Библия » Сравнение переводов

2 Фессалоникийцам 3 глава

Второе послание к Фессалоникийцам апостола Павла

Перевод Десницкого

1 К тому же, братья, и вы молитесь о нас, чтобы нам распространять слово Господне к Его славе, как это было и с вами,
2 и чтобы нам избавиться от людей никчемных и дурных – ведь вера есть не во всех.
3 Но верен Господь, Он сбережет и защитит нас от зла!
4 И насчет вас мы положились на Господа, ведь вы соблюдаете и будете дальше соблюдать то, что мы вам возвестили,
5 а Господь направит ваши сердца к любви Божьей и к терпению Христову.
6 Объявляем вам, братья, во имя Господа нашего Иисуса Христа: сторонитесь всякого человека, который ведет себя нахально, вопреки тому преданию, которое вы приняли от нас.
7 Вы и сами знаете, что нам следует подражать, а мы не допускали никакого нахальства:
8 ни у кого не ели мы дармового хлеба, мы днем и ночью трудились тяжело и старательно, лишь бы не быть кому-то из вас в тягость.
9 И это не оттого, что не было у нас таких прав, а чтобы дать вам образец для подражания.
10 Еще когда мы были у вас, так и объявили вам: если кто не хочет трудится, то пусть и не ест.
11 Мы слышим, что некоторые ведут себя с вами нахально: сами никак не трудятся, но во все вмешиваются.
12 Таких мы призываем и убеждаем именем Господа Иисуса Христа спокойно заняться трудом и есть заработанный хлеб.
13 А вы, братья, неустанно творите добро!
14 Если же кто не послушает слов этого нашего послания, отделите его особо и не общайтесь с ним, чтобы его пристыдить.
15 Но не относитесь к нему как ко врагу, а наставляйте как брата.
16 Сам Господь дает мир, и пусть Он дарует вам всяческий мир во всём. Господь со всеми вами!
17 Я пишу приветствие собственной рукой – это во всяком послании признак, что оно действительно от меня, Павла*:
18 благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами.

Библия говорит сегодня

8. Ответственность христиан. 2Фесс 3:1-18

Павел заглянул в будущее. Он предсказал откровение Христа в последний день и восстание антихриста, которое предвосхитит и провозгласит пришествие Господа. Он также указал на то, что пока окончательный прорыв беззаконника еще сдерживается, но все же «тайна беззакония уже в действии» в мире (2Фес 2:7). В чем заключается ответственность христиан в этой двусмысленной ситуации, где зло одновременно и действует, и находится под контролем? Как нам нужно вести себя в это неспокойное время?

1. Введение: центральное место слова

Ответ Апостола касается божественного откровения. В течение промежуточного периода между двумя пришествиями Христа, пока Его нет с нами в мире, Бог не оставил детей Своих без путеводного света или руководства. Напротив, Он дал и то и другое в Своем Писании. Уже во 2 главе Павел написал о важности веры в истину (2:1,10-12) и о том, что нужно твердо держаться его учения (2:15). Теперь же, в главе 3, эта тема становится главной. Апостол использует два выражения (logos и paradosis, «слово» и «предание»), которые различны по смыслу, но в значительной степени накладываются друг на друга, поскольку оба обозначают открывшуюся истину.

Фраза слово Господне во 2Фес 3:1 уже встречалась нам в 1Фес 1:8. Там Павел говорит, что «оно пронеслось»; здесь он молится, чтобы оно «распространялось». В обоих случаях он имеет в виду Евангелие, определяя его как «слово Господне». Хотя Павлу вверили это благовестие (1Фес 2:4), оно исходило не от него, а от Бога. Он знал это. Знали и фессалоникийцы, ибо они приветствовали его «не как слово человеческое, но как слово Божие, – каково оно есть по истине». Это слово эффективно действовало в верующих (1Фес 2:13).

Другое слово, paradosis, Апостол использует в этой главе в значении «предание», «традиция». Это учение, которое было принято и передано другим (6, ср. 2:15). Теперь простого упоминания слова «предание» достаточно, чтобы немедленно вызвать настороженность среди протестантов, утверждающих превосходство Писания и решительно настроенных против подчинения преданиям. Разве не Сам Иисус отверг «предания старцев» с тем, чтобы «слово Божье» могло занять первое место? (Мк 7:1-13). Как мог тогда Павел превозносить то, что низложил Иисус? Дело в том, что они имели в виду предания разного происхождения. Иудейские устные предания, которые отвергал Иисус, Он называл преданием «человеческим», в то время как предания, или учение, Апостолов имеют божественное происхождение. «Нет никакого противоречия в том, – писал Фридрих Бушель, – что Иисус отрицает предание, а Павел отстаивает его. Предания Павла согласовываются с отрицанием Иисуса, поскольку они оба отвергают заповеди человеческие» [ушель, TDNT, том II, с. 172.].

Однако остается другая проблема, в которой, на первый взгляд, кажется, что Павел сам себе противоречит. С одной стороны, он стойко придерживается божественного происхождения своего учения, настаивает на том, что получил его «не от человека, но чрез откровение Иисуса Христа» (Гал 1:12). Он повторяет это в своем Первом послании к Коринфянам, утверждая, что «от Самого Господа принял то, что и вам передал» (1Кор 11:23). С другой стороны, одно конкретное предание, которое он получил и передал, относилось к установлению вечери Господней. Должны ли мы думать, что он получил эту информацию через прямое откровение? Разве не кажется более вероятным, что он получил это через людей? А если так, как он может утверждать, что получил ее от «Самого Господа»? Оскар Кульман обсуждает именно этот вопрос в своем эссе, озаглавленном Предание. Он выдвигает обоснованные аргументы и приходит к следующему выводу:

«Наименование kurios («Господь») может быть понято не только как обозначение исторического Иисуса (хронологическое начало и первое связующее в цепи преданий), но и как превознесенный Господь, как истинный Автор всего предания, развившегося внутри Апостольской Церкви»[Оскар Кульман, изд. Ф. Дж. Б. Хиггинсом, «Ранняя церковь» (SCM, 1956 г.), с. 62.].

Действительно, самим Апостолам была дана уникальная привилегия принять учение от Иисуса Христа и передать его церкви:

«Их основная функция – быть носителями прямого откровения, в котором все они зависели друг от друга в том, что один Апостол привносил один факт, другой Апостол – другой факт и так далее. Но только лишь общее свидетельство всех Апостолов составляет христианское paradosis, в котором действует Сам Kurios (Господь)» [Там же, с. 68.].

Таким образом, Павел может сказать, что получил от Самого Господа предание, которое на самом деле получено через других Апостолов. «Люди не могут оказывать влияния на то, как передают предания Апостолы, но Сам Христос Господь, Который таким образом делится этим откровением» [Там же, с. 73.].

Таким образом, под словом paradosis Павел подразумевал не предания церкви, а учение Апостолов, а значит, Самого Господа Христа. Эта разница четко осознавалась ранней церковью. Как писал Кульман: «Церковь отличала Апостольское предание от церковного, четко подчиняя последнее первому; другими словами, сама подчинялась апостольской традиции» [Там же, с. 87.].

Таким образом, будь то слово (1Фес 1:6, ПНВ), а именно «слово Господне», или «предание» (2Фес 3:6, ПНВ), то есть, учение Апостолов, которое упоминает Павел, каждый раз он имеет в виду божественное откровение. Он рассматривает настоящий период времени перед parousia Христа как эру мира. Эта фраза имеет два значения. Первое, церковь должна распространять слово по всему миру. Второе, церковь сама должна быть послушна слову, сообразуя свою собственную жизнь с учением Апостолов. В этой главе Павел высказывает два своих устремления: чтобы слово Господне «прославлялось» как в мире (1), так и в церкви (4- 15). Оба являются аспектами «духовного роста церкви». Бог хочет, чтобы Его церковь росла экстенсивно (распространением благовестия) и интенсивно (своим собственным послушанием благовестию). Каждая составляющая является незавершенной и неуравновешенной без другой. Кроме того, обе также требуют времени – для евангелизации мира, с одной стороны, и формирования церкви, с другой.

2. Слово должно распространяться в мире (3:1-3)

Итак молитесь за нас, братия, чтобы слово Господне распространялось и прославлялось, как и у вас, 2 И чтобы нам избавиться от беспорядочных и лукавых людей; ибо не во всех вера. 3 Но верен Господь, Который утвердит вас и сохранит от лукавого.

Словами Итак, братия Павел показывает, что собирается приняться за последнюю тему и что «Послание приближается к концу» [Бест, с. 323.]. Но прежде чем начать эту последнюю тему, он усиленно призывает своих читателей молиться за него и его миссионерскую команду (фактически, «продолжать молиться», поскольку глагол, использованный здесь, стоит в настоящем времени и повелительном наклонении). То, что он в конце Первого послания (1Фес 5:25) просит их молиться, а теперь повторяет свою просьбу, свидетельствует о его смирении. То, что он говорит им о своей заступнической молитве (напр. 1Фес 1:2; 3:11-13; 5:23; 2Фес 1:11-12; 2:16-17; 3:5,), указывает на их отношения. Христианское общение выражается и углубляется нашими молитвами друг за друга.

О чем просит Павел молиться фессалоникийцев? Во–первых, чтобы слово Господне распространялось и прославлялось, или, дословно: «могло распространяться и быть прославлено». Апостол любил использовать яркие обороты речи. Если в Первом послании он уподобил провозглашение Евангелия звуку трубы или раскату грома, которые «пронеслись» от Фессалоники (1Фес 1:8), теперь он сравнивает слово с бегуном. Может быть, он думал о народных празднествах, которыми славился Коринф, в частности, об атлетах, несших олимпийский факел. Образность встречается и в Ветхом Завете: «быстро течет слово Его» (Пс 146:15; ср. Пс 18:4б–6, цит. в Рим. 10-18). Фессалоникийцев просят молиться, чтобы благовестие могло пронестись быстро и хорошо, чтобы, куда оно ни пришло, оно могло иметь «славный прием» [Пламмер, II, с. 86.]. Если Павел продолжает изображать слово как атлета, он может представить его «коронованным славой» у финишной ленты [Фрейм, с. 289, 291.]. С другой стороны, Апостол, может быть, делает более общую ссылку к той «славе», которую слово достойно получить (как в книге Деяний 13:48). В этом случае молитва направлена на то, чтобы слово Господне могло «распространяться далее и торжествовать» (ПНВ) или же могло «иметь быстрый и славный успех» (ПАБ), как и у вас (добавляет Павел). Слово быстро пронеслось до Фессалоники и было прославлено тем приемом, который ему оказали (1Фес 1:6). Теперь Павел просит их молиться о том, чтобы оно могло нестись дальше и было принято и прославлено другими так же, как фессалоникийцами.

Без сомнения, Апостол имеет в виду евангелизацию Римской империи. Покинув Фессалонику, а затем Верию, он благовествовал в Афинах, интеллектуальной столице империи. Теперь он в Коринфе, ее коммерческой столице, и здесь он испытывает противление слову. Он уже начинает мечтать о том, чтобы ему благовествовать в Риме, административной столице империи, потому что Коринф лежал на северо–западе от Италии через Адриатическое море. Он призывает своих читателей молиться, чтобы Евангелие распространялось во всех направлениях и было принято.

Во–вторых, Павел просит молиться о том, чтобы ему и его братьям–миссионерам избавиться от беспорядочных и лукавых людей (2) [Ср. Рим 15:31.]. Одно дело – для Евангелия приобрести друзей, которые с радостью примут Благую Весть; другое дело – иметь возможность евангелистам освободиться от своих врагов, которые противятся благовестию. Павел имеет в виду определенную группу людей, возможно, иудейскую оппозицию в Коринфе (Деян 18:6 и дал.). Он описывает их не только лукавыми, но и atopoi, дословно: «никчемными», «неразумными» (АВ), «нездравомыслящими» (ПАБ), «непорядочными» [Миллиган, с. 109–110; Бест, с. 326.], и даже «фанатиками» (ДБФ, ИБ). Причиной их отношения к Евангелию является тот факт, что не во всех вера. Но, тут же добавляет Павел, верен Господь (т. е. Иисус; За, ср. 1Фес 5:24). В греческом языке, как и в русском, можно наблюдать игру слов вера и верный. И действительно, этим контрастом Павел выражает свою убежденность в том, что верность человека не может быть превыше верности Божьей. Это было проявлено той верностью Своему народу и слову, которую Он явил заключением Завета.

Божья верность Своему слову является постоянной темой Ветхого Завета. О Самуиле, например, говорится: «И возрос Самуил, и Господь был с ним; и не осталось ни одного из слов Его неисполнившимся» (1Цар 3:19). И опять Бог говорит к Иеремии, когда призывает его: «Я бодрствую над словом Моим, чтобы оно скоро исполнилось» (Иер 1:12). Подобное обетование Он дал Исайи: «Так и слово Мое… не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его» (Ис 55:11). Павел разделяет эту уверенность. Да, действительно, «лукавые люди» противились слову (2), а за ними стоял «сам лукавый» (3). Все они были вовлечены в духовную войну, а значит, им нужно было духовное оружие – молитва. За их молитвами стоял Сам Господь, Который наблюдает за Своим словом, Который утверждает слово Духом Своим в сердцах слушающих его так, что оно действует в них (1Фес 1:5; 2:13) [Ср. 1Кор 2:5.].

Более того, Тот Самый верный Бог верен Своим детям так же, как верен Своему слову. Ибо Он утвердит вас (sterizo, как в 1Фес 3:2,; 2Фес 2:17) и сохранит (и нас тоже, фактически, всех Своих детей) от лукавого. Как в молитве Господней («и избави нас от лукавого»), так и здесь определенно имеется в виду дьявол во плоти, а не «зло» вообще. Это ясно по контексту. Профессор Ф. Ф. Брюс говорит: «Лукавый» во плоти представляет собой более эффективную антитезу Kurios во плоти (то есть «Господу»)» [Брюс, с. 200.]. Великое утверждение «верен Господь» покрывает распространение слова в прошлом и укрепление церкви в будущем. Бог не даст не исполниться Своим планам ни в отношении Своего слова, ни в отношении Своей церкви. Отсюда «уверенность Павла в Господе» и его чувство уместности молитвы.

Что говорят нам эти стихи о характере миссии? Действительно, в «Догматической конституции по божественному откровению» Второго ватиканского собора 2Фес 3:1 было прокомментировано как ссылка в Писании на церковь. Простые люди должны читать это, ученые должны объяснять, а священство проповедовать. «Таким образом, через чтение и изучение священных книг, пусть «слово Господне распространяется и прославляется» (2Фес 3:1)» [«Документы Ватикана II», главн. ред. Волтер М. Аббот (Джоффри Чапман, 1966 г.), с. 125–128.]. И хотя в действительности «усилившееся преклонение перед словом Божьим» должно принести «новый подъем духовной жизни в церкви» [Там же, с. 128.], Павел видит в этих стихах не обновление церкви, а евангелизацию мира. И здесь четко подчеркнуты три аспекта мировой миссионерской деятельности.

Первое, миссия касается вести, которая должна распространяться, эта весть имеет данное и конкретное содержание. Может показаться удивительным, но Апостол под «словом Господним» подразумевал свое благовествование. «Молитесь за нас, – просит он, – чтобы слово Господне распространялось». Он считал себя носителем благовествования Божьего (1Фес 2:13). Его благовестие было Божьим благовестием (1Фес 1:5,; 2:2,,). Сегодня людей больше занимают культурные элементы в Благой Вести, которую мы проповедуем. И правильно. Мы должны облачить нашу проповедь в культурные одежды, в каких мы получили ее, а иногда даже в то культурное облачение, в котором она представлена в Писании. Мы также должны наполнить ее культурными терминами, понятными для тех людей, которым мы несем ее. «Благовестие» и «культура» – два разных понятия; их не следует путать, И все же под своим разнообразным культурным одеянием благовестие сохраняет тот свод истин, который был открыт нам Богом. Нельзя манипулировать им или извращать его. Оно продолжает быть транскультурной радостной новостью для всех. Это «слово Господне» должно распространяться по всему миру.

Второе, миссия касается провозглашения благовестия и принятия его. Вот почему люди, вовлеченные в распространение Евангелия по всему миру, молятся за то, чтобы оно прославлялось и чтобы евангелисты были избавлены от беспорядочных и лукавых людей. В миссии наблюдается взаимная игра этих четырех групп. Одни возносят свои ходатайские молитвы; другие, то есть миссионеры, проповедуют; третьи, слушая, прославляют слово своей верой в него. Четвертые отказываются от Благой Вести и восстают против тех, кто ее несет.

Третий аспект мировой миссионерской деятельности касается того, что Джон Мотт на Всемирной конференции миссионеров в Эдинбурге в 1910 году назвал «сверхчеловеческим фактором» [Джон Р. Мотт, «Решительный час христианских миссий» (Общество методистских миссионеров, 1910 г.), с. 193.]. Евангелизация – это не просто человеческая активность, происходящая за счет человеческой энергии и умений. Здесь задействованы также невидимые духовные силы. Отсюда призыв молиться. За лукавыми людьми, противящимися благовестию, стоит лукавый. За носителями слова Господня стоит верный Господь. Какое вдохновение могут черпать миссионеры своим утверждением, что верен Господь! Но если одним недостает веры, а другие либо не отвечают, либо активно сопротивляются, как мы можем надеяться на то, что слово Господне будет распространяться и прославляться? Мы можем быть в этом уверены, потому что за словом Господним стоит верность Господа. Именно Он говорил прежде и продолжает говорить сегодня, именно Он утверждает истину в сердцах людей, укрепляет ее корни и позволяет ей приносить плоды. Он также верно хранит Своих детей, с которыми Он заключил завет, обещая, что никогда не оставит и не покинет их.

-

3. Слову должно повиноваться в церкви (3:4-15)

Апостол переходит от необходимости распространения слова в мире к необходимости повиновения ему в церкви; он переходит от евангелизации к повиновению, от утверждения верности Господней Своему слову к утверждению Его авторитета в слове и через него. Есть что–то совершенно аномальное в тех христианах, которые делятся словом с другими, но нарушают его в собственной жизни.

Конкретная проблема, в связи с которой Павел требует послушания, касается ataktoi, праздных. Эти «бездельники» [Бест, с. 331–345.] составляли третью группу, которая беспокоила фессалоникскую церковь, подобно гонителям (2Фес 1) и лжеучителям (2Фес 2). Мы встречаем их и в Первом послании Павла (1Фес 5:14, где используется прилагательное ataktos). В этой главе он дважды употребляет наречие ataktos (стихи 6 и 11) и один раз глагол atakteo (7, «бесчинствовать»). Как мы видели раньше, они уклонялись от работы. Некоторые комментаторы считают, что эти люди были от природы ленивыми и жили за счет щедрых членов церкви. Другие считают, что они переняли презрение греков к физическому труду. Но все же большинство комментаторов придерживается мнения, что они верили в скорое приближение parousia, и это заставило их отказаться от работы. В своем Первом послании Павел велел им вернуться к работе, но, очевидно, его указание не было выполнено.

Удивительными являются не те указания, которые Павел дает им, а та властность, с которой он это делает. В этой главе нет ничего более впечатляющего, чем постоянно повторяющиеся глаголы: «завещавать», «повелевать» и «исполнять». Моррис писал: «В этих стихах есть военный ритм» [Моррис, TNTC, с. 143.]. Потому что слова parangello и parangelia обычно употреблялись «офицерами, которые отдавали приказы своим подчиненным» [Моррис, NICNT, с. 120, 248.]. В пяти стихах Павел обращается к Фессалоникийцам в таком стиле: «Мы уверены о вас в Господе, что вы исполняете и будете исполнять то, что мы вам повелеваем» (4). «Завещаваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа…» (6). «Ибо, когда мы были у вас, то завещавали вам сие…» (10, ПНВ). «Таковых увещаваем и убеждаем Господом нашим Иисусом…» (12). «Если же кто не послушает слова нашего в сем послании, того имейте на замечании» (14).

Мы уверены о вас в Господе, что вы исполняете и будете исполнять то, что мы вам повелеваем. 5 Господь же да управит сердца ваши в любовь Божию и в терпение Христово.

6 Завещаваем оке вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас, 7 ибо вы сами знаете, как должны вы подражать нам; ибо мы не бесчинствовали у вас, 8 ни у кого не ели хлеба даром, но занимались трудом и работою ночь и день, чтобы не обременить кого из вас, 9 не потому, чтобы мы не имели власти, но чтобы себя самих дать вам в образец для подражания нам, 10 Ибо когда мы были у вас, то завещевали вам сие: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь.

11 Но слышим, что некоторые у вас поступают бесчинно, ничего не делают, а суетятся. 12 Таковых уве–щаваем и убеждаем Господом нашим Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии, ели свой хлеб. 13 Вы же, братия, не унывайте, делая добро.

14 Если же кто не послушает слова нашего в сем послании, того имейте на замечании и не сообщайтесь с ним, 15 Но не считайте его за врага, а вразумляйте, как брата.

Следует отметить, что Павел разрешение проблемы, связанной с ataktoi, разделил на пять этапов. Он, полагаясь на верное большинство в самой церкви, уже не уделяет столько внимания отдельным личностям, которые (даже после его назиданий) настаивают на своем непослушании:

1. Он выражает свою уверенность в церкви вообще (4-5).

2. Он велит верному большинству удаляться от бездельников (6-9).

3. Он напоминает им о принципах, которые изложил во время своего посещения (10).

4. Он напрямую обращается к неверному меньшинству, к самим праздным (11-13).

5. Он дает указания относительно тех личностей, которые могут упрямо отвергать его учение (14-15).

На каждом этапе, к кому бы Павел ни обращался, он использует командно–приказной стиль.

Во–первых, Павел выражает свою уверенность в Господе о фессалоникийцах, в том, что они исполняют и будут исполнять то, что они им повелевают (4). Даже если Павел имеет в виду также Силу и Тимофея, «мы» наверняка является выражением властности и указывает на то, что церковь живет под авторитетом учения Апостолов. Уверенность Павла в Господе приводит его к молитве Тому же Господу Иисусу, чтобы Он управил сердца ваши в любовь Божию и в терпение Христово (5). Я думаю, что неправомерно интерпретировать родительный падеж, употребленный здесь дважды, ни как объект (наша любовь для Бога и «наше терпеливое ожидание Христа», АВ) [Ср. 1Фес 1:3], ни как субъект действия (Божья любовь к нам и Христово терпение к нам). Такие размышления привели Лайтфута к объединению этих фраз. «Сами Апостолы, – писал он, – воспользовались, сознательно или нет, неясностью или, скорее наоборот, вразумительностью языка, чтобы выразить великую духовную истину» [Лайтфут, «Заметки», с. 127.], а именно, что Божья любовь к нам взращивает нашу любовь к Нему. Действительно, эти два значения настолько «связаны и переплетены между собой», что редко представляется возможным отделить их друг от друга [Там же, с. 128.]. Мне кажется, это качественные прилагательные. В таком случае, молитва Павла – это прошение о том, чтобы Господь помог фессалоникийцам обрести любовь, подобную Божьей любви, и терпение или постоянство, подобное терпению Христа. Таким образом, контекст предполагает, что они выразят свою любовь и терпение в послушании.

Во–вторых, Павел велит неверному меньшинству именем (то есть властью) Господа нашего Иисуса Христа удаляться («быть начеку», ПАБ) от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию (paradosis), которое приняли от нас (6). Это апостольское учение, которое Павел дал им во время своего посещения словом и своим личным примером. Поэтому они должны слушаться его повелений и подражать ему (7а). Что касается его поведения как примера для подражания, он упоминает здесь два момента. С одной стороны, он и его братья–миссионеры не бесчинствовали (76), с другой, они не ели хлеба даром (8а). Они платили за кров и пищу, когда жили у Иасона (Деян 17:5-9). Чтобы платить «за стол и кров» (НАБ), они занимались трудом и работою день и ночь (Павел изготавливал палатки). Греческое созвучие kopos kai mochthos здесь, как и в 1Фес 2:9, переведено на английский также созвучием «toil and moil» («трудом и тяжкой работой», «трудом и потом» ИБ) [Лайтфут, «Заметки», с. 26.].

У Павла и его соработников были две причины для того, чтобы сочетать тяжелый физический труд с миссионерской работой. Во–первых, они не хотели обременять никого из фессалоникских христиан (86) не потому, чтобы они не имели власти (9а). Павел не объясняет здесь оснований для такой власти, хотя и упоминает об этом в своем Первом послании (1Фес 2:66). Это прямо соответствует высказыванию Иисуса, что «трудящийся достоин награды за труды свои» (Мф 10:10; ср. Лк 10:7). Павел позже разъяснит свои права и вопрос о вознаграждении (1Кор 9:3-14; ср. 1Тим 5:18). Второй причиной, по которой миссионеры зарабатывали себе на жизнь сами, было желание стать образцом для подражания в фессалоникс–кой церкви (96). Одним словом, они хотели не обременить, а быть примером.

В–третьих, Павел напоминает им об авторитетном учении, которое он дал им во время своего посещения: (ПНВ, «это приказание»; это опять глагол parangello): если кто не хочет [т. е. отказывается] трудиться, то и не ешь (10). Нет необходимости размышлять о том, что эта неизвестная эпиграмма могла принадлежать Иисусу, или искать ее предшественников в иудейской или греческой литературе. У всех народов есть подобные поговорки. Дейсман говорит об этом: «Святой Павел, возможно, позаимствовал добрую, старую мораль рабочих мастерских, сентенцию, сотни раз повторявшуюся трудолюбивыми рабочими, когда они запрещали ленивому ученику сесть за обеденный стол» [Дейсман, с. 314.]. Кто бы впервые ни употребил это выражение, Павел принял его и дал ему свое апостольское одобрение. Он явно повторял его несколько раз в Фессалонике (несовершенное время глагола «мы завещавали вам сие» дает нам право предположить это), а теперь он опять напоминает о нем.

В–четвертых, Павел напрямую обращается к неверному меньшинству, к праздным, которые (как он недавно слышал) отвергали его учение. Они ничего не делают, – пишет он, – они суетятся (11). Этот выразительный контраст точно отображает игру слов в греческом предложении, не ergazomenous, но periergazomenous. Поскольку у них нет работы, которой они могли бы заняться, они начинают мешать другим. Обращаясь к ним, Павел не старается быть мягким: Таковых увещаваем и убеждаем Господом нашим Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии (ПНВ, ср. 1Фес 4:11), ели свой хлеб (12). Затем он обращается к остальным братиям, которые не были заражены вирусом безделья, и ободряет их: не унывайте, делая добро (13). Некоторые понимают этот стих, как призыв быть терпеливыми к неработающим. Но скорее всего, это просьба к ним, чтобы они, в отличие от праздных, проявляли терпение в добрых делах[Ср. Гал 6:9.].

В–пятых, Павел добавляет дальнейшее указание о том, как должна церковь относиться к тем личностям, которые упорствуют в непослушании: Если же кто не послушает (ПНВ, «откажется» слушать) слова нашего в сем послании, того имейте на замечании (14а). Может быть, здесь имеется в виду какой–нибудь зачинщик группы бунтарей. Не сообщайтесь с ним, чтобы устыдить его (146). Но в то же время, не считайте его за врага, а вразумляйте, как брата (15), или «наставляйте его, как члена семьи» (ПАБ).

В этом стихе частично содержится самая важная во всем Новом Завете информация о соблюдении дисциплины в церкви. Как поместная христианская община должна разрешить ситуацию, когда один или несколько ее членов виновны в серьезных нарушениях? Скорее всего, многие церкви сегодня не будут ничего делать. Контроль за соблюдением дисциплины перестал существовать, а идея о его оживлении воспринимается с неудовольствием. Однако наш Господь и Его Апостолы были на этот счет другого мнения. 2Фес 3:14 предлагает пять практических директив относительно того, когда, почему и как следует применять дисциплинарные наказания.

1. Необходимость дисциплинарного воздействия должна возникать не за мелкие нарушения, с которыми можно разобраться один на один, но вследствие открытого, намеренного и постоянного неповиновения простым апостольским правилам. В случае с ataktoi Павел неоднократно назидал в апостольском учении словом, личным примером и посланием. Христианские стандарты в этих случаях не вызывали никаких сомнений. Но виновные выказывали дух открытого неповиновения. К тем, кто упрямо отказывается повиноваться (14), как сказал Павел, должны применяться меры дисциплинарного воздействия.

2. Характер дисциплинарного воздействия, о котором говорил Павел, был мерой общественного бойкота. Бездельники уже получили общее назидание (1Фес 5:14). Но теперь, поскольку они не приняли это во внимание, верные члены церкви должны

были удаляться от них (6). И тогда, если кто–нибудь продолжал политику непослушания, они должны были «иметь его на замечании», что предполагает «какую–то форму общественного порицания» [Бнкнелл, с. 94.], и «не сообщаться с ним» (14). Это глагол synanameignymi, «вращаться в, общаться с» (ГТ). Позже Павел опять употребит это слово, когда велит коринфянам не иметь общения или даже не есть вместе с теми христианскими братьями, которые открыто повинны в таких нарушениях, как аморальность, нечестность, идолопоклонство и пьянство (1Кор 5:9,). Но этот глагол может предполагать различные степени остракизма [Изгнание, гонение. С. М. Локшина. Краткий словарь иностранных слов. М., «Русский язык», 1988. – прим. ред.], от полного отделения, связанного с отлучением от церкви (как в Коринфе) до более умеренного сокращения свободного и близкого общения с виновными (как в Фессалонике). «Пусть не будет с ними никакого тесного общения» [Фрейм, с. 298, 308.], скорее всего, это имеет в виду Павел, а не более жесткое выражение ПНВ «не иметь ничего общего с ними». Ибо это указание Апостола далее подтверждается его повелением не считать виновного за врага, а обращаться с ним, как с братом–христианином (15).

3. Ответственность за применение дисциплинарного воздействия к виновному ложится на весь приход. Павел не обращает своих назиданий к старейшинам фессалоникской церкви, которые являются «предстоятелями их в Господе», хотя они имеют особое право назидать паству (1Фес 5:12). Лидеры могут взять инициативу в свои руки, но затем всей церковной общиной должно быть принято корпоративное решение и предприняты корпоративные действия. Без этого община может разделиться на враждебные группы.

4. Дух дисциплинарных наказаний должен быть братолюбивым, а не враждебным. Это следует делать «в духе кротости» (Гал 6:1). «Не считайте его за врага» (15а), ибо такое отношение будет равнозначно отношению к «язычнику или сборщику налогов» (Мф 18:17), то есть отлучению. Наоборот, «вразумляйте как брата» (156), продолжая назидать его по–братски (глагол noutheted, как в 1Фес 5:12 и 14).

5. Цель, достигаемая дисциплинарными мерами, является позитивной и конструктивной. Она направлена не на унижение правонарушителя, и тем более не на уничтожение его. Скорее, чтобы «устыдить его» (146), то есть, заставить совесть виновного привести его к покаянию за прошлое и к исправлению жизни в будущем. Намерение Павла заключается не в отлучении виновного от общины, а в восстановлении его в ней [Ср. Гал 6:1.]. Иисус ясно сказал, что «если послушает тебя согрешивший, то приобрел ты брата твоего» (Мф 18:15).

4. Размышления об авторитете Апостолов

Павел проводит четкую границу между тремя способами воздействия, которые он использовал для назидания фессалоникийцев. Во–первых, он научил их апостольскому преданию (paradosis) устно, и они приняли его (6; ср. 10 и 2:15). Во–вторых, он явил им образец, которому они должны были подражать (7-9; ср. 1Фес 1:6) [Ср. также 1Кор 4:16; 11:1; Гал 4:12; Флп 3:17.]. В–третьих, он изложил свое учение в посланиях (14; ср. 1Фес 4:16), которые лично подписал (17), чтобы подтвердить их подлинность (2:2). Таким образом, сочетанием устного учения, наглядного примера и письменных посланий он управлял делами фессалоникской церкви.

Мы уже отмечали, что Павел пять раз обращается к командному стилю. Более того, эти пять стихов могут быть подразделены на две категории, в зависимости от того, обращается ли он к послушному большинству («вы»), или к непослушному меньшинству («они»). Он начинает, говоря: «Мы уверены о вас в Господе, что вы исполняете…» (4, 6, 10), а затем добавляет: – «таковых [т. е. праздных] увещаваем… если кто не послушает слова нашего» (12, 14). Далее, в своих поучениях и назиданиях Павел осмеливается утверждать, что его авторитет в учении и заповедях есть авторитет Самого Господа Иисуса. Это ясно прослеживается в том, что он пишет к группам и большинства, и меньшинства. К большинству он обращается: «Завещаваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа» (6), а ко второй группе: «таковых увещаваем и убеждаем Господом нашим Иисусом Христом» (12). Это также становится понятно, когда Павел говорит о своей уверенности, выражая ее сочетанием существительного и местоимения: «Мы уверены о вас в Господе, что вы исполняете и будете исполнять то, что мы вам повелеваем» (4). Воистину удивительна его вера в то, что Господь Иисус сделает фессалоникийцев послушными ему. Этими «резкими приказами… он по всей видимости канонизирует собственную доктрину и послания» [Маркус Барт, «Ефесянам 1-3» (Анкор Байбл; Даблдей, 1974 г.), с. 362.].

Это не дикие фантазии демагога. Это не раздраженная реакция мелкого лидера, чей авторитет подвергается сомнению. Павел не выказывает ни личных амбиций или гнева, ни мелкого высокомерия. Напротив, он совершенно хладнокровен, продолжая называть их «братиями» (6, 13, ср. 15), и не требует от них послушания в том, в чем не испытывал бы готовности продемонстрировать свое послушание (6-10). И все же он совершенно ясно говорит, что его повеления являются повелениями Господа, ибо он произносит их «в» и «во имя» Самого Господа Иисуса Христа, то есть, как Его личный представитель. Это еще один яркий пример его уверенности в собственном авторитете Апостола Христа. В предыдущем Послании к Галатам он хвалил их за то, что они «приняли Его, как Христа Иисуса» (Гал 4:14), а в более позднем Послании он будет настаивать на том, что «Христос говорит» через него (2Кор 13:3).

Сегодня никто в церкви не обладает такой властью и не осмеливается говорить языком Павла. Правда, папа римский до сих пор претендует на статус непогрешимости. И все же вежливо, но твердо, нам придется отвергнуть эти притязания. На самом же деле, даже папа, хотя в своих речах он использует апостольское множественное «мы», никогда не употребляет командно–приказную лексику, какой пользовался Павел. С другой стороны теологического спектра находятся некоторые очень авторитетные лидеры харизматического движения и движения домашних церквей, которые считают себя «апостолами» и которые, осуществляя свое, так называемое «пасторское» служение, отодвигают в сторону закон и требуют повиновения. Но мы должны решительно отвергнуть и эти притязания. Нет в церкви никого, кто имел бы власть, отдаленно напоминающую власть Апостолов Христа; и никогда не было с тех пор, как умер последний Апостол.

Этот факт полностью признавался в ранней, постапостольской церкви. Церковные лидеры тех дней знали, что у Апостолов не было наследников и что они сами не имеют такой власти. Например, Игнатий. Он был епископом Антиохии Сирийской в начале второго столетия и был приговорен в Риме к смерти за свою христианскую веру. По пути к месту казни он написал семь посланий, в которых его высокое мнение о епископате выражено совершенно очевидно. И все же в своем послании к римлянам он писал: «Я не приказываю вам, как Петр и Павел. Они были Апостолами; а я узник» [Игнатий, «К Римлянам», глава 4, стих 3.]. Он был епископом, но он не был Апостолом. Ему недоставало апостольского авторитета, чтобы командовать.

Как же нам сегодня восполнить апостольский авторитет? Только обращением к Новому Завету. Ибо авторитет Апостолов (который есть авторитет Христа) не стал меньше. Однако он не может быть осуществлен через их предполагаемых последователей (будь то католические епископы или харизматические лидеры), поскольку в своей уникальной исторической роли прямых очевидцев воскресшего Господа у них не было последователей. Только Новый Завет сохранил их учение, и через него Апостолы продолжают назидать церковь.

Конечно же, нужна большая и важная работа по интерпретации и применению апостольского учения в современных условиях и культурах. Тем не менее их основное учение сохраняет постоянную и универсальную действенность. Ибо если Христос говорил через них, а они говорили во имя Христа, то несогласие с их учением будет означать несогласие со Христом [Ср. Мф 10:40; Лк 10:16.]. Благополучие церкви в двадцатом столетии, так же, как и в первом, зависит от нашего повиновения Иисусу Христу, когда Его слово приходит к нам через Его Апостолов в Новом Завете.

5. Заключение: тройное благословение (3:16-18)

Сам же Господь мира да даст вам мир всегда во всем. Господь со всеми вами!

17 Приветствие моею рукою, Павловою, что служит знаком во всяком послании; пишу я так:

18 Благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь.

Серьезные разногласия между работающими и бездельниками грозят расколоть фессалоникскую церковь. При определенных обстоятельствах возможно применение дисциплинарных мер. Павел отдал распоряжения, на случай, если меньшинство будет продолжать политику неповиновения. Он очень надеется, что виновные члены церкви раскаятся сами, без применения к ним жестких дисциплинарных мер. Итак, он произносит тройное благословение от Иисуса Христа для фессалоникской церкви, которое принимает форму частично молитвы, частично пожеланий.

Прежде всего, Сам же Господь мира да даст вам мир всегда во всем (16а). В своем Первом послании Павел писал о «Боге мира» (1Фес 5:23). Здесь «Господь мира» означает Иисуса Христа, ибо ветхозаветные пророки описывали Мессию как «Князя мира», который утвердит Свое мировое царство (Ис 9:6-7). Так оно и случилось. «Ибо Он есть мир наш», Который посредством Своего Креста примирил иудеев и язычников друг с другом и обоих с Богом, таким образом «устрояя мир» (Еф 2:14-15; ср. Кол 1:20). Поскольку Иисус является «Господом мира», Он равным образом способен «дать мир», всепроникающий мир «во все времена и во всех путях», или (прочитывая topos вместо tropos, как предпочитает Лайтфут) [Лайтфут, «Заметки», с. 135] «во все времена и повсеместно». Только Его мир может положить конец фессалоникскому конфликту.

Господь со всеми вами! (16). Одно дело получить мир Христа как дар, а другое дело насладиться присутствием Самого Христа среди Его детей. «Со всеми, – подчеркивает Павел, – как с братьями–отступниками, так и с верными и послушными братьями» [Моррис, TNTC, с. 151.].

Благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами (18). То же пожелание было в заключении Первого послания Павла фессалоникийцам (1Фес 5:28), только здесь он добавляет слово «всеми», как и в конце 16 стиха. Благодать и мир также объединены в последнем прощальном слове Первого послания (1Фес 5:23,) и в начале обоих Посланий (1Фес 1:1 и 2Фес 1:2). Они являются самыми превосходными дарами Христа Его церкви. Они взаимно дополняют друг друга, поскольку не может быть мира без благодати. «Благодать» есть неизмеримая милость Божья, которая обеспечивает и предоставляет спасение. Вот почему в этот момент, продиктовав всю предыдущую часть Послания [Ср. Рим 16:22.], Павел берет ручку у своего писаря и пишет последнее пожелание благодати собственной рукой. Это служит знаком во всех его посланиях. Пишу я так (17). Павел хорошо осведомлен об активных происках лжеучителей (2:2), поэтому он добавляет к Посланию свой автограф, как «знак истинности» (ИБ). «Это доказывает мое авторство» (НАБ). Подписывать свои Послания входит у него в привычку [Ср. 1Кор 16:21; Гал 6:11; Кол 4:18; Фил. 19.]. Он, видимо, заканчивал каждое свое письмо собственной рукой, даже «не всегда подтверждая это словами» [Дейсманн, с. 172.].

Невозможно читать последние три стиха этого Послания без искреннего пожелания современным церквам того же, что Павел пожелал фессалоникской церкви, а именно, мира, присутствия и благодати Господа. Возможно ли это? Да, только если, как я думаю, эти благословения прочитаны в контексте и если мы разделяем взгляды Павла на первооснову слова в жизни церкви. Действительно, один из вечных вопросов, стоявших перед церковью во все времена, касается ее отношений с Библией. Как дети Божьи и слово Божье соотносятся друг с другом? Создает ли слово церковь или церковь слово? Стоит ли церковь выше Библии, или Библия выше церкви? Римско–католическая, православная и протестантская церкви по–разному отвечают на эти вопросы. Разногласия по этим вопросам намного глубже и серьезнее, чем по другим.

3 глава 2 Послания к Фессалоникийцам ярко освещает эти противоречия. Павел явное превосходство отдает слову. Молитва в начале главы о том, «чтобы слово Господне распространялось и прославлялось» (ПНВ), заставляет нас устыдиться ограниченности интересов собственного прихода и вдохновляет на развитие глобального видения и отдачи себя делу благовествования. Павел неоднократно указывал на послушание, и это также служит обвинением тем церквам, где подходят к слову Божьему выборочно, с позиций субъективности. В таких церквах Писание просматривают, выбирая лишь некоторые стихи, как садовник, собирающий цветы с клумбы. У них нет концепции последовательного и тщательного изучения Библии, сознательного подчинения ее учению. Пусть такая церковь не надеется получить благословение Господа! Ибо презирать слово Господа означает презрение к Господу слова, недоверие Ему и неуважение к Его авторитету.

К какой церкви принадлежим мы? Глобально ли видение нашей церкви, или ее интересы ограничены только лишь своим приходом? Принципиально ли ее отношение к Писанию, послушна ли она слову? Сейчас, когда история приближается к своей развязке и мы ожидаем мятежа антихриста, который объявит о начале откровения Христа, можем ли мы сказать от чистого сердца: «Пусть слово Господне распространяется и прославляется во всем мире» и «Пусть слово Господа прославится и пусть Ему подчинятся в церкви»? Ибо тогда, полностью отдавшись Господу и Его слову, мы можем смиренно ожидать наслаждения Его миром, Его присутствием и Его благодатью.



2007-2021, сделано с любовью для любящих и ищущих Бога. Если у вас есть вопросы или пожелания, то пишите: bible-man@mail.ru.
Рекомендуем хостинг, которым пользуемся сами – Beget. Стабильный. Недорогой.