Комментарии МакДональда на 1-е послание Коринфянам 9 глава

9,1 Как мы знаем, среди коринфян были и такие, кто сомневался в авторитете Павла. Они говорили, что он не входил в число Двенадцати, а следовательно, не настоящий апостол. Павел заявляет, что он свободен от человеческого влияния, как истинный апостол Господа Иисуса. Он основывает это утверждение на двух фактах. Во-первых, он видел Иисуса Христа, Господа нашего, воскресшим. Это случилось на пути в Дамаск. Он также указывает на самих коринфян как на доказательство его апостольства, спрашивая их: "Не мое ли дело вы в Господе?" Если они сомневаются в его апостольстве, им следует проверить себя. Спасены ли они? Конечно, они скажут, что да. Хорошо, а кто привел их ко Христу? Апостол Павел! Поэтому они сами – доказательство того факта, что он – истинный апостол Господа.

9,2 Другие могут не признавать его апостолом, но коринфяне, безусловно, должны. Они – печать его апостольства в Господе.

9,3 Стих 3, вероятно, относится к предыдущей, а не к последующей части главы. Павел говорит здесь, что только что сказанное им – это защищение против осуждающих его или против тех, кто сомневался в его апостольском авторитете.

9,4 В стихах 4-14 Павел говорит о своем апостольском праве на финансовую поддержку. Как посланник Господа Иисуса, Павел имел право на материальное вознаграждение со стороны верующих. Однако он не всегда настаивал на этом праве. Он часто работал своими руками, делая палатки, для того чтобы иметь возможность свободно проповедовать людям Евангелие. Несомненно, его критики воспользовались этим, предполагая, что он не принимал содержания, поскольку не является настоящим апостолом.

Он начинает данную тему с вопроса: "Или мы не имеем власти есть и пить?"- то есть чтобы нам не приходилось на это зарабатывать? Разве нет у нас права на содержание от Церкви?

9,5 Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие апостолы, и братья Господни, и Кифа? Возможно, некоторые из критикующих Павла считали, что он не женился, зная, что Церковь никогда не возьмет его с женой на свое содержание. Петр и другие апостолы были женаты, как и братья Господни. Здесь апостол утверждает, что имеет точно такое же право жениться и пользоваться материальной поддержкой христиан как для себя, так и для своей жены. Выражение "иметь спутницей сестру жену" (то есть верующую жену) относится не только к праву жениться, но и к праву обоим жить на церковном содержании. Братья Господни – это, по-видимому, Его единокровные или двоюродные братья. Один этот текст не решает данной проблемы, хотя в других местах Писания говорится, что у Марии были другие дети после Иисуса, ее Первенца (Лк. 2,7; см. Мф. 1,25; 12,46; 13,55; Мк. 6,3; Ин. 2,12; Гал. 1,19).

9,6 Видимо, Варнава, как и Павел, проповедовал Евангелие и работал, чтобы обеспечить себя. Павел спрашивает: неужели они не имеют власти не работать, чтобы о них заботились дети Божьи?

9,7 Вначале апостол подкрепляет свое притязание на содержание, ссылаясь на других апостолов. Теперь он приводит аргументы из сферы человеческой деятельности. Солдат не служит в армии на своем содержании. От человека, насадившего виноград, не ожидают, что он не будет надеяться на вознаграждение от плодов его. Наконец, от пастуха не требуют пасти стадо без права пить молоко. Христианское служение сродни войне, земледелию и пастушеской жизни. Оно состоит из борьбы с врагом, заботы о Божьих плодовых деревьях и служения пастухом среди Его овец. Если в этих земных занятиях признается право на оплату, то насколько больше оно должно быть в служении Господу!

9,8 Затем Павел обращается к ВЗ, откуда черпает дальнейшие доказательства своего статуса. Должен ли он использовать для аргументации мирские занятия – войну, земледелие и пастушество? Не то же ли самое говорит Писание?

9,9 Во Второзаконии (25,4) ясно сказано, что не следует надевать намордник на вола молотящего. То есть животному, работающему на жатве, следует позволить съесть какую-то часть урожая. О волах ли печется Бог? Бог печется о волах, но вряд ли Он вписал эти слова в ВЗ ради несмысленных животных. Здесь содержится духовный принцип, который нам нужно применять в своей жизни и служении.

9,10 Или, конечно, для нас говорится? Ответ будет "да", именно о нашем благополучии Он думал, когда писал эти слова. Когда человек пашет, он должен пахать с ожиданием какого-то вознаграждения. Подобным же образом, когда человек молотит, он вправе ожидать, что получит какую-то часть урожая в награду. Христианское служение напоминает пахоту и молотьбу, и Бог указал, что несущие это служение не должны совершать его за свой счет.

9,11 Павел говорит, что в христианах Коринфа он посеял духовное. Другими словами, он пришел в Коринф, проповедуя Евангелие и уча коринфян драгоценным духовным истинам. Разве будет слишком много, если они, в свою очередь, отплатят ему какой-то частью из денег или другого телесного, то есть материального. Его аргумент здесь таков: "Плата проповеднику по своей ценности значительно уступает тому, что дал он. Материальные блага малостоящие по сравнению с благами духовными".

9,12 Павел знал, что церковь в Коринфе содержала других проповедников и учителей. Верующие признавали свои обязательства по отношению к ним, но не к апостолу Павлу, а потому он спрашивает: "Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы?" Если коринфяне признали права других на содержание, почему они не хотят признавать, что он, их отец по вере, тоже имеет это право? Несомненно, некоторые из получавших содержание были учителями иудаистского толка. Павел прибавляет, что хотя у него была такая власть, или такое право, он не воспользовался этим у коринфян, а все переносил, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову. Вместо того чтобы настаивать на своем праве получать от них содержание, он переносил все тяготы и лишения, чтобы не помешать благовествованию.

9,13 Затем Павел приводит в пример служителей иудейского храма, которые также находятся на содержании.

Те, кто исполнял официальные обязанности, связанные с храмовым служением, содержались за счет получаемого храмом дохода. В этом смысле они питались от храма. И сами священники, служащие жертвеннику, получали определенную часть – долю от жертвенника. Другими словами, и левитам, у которых были повседневные обязанности в храме, и священникам, которым доверялись более священные задачи, одинаково воздавали за их служение.

9,14 Наконец, Павел приводит ясное повеление Самого Господа. Он повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования. Одно это уже является окончательным доказательством права Павла на получение содержания от коринфян. Но тогда возникает вопрос: почему он не настаивал на этом? Ответ дан в стихах 15-18.

9,15 Он объясняет, что не пользовался ничем таковым, то есть не настаивал на своих правах. И написал он это сейчас не для того, чтобы они выслали ему деньги. Он скорее готов умереть, нежели чтобы кто уничтожил его похвалу.

9,16 Павел говорит, что не может хвалиться тем, что проповедует Евангелие. Эта необходимая обязанность возложена на него Богом. Не он выбрал для себя этот род деятельности. Ему передали задание, и он был бы самым жалким из людей, если бы не стал выполнять Божественное поручение. Это не означает, что апостол не хотел проповедовать Евангелие; в данном случае решение проповедовать было принято не им самим, а Господом.

9,17 Поскольку апостол Павел проповедовал Евангелие добровольно, он должен был иметь награду за это служение, то есть право на содержание. И в Ветхом, и в Новом Заветах ясно говорится, что служащие Богу могут получать материальную поддержку от Божьего народа. Здесь Павел не имеет в виду, что он не по доброй воле служит Господу; он просто утверждает, что в его апостольстве было Божественное побуждение. Он подчеркивает это в последней части стиха. Если же он проповедовал не добровольно, то есть потому, что изнутри его сжигал огонь и он не мог уклониться от проповеди, то ему было вверено служение. Он был человеком, действующим по приказу, а потому не мог этим хвалиться. Все признают стих 17 сложным, и все же значение его, кажется, таково: Павел не использует свое право жить на содержании коринфян потому, что он не сам выбрал себе это служение. К этому его привела рука Божья. Лжеучителя в Коринфе могли претендовать на материальную поддержку святых, но апостол Павел будет искать свою награду в другом месте.

В переводе Нокса этот стих звучит так: "Я могу предъявлять права на вознаграждение за то, что делаю по собственному выбору; но когда я действую по принуждению, я всего лишь исполняю поручение".

Райри комментирует:

"Павел не мог уклониться от своей обязанности проповедовать Евангелие, потому что это служение (обязанность) было ему вверено, и он подчинялся приказу проповедовать, хотя ему и не платили (ср. Лк. 17,10)". (Charles C. Ryrie, The Ryrie Study Bible, New King James Version, p. 1771.)

9,18 Если он не мог хвалиться тем, что проповедует Евангелие, то чем тогда хвалиться? Тем, что было его собственным выбором, а именно: он благовествовал о Христе безмездно. Он сам принял решение сделать это. Он будет проповедовать Евангелие коринфянам, в то же время зарабатывая на жизнь самостоятельно, чтобы не пользоваться своим правом на содержание в благовествовании.

Подытоживая изложенные здесь аргументы апостола, отметим, что он проводит границу между обязательным и необязательным. В его проповеди Евангелия нет и доли нежелания. Он делал это с радостью. Но в то же время эта великая обязанность на него была возложена. Поэтому он не мог хвалиться исполнением этой обязанности. Проповедуя Евангелие, он мог настаивать на своем праве получать содержание, но он не сделал этого; он решил благовествовать коринфянам безмездно.

А поскольку это было его собственным волеизъявлением, он мог гордиться этим. Как мы предположили, критикующие Павла утверждали, что он делает палатки потому, что не считает себя истинным апостолом. Здесь Павел говорит о том, что сам зарабатывает себе на жизнь, и этим доказывает, что его апостольство, тем не менее, действительно; по сути же оно отличается величием и благородством.

В стихах 19-22 Павел приводит себя в пример отказа от законных прав ради благовествования. Изучая этот раздел, важно помнить: Павел не имеет здесь в виду, что он когда-либо жертвовал важными принципами Писания. Он не верил, что цель оправдывает средства. В этих стихах он говорит о том, что не имеет нравственной значимости. Он приспосабливался к обычаям и привычкам людей, с которыми работал, чтобы иметь возможность найти уши, готовые слушать Благую Весть. Но он никогда не допускал ничего такого, что заставило бы его пойти на компромисс с евангельской истиной.

9,19 С одной стороны, он был свободен от всех. Никто не мог его принудить, никто не обладал властью над ним. И все же он поработил себя всем людям, чтобы больше приобрести. Если он мог пойти на уступки, не жертвуя Божественной истиной, он делал это, чтобы привести души ко Христу.

9,20 Для иудеев он был как иудей, чтобы приобрести иудеев. Это не может означать, что он вновь подчинил себя закону Моисееву ради спасения иудеев. Истинный смысл этого стиха проявляется в тех действиях, которые предпринял Павел в связи с обрезанием Тимофея и Тита. В случае с Титом нашлись люди, которые настаивали, что без обрезания он не может спастись. Осознавая, что они выступают против Евангелия благодати Божьей, Павел был категорически против обрезания Тита (Гал. 2,3). Но в случае с Тимофеем такие вопросы, кажется, не возникали.

Поэтому апостол охотно признал, что Тимофею следует подвергнуться обрезанию, если это поможет шире распространить Евангелие (Деян. 16,3).

Для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобресть подзаконных. (В некоторых греческих манускриптах здесь добавлено объяснение: "хотя сам я не подчиняюсь закону".) Подзаконные – это иудеи. Но в первой части стиха Павел уже говорил о том, что имел дело с иудеями. Почему же он тогда повторяется? Зачастую это объясняют тем, что когда он говорит об иудеях в первой части стиха, он подразумевает их национальные обычаи, тогда как здесь он касается их религиозной жизни.

Здесь необходимо краткое пояснение. Как иудей, Павел был рожден под законом. Он старался добиться Божьего благоволения, исполняя закон, но обнаружил, что был неспособен его исполнить. Закон лишь показал ему, какой он безнадежный грешник, и полностью осудил его. Постепенно он понял, что закон – не путь спасения, а метод, посредством которого Бог показывает человеку его греховность и нужду в Спасителе. Затем Павел доверился Господу Иисусу Христу и, сделав это, освободился от осуждающего гласа закона. Наказание за нарушенный им закон претерпел Господь Иисус на кресте Голгофы.

После обращения апостол понял, что закон – это не путь спасения и не правила, согласно которым должны жить спасенные. Верующий живет не под законом, а под благодатью. Это не значит, что он может идти и делать все, что хочет. Здесь, скорее, имеется в виду, что истинный смысл благодати Божьей сохранит его даже от желания делать противозаконное. В христианине обитает Дух Божий, поднимающий его на новый уровень поведения. Теперь он хочет свято жить не из страха наказания за нарушение закона, а из любви к Христу, Который умер за него и воскрес. Под законом действия человека мотивировались страхом, а под благодатью им движет любовь. Любовь – мотив гораздо более высокий, чем страх. Люди сделают по любви то, чего никогда не сделают из страха.

Арнот говорит:

"Бог держит души в послушании тем же методом, каким Он держит планеты на их орбитах, – отпуская на свободу. Не видно никакой цепи, на которую были бы посажены эти сияющие миры, чтобы не разлетались от центра. Их крепко держит невидимый принцип. И именно такая невидимая связь любви – любви к Господу, Который искупил их, – удерживает искупленных людей, чтобы они жили трезво, праведно и благочестиво". (William Arnot, The Church in the House, pp. 467, 468.)

Помня об этом, давайте вернемся к последней части стиха 20. Для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобресть подзаконных. Когда Павел находился среди иудеев, он вел себя как иудей там, где это не имело нравственного значения. Например, он ел то же, что иудеи, и воздерживался от свинины, есть которую им было запрещено.

Наверное, Павел воздерживался и от работы в день субботний, осознавая, что, поступая так, может привлечь больше людей, готовых слушать Евангелие.

Апостол Павел был рожден свыше в Господе Иисусе, и закон, как правило жизни, уже не тяготел над ним. Он лишь приспосабливался к обычаям, привычкам и предрассудкам людей для того, чтобы привести их к Господу.

9,21 Райри пишет:

"Здесь Павел проявляет не двуличие, а постоянную строгую самодисциплину для того, чтобы служить самым разным людям. Как поток, направленный по узкому руслу, сильнее, чем бескрайнее топкое болото, так и ограниченная свобода делает свидетельство о Христе убедительнее". (Charles C. Ryrie, The Grace of God, p. 83.)

Для чуждых закона Павел вел себя как чуждый закона (хотя сам он не был чужд закона перед Богом, но подзаконен Христу). Чуждые закона – это не бунтари или разбойники, не признающие никаких законов, а общее определение язычников. Закон как таковой был дан народу иудейскому, а не язычникам. Таким образом, когда Павел находился среди язычников, он вел себя соответственно их привычкам и чувствам, насколько это было возможно, оставаясь при этом верным Спасителю. Апостол объяснил, что даже поступая, как чуждые закона, он, тем не менее, был не чужд закона перед Богом. Он не считал себя свободным делать что угодно, а был подзаконен Христу. Другими словами, он должен был любить и почитать Господа Иисуса, служить и угождать Ему, но теперь не по закону Моисееву, а по закону любви. Он был подзаконен Христу. В английском языке есть пословица: "Когда ты в Риме, делай, как римляне". Павел говорит здесь, что когда он был с язычниками, он приспосабливался к их образу жизни настолько, насколько мог делать это, продолжая оставаться верным Христу. Но мы должны помнить, что речь здесь идет о культурных различиях, а не о доктринах или морали.

9,22 В стихе 22 говорится о немощных, или чрезмерно щепетильных. Такие люди слишком чувствительны в вопросах, не имеющих фундаментального значения. Для немощных Павел был как немощный, чтобы приобресть их. (В некоторых греческих манускриптах опущено слово "как" ("как немощный"), но оно, кажется, довольно важно в доводах Павла: он не сделался действительно немощным.) Если надо, он мог быть вегетарианцем, чтобы не оскорбить их употреблением в пищу мяса. Короче говоря, Павел для всех сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых. Этими стихами никогда нельзя оправдывать принесение в жертву принципов Писания.

Они лишь выражают готовность приспособиться к обычаям и привычкам людей ради того, чтобы они услышали Благую весть спасения. Когда Павел говорит: "чтобы спасти по крайней мере некоторых", он ни на мгновение не допускает мысли, что сам может спасти другого человека, поскольку понимает, что единственный, кто может спасти, – это Господь Иисус. В то же время замечательно заметить, что благовестники Христовы настолько отождествляются с Ним, что Он даже позволяет им описывать выполняемую ими работу словом "спасти". Насколько это возвышает, облагораживает и возвеличивает служение благовестия!

Стихи 23-27 говорят об опасности лишиться своей награды из-за недостатка самодисциплины. Для Павла отказ от содержания за счет коринфян был формой суровой дисциплины.

9,23 Сие же делаю для Евангелия, чтобы быть соучастником его. В предыдущих стихах Павел описывал, как он подчинил свои права и желания делу Господа. Почему он сделал это? Он сделал это для Евангелия, для того чтобы иметь право разделить торжество Евангелия в грядущий день.

9,24 Когда Павел писал слова стиха 24, он, несомненно, вспоминал об Истмийских играх, которые проводились недалеко от Коринфа. Коринфские верующие были хорошо знакомы с этими атлетическими состязаниями.

Павел напоминает им, что, хотя многие на ристалище бегут, не все получают награду. Христианская жизнь подобна состязанию. Она требует самодисциплины. Она требует напряженных усилий. Она требует ясности цели. Однако стих не предполагает, что в христианском состязании только один получит награду. Он учит тому, что все мы должны прийти к финишу как победители.

Мы все должны научиться той самоотверженности, которой обладал сам апостол Павел. Здесь, конечно, приз – не спасение, а награда за верную службу.

Нигде не говорится, что спасение – результат нашей верности в этом состязании. Спасение – это дар Божий по вере в Господа Иисуса Христа.

9,25 Теперь Павел переходит от состязания в беге к состязанию в борьбе. Он напоминает читателям, что все подвижники, или участники спортивных состязаний, контролируют себя во всем. Борец однажды спросил тренера: "Неужто нельзя пить, курить и развлекаться и все равно заниматься борьбой?"

Тренер ответил: "Можно, но победить нельзя!" Павел, думая об участниках соревнований, видит победителя, выступающего вперед, чтобы получить свою награду. Какова же она? Это венец тленный – гирлянда из цветов или венок из листьев, которые скоро увянут. Но Павел приводит в сравнение венец нетленный, которым наградят тех, кто верно служил Христу.

За венец этот жизни и славы
Мы благодарны Тебе.
Кто станет пренебрегать Неземным венком –
Наградой в смертельной борьбе,
Вечной и нерушимой,
Как престол, как Царство Бога
И Его воплощенного Сына!

(Гораций Бонар)

9,26 Видя впереди этот нетленный венец, Павел утверждает, что бежит не так, как на неверное, и бьется не так, чтобы только бить воздух. Его служение не было ни бесполезным, ни бесплодным. Перед собой он видел четко определенную цель и намеревался каждым своим поступком приближаться к ее достижению. Нельзя впустую тратить время и энергию. Апостол не хотел бить мимо цели.

9,27 Вместо этого он дисциплинировал свое тело и порабощал его, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным, не быть отвергнутым. В христианской жизни необходим самоконтроль, умеренность, самодисциплина. Мы должны учиться владеть собой. Апостол Павел осознавал ужасную возможность остаться недостойным, после того как сам проповедовал другим. О смысле этого стиха спорили много. Некоторые усматривают в нем учение о том, что человек может получить спасение, а затем утратить его.

Это, конечно, противоречит общему учению НЗ о том, что ни одна Христова овца не погибнет. Другие говорят, что слово, переведенное как "недостойный", – очень веское слово, которое относится к вечному проклятию. (Большие проблемы вызывает то, как переведено слово adokimos ("недостойный" в Синодальном переводе). Слово это означает просто "неодобренный". Как спортивный термин, оно хорошо переводится современным словом "дисквалифицированный".)

Однако они истолковывают этот стих так: Павел не учит здесь, что уже спасенный человек может оказаться недостойным; он просто говорит, что тот, кто не смог дисциплинировать себя, никогда и не был спасен. Думая о лжеучителях, которые извиняли любую страсть и наклонность, Павел выдвигает общий принцип: если человек не держит свое тело в повиновении, это доказывает, что на самом деле он не был возрожден, и хотя он, может быть, проповедует другим, сам будет оставлен как недостойный.

Третье объяснение таково: Павел говорит здесь не о спасении, а о служении. Он предполагает возможность не лишиться спасения, а не выдержать проверки своего служения, быть отвергнутым и не получить награды. Это толкование соответствует значению слова "недостойный" и контексту атлетического состязания. Павел осознает ужасную возможность того, что, проповедуя другим, сам может оказаться отстраненным и более не пригодным для Господа.

В любом случае этот отрывок чрезвычайно серьезен и должен заставить каждого, кто хочет служить Господу Христу, заглянуть в глубины своего ердца. Каждый должен сделать для себя выбор, чтобы, по милости Божьей, никогда не пришлось узнать значение этого слова на опыте.

Размышляя о необходимости самоконтроля, Павел возвращается к истории израильтян. В главе 10 он вспомиает, как израильтяне начали потакать своим желаниям, беспечно относиться к обузданию своего тела, а потому стали недостойными и утратили Божье благоволение.

Прежде всего он говорит о привилегиях Израиля (ст. 1-4), затем о наказании Израиля (ст. 5) и, наконец, о причинах падения Израиля (ст. 6-10). После всего он объясняет, как это относится к нам (ст. 11-13).


← предыдущая   •   все главы   •   следующая →