2 Коринфянам 2 глава

Второе послание к Коринфянам апостола Павла
Перевод Десницкого → Библия говорит сегодня

Перевод Десницкого

1 Так сам я решил: лучше мне не приходить теперь, чтобы не огорчать вас.
2 А если я вас огорчу, кто же обрадует меня? Только тот, кого я огорчил!
3 Об этом я вам тогда и писал*, чтобы мой приход не заставил меня из-за вас огорчиться, а ведь вы должны бы меня порадовать. На вас я полагаюсь: моя радость – она и для всех вас радость.
4 Я писал тогда с великой горечью и сжатым сердцем, обливаясь слезами, но не чтобы вас огорчить, а чтобы поведать вам, как огромна моя любовь к вам.
5 Впрочем, один человек действительно причинил огорчение, но не мне, а в некоторой мере всем вам – я не преувеличиваю.
6 Довольно с него того наказания, которому большинство из вас его подвергло.
7 Лучше его теперь простить и утешить, чтобы чрезмерная печаль его не погубила,
8 так что я призываю вас проявить к нему любовь.
9 Для того-то я вам и написал*, чтобы на деле убедиться: во всем ли вы будете послушны.
10 Кого вы простите, того прощаю и я. И я ради вас от имени Христа простил того, кого было, за что прощать,
11 чтобы сатана нас не перехитрил, ведь нам небезызвестны его умыслы.
12 Когда я принес в Троаду* Евангелие Христово и Господь распахнул для меня двери,
13 дух мой все же не знал покоя, потому что не нашел там брата моего Тита*, так что я простился с ними и отправился в Македонию.
14 Благодарение Богу: Он всегда проводит нас в триумфальном шествии Христа-победителя, и повсюду через нас Он распространяет, словно аромат благовоний, знание о Себе*.
15 Мы – Христово благовоние в жертву Богу и среди тех, кто получает спасение, и среди тех, кто погибает.
16 Для одних этот запах смертелен и ведет к смерти, для других живителен и дает жизнь. И как же нам оказаться пригодными для такого служения?
17 Мы, в отличие от многих, не приторговываем Словом Божьим, а говорим искренне, от Бога, пред Богом, во Христе.

Библия говорит сегодня

2. Послание (2:3-4)

Упоминаемое им послание было написано из Эфеса, но, к сожалению, оно не сохранилось. Послание было доставлено Титом, который затем принес от коринфян ответ находящемуся в Македонии Павлу. Павел упомянет это послание и в 7:8-13, что дальше также будет прокомментировано.

Следует отметить, что Павел написал его, зная, что большинство согласилось с ним (2:3), но было не готово предпринять какие–либо действия в отношении нарушителя порядка. Он написал не для того, чтобы коренным образом изменить их отношение к последнему или точку зрения на данный вопрос. Будучи уверенным в их лояльности, он написал, чтобы попытаться добиться единства в действиях против оскорбителя (7:12). Их нежелание выступить против нарушителя было препятствием в восстановлении отношений с апостолом.

Как раз этого восстановления и желает Павел. Изменение их поведения по отношению к оскорбителю было просто средством, чтобы добиться этой цели (2:9; 7:12). Все, чего хочет Павел, – чтобы его радость была радостью для всех их (ст. 3), и это может произойти, только если у него с ними будет единый взгляд на эту проблему. Поэтому Павел настойчиво стремится добиться духовного единства с коринфянами, условием которого был общий настрой в отношении нарушителя, выраженный с их стороны соответствующим действием.

Утерянное послание Павла было явно глубоко личным. Характер происшедшего события привел к великой скорби и стесненному сердцу. Он пишет со многими слезами, чтобы выразить любовь, которую он в избытке имеет к ним и не огорчить их (ст. 4). Апостол разрывался между благим желанием не причинить им боль и решимостью не снижать уровень благочестивости в их общине.

Здесь, опять–таки, много поучительного относительно качеств духовного лидера, которые так необходимы на всех уровнях церковной жизни. Если посмотреть на весь отрывок в целом (1:23-2:4), можно увидеть, что Павел не властвует и не возвышается над коринфянами; он «споспешествует» им (1:24). Он любит их и говорит им об этом (2:46). Хотя они и не ведут себя так, как следует, он не осуждает их; он плачет вместе с ними (2:4 а). Он нуждается в их служении по отношению к нему и говорит им об этом (2:2,За). Он не удерживается оттого, чтобы не увещевать их (2:3). Он раскрывает им смысл своих побуждений (1:23). Наша церковная жизнь стала бы намного богаче, если бы в наших отношениях друг с другом, соблюдались принципы духовного руководства.

3. Простить человека (2:5-11)

Каковой бы не была эта проблема, она стала причиной духовных страданий для всей коринфской общины и, несомненно, для Павла, хотя он может это отрицать (ст. 5). И причиной всех этих страданий был один человек! Каков же апостольский способ обращения с непокладистыми или явно безнравственными людьми? Часто ответственность падает на несчастного пастора, так что конфликт превращается в двустороннюю борьбу между им и нарушителем. Здесь, однако, большинство донесло до этого человека решение Павла о разрыве братских отношений с ним (1Кор 5:11). Павел называет это наказанием (ст. 6). Его политика принесла плоды: его послание заставило всю коринфскую церковь решать эту проблему. Паства явно осознала, что оскорбитель обидел не только Павла, но и всю церковь, ибо такова ее коллективная природа (ст. 5; см.: 1Кор 12:26). «Печальное» послание достигло того, чего не достиг «трудный» визит – ясного общего ответа коринфян (7:11).

Этим отрывком наглядно демонстрируется коллективная природа христианства. Слова Павла адресуются не только отдельным людям, но и всей церкви, члены которой служат друг другу своими дарами (1Кор 12:7-11). Живые и открытые отношения являют собой наилучший фон для того, чтобы Слово Божье воздействовало на нас. Вот почему местная община пользуется таким уважением и именуется «церковью Божиею» (1:1).

Поэтому он призывает их восстановить в правах этого кающегося сейчас человека. Они должны простить его и утешить (ст. 7) и показать, что любят его (ст. 8). Более того, они в состоянии убедить его, что Павел, несмотря на все его чувства, тоже может простить его от лица Христова (ст. 10). Это необычное выражение может означать, что мы можем прощать только через личные отношения с Христом. Сейчас, когда проблема решена, важно, чтобы этому человеку вернули право общения с остальными. Апостол простил человека, как он сам утверждает, ради их самих (ст. 10), чтобы не сделал им ущерба сатана (ст. 11). В отсутствие любви и прощения, сатана, всегда ищущий возможность разрушить церкви, быстро приносит горечь и разделение. Сейчас, когда этот человек отказался от греховного пути, важно, чтобы нарушитель порядка и те, кто его поддерживал, примирились с основной частью этой общины.

4. Павел в Троаде (2:12-13)

1) Запланированное свидание в Троаде

Павел договорился встретиться с Титом в Троаде, чтобы услышать, как отреагировали коринфяне на его послание. Поскольку он говорит о прибытии в Троаду для благовествования о Христе (ст. 12), вероятно, он для этой цели заранее планировал прийти туда. Вынужденный уход из Эфеса дал ему возможность это сделать. Таким образом, Троада была тем местом, куда Тит должен был принести Павлу ответ коринфян. (Договор был такой, что, если Тит не сможет прийти до прекращения морского судоходства на зиму, они встретятся в Македонии.)

Троада, хотя и редко упоминаемая в древних памятниках, представлена в Новом Завете как транзитный город на пути между Северной Грецией и Малой Азией (Деян 16:8,11; 20:5,6; 2Тим 4:13), что также подтверждается современной наукой[. J. Hemer, 'Alexandrian Troas', Tyndale Bulletin 26(1975), pp. 79–112.]. Предыдущий визит Павла в Троаду был примечателен по двум причинам. Согласно Деяниям, именно в Троаде Лука впервые присоединился к Павлу, на что указывает перемена местоимения «они» на «мы» (Деян 16:11). Также в Троаде «муж Македонянин» явился Павлу в видении и умолял его: «Приди в Македонию и помоги нам» (Деян 16:8,9). Из Троады Павел и его спутники отправились в Македонию, а оттуда – в Ахаию и ее столицу – Коринф. Когда Павел пишет, что простился с ними (ст. 13), становится понятно, что в Троаде было, по крайней мере, уже несколько христиан.

2) Отверстая дверь и беспокойный дух

«Отверстая дверь» по счастью совпала с его намерением прийти в Троаду (буквально) для благовествования о Христе (ст. 12). Бог открыл дверь для деятельности в Троаде. Другие места Нового Завета также говорят о том, что Бог открывает двери для христианского служения (Деян 14:27; Кол 4:3).

Павел, однако, был так озабочен проблемой коринфян и их положительным отношением к его посланию, что не имел покоя духу своему (ст. 13). По его словам, причина беспокойства заключалась в том, что он не нашел там брата своего Тита. Тем не менее мы понимаем, что главным источником беспокойства были коринфяне. Это еще один пример того, как Павел не скрывает от коринфян своих чувств (ср.: 1:8; 2:4). Вполне вероятно, Павел намеренно посвящает читателей в свое внутреннее состояние, чтобы те понимали, что немощь его действительная, а не напускная, как самонадеянность, изображаемая его оппонентами. Он желает, чтобы люди воспринимали его таким, каков он есть (12:66), и понимали: если у него и есть какое–то превосходство, то его нужно приписать не ему, а Богу (4:7; 12:9,10). Это относится и к современным пасторам, и церковным лидерам, которые испытывают соблазн заняться созданием имиджа, как делают специалисты по рекламе и политические деятели, заботящиеся о том, как их представляют средства массовой информации.

Честность (4:2) и правда, даже если нам открывается немощь, являются для Павла принципиальными моментами его благовествования.

Усердная проповедь Евангелия привела его в Троаду, но глубокое беспокойство о коринфянах помешало ему сейчас там остаться, несмотря на возможность проповедовать. Важно отметить, что Павел снова посетил Троаду год спустя, покидая этот регион уже насовсем. В этот раз он находился там семь дней (Деян 20:6). Возможно, Бог держал дверь все еще открытой?

3) Брат мой Тит

Павел считал «братьями» всех верующих, однако у некоторых из них были особые отношения с ним. Например, о Епафрасе, который проповедовал у колоссян, говорится как о «возлюбленном сотруднике нашем» (Кол 1:7). Тит, который, по всей видимости, был обращен Павлом, имел близкие отношения с апостолом. Павел назовет его «моим товарищем и сотрудником» в делах, которые они совершали у коринфян (8:23). Как и Павлу, Титу Богом было дано расположение и любовь к коринфянам (8:16; 7:15).

В этом послании Павел открывает нам, сколь угнетен он был в Эфесе (1:8), Троаде (2:13) и Македонии (7:5). Бог вернул силу Павлу благодаря прибытию и поддержке друга Тита. Если Бог использует нас для «утешения смиренных» (7:6), важно, чтобы наша дружба была поддержкой и ободрением для других. Верные друзья–христиане – это бесценное сокровище; Тит же является прекрасным образцом такого друга.

В пастырской стратегии Павла много поучительного. Несомненно, что, помимо общего служения в разных общинах, он уделял особое внимание таким важным лицам, как Тит, Архипп, Тимофей и Лука [См. Ε. Ε. Ellis, Taul and his Co–workers', NTS 17 (1971), pp. 437–452.]. Благодаря длительным дружеским взаимоотношениям, Павел мог расширить свое служение, используя талантливых сотрудников. Современные пасторы без труда могут заимствовать этот принцип, уделив несколько часов в неделю тем, кто особенно нуждается и кто для них особенно важен.

Что произошло потом? Придя в Македонию, нашел ли он Тита? Каков был ответ коринфян на его послание? Зародив у нас интерес, Павел, по неясным причинам, оставляет наши вопросы без ответа. Вместо этого он делает длинное отступление и говорит об апостольском служении Новому Завету. Только в 7:5 он возобновляет свой рассказ и сообщает, что произошло, когда он пришел в Македонию.

II. Служение Нового Завета (2:14-7:4)

4. Оппозиция в Коринфе (2:14-3:6)

Павел сейчас вводит в послание темные фигуры своих вновь прибывших оппонентов, о которых он говорит как о лмогш:(2:17) и как о некоторых, которым нужны… одобрительные письма (3:1). Нигде в послании он не обращается к ним напрямую. Из написанного им следует, что они весьма много жаловались коринфянам на Павла. Так, они заявляли, что человек он несведущий, всегда избегает проблем и не имеет признаков силы Божьей. К тому же, никто не поручал ему вести служение; он просто сам себя назначил служителем. Они же, в отличие от него, самодостаточны, обладают силой Божьей и рекомендательными письмами. В следующем отрывке Павел отвечает на эту критику.

1. Павел и фальсификаторы (2:14-17)

Но благодарение Богу, Который всегда дает нам торжествовать во Христе и благоухание познания о Себе распространяет нами во всяком месте. 15 Ибо мы Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих: 16 для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь. И кто способен к сему? 17 Ибо мы не повреждаем слова Божия, как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, пред Богом, во Христе.

1) Торжество

Слово «торжествовать» является ключевым в вышеприведенном отрывке. Новые учителя, вероятно, представляли себя сметающими все на своем пути, когда, торжествуя, овладевали языческими церквами во имя Моисея и Ветхого Завета (ср.: 10:13-15). Павел, с его недавними метаниями в Коринфе и Эфесе и проповедью распятого Мессии, был для них жалким неудачником, воплощением немощи в сравнении с их самодостаточной силой.

Первая часть «длинного отступления» (2:14-3:6) особенно важна. Ярким языком Павел рассказывает коринфянам, как он видит содержание своего служения. Коринфяне и незнакомцы должны понять, что он совсем даже не находится в унизительном положении; Бог на самом деле ведет его победным шествием – и это несмотря на противодействие в Коринфе, изгнание из Эфеса, смятение в Троаде и беспокойство в Македонии. Даже в метаниях и трудностях он был ведом Богом, за что и воздает Ему благодарение (ст. 14) [Другие примеры благодарения – исключительно важной практики для Павла – см. в 1:11; 4:15; 8:16; 9:15.].

Стих 14а вызывает в памяти образ римского торжественного шествия [В английском переводе Библии выражение «дает нам торжествовать» переведено как «ведет нас торжественным шествием». – Примеч. пер.], хотя мысль Павла здесь не совсем ясна, что подтверждается наличием множества мнений о точном смысле этого выражения [Напр.: P. Marshall, Ά Metaphor of Social Shame', Nov. Test. 15/4 (1983), pp. 302–317. Автор, приводя интересную параллель из Сенеки, полагает, что этот образ означает общественное презрение.]. В Риме в честь военачальников, одержавших важные победы, устраивались общественные торжественные шествия (triumphas). Самое зрелищное шествие I века состоялось в 71 г. н. э. – в ознаменование победы над иудеями. Император Веспасиан и его сын Тит проехали на колеснице по улицам Рима, а перед ними брели жалкие плененные иудеи. Живший в I веке историк Иосиф Флавий подробно описывает это событие [Jewish Wurvii, 132–157.], а графически оно отображено на арке Тита, сохранившейся в Риме до наших дней. Не ясно, видит ли Павел себя победоносным военачальником, или его пленником. В пользу обоих предположений можно приводить доказательства, хотя апостол в качестве плененного раба представляется более правдоподобным. Что бы он ни имел в виду, мы можем быть уверенны, что, несмотря на немощь, именно Бог всегда и во всяком месте вел Павла триумфальным шествием (ст. 14).

Это, однако, не было триумфом оппонентов, объявивших о превосходстве их миссионерских успехов и экстатических способностей над успехами и способностями Павла. Успех и сила были отличительной чертой и самоцелью их служения, и значительное число коринфян подпало под их влияние.

Триумф христианства, хотя в самом выражении уже есть противоречие, был привлекателен для многих последующих поколений христиан. Император Константин был уверен, что выиграл свою главную битву с помощью изображенной на щитах его солдат пиктограммы из первых двух букв имени Христа. В последующие века многие христианские лидеры во имя Христа стремились к победе в ратном деле. В Средние века люди верили, что Бога нужно прославлять через взметнувшиеся ввысь соборы и пышные церковные церемонии. Во времена, близкие к нашим, в неразвитых странах можно было наблюдать миссионерскую деятельность, которая, как оказалось, наряду с Великим поручением Христа, была пропитана духом колониальной экспансии и культурного превосходства. В XX в. термин «триумфализм» применялся в отношении некоторых движений, целью которых был увеличение числа верующих, и в отношении роста так называемых «великих церквей».

В отношении своего служения Павел в своем послании настойчиво использует анти – «триумфалистский» язык. Он слуга коринфян, смертный по плоти человек, «немощный» и неразумный (2Кор 4:5,11; 11:29; 12:11). Служение незнакомцев характеризуется как раз мирским «триумфализмом». Его служение, как и служение Христа, характеризуется распятием. Об этом мы, христиане, должны помнить, думая и говоря о нашей вере.

«Триумфализм», во всех его формах, исключен из обдуманных высказываний апостола Павла в данном послании. Для Бога имеет значение не величие церковных зданий и не число собирающихся там прихожан, а преданное и жертвенное служение, основанное на примере Самого Христа.

2) Благоухание

Воскурение благовоний вдоль маршрута, которым следовало торжественное шествие, было частью римской триумфальной церемонии. Обоняние, а также зрение и слух, все было направлено на великолепие этого события. Будучи ведомым Богом (если продолжать тему торжественного шествия), Павел тоже распространяет… во всяком месте… благовоние (ст. 14). И хотя он отвергает «триумфализм», служение его имеет видимые результаты. Как благовоние воздействует на чувства, пусть даже незаметно для глаз, так и служение Павла дает знать о себе.

Если можно обонять благовоние, то можно познать и человека. Через Павла и его спутников Бог распространяет… познание… Бога во всяком месте (ст. 14). «Познание Бога» в библейском понимании не такое уж абстрактное или интеллектуальное по своей сути явление. Например, когда мы читаем, что «Адам познал Еву, жену свою» (Быт 4:1), на ум приходит такое физическое явление, как половой акт. Если «познание» жены достигается путем реального опыта, «познание» Бога тоже реально, хотя достигается путем межличностного опыта другого рода. Бог через Павла устанавливает отношения между Собой и людьми. Поэтому евангельская проповедь Павла, не являясь «триумфалистской», была осязаемой и заметной. Далее он напомнит им, что «оружия воинствования нашего не плотские, но сильные Богом» (10:4,5).

3) Жизнь и смерть

Павел использует образ аромата, хотя заставляет нас вспомнить скорее не фимиам римского триумфа, а благоухание, ассоциирующееся с сожжением жертв, упоминаемым в Книге Левит (напр.: Лев 2:12). Благоухание жертвы невидимо, но о его присутствии безошибочно свидетельствуют ноздри тех, кто присутствует на богослужении. Смысл метафоры в том, что хотя слово Божье (ст. 17) и невидимо, воздействие его не подлежит сомнению. Слышащие его делятся на две группы: тех, кто спасаем, и тех, кто погибает (ст. 15). Для тех, кто воспринял слово Божье, это послание является живительным запахом, для тех, кто отверг его, – смертоносным.

Для некоторых Евангелие – это всего лишь сообщение о потерпевшем поражение, мертвом человеке, которого они отвергают с такой же силой, с какой человек испытывает отвращение к зловонию разлагающегося трупа. Эти люди погибают, становятся по сути такими же мертвыми, каким они представляют Христа. Для других, напротив, это послание о воскресшем Христе, которого они принимают с такой же радостью, с какой воспринимают аромат прекрасных духов. Эти люди получают спасение; они по сути такие же живые, каким они представляют Христа.

И хотя, будучи грешниками, они находятся на пути к смерти, благодаря присутствию Святого Духа в их жизни, они ожидают жизнь после смерти (ср.: Рим 8:10,11).

Неудивительно поэтому, что Павла могло смутить послание, которое несло такое разделение; те, кто отвергал проповедуемого Павлом Христа, также отвергали и проповедника. Именно по этой причине Павел говорит в этом послании о «бедствиях… ударах, темнице… бесчестии» и о том, что его «почитают обманщиком» (6:4,5,8). Возможно, мы сами и не стремимся к дурной славе или к тому, чтобы быть отверженными, но удел наш может быть таков, что испытываем мы все это из–за верного служения Евангелию.

Что чувствовал Павел, когда его слушатели не принимали слово Божье? Очевидно, что он прилагал все усилия, чтобы склонить людей к положительному восприятию его проповеди (2Кор 5:11; ср.: Деян 17:2-4). Он был убежден, что именно Бог призывает людей «примириться с Богом» (5:20). Жан Кальвин тоже пытался решить проблему отрицания благовестия, когда комментировал данный отрывок: «Евангелие проповедуется ради спасения, ибо это его истинная цель… Настоящее воздействие Евангелия всегда следует отличать от случайного, которое всегда следует приписать людской порочности, из–за которой жизнь превращается в смерть».

Иисус плакал о Иерусалиме, хотя жители этого города и требовал и его смерти (Л к. 19:41). Павел испытывал «великую… печаль и непрестанное мучение» по отношению к братьям–евреям, хотя они и причиняли ему такую сердечную боль и страдания (Рим 9:2). Плачем ли мы, как Иисус, или, подобно Павлу, испытываем жестокие мучения по поводу безразличия наших соотечественников к Иисусу?

4) Проповедь и человек

Павел остро осознавал близкую связь между посланием и несшим его посланником. С одной стороны, он заявляет, что мы… проповедуем искренно, как от Бога (ст. 17), а с другой стороны, пишет, что мы Христово благоухание Богу (ст. 15). Он также говорит, что Бог благоухание познания о Себе распространяет нами (ст. 14). Жертвенный образ жизни посланника – это продолжение служения и смерти самого Иисуса. Не будет преувеличением сказать, что встреча и принятие (или отвержение) послания о Христе происходит через личность самого посланника. Послание, воплощенное в посланнике, является благоуханием жизни для тех, кто покоряется ему, но для других несет запах смерти. Как говорит Барретт, «апостолы – это дым, восходящий от жертвы Христа Богу».

Мысль о том, что другие решают, принять спасение или погибель, через тех, в ком воплощено послание о Христе, столь тягостна для Павла, что он восклицает:

И кто способен к сему? (ст. 16). Дальше он твердо ответит на этот вопрос: «Способность наша от Бога» (3:5).

Правительство любой страны с большой осторожностью назначает своих послов, справедливо считая, что о нации судят по тому, кто ее представляет. Выступать от имени страны – одновременно привилегия и ответственность. Но гораздо более серьезная миссия, что хорошо понимает Павел, – представлять Господа.

Двадцатый век стал свидетелем революции в области средств связи, которая превратила мир в «деревню с Землю величиной». Миссионерские и благовестнические организации используют современные технологии для записи музыки, создания радио–и телепередач, кино–и видеофильмов. И хотя это представляет очевидные преимущества, есть также опасность, что наше служение станет безличным, станет «вещью» и будет воспринимать человека как «вещь». Используя всю эту технологию, не превратимся ли мы, христиане, в еще одну силу, которая обезличивает людей и отчуждает их друг от друга. Кроме того, не кажется ли нам иногда, что, будучи преданными другим и неся за них ответственность, мы платим слишком большую цену? Не проще ли разбросать по почтовым ящикам сто религиозных брошюр, чем узнать одного лишь человека? Делая проповедь Евангелия безличной, мы лишаем его присущей ему человеческой природы. Как важно, поэтому, чтобы, проповедуя слово Божье, мы неизменно были благоуханием Христа!

5) «Многие»

Павел сейчас впервые упоминает своих оппонентов, которые будут периодически появляться в послании (2Кор 3:1; 4:2; 5:12; гл. 10-13, в разных местах). Отсутствие упоминания о них в отрывках, которые относятся к «трудному» визиту и «печальному» посланию (2Кор 1:23-2:11; 7:5-16), позволяет предположить, что во время «трудного» визита Павла они еще не прибыли в Коринф. Прибыли же они туда только после ухода апостола, поэтому он мог узнать о них только из сообщения Тита.

Павел теперь сопоставляет служение незнакомцев со своим. Они – многие, то есть некая группа – одновременно искажают слово Божье и зарабатывают на нем (ст. 17). Глагол, используемый по отношению к этим фальсификаторам, применялся по отношению к уличным торговцам, которые разбавляли вино, дабы заработать нечестные деньги. Здесь имеется в виду, что незнакомцы получали (чрезмерное?) вознаграждение от коринфян за «разбавленную», слабую проповедь.

Слово Божье – это устное слово Христианского благовестия, как оно провозглашал ось апостолами (ср.: 1Фес 2:13). Несмотря на то что Павел обладал некоторой свободой делать акцент на том или ином моменте этого благовестия, последнее обладает поддающимся определению содержанием (ср. Деян 13:16-41 [обращение к евреям] с 17:22-31 [обращение к язычникам]). Между толкованиями Петра, Павла и Иакова имелись значительные расхождения (Гал 1:6-9), но когда речь заходила о том, что «Христос умер за грехи наши» и «воскрес в третий день», в этом они, как подчеркивает Павел, были принципиально согласны: «…Мы так проповедуем, и вы так уверовали» (1Кор 15:3,4,11). От «слова Божия», чье содержание определено апостолами, как раз и отклоняются фальсификаторы. Далее он обвинит их в том, что они провозглашают другого Иисуса и другое Евангелие (11:4). Поскольку «слово Божие», которое они искажают, имеет определенное содержание, обвинение Павла не является мелочным или личным, оно объективно.

Объективно указывая на неполноценность их проповеди, он вместе с тем придает большое значение своей честности. Далее (гл. 3-6) он будет объяснять и подробно излагать «слово Божие», как того требовала ситуация с коринфянами. Сейчас же он делает все возможное, чтобы доказать, что он говорит искренно, как от Бога и пред Богом (ст. 17). В отличие от вновь прибывших служителей, которые обращали внимание на такие зримые вещи, как рекомендательные письма, дар экстатической речи, видения и чудеса, Павел предлагает коринфянам подвергнуть испытанию свою честность и искренность.

Сравнение в разных местах послания внутренних качеств апостола и внешних качеств незнакомцев кратко отображается в сопоставлении «лица» и «сердца» (5:12). Если незнакомцы подлинность своего служения пытаются заверить внешними проявлениями, Павел защищает себя в отношении своего «сердца». Говоря искренно (в греческом тексте – «при солнечном свете»), он желает, чтобы коринфяне знали, что он не пользуется служением для получения денежной или иной выгоды. Более того, в отличие от незнакомцев, чьи полномочия не превышают полномочий тех, кто дал им рекомендательные письма, служение Павла имеет источником Бога. На это указывает происшедшее по дороге в Дамаск событие, когда на него было возложено поручение идти к язычникам с проповедью Христа.

Павел, так же как и они, знал, что его притязания на искренностью полномочия от Бога можно легко проигнорировать как всего лишь его личное мнение. Он строит свою защиту на том, что говорит пред Богом, в присутствии Бога. Он желает, чтобы коринфяне знали, что проживал он каждый день так, будто это был судный день; отсюда и его выражение «пред Богом», которое используется и в других местах послания (2Кор 4:2; ср.: 5:11,12; 12:19). Все, что он говорит, делает и, главное, думает, открыто для Бога (2Кор 5:11; ср.: 1:12,14,23).

Нельзя утверждать, что невидимая связь Павла с Богом никак не проявляется внешне. Реальность его апостольского призвания и внутренней связи с Богом можно увидеть в результатах его служения. Бог распространяет, или, выражаясь точнее, «являет» познание о Боге через Павла (ст. 14). Христиане из Коринфа сами показывают, или, опять–таки, выражаясь точнее, «являют», что они – «письмо Христово», которое должны знать и читать другие жители Коринфа (3:2,3). Хотя Павел подчеркивает свою внутреннюю связь с Богом, они, тем не менее, могут гордиться, что он активно «вразумляет» людей быть христианами (5:11; ср.: 1:14). Используя выражение Иисуса, истинность служения Павла может быть познана по его «плодам» (Мф 7:20).

Хотя полученное от Бога поручение Павлу было уникальным, а спор с незнакомцами не имел аналогов в истории, стихи эти не теряют свою актуальность и сегодня. Те, кто занимается служением, должны проповедовать только «слово Божие» и делать это «пред Богом». Стиль служения незнакомцев – это предупреждение нам о существовании постоянного соблазна для служителей преподносить себя и привлекать внимание за счет «имиджа», или того, что Павел называет «лицом». При том, что дары служителя должны соответствовать его призванию, ему следует являть себя не в силе этих даров, а в силе Божьего слова.

3. Почему Павел изменил свои планы (1:23-2:13)

Во время своего недавнего незапланированного визита в Коринф Павел сообщил коринфянам, что в ближайшем будущем нанесет им повторный визит. В силу обстоятельств, однако, он написал им послание – так называемое «огорчительное» послание. Сейчас, в конце, а не в начале своего путешествия он все–таки намеревается их посетить. Перемена планов действительно выглядела не очень хорошо. Павел пожелал отложить свой повторный визит, если говорить кратко, чтобы избежать дальнейших огорчений в отношениях с ними.

1. Причины отмены визита (1:23-2:2)

В какой–то момент, находясь в Эфесе, Павел рассудил сам в себе (ст. 1) не совершать еще один трудный визит в Коринф. Глагол, который здесь используется, подразумевает тщательное обдумывание при принятии решения. Он наверняка знал, что отказ посетить их повлечет за собой серьезную критику его характера. Почему же он все–таки решает не приходить?

Чтобы пощадить их (ст. 23) и не огорчать их снова (ст. 2), как пишет он сам. Несомненно, предыдущий визит заставил Павла и коринфян страдать (2:3), хотя здесь и не говорится, что же конкретно там случилось.

Трудность состоит в том, что Павел и коринфяне знают, что он имеет в виду, а мы сегодня не знаем. Самое лучшее, что можно сделать – собрать кусочки информации из этого послания и попытаться реконструировать ситуацию в Коринфе.

Похоже, проблема была связана с определенным человеком, поскольку во 2:5-9 говорится: «Если же кто огорчил, то не меня огорчил… Для такого довольно сего наказания… лучше уже простить его и утешить…» И далее Павел говорит, что пишет «не ради оскорбителя и не ради оскорбленного» (7:12). Совершенно очевидно, что какой–то человек в коринфской церкви совершил какое–то нападение, безнравственный поступок или допустил несправедливость в отношении другого человека[См. продолжение обсуждения этого вопроса в комментариях к 7:5-16.]. Так как Павел пишет о «большинстве», которое впоследствии наказало его (ст. 6), можно предположить, что меньшинство поддерживало и, возможно, продолжало поддерживать нарушителя порядка, который, вероятно, был влиятельным членом коринфской общины.

Павел совершил этот незапланированный визит в Коринф, пытаясь решить эту проблему. Похоже, что, будучи согласным с мнением Павла, большинство не было готово предпринять какие–либо действия. Очевидно, такова была предыстория, и на ее фоне Павлу пришлось «огорчить» коринфян, хотя он открыто и не говорит об этом. Может быть важным и тот факт, что они тоже огорчили его (2:3). Говорит ли он об огорчении, связанном с попытками убедить коринфян предпринять серьезное действие морального плана, которое они на тот момент были не готовы предпринять и которое вызывало у них досаду, а у Павла разочарование? Можно сомневаться в деталях, но кажется ясным, что он огорчен тем, что отношения между ними были испорчены.

Подход Павла к этой проблеме представляет интерес для установления принципов пастырских отношений. В отличие от незнакомцев, которые «поработили» их (11:20), Павел не берет власть над коринфянами (ст. 24). Властвует над ними Христос, Павел же – их слуга (4:5), он им «споспешествует» (1:24) [В отличие от синодального перевода Библии, в английском переводе говорится, что Павел «споспешествует» (содействует) коринфянам, чтобы те возрадовались. – Примеч. пер.]. Опять–таки, в отличие от незнакомцев, он не изображает самодостаточность (2:16; 3:4-6), а подчеркивает свою зависимость от них (ст. 2). Несмотря на то что он их апостол, он тоже принадлежит им (1:6).

Вернувшись в Эфес, он осознал, что посещение Коринфа в ближайшем будущем приведет лишь к большему огорчению его и коринфян. Если недавний визит не помог, принесет ли еще один визит иной результат? Возможно, Павел демонстрирует то, что нам известно из современных отношений предпринимателей и трудящихся, когда, в случае тупика в переговорах, стороны предпочитают на время расстаться и охладить страсти, чтобы правильно оценить ситуацию. Тот же принцип применим, когда отношения между супругами становятся напряженными и им нужно, скорее, время на обдумывание, а не продолжение разговоров. Еще один визит, считает он сейчас, может только усугубить положение.

Важно понять, что действия его представляют нечто гораздо большее, чем просто объяснение и защиту своего поведения. Выражая свою зависимость от них (ст. 2) в качестве того, кто споспешествует им (ст. 24), он устанавливает фундаментальный принцип евангельских отношений. Он не самодостаточен, а зависим; и коринфяне тоже. Более того, он демонстрирует свою открытость, ибо раскрывает мотивы и причины отмены визита, которые, говорит он, был и богоугодны (1:12; 1:23). Если «маскировка» является отличительной чертой его оппонентов, лжеапостолов (11:13), то отличительная черта Павла – открытость, которая возможна благодаря милости Господней, даруемой через прощение. Если Павел откровенен, то, очевидно, и коринфяне должны быть откровенными. Воплощая в себе евангельские свойства – зависимость и открытость, Павел проявляет себя как великий христианский лидер и учитель, который постоянно демонстрирует народу благочестивый образ жизни.



2007–2021, сделано с любовью для любящих и ищущих Бога. Если у вас есть вопросы или пожелания, то пишите: bible-man@mail.ru.