящие и будущие – в судебном порядке полностью и навсегда прощаются. Но так как верующие всё ещё подвержены искушениям и слабостям плоти, они впадают в грех даже после того, как получили спасение. За эти грехи они ежедневно нуждаются в Божьем прощении и очищении не для того, чтобы сохранить спасение, а для того чтобы восстановить нарушенные грехом взаимоотношения с Господом. Иисус имел в виду именно эти два аспекта прощения, когда сказал: «Омытому нужно только ноги омыть, потому что чист весь; и вы чисты» (Иоан. 13:10).

Прощение верующими друг друга не имеет силы избавлять и очищать от греха, как Божье прощение избавило и очистило и продолжает очищать их грехи. Тем не менее они должны следовать этим двум видам прощения, которые они получили от Бога. В их сердце постоянно должен жить дух прощения, готовый простить ещё до того, как они узнают о совершённом против них грехе, – независимо от того, попросил человек прощения или нет. Это прощение должно быть постоянным и неизменным, оно должно отражать божественную любовь, которая, по словам Петра, «покрывает множество грехов» (1 Пет. 4:8). Когда обидчик раскаивается, ему с готовностью даруют относительное прощение, и нарушенные взаимоотношения полностью восстанавливаются.

Христиане должны отличаться способностью прощать, потому что они прощены как никто другой на земле. Когда христиане не прощают, они живут в противоречии со своей новой природой во Христе. Когда они отказываются простить собратьев-христиан, они отсекают себя от Божьего относительного прощения, очищающего их от грехов, которые они продолжают совершать. Они также лишаются внутреннего мира, силы и глубины духовной жизни, возможных лишь при близком общении с Господом. Когда у верующего наступает время духовной пустоты и равнодушия, причиной такого состояния часто бывает непрощающее сердце, позволившее плоти взять верх.

Один неизвестный древний святой писал:

Конечно, месть часто кажется для людей сладостной; но она – лишь подслащённый яд, подслащённая жёлчь, а остающийся после неё привкус горек, как ад. Лишь прощающая, терпеливая любовь сладка и блаженна; она наслаждается миром и осознанием Божьего расположения. Прощая, она удаляет и уничтожает обиду. Она обращается с обидчиком, как будто тот никого не обижал, и поэтому не чувствует больше печали и боли, которую он причинил. Прощение – это щит, от которого все огненные стрелы лукавого отскакивают, не причиняя вреда. Прощение приносит небеса на землю, и небесный мир – в греховное сердце. Прощение – это образ Бога, образ прощающего Отца, и распространение Христова Царства в мире.

«Блаженны милостивые, – сказал Иисус, – ибо они помилованы будут» (Матф. 5:7). Если мы хотим милости и очищения от Господа за наши постоянные прегрешения против Него, мы должны быть готовы от сердца проявить милость к собратьям-христианам даже за повторяющиеся проступки против нас. Тогда мы можем молиться с уверенностью: «Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим» (Матф. 6:12).

Истинное прощение, которое исходит от сердца, – это прощение, полное доверия; прощение, которое воспринимает согрешающего брата таким, каким он был до согрешения. Если мы по-настоящему прощаем человека, мы доверяем ему так же, как доверяли раньше. Мы не держим обиду на него, думая, что он скорее всего согрешит опять.

Хотя грех против Бога, церкви и собрата во Христе может причинить продолжительную боль и страдание, а иногда даже полную потерю бережно хранимых дружеских отношений, путь к восстановлению может быть вымощен щедростью и доверием. Например, когда вы доверяете прощённому человеку что-то такое, что для вас дорого и важно, это, пожалуй, самое верное свидетельство того, что прощение было действительно от сердца. Если грех состоял в воровстве, согрешившему можно доверить что-то драгоценное. Если грех состоял в клевете, ему снова можно доверить свою репутацию, и он может опять стать любимым другом, которому полностью доверяют.

Простить – это не обязательно забыть. Хотя истинно прощающий человек не будет всё время таить обиду, иногда появляются напоминания, которые мы не можем контролировать. Прощение также не включает в себя извинение греха. Грех всегда является грехом, и истинная любовь и милость никогда не пытаются представить грех в ином свете. Но прощение уничтожает горечь, гнев и чувство обиды, которые не только не удаляют грех, но наоборот увеличивают его.

Своими силами верующий не может простить от сердца. Подлинное прощение не естественно, оно носит сверхъестественный характер и возможно лишь тогда, когда живущий в верующем Святой Дух даёт на это силы. Только когда мы «поступаем по Духу», мы можем не «исполнять вожделений плоти», которая, среди всего прочего, скорее затаит обиду, нежели простит. «Ибо плоть желает противного духу, а дух – противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы» (Гал. 5:16-17).

Известный толкователь Уильям Арнот рассказал следующую историю, чтобы показать, как верующие получают способность подчиниться заповеди простить друг друга. Однажды в Бирме один путешественник, перейдя вброд реку, обнаружил на своём теле множество маленьких пиявок, энергично сосущих его кровь. Его первым порывом было стряхнуть их, но провожатый предостерёг его от этого, объяснив, что если хотя бы небольшая часть пиявок останется в теле, это вызовет серьёзную инфекцию. Туземец приготовил для путешественника тёплую ванну и добавил в воду специальные травы, которые раздражали, но не убивали пиявок. И пиявки одна за другой сами отпали. «Каждая непрощённая обида, терзающая сердце, как пиявка, сосущая кровь, – объясняет Арнот. – Простое человеческое стремление избавиться от неё не удалит это зло. Вы должны всем своим существом погрузиться в Божью прощающую милость, и эти ядовитые существа тотчас отпустят вас».

Если кто-то совершает против вас что-либо такое, что, казалось бы, невозможно простить, полезно обратиться к Богу с такой молитвой: «О, Боже, дай мне прощающее сердце, чтобы я мог иметь полноценное общение с Тобой в радости, а не испытывал наказание, которое приходит, когда Ты не прощаешь меня, потому что я не прощаю брата или сестру во Христе. Помоги мне помнить, что я не меньше согрешил против Тебя, чем каждый из тех, кто согрешил против меня. Но Ты всегда прощал меня. Ни один из моих грехов не стал причиной потери мной вечной жизни, поэтому греховные поступки, направленные против меня, не должны стать причиной потери моей любви и милости к согрешающим».


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →