2 Коринфянам 3 глава

Второе послание к Коринфянам апостола Павла
Перевод Десницкого → Библия говорит сегодня

Перевод Десницкого

1 Что же нам с вами, заново теперь знакомиться? Или нам нужно, как некоторым, приносить вам рекомендательные письма или получать их от вас?
2 Наше письмо – вы сами, оно начертано в ваших сердцах и всем людям доступно для чтения и понимания.
3 Вы сами показываете, что вы – послание, которое начертал Христос (а мы Ему прислуживали), но не чернилами, а Духом Бога Живого, и не на каменных скрижалях, а прямо на живых сердцах.
4 В чем мы уверены – так это в Боге, благодаря Христу.
5 Нет, сами мы не можем себя считать на что-то годными, наша пригодность – от Бога.
6 Это Он удостоил нас служения Нового Завета, не буквального, а духовного, ведь буква убивает, а Дух оживляет*.
7 Моисей служил Богу по мертвенному закону, записанному буквами на камнях, и это служение было настолько славным, что израильтяне не в состоянии были смотреть на лицо Моисея, на котором сияла слава, и все же это сияние угасало*.
8 Насколько же более славным должно оказаться духовное служение!
9 Если славным было служение, осуждающее человека, насколько же богаче славой служение, делающее его праведным!
10 Что прославлялось тогда, больше уже не прославляется – нынешняя слава затмила прежнюю.
11 Угасло сияние былой славы – насколько же славнее то, что остается!
12 Вот на что мы надеемся, и велика наша смелость.
13 Некогда Моисей покрывал свое лицо, потому что израильтяне не могли вынести вида сияния, которое само тускнело.
14 Но разум их окаменел: вплоть до сего дня то самое покрывало наброшено для них на Ветхий Завет, и читая, они не могут понять его смысл, а снимается покрывало только Христом*.
15 И сегодня, когда читаются книги Моисея, покрывало лежит на их сердцах;
16 но если обращаются к Господу – покрывало снимается.
17 Ведь Господь – это Дух, а где Дух Господень, там свобода.
18 А мы все с непокрытым лицом видим отражение славы Господней и преображаемся по Его образу, и слава всё взрастает. Это от Господа, и Он – Дух.

Библия говорит сегодня

2. Их письма (3:1)

Трудность Павла заключалась в том, что ему никто не давал полномочий со стороны. Он не был одним из непосредственных учеников Христа. Коринфяне могли лишь доверять его словам о том, что он имел хорошую репутацию у лидеров иерусалимской церкви (Гал 2:9). Единственно возможной линией поведения для него было повторять снова и снова, что воскресший Господь призвал его быть апостолом и указывать на жертвенный образ жизни как на подтверждение этого призвания. Тем не менее легко могло показаться, что он «хвалит себя» [ассуждения автора основаны на английском переводе Библии. Примеч. пер.]. Его дилемма заключалась в том, что он должен был либо ничего не говорить в свою защиту и, из–за своего бездействия, позволить загубить работу в Коринфе, либо рисковать быть обвиненным в том, что он бахвалится. Как говорит Гудж, «Самозащита почти невозможна без саморекламы. Оппоненты вынудили св. Павла заниматься первым, а затем обвинили во втором».

На свой собственный вопрос он прямо не отвечает, однако подразумевает, что на самом деле он не хвалит сам себя. Если он и поступит так, это будет представлено их «совести» и Богу (4:2). Он знает, что именно Бог хвалит человека, а не человек себя (10:18), и что похвала предназначена для совести других. И хотя сам себя он не хвалит, он глубоко уверен, что коринфянам следовало бы похвалить его (12:11), поскольку он ни в чем не уступает своим оппонентам, даже в сфере «знамений, чудес и сил» (12:12), о которой они любят говорить. Тем не менее он все–таки напоминает им факты. Именно через него Бог являет благоухание познания о Себе и именно посредством его служения христиане из Коринфа показывают всему миру, что они являются письмом о Христе.

Оппоненты Павла основывали свои притязания на «одобрительных письмах» (ст. 1). В то время такие письма были обычным делом и сам Павел использовал письма для рекомендации людей в новые общины (Рим 16:1; 2Кор 8:22; Кол 4:7,8). Итак, кто же написал эти рекомендательные письма для незнакомцев, прибывших в Коринф? Это один из главных вопросов Нового Завета, которые так и не нашли своего ответа. Поскольку незнакомцы были евреями (11:22), вероятно, рекомендация пришла из еврейского квартала. Есть предположение, что письма пришли от Иакова, лидера иерусалимской церкви (ср.: Гал 2:12).

Против такого предположения выдвигается возражение: Павел не говорит, что письма пришли от Иакова, а скорее всего, он это сделал бы. Более того, маловероятно, что Павел стал бы упорно продолжать сбор пожертвований в пользу голодающих и приносить их в Иерусалим (Деян 21:17; 24:17), если бы эти люди, твердо решившие нанести вред служению Павла, на самом деле были посланы Иаковом. Опять–таки, если автором рекомендации был Иаков, почему этим людям также понадобились письма от коринфян (ст. 1)? Наверняка великого имени брата Господа было бы достаточно. Наиболее вероятное предположение: авторы были христианами радикального иудействующего толка из Иерусалима, чьи эмиссары, возможно, не получив поддержки Иакова (см.: Деян 15:24), пустились в неправедное предприятие по захвату церквей Павла с целью навязать им христианство своего еврейского толка. Факт, что незнакомцам понадобились письма и от коринфян, говорит о том, что они намеривались использовать Коринф в качестве плацдарма для захвата других церквей Павла (10:13-16). Когда он далее пишет, что «они измеряют себя сами собою и сравнивают себя с собою» (10:12), он, возможно, имеет в виду, что и авторы писем, и те, кого они рекомендуют, принадлежат одной группе и над ними нет более высокого авторитета, от имени которого они могли бы выступать.

От кого бы ни были эти письма, Павел говорит, что не нуждается в них [В греческом тексте ст. 16 имеет форму риторического вопроса, предполагающего ответ «нет».], и собирается это сейчас объяснить.

3. Послание Павла (3:2)

Попробуем представить реакцию коринфской церкви, собравшейся для чтения самого последнего послания Павла. У незнакомцев есть рекомендательные письма, а Павел утверждает, что он в них не нуждается. Что же он скажет? К чему прибегнет, чтобы оправдать свое служение? Чтец вслух читает послание и собрание коринфян, по–видимому, в какой–то степени испытывает потрясение, когда он произносит: «Вы – наше письмо» (ст. 2). Он не собирается указывать на какого–то выдающегося человека или людей, которых он представляет или от имени которых он пришел. Скорее, он будет обосновывать свои притязания на законность своего служения существованием коринфской церкви.

До появления Павла в Коринфе там не существовало христианской общины. Благодаря его трудам сейчас в этом большом и процветающем городе появилась община, некоторые члены которой в прошлой жизни были преступниками и безнравственными людьми (1Кор 6:9-11). В первом послании (9:1,2) он говорит о коринфской церкви как о «своем деле в Господе» и «печати своего апостольства». Если коринфянам нужно свидетельство того, что Павел истинный апостол, пусть они посмотрят на себя: «Вы – наше письмо» (ст. 2).

Согласно Адольфу Дайсманну, письма в те времена был и двух типов: частные и публичные [Light from the Ancient East (Hodder and Stoughton, 1909), pp. 224–246. Критическое обсуждение предположений Дайсманна см. в R. N. Longenecker, The Forms, Function and Authority of the New Testament', in Scripture and Truth, ed. D. Carson and J. Woodbridge (1VP, 1983), pp. 101–114.]. Он полагает, что написанное Павлом было публичным посланием, рассчитанным на прочтение большим количеством людей. Так, его послание в Колоссы должно было читаться в Лаодикии, а (утерянное) послание в Лаодикию должно было читаться в Колоссах (Кол 4:16). Семь посланий Иоанна в Малую Азию должны были войти в книгу, которая должна была быть отослана для чтения в семь церквей (Откр 1:11; 22:18). «Письмо», написанное жизнями коринфян, как и написанное для них послание, было публичным документом, которое было узнаваемо и читаемо всеми человеками (ст. 2).

«Письмо», которое читает весь мир, читает также и Павел, но внутренним зрением, ибо оно написано в сердцах наших [Рукописи дают больше оснований для версии перевода «наших» (NIV), чем для «ваших» (RSV).]. Прибыв к коринфянам с христианским благовестием, он познакомился со многими из них лично. Он считал себя их отцом; они были в его сердце (6:11-13). Исправившиеся блудники, мужеложники, воры и пьяницы, о которых он говорит (1Кор 6:11), были реально существовавшими людьми со своими именами и лицами. Кроме публичных выступлений, он имел частные беседы с такими людьми (ср.: Деян 20:20). Маловероятно, что новый образ жизни прививался у коринфян легко, гладко и без разочарований. «Письмо» коринфских христиан читалось всеми, но оно также было написано в сердце Павла; время «перфект» указывает на то, что оно было там запечатлено постоянно.

Испытание на истинность служения, которому подверг себя Павел, могут применить к себе и другие служители. Хорошо, когда имеется соответствующий документ о рукоположении и университетский диплом, гордо выставленный в рамке; но это ли «живые» письма? Подтверждение нашего служения можно найти в воздействии, которое это служение оказывает на жизнь людей. Зависит это оттого, насколько проповедь Евангелия была чистой, без инородных вкраплений, и насколько глубоко в свое сердце мы допускали других людей. Исполнение только первого может означать негибкость, исполнение только второго может означать сентиментальность. Должно быть равновесие между верностью Евангелию и пастырской любовью к людям.

4. Письмо Христово (3:3)

Какую ценность представляли рекомендательные письма незнакомцев в подтверждение их полномочий как истинных служителей Христа? В лучшем случае, письма несли в себе авторитет каких–то других церковных лидеров; в худшем случае, они были подписаны людьми из их же группы, а незнакомцы, в свою очередь, служили рекомендацией этих людей.

У Павла было рекомендательное письмо – христиане из Коринфа. Но с чьего имени начинается это письмо? К какому высшему авторитету прибегает Павел за рекомендацией? Вы, сообщает он им, письмо Христово. Христос, автор и источник нового образа жизни коринфян, подтверждает и делает законным служение Павла. Послание Христа появилось через служение Павла. Поскольку обращение коринфян имело источником Христа, очевидно, что их «служителем» был Павел.

Итак, у Павла есть осязаемое подтверждение своего служения. Что может быть лучшим доказательством, как не жизнь людей, которая коренным образом изменилась? Что, по сравнению с этим, обыкновенное письмо, написанное чернилами на клочке бумаги? «Мандат Павла, – комментирует С. Ε D. Moule, – не на бумаге, а в людях» [2Кор 3:18b\ in Neues Testament und Geschichte, ed. H. Baltensweiler and B. Reicke (Tubingen, 1972), p. 232.].

Тем не менее то, что сейчас «явлено» (ст. 3, RV) для чтения всеми, сначала было написано в их сердцах Духом Бога живого. Новый образ жизни, такой зримый и разительный, был результатом чего–то, что началось в глубине их сердец с помощью силы Божьего Духа. Истинное христианство – это не маска морали, скрывающая нашу жизнь, а глубокие изменения в сердце, уме и воле, что затем выражается во внешних проявлениях. Слово Божье изменяет пребывающих в христианском сообществе людей так, что внутренние изменения переходят во внешние.

Служение незнакомцев, на которое имелся написанный чернилами на бумаге мандат, на самом деле принадлежит к уже превзойденному завету Моисея, который был написан на скрижалях каменных (ст. 3). В сравнении с силой живого Бога, это служение представляет собой мертвое послание, совершенно не способное преобразить людей. Эпоха Моисея миновала; она ушла навсегда, на смену ей пришел новый век Христа и Духа. Эти миссионеры беспомощно пытаются повернуть часы вспять. Но слишком поздно. Благодаря Новому Завету Христа, которому служит Павел, в самые глубины сердца проникает Дух и возникает новое творение.

Слова Павла побуждают пасторов настаивать на слове Божьем и отдавать ему приоритет. Они должны видеть свое утешение в результатах верного служения. Организационным и административным вопросам нужно уделять внимание, но они являются периферийными и не занимают центрального места в служении, через которое Христос изменяет нашу жизнь сначала внутренне, а затем и во внешних проявлениях. Также важно, чтобы у общины было ясное понимание природы служения и чтобы она побуждала своего служителя в пасторской работе следовать библейским приоритетам.

5. Уверенность и способность (3:4,5)

Трудности, возникшие в Коринфе, явно заставили Павла критично посмотреть на свои действия. Не противопоставляет ли он идеям пришельцев всего лишь свою точку зрения? На каких правах он притязает быть служителем долгожданного Нового Завета? Может быть, он был слишком самоуверен в своих богословских суждениях? Не происходят ли его достижения просто из присущего ему рвения и способностей? Тем не менее он не может отрицать того, что произошло с этими людьми. У него есть уверенность, что все это действительно произошло, хотя и не имеет отношения к его личной способности (ст. 4). Он не соизмерял себя со своими оппонентами и не объявлял о своем превосходстве. Его уверенность - и это важно – связана с Богом (ст. 4). Павел, похоже, поставил себя и все, что сделал, пред Богом, и, в соответствии со своей совестью, смог объявить, что служение его принадлежит Новому Завету, что оно истинно и приемлется Богом. Однако он дает понять, что служит он в Боге и старается быть ближе к Нему не сам по себе и не от своего имени. Только через Христа он имеет эту уверенность в Боге.

Троекратное использование слов «способный» и «способность» (ст. 5,6) вновь отсылает нас к вопросу: «И кто способен к сему?» (2:16). Похоже, здесь он тоже вступает в спор с оппонентами. Они явно апеллируют к своей самодостаточности. Они считают Павла слабым и не имеющим внутренних ресурсов истинного служителя. Соглашаясь с ними, Павел указывает на то, что он исполняет не свой собственный план, а Божий. Однако, по его словам, будучи простым человеком, он «спасает» и «несет гибель» другим. Посредством его служения Дух Божий производит коренные изменения в жизни других людей. Может ли кто–нибудь обладать силой, внутренними ресурсами и способностью, чтобы творить подобное? Ответ должен быть отрицательным; только Бог может быть источником таковых дел. У него нет уверенности относительно себя и от себя исходящей, нет самонадеянности (RV; RSV). Уверенность его, как и поручение, – от Бога.

Цель служения Павла и всех, кто в последствии становился служителем Нового Завета, – утверждение не человека, а Бога. Уверенность Павла была пред Богом. То же относится и к внутренней силе, которую демонстрируют все служители слова Божьего. Служители Евангелия скажут вместе с Павлом: «Такую уверенность мы имеем в Боге».

6. Новый Завет (3:6)

]) Новый Завет: Дух

Есть две особенности в том, как Павел отвечает неизвестным служителям в Коринфе. Одна относится к его личным свойствам, другая – к реальности слова Божьего. С одной стороны, важно, что им напоминают о его характере, о том, что он честен, призван Богом и получил от Него способность нести служение слова Божьего. Подтверждение его апостольства, однако, находится не в нем самом, а в результатах его служения среди людей, результатах, которые имеют своим источником Христа (см. ст. 3).

С другой стороны, Павел утверждает, что его оппоненты искажают принципы веры; они фальсифицирует слово Божье. Он сейчас объясняет это слово более полно, так, как оно применимо к коринфянам в их нынешней ситуации. Исключительно важно, что они понимают, что обетования Ветхого Завета исполнены Христом (1:20) и пришествием Духа.

В нескольких стихах он упоминает два известных ветхозаветных обетования, которые были воплощены в опыте коринфян. Упоминание в ст. 3 Духа, каменных скрижалей и человеческих сердец заставляет вспомнить слова Иезекииля: «И дам вам сердце новое и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой…» (Иез 36:26,27). Затем, в ст. 6, он ссылается на

Новый Завет, о котором пророчествовал Иеремия: «Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, – не такой завет, какой Я заключил с отцами их…» (Иер 31:31 и далее). С высоты своего положения Павел видит, что и то и другое обетование сосредоточены на Христе и Духе Божьем. Он объединяет пророчества Иезекииля и Иеремии в одно утверждение и говорит о Новом Завете… Духа.

Павел особым образом притязает на то, что Бог дал ему «уверенность» быть служителем Нового Завета. Это заявление можно испытать и проверить. Нет сомнения, что вышеупомянутые обетования были сделаны. Возникает вопрос: можно ли как–то связывать коринфский опыт Христа и Духа с древними обетованиями? Мы также должны задаться вопросом: получили ли эти люди прощение грехов, как было обещано Иеремией? Был ли закон Божий написан сейчас в их сердцах, как об этом говорили Иеремия и Иезекииль? Ответить на этот вопрос нужно положительно. Жизнь их преобразилась так, что Павел может назвать их «новой тварью» (5:17), народом, чьи сердца озарены светом Божьим (4:6). Коринфяне должны понять, что долгожданный Новый Завет уже вступил в силу и благодаря служению Павла они в него вошли.

2) Ветхий Завет: смерть

Павел сопоставляет Новый Завете Ветхим Заветом, заветом буквы, которая, по его словам, убивает. Он не говорит, что закон убивает. (Слово «закон» на самом деле не упоминается во Втором послании к Коринфянам.) В другом послании он пишет, что «закон свят, и заповедь свята и праведна и добра» (Рим 7:12; ср.: 3:21). Более того, Иеремия пророчествует, что в Новом Завете закон будет написан в людских сердцах. Следовательно, Новый Завет не отменяет закон; он помещает его в единственное место, где тот может быть по–настоящему действенным. Это место – сердце. Живя по Ветхому Завету, люди не имели духовной силы, чтобы держаться закона, а последний не предусматривал возможности прощения, когда он нарушался. Закон стал карающей дланью, распростертой над ними. Пока закон не был усвоен посредством Духа, он оставался «буквой», «орудием», которое убивает. Служители еврейского происхождения явно намеревались навязать христианам–язычникам из Коринфа Ветхий Завет. Они провозглашали Иисуса и Дух, но это был другой Иисус и другой дух (11:4), хотя, чему точно они учил и, Павел не говорит. Однако нам ясно, что, пытаясь навязать Ветхий Завет, они не принимали радикальной природы, новизны Нового Завета, не принимали Духа Божьего. Павел объясняет здесь, что защищаемое ими учение, означает отход от жизни к смерти.

3) Завет с народом

Важно понимать, что в строгом религиозном смысле Бог заключает завет не столько с отдельными личностями, сколько с народом. Длинное отступление, которое Павел делает в этом отрывке, начинается с упоминания «Нового Завета» (3:6), а завершится Божьим обращением к «Своему народу» (6:16). Благодаря донесенному до них слову Божьему, коринфяне стали участниками Нового Завета в качестве Божьего народа. Более того, Павел не говорит о Новом Завете как о чем–то существенно отличном от Ветхого. Этот завет – именно новый, иными словами, это новая фаза одного великого завета Бога со Своим народом, который является субъектом библейской истории. Таким образом, коринфские христиане, в основном язычники, должны были видеть в древних иудеях своих праотцев (1Кор 10:1), а язычники–галаты должны были считать себя «сынами Авраама» (Гал 3:7). Благовествование среди язычников сделало их частью народа, имеющего завет с Богом.

Сегодня, много лет поел сто го как эти послания были написаны, христиане всех рас и конфессий должны рассматривать себя как часть проживающего по всему миру народа, с которым Бог заключил завет посредством Христа и Духа. Мы, христиане, не одиноки; мы принадлежим всемирному сообществу, история которого началась не с Иисуса, а с призвания Авраама, более 4000 лет назад. Понимание этого поможет нам лучше оценить исторический и национальный размах божественных целей завета.

5. Слава Моисея и слава Христа (3:7-18)

Выступая против служения своих оппонентов, идеологию которых можно выразить словами «Назад, к Моисею!», Павел вскоре вынужден начать сопоставление Ветхого и Нового Заветов, чтобы выявить разнообразные отличия между ними. Если Ветхий Завет нес осуждение и смерть, то Новый Завет несет праведность и жизнь. Ветхий Завет был временным и сейчас отменен; Новый – постоянный и не будет иметь конца. И, наконец, благодаря Новому Завету Божий Дух проникает в нашу жизнь, преображая ее в подобие Христа.

1. Временное и постоянное (3:7- 11)

Если же служение смертоносным буквам, начертанное на камнях, было так славно, что сыны Израилевы не могли смотреть на лице Моисеево по причине славы лица его преходящей, – 8 то не гораздо ли более должно быть славно служение духа ? 9 Ибо, если служение осуждения славно, то тем паче изобилует славою служение оправдания. 10 То прославленное даже не оказывается славным с сей стороны, по причине преимущественной славы последующего. 11 Ибо, если преходящее славно, тем более славно пребывающее.

Указывая дату на письме, мы, сознательно или бессознательно, следуем давно установившейся традиции делить историю на две части: на период «до нашей эры» и период «нашей эры» [В английском языке для этого используются сокращения ВС и AD ('Before Christ' и 'Anno Domini', соответственно; в обоих есть указание на Христа). – Примеч. пер.]. Удивительно, но разделительной точкой для этого послужило не какое–то изобретение, открытие континента, война, а личность, Иисус Христос. Все события высчитываются в связи с Христом, то есть как бывшие либо до Него, либо после. Эта важная традиция берет свое начало в текстах, подобных тому, который мы сейчас рассматриваем, где Павел «делит» историю Христом. Его пришествие завершило одно служение и положило начало другому.

Первое служение характеризуется как принадлежащее Моисею, второе – Христу. Хотя Моисей и Христос описываются как славные (ст. 7, 18), слава их разная. Сейчас, когда явился Христос, у Моисея вообще никакой славы нет. Зачем Павел, противопоставляя служения Моисея и Христа, вводит понятие «славы» (которое он в промежутке между стихами 3:7 и 4:17 использует шестнадцать раз)? Ответ дает ситуация, сложившаяся в Коринфе, где миссионеры–евреи пытались склонить церковь к принятию закона Моисея. Вероятно, они утверждали, что Моисей равен Христу, или даже превосходит Его, или же что Христос – просто часть завета Моисея. Павел в ответ использует мотив «славы» и, опираясь на Книгу Исход (34:29-35), напоминает, что Моисею понадобилось «покрывало на лице», чтобы народ не увидел сияния лица последнего. Как полагает апостол, произошло это потому, что слава лица Моисея блекла и тот не желал, чтобы израильтяне видели, как это происходит (ст. 13) [В синодальном переводе Библии «чтобы сыны Израилевы не взирали на конец преходящего». Примеч. пер.]. Иными словами, Моисеево служение закону было временным; оно не было концом самим по себе. Закон Моисея указал на конец вне себя, и этим концом был Христос. В другом послании Павел пишет: «Потому что конец закона – Христос, к праведности всякого верующего» (Рим 10:4). В отличие от славы Моисея, слава Христа, как ее увидел Павел близ Дамаска (ср.: 4:6), постоянна, несравненно более велика и божественна.

Что могло привлекать коринфян в проповеди незнакомцев о Моисее и законе? Для современных людей принятие христианства осложняется проблемой его древности, а тогда проблемой была его новизна [Ср.: R. L. Wilken, The Christians as the Romans Saw Them (Yale University Press, 1984), p. 122.]. Люди в те времена почитали прошлое, ибо верили, что старые идеи и обычаи были даны богами. Цицерон писал, что «к богам ближе всего были древние времена» [De Legibus, 2.10.27.]. Несомненно, эти служители указывали на Моисея, как на требующую почитания фигуру, а также на свой храм, как на древний институт. Более того, евреи были изначально Божьим народом, который к тому времени расселился во многих уголках мира и составлял примерно десятую часть населения Римской империи. Наличие в синагогах множества «богобоязненных», то есть слушателей–язычников, является свидетельством привлекательности иудаизма для многих язычников. Незнакомцы могли бы легко развенчать Павла как выскочку, который сам себя назначил служителем, сам себя хвалит, и, к тому же, протаскивает ранее неизвестную еретическую разновидность иудаизма.

Павел, в согласии с другими авторами Нового Завета, учил, что Христос был исполнением завета, который Бог заключил с евреями, а не еретическим отклонением от него. «Ибо все обетования Божий в Нем „да"" и в Нем „аминь"", – в славу Божию, чрез нас» (1:20). Отвечая тем, кто говорил, что христианство – это еретическая разновидность иудаизма, он настаивал на том, что есть один Бог, один завет обетования и исполнения и один народ завета, который верит в Божье слово, проповедуемое как обетование и исполнение. Сейчас для нас Ветхий и Новый Заветы несут свидетельство обетования и исполнения, соответственно, и вместе представляют Божье Писание для Божьего народа.

Проблема явно заключалась в том, эти евреи–христиане вкупе с другими евреями настаивали, что Моисеев закон все еще имеет силу. Незнакомцы (которые в некотором смысле были христианами, хотя, в какой степени, мы не знаем), по всей вероятности, поместили Иисуса в контекст Моисеева завета и отрицали, что Он есть исполнение обетовании или целей, на которые этот завет указы вал. Ответ Павла заключается в том, что, поскольку Бог дал Новый Завет (ст. 6), христиане не должны поглядывать назад, на Ветхий Завет. Чтобы убедить коринфян не возвращаться к Ветхому Завету и оставаться в Новом, в этом отрывке он применяет два способа аргументации.

Во–первых, он противопоставляет Ветхий Завет Новому. Прежнее служение было отмечено смертью (ст. 7) и осуждением (ст. 9), тогда как нынешнее отмечено Духом (ст. 8) и оправданием (ст. 9). В своей отрицательной оценке прежнего закона Павел единодушен с выдающимися фигурами Ветхого Завета. «Тот завет Мой они нарушили», таков вердикт Иеремии относительно поведения евреев после их выхода из Египта (Иер 31:32). Моисей во Второзаконии говорит: «…Ты народ жестоковыйный…» и «…до сегодня не дал вам Господь сердца, чтобы разуметь, очей, чтобы видеть, и ушей, чтобы слышать» (Втор 9:6; ср.: 10:16; 29:4). Они не соблюдали данный Богом закон и совсем не верили, что будут прошены за его нарушение. В результате, заповеди, вместо того чтобы быть источником жизни, как изначально и задумывалось (Втор 5:33), стали суровой «буквой» (ст. 6), которая осуждала их и препятствовала единению с Богом.

Цели Нового Завета совершенно противоположные. Служение буквы убивает, а служение Духа дает жизнь (ст. 6). Ветхий Завет выносит осуждение, а Новый Завет выносит оправдание (ст. 9). То, что последнее слово должно переводиться именно так, а не иначе, подтверждается последующими стихами, где Павел связывает праведность (оправдание) пред Богом с тем, что Бог «не вменил людям преступлений их» (5:18-21). Согласно данному отрывку, Бог не вменяет грехи тех, кто «во Христе», ставшем «для нас жертвою за грех». Другими словами, в Новом Завете Бог прощает тех, кто верит в Его Сына, принадлежит Ему и умер за Него. Более того, Бог дарует таким людям Дух, то есть Свое личное присутствие, пребывая в них и давая им жизнь (ст. 6).

Такое двойное благословение оправданием и Духом встречается и в других писаниях Павла. В одном из мест он утверждает, что мы «оправдываемся верою», а в другом - что мы «получили Духа… чрез наставление в вере» (Рим 5:1; Гал 3:2). И оправдание, и Дух обретаются, если мы исповедуем веру в Христа. Один раз он объединяет эти две идеи: «А если Христос (то есть Дух) в вас… дух жив для праведности» (Рим 8:10). Понятно, что именно благодаря праведности, или оправданию, Бог дает нам жизнь, живое общение с Собой через Дух

Второй аргумент Павла против возвращения к Ветхому Завету состоит в том, что последний теперь превзойден. Если прежнее служение славно, то настоящее тем более славно (ст. 8, 9, 11). Однако это не означает, что одно служение просто выше другого. Скорее, меньшая, временная слава прежнего служения не продолжается, а закончилась, так как появилась большая, постоянная слава Нового Завета. Слава Моисеева лица оказалась преходящей (ст. 7, 11, 13), или, выражаясь точнее, была упразднена [А. Т. Hanson, Jesus Christ in the Old Testament (SPCK, 1965), pp. 25–35; также ср.: Barrett.]. Посылая сияние на лицо Моисея, Бог установил для него временной предел. Слава нового служения, напротив, не имеет предела (ст. 11). Сейчас, с появлением нового служения, «прославленное даже не оказывается славным… по причине преимущественной славы последующего» (ст. 10).

Другими словами, слава старого служения оказалась «обесславленной» бесконечно большей славой нового служения. Сам по себе Ветхий Завет сейчас славы не имеет. Он сейчас славен постольку, поскольку его обетования указывают на то славное, которое должно было еще явиться. Нельзя сказать, что Павел не признает прежнее служение. Не было бы обетования, могло не быть и исполнения. Тем не менее стрелки божественных часов сейчас отсчитывают новое время. Читатель должен понять, что время старого прошло безвозвратно. Божественные часы нельзя повернуть вспять.

Из учения Павла следует, что мы должны выработать правильный подход к интерпретации служения и проповеди божественного Завета. Мы не можем, вслед за оппонентами Павла, думать и действовать так, будто новое не превзошло старое. Эти люди были лишь первыми из тех многих в христианской истории, кто смешивал два завета, что можно проиллюстрировать двумя следующими примерами.

В III веке Киприан, епископ Карфагенский, писал о святом причастии и служении в эпоху Нового Завета в контексте ветхозаветной жертвы и священства [Cyprian, Epistle LA77; ср.: Т. М. Lindsay, The Church and Ministry in the Early Centuries (Hodder and Stoughton, 1902), pp. 283 ff.], затемняя тем самым особую природу Нового Завета. Последовавший за этим отход от четких новозаветных представлений о пастве и пастырском служении и появление восторженных представлений о значимости церковных зданий и о служителях, как о приносящих жертву священниках, представлений, возникших в эпоху поздней античности, в большой степени происходит из более раннего учения Киприана.

В XX веке мотив исхода был использован некоторыми представителями «теологии освобождения», характеризующейся также заимствованием из марксизма идеи классовой борьбы, которую они хотели поощрять в странах третьего мира [Напр.: G. Gutierrez, A Theology of Liberation (SCM, 1974), pp. 155 ff.]. Однако изначальный рассказ об исходе дает мало оснований для экзегезы такого рода. Но, что еще важнее, такая экзегеза как бы не замечает, что на смену старому закону пришел новый. В некоторых частях света это привело к политизации христианства и утере его евангельской природы.

Примеры эти показывают, что отсутствие соответствующего подхода в интерпретации приводит к серьезным последствиям в церковной и политической сфере, не говоря уже о других сферах."

2. Открыть лицо пред Богом (3:12-18)

1) Покрывало сброшено

О какой надежде (ст. 12) говорит Павел? Предшествующие стихи, как и последующие, не оставляют никаких сомнений в том, что это надежда славы, которая находится в уме (ст. 13 и далее; ср.: Рим 5:2). Служение Нового Завета славно (ст. 8,9): оно передает славу тем, кто воспринимает его (ст. 18). Что это за слава? Бог был и всегда будет невидим для человека; то, что нам было показано в разные ключевые моменты библейской истории – Его слава. Когда, в конце времен, мы будем с Ним соприсутствовать, мы станем участником Его славы и тоже будем прославлены. Выражение «слава Божья» ярким и кратким образом суммирует все окончательные благословения, которые будут дарованы Богом Своему народу. Это есть надежда Божьего народа.

В этом отрывке Павел продолжает сопоставлять Ветхий и Новый Заветы, хотя акцент сейчас делается на народы этих заветов. Сопоставление строится с помощью образа покрывала, который взят из рассказа о Моисее в Книге Исход (34:29-35). О покрывале на лице Моисея метафорически говорится, что оно было на умах (ст. 14) народа Ветхого Завета. Павел особое внимание обращает на два тесно связанных друг с другом момента. С одной стороны, он ссылается на слова самого Моисея о том, что народ упрямо не желал понять смысл и значение происшедшего с Божьей помощью выхода из Египта (Втор 29:2-4). С другой – он подразумевает, что из–за этого Бог не дает им понимания обетовании Моисеева завета, которые должны были исполниться Христом. Они не видели славу в Ветхом Завете, которая указывала бы на Христа. В результате, покрывало неведения мешает им понять смысл читаемых писаний (ст. 14,15), хотя недели напролет они сидят в синагогах и слушают чтение писаний Моисея. Из–за этого покрывала одно лишь чтение ни к чему не приведет. По этому поводу Хьюз говорит: «То же покрывало, духовное покрывало, символом которого является покрывало материальное, все еще хранит сердца народа израильского в темноте всякий раз, когда те заново сталкиваются с Моисеем в виде ветхозаветных писаний».

Покрывало, которое во времена Моисея помешало израильтянам разглядеть за ним славу на лице Моисея, сейчас лежит на их сердцах и мешает увидеть славу в Писании, которое они регулярно читают. Только Христом (ст. 14), в Котором исполняются обетования Ветхого Завета и Которого провозглашают апостолы (1:19,20), снимается покрывало. Только когда евреи непосредственно из Ветхого Завета поймут, что Мессия – это Христос, и обратятся к Нему, покрывало будет снято и слава станет зримой (ст. 16, 18;ср.:Деян 17:2,3).

А что имеет в виду Павел, когда пишет, что Господь, к Которому мы обращаемся, есть Дух (ст. 17)? Имеет ли он в виду, что Господь Иисус и Дух есть одно и тоже лицо? Не подразумевает ли он, что Божество имеет два лица (Отец и Господь – Дух), а не три? Знаменитое пожелание благодати, которым заканчивается это послание, решительно подтверждает тринитарное, а не бинитарное учение.

Споря с еврейскими служителями, Павел, кажется, желает обратить особое внимание на один важный момент. Моисей обратился к Господу при Ветхом Завете. Но сейчас Ветхий Завет завершился в Христе и Святом Духе. Господь Ветхого Завета сейчас более полно раскрылся как Отец, Сын и Святой Дух. Господь, к Которому мы сейчас обращаемся, это Господь Иисус Христос. Если бы Павел просто процитировал Исх 34:34, читатели могли прийти к выводу, что нужно обращаться Господу Ветхого Завета, чтобы сохранить Ветхий Завет. Новых служителей Иисус явно интересовал «по плоти», то есть Своим еврейским происхождением и соблюдением закона. Но Ветхий Завет сейчас завершился, причем не Иисусом–евреем, Иисусом по плоти, а Иисусом, Который прославлен на небе и Который изливает Святого Духа в сердца тех, кто к Нему обращается. Господь есть Дух, так кратко Павел говорите Господе Ветхого Завета, когда Тот более полно явил себя в Господе Иисусе Христе и Святом Духе в новом духовном завете [Кальвин замечает по этому поводу, что «это утверждение… не относится к сущности Христа, а просто указывает на его статус».].

Образ покрывала занимает центральное место также и в сопоставлении, которое Павел делает между народами Ветхого и Нового Заветов. Моисей и народ Израиля покрыты пеленой, в то время как лицо Павла и других христиан открыто (ст. 18). Ван Унник доказывает, что покрытое лицо означало «позор и скорбь», тогда как открытое – «уверенность и свободу» [W. С. van Unnik, 'With Unveiled Face', Nov. Test. 2/3 (1964), pp. 160–161. Автор пишет, что слово «дерзновение» (parresia) эквивалентно арамейскому слову, которое означает «открытие лица».]. Другими словами, из–за осуждения по Ветхому Завету люди испытывали стыд и нерешительность, тогда как «оправданные» через служение Нового Завета открыты и не теряют уверенность в присутствии своего Бога. Те, кто обращаются к Господу, Который есть Дух, имеют Духа и свободу (ст. 17), тогда как другие, подразумевает Павел, все еще находятся в рабстве.

2) Созерцание славы

Покрывало является метафорой слепоты, и мы понимаем, что те, кто живет по Ветхому Завету, не видят Божью славу, тогда как те, кто живет по Новому Завету, «созерцают» (RSV) славу, которую они видят в лице Иисуса Христа (ст. 18, ср.: 4:6). Те, чьи сердца в Ветхом Завете закрыты от славы, не меняются и не идут вперед. Они напоминают существ, живущих в застойном безжизненном болоте. Те же, чьи сердца открыты, видят славу Господа Иисуса и преображаются в тот же образ от славы в славу.

В отрывке 3:18-4:6 Павел упоминает «созерцание славы» и «воссияние света». Как это понимать – в буквальном или образном смысле? Сам Павел буквально «увидел… с неба свет, превосходящий солнечное сияние» (Деян 26:13; ср.: 9:3; 22:6). Но не имеет ли он также в виду, что каким–то образом в момент обращения мы видим некий свет, возможно, в духовном или мистическом смысле? Верующий видит

свет благовествования о славе Христа (4:4), который есть познание славы Божией (4:6). «Свет» приходит через «благовествование» или «познание Божие». Как пишет псалмопевец, это «откровение (Божьих) слов», которое «просвещает». Язык Павла, будучи буквальным для его собственного опыта, для верующих является в целом метафорическим. Мрак слепоты рассеялся; его сменил свет духовного понимания.

3) Преображение в Его образ

Что значит быть преображенным в Его образ! Определенно, мы не меняемся так, что начинаем напоминать Господа каким–либо внешним образом. Ключ к пониманию слов Павла, вероятно, лежит в следующем: Дух, который преображает нас (ст. 18), как говорится в другом послании, производит в верующих «плод… духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал 5:22,23). Вероятно, метафорический язык Павла подразумевает как раз эти девять нравственных и духовных качеств, которые верно описывают образ Христа и которые с помощью Духа мы в себе открываем.

Как происходит это преображение внутренних качеств? Оно происходит, когда мы обращаемся к Господу (ст. 16), так что покрывало снимается и мы начинаем «созерцать» славу Господа (ст. 18, RSV). Хотя греческий глагол можно перевести и как «отражать» (Ν ΙV), перевод «созерцать» следует предпочесть, так как в параллельном месте (4:18) используется его синоним «смотреть». Под этим Павел подразумевает вхождение в служение Божьего слова, Евангелия, которое подтверждает, что Иисус Христос – это образ Бога и также Господь (4:2-6). Через это служение нам сообщается познание Божье (4:1,6). Мы должны предпринять какие–то шаги, чтобы и нас охватило служение Евангелия. Это значит, что мы должны стать членами церкви, а также читать Библию и молиться. В другом послании Павел выражает ту же существенную мысль следующими словами: «Преобразуйтесь обновлением ума вашего» (Рим 12:2). Понятно, что процесс преобразования, будучи «духовным», является по своей природе не мистическим, а воспитательным. Содержание этого воспитания – Евангелие Христа.

Созерцание славы Господа на самом деле означает, что от начала до конца нашей христианской жизни мы неизменно должны проявлять активность. Это ведет к нашему преображению из славы в славу. Вначале, когда верующий получает понимание Евангелия и обращается к Господу, он «видит» славу своим сердцем. В конце он увидит славу своими глазами, когда на небесах лицом к лицу встретится с Господом, окутанным славой. Между началом и концом он «созерцает» славу через пастырское служение Евангелия в церкви.

Данный отрывок следует читать параллельно с Рим 8:29,30, где речь идет о великом божественном плане, простирающемся из вечности в вечность, благодаря которому мы «предопределены… оправданы… прославлены». Божьи цели полностью охватывают жизнь верующих, так же как они полностью охватывают всю историю. Божественный план, который завершится нашим прославлением, был задуман в вечности, до рождения самого верующего и до создания мира. Для нас исключительно важно проживать каждый день с этим пониманием. И все, что мы думаем или делаем, способствует росту христоподобия (или прославления) нашей собственной жизни.

Евангелие Христа не просто освещает нашу темную жизнь. Столь же важно, что оно постепенно преобразует ее таким образом, что жизнь все более начинает приобретать нравственный и духовный образ Господа Иисуса. В противоположность этому, Ветхий Завет нес лишь осуждение и смерть. Слова Павла «от славы в славу» выражают его торжество. Однако это не миссионерский «триумфализм» его оппонентов (2Кор 10:13-18;ср.: 2:14) или «триумфализм» «воинствующей церкви», который мы видим во взметнувшихся ввысь соборах, массовых собраниях или быстро разрастающихся церковных институтах. Это торжество благодати и силы Божьей, воспроизводящей в нашей жизни посредством Духа красоту Христа, которая со своей внешней стороны загнивает и распадается, так как соприкасается с миром, который «проходит» (1Кор 7:31). Лишь с помощью благодати и силы Божьей мы можем добиться преображения нашей исковерканной и темной жизни.



2007–2021, сделано с любовью для любящих и ищущих Бога. Если у вас есть вопросы или пожелания, то пишите: bible-man@mail.ru.