2-я Царств

Разгромив амаликитян, Давид вернулся в Секелаг и пробыл там два дня. Это случилось вскоре после того, как был убит Саул. На третий день из лагеря Саула пришёл молодой солдат. Одежда на нём была разорвана, а голова посыпана пылью в знак глубокой скорби. Придя к Давиду, он поклонился ему до самой земли.

Давид спросил его:
«Откуда ты пришёл?»
Человек ответил:
«Я убежал из израильского лагеря». Давид спросил:
«Что там произошло? Расскажи мне».
Тогда человек ответил:
«Народ наш бежал с поля сражения. Многие убиты, и Саул и сын его Ионафан тоже мертвы». Давид спросил юношу, который рассказывал ему об этом:
«Откуда ты знаешь, что Саул и его сын Ионафан мертвы?» И юноша ответил:
«Я случайно оказался на Гелвуйской горе и увидел Саула, опирающегося на своё копьё, а колесница и всадники настигали его. Он оглянулся назад и, увидев меня, позвал, а я ответил ему. Саул спросил: „Кто ты?” И я ответил ему, что я — амаликитянин. Тогда Саул сказал мне: „Подойди и убей меня! Я в смертельных муках, но всё ещё жив”. Поэтому я подошёл и убил его, так как знал, что он тяжело ранен и не сможет выжить. Затем я взял корону с его головы и браслет и принёс их сюда, мой господин».

Тогда Давид и все люди, бывшие с ним, разорвали на себе одежды, чтобы выразить свою печаль. Они рыдали, плакали и постились до захода солнца о Сауле и о сыне его Ионафане, о народе Господнем и об Израиле, так как пали они от меча.

Затем Давид сказал юноше, который рассказал ему о смерти Саула:
«Откуда ты?»
Юноша ответил:
«Я амаликитянин, сын чужеземца». Тогда Давид сказал ему:
«Как не побоялся ты поднять руку, чтобы убить помазанника Господа?» Затем Давид призвал одного из молодых слуг и приказал ему убить амаликитянина, и тот убил его. И сказал Давид амаликитянину:
«Ты сам виноват в своей смерти. Ты сказал, что убил помазанника Господа, так что твои собственные слова доказывают твою вину». Давид пел печальную песнь о Сауле и его сыне Ионафане. Он велел своим людям научить народ Иудеи этой песне, которая называется «Поклон».
Она записана в книге «Ясара».
«Краса твоя, Израиль, повержена на высотах твоих! О, как пали эти герои!

Не рассказывайте об этом в Гефе, не объявляйте на улицах Аскалона. Чтоб не радовались города филистимские, чтоб не торжествовали народы чужеземные.

О, горы Гелвуйские! Пусть не падает на вас ни роса, ни дождь, и не будет полей, приносящих урожай. Так как щит героев заржавел там, не был помазан маслом щит Саула.

Лук Ионафана отнял жизни многих, меч Саула принёс смерть врагу! Они пролили кровь тех, кто мёртв сейчас, пронзили плоть могучих воинов.

Саул и Ионафан нам были дороги! В жизни своей они друг друга любили и в согласии были. И даже смерть не разлучила их! Быстрее орлов, сильнее львов они были.

О, дочери Израиля, плачьте о Сауле, который одевал вас в пурпурные одежды и золотом одежду вашу украшал.

Как пали сильные в битве! Ионафан лежит убитый на высотах Гелвуйских.

Скорблю я о тебе, брат мой Ионафан! Ты очень дорог был мне. Меня любил ты неописуемой любовью, которая сильнее любви женщины.

В битве погибли славные герои, их оружие утеряно бесследно».

Позже Давид обратился к Господу за советом. Он спросил:
«Идти ли мне против какого-либо из городов Иуды?»
Господь сказал ему:
«Иди».
Давид спросил:
«Куда мне идти?»
Господь ответил:
«В Хеврон». И пошёл туда Давид с двумя своими жёнами, Ахиноамой изреелитянкой и Авигеей, вдовой Навала кармелитянина. Давид привёл с собой и своих людей с семьями. Они поселились в Хевроне и в близлежащих городах. Люди Иудеи пришли в Хеврон и помазали там Давида на царство над Иудеей, а потом рассказали ему, что жители Иависа Галаадского похоронили Саула. Давид отправил послов к жителям Иависа Галаадского сказать им:
«Господь благословит вас за то, что вы оказали эту милость своему господину Саулу и похоронили его. Господь воздаст вам милостью и верностью. И я тоже буду милостив к вам за то, что вы сделали. А сейчас будьте сильными и мужественными, так как ваш господин Саул умер, а род Иуды помазал меня царём над ним». Авенир, сын Нира, начальник войска Саула, привёл Иевосфея, сына Саула, в Маханаим и сделал его царём над Галаадом, Гешуром, Изреелем и Ефремом, Вениамином и над всем Израилем. Иевосфею, сыну Саула, было сорок лет, когда он начал править Израилем, и царствовал он два года. Только род Иуды следовал за Давидом. Давид царствовал в Хевроне над иудеями семь лет и шесть месяцев.

Авенир, сын Нира, и слуги Иевосфея, сына Саула, вышли из Маханаима в Гаваон. Вышел и Иоав, сын Саруи, со слугами Давида, и они встретились у пруда в Гаваоне. Одни расположились на одной стороне пруда, а другие — на противоположной. Авенир сказал Иоаву:
«Пусть юноши померяются силами перед нами».
Иоав ответил:
«Хорошо, пусть так и будет».

И вышли двенадцать вениамитян со стороны Иевосфея, сына Саула, и двенадцать слуг Давида. Они схватили друг друга за голову, вонзили меч один другому в бок и пали вместе. И поэтому это место в Гаваоне назвали Хелкаф-Хаццурим.

В тот день, после ожесточённого сражения, слуги Давида разбили Авенира и израильтян. У Саруи было три сына: Иоав, Авесса и Асаил. Асаил очень быстро бегал, так быстро, как дикий олень. Асаил побежал за Авениром и не переставал преследовать его.

Авенир оглянулся назад и спросил:
«Ты ли это, Асаил?»
Асаил ответил:
«Да, это я». Тогда Авенир попросил его:
«Перестань преследовать меня. Сверни направо или налево. Выбери одного из молодых воинов, тебе будет легко взять его оружие».
Но Асаил продолжал преследовать Авенира. Авенир снова сказал Асаилу:
«Перестань преследовать меня, иначе мне придётся тебя убить. Как смогу я тогда смотреть в лицо твоему брату Иоаву?» Но Асаил не хотел останавливаться и продолжал бежать за Авениром. Тогда Авенир обратной стороной своего копья поразил его в живот. Копьё пронзило его насквозь, и тогда Асаил упал и умер на месте. Тело Асаила лежало на земле, и каждый, кто подходил к тому месту, где пал Асаил, останавливался, чтобы взглянуть на него.

Иоав и Авесса по-прежнему продолжали преследовать Авенира. Солнце уже садилось, когда они добрались до холма Амма, напротив Гиаха, по дороге к Гаваонской пустыне. Вениамитяне собрались вокруг Авенира, сформировали один отряд и встали все вместе на вершине холма.

Авенир закричал Иоаву:
«Будем ли мы вечно сражаться и убивать друг друга? Ты же знаешь, что последствия будут печальные. Скажи своим людям: пусть перестанут преследовать своих братьев». И сказал Иоав:
«Так же верно, как то, что Господь жив, если бы ты ничего сейчас не сказал, то люди преследовали бы своих братьев до утра». Иоав затрубил в трубу, и его люди перестали преследовать израильтян и больше не сражались. Авенир же и его люди шли по Иорданской долине всю ночь. Они перешли реку Иордан и шли весь день, пока не пришли в Маханаим.

Когда Иоав вернулся после преследования Авенира и собрал всех своих людей, оказалось, что недостаёт девятнадцати слуг Давида, включая Асаила. Слуги Давида убили триста шестьдесят вениамитян, которые были с Авениром. Они взяли тело Асаила и похоронили в могиле его отца в Вифлееме. Иоав со своими людьми шёл всю ночь, и на рассвете они достигли Хеврона.

Между семьёй Саула и семьёй Давида велась продолжительная война. Давид становился сильнее и сильнее, а род Саула всё больше ослабевал.

У Давида родились сыновья в Хевроне: его первенцем был Амнон от Ахиноамы изреелитянки. Второй сын, Килеав был от Авигеи, вдовы Навала кармелитянина. Третий — Авессалом, сын Маахи, дочери Фалмая, гессурского царя. Четвёртый — Адония, сын Агиффы. Пятый — Сафатия, сын Авиталы. Шестым сыном был Ифреам, его матерью была Эгла, жена Давида. Эти шестеро сыновей родились у Давида в Хевроне. Пока семьи Саула и Давида враждовали между собой, Авенир становился более и более влиятельным в доме Саула. У Саула была наложница по имени Рицпа, дочь Айя. Иевосфей спросил Авенира:
«Почему ты спал с наложницей моего отца?»

Авенир очень разгневался на слова Иевосфея и сказал:
«Я не предатель, который сговорился с Иудой! Я оказал милость Саулу, его семье и его друзьям. Я не предал тебя в руки Давида, а ты сейчас обвиняешь меня в грехе из-за женщины. Я клянусь сделать всё от меня зависящее, чтобы исполнилось всё, о чём говорил Господь. Он сказал, что отнимет царство у дома Саула и отдаст его Давиду. Господь укрепит трон Давида над Израилем и Иудеей, от Дана до Вирсавии. И пусть Бог накажет меня, если я этого не сделаю!» Иевосфей не мог возразить Авениру, так как боялся его.

Авенир отправил послов к Давиду с таким предложением:
«Кто, по-твоему, должен править этой землёй? Заключи со мной союз, и я помогу тебе стать правителем над всем народом Израиля». Давид ответил:
«Хорошо, я заключу с тобой союз, но прошу тебя об одном: я не встречусь с тобой, если ты не приведёшь ко мне Мелхолу, дочь Саула».

Затем Давид отправил послов к Иевосфею, сыну Саула, с таким требованием:
«Отдай мне мою жену Мелхолу, которая была обещана мне. Я убил сто филистимлян за неё». И послал Иевосфей людей, чтобы забрать её от мужа Фалтиила, сына Лаиса. Муж Мелхолы пошёл с ней. Плача, провожал он её до Бахурима, но Авенир сказал Фалтию:
«Возвращайся домой!» И тот возвратился.

Авенир обратился к старейшинам Израиля и сказал:
«Вы хотели, чтобы Давид стал царём над вами. Так не медлите, сейчас же сделайте его царём! Господь говорил о Давиде, когда сказал: „Через раба моего Давида Я спасу Мой народ Израиля от руки филистимлян и от руки всех его врагов”».

С такими же словами Авенир обратился и к вениамитянам. Затем он пошёл в Хеврон рассказать Давиду всё, что хотели сделать Израиль и вся семья Вениамина. Когда Авенир и сопровождающие его двадцать человек пришли в Хеврон, то Давид устроил для них пир. И сказал Авенир Давиду:
«Разреши мне пойти и собрать к моему господину царю весь народ Израиля. Израильтяне вступят с тобой в соглашение, и ты будешь править над ними, как душа твоя желает».
Давид отпустил Авенира, и тот ушёл с миром. Иоав и слуги Давида вернулись из похода и принесли с собой много добра, захваченного у врагов. Но Авенира уже не было с Давидом в Хевроне, так как Давид отпустил его и он ушёл с миром. Когда Иоав и всё войско, ходившее с ним, вернулись в Хеврон, ему доложили, что к царю приходил Авенир, сын Нира, и что царь отпустил его с миром.

Иоав пришёл к царю и сказал:
«Что же ты сделал? К тебе приходил Авенир, а ты дал ему уйти! Почему? Ты знаешь Авенира, сына Нира. Он приходил обмануть тебя и разведать о том, что ты делаешь».

Иоав ушёл от Давида и послал гонцов за Авениром к Сеирскому роднику. Они привели Авенира, но Давид ничего не знал об этом. Когда Авенир возвратился в Хеврон, Иоав отвёл его внутрь ворот, чтобы поговорить с ним наедине. И там Иоав ударил мечом Авенира в живот, и тот умер за кровь Асаила, брата Иоава.

Позже, когда Давид услышал об этом, он сказал:
«Невинен я и моё царство вовек перед Господом в смерти Авенира, сына Нира. Иоав и вся семья его отца в ответе за это. Пусть дом Иоава всегда будет полон прокажённых и калек. Пусть смерть в бою и голодные муки постигнут его народ!»

Иоав и его брат Авесса устроили Авениру засаду за то, что он убил их брата Асаила в сражении у Гаваона.

Затем Давид сказал Иоаву и всем, кто был с ним:
«Разорвите свои одежды, оденьтесь в одежды печали и оплакивайте Авенира».
Царь Давид пошёл на похороны в Хеврон, и, когда хоронили Авенира, царь громко рыдал у его могилы, а вместе с ним плакал и весь народ. Царь оплакивал Авенира и пел песню печали: «Почему Авенир умер как глупый преступник? Руки твои не были связаны, и ноги твои не были в оковах. Нет, Авенир, ты пал от руки злодея».
И весь народ снова стал оплакивать Авенира. Весь день люди приходили к Давиду и просили его что-нибудь поесть. Однако Давид дал клятву, сказав:
«Пусть Бог накажет меня и принесёт мне много бед, если до захода солнца я притронусь к хлебу или другой еде».

Когда люди узнали об этом, им очень понравилось всё, что делал царь. В тот день все иудеи и весь Израиль поняли, что царь не принимал участия в убийстве Авенира, сына Нира.

Затем царь сказал своим людям:
«Вы знаете, что сегодня в Израиле пал великий вождь. Это случилось именно в тот день, когда я был помазан на царство. Сыновья Саруи принесли мне множество бед, но Господь воздаст им по заслугам».

Когда Иевосфей, сын Саула, услышал, что Авенир умер в Хевроне, он и весь Израиль очень испугались. У сына Саула было два предводителя войска: одного звали Баана, а другого — Рехав. Они были сыновьями Риммона беерофянина, одного из потомков Вениамина. Беероф принадлежал Вениамину. Но беерофяне убежали в Гиффаим и поныне живут там.

У Ионафана, сына Саула, был сын по имени Мемфивосфей. Он хромал на обе ноги. Ему было пять лет, когда из Изрееля пришло известие о смерти Саула и Ионафана. Нянька мальчика была так напугана, что схватила его и побежала. Убегая, она уронила Мемфивосфея, и он остался хромым на всю жизнь.

Рехав и Баана, сыновья Риммона беерофянина, отправились к дому Иевосфея и пришли туда, когда он отдыхал у себя от полуденной жары. Женщина, которая присматривала за домом, устала от сбора пшеницы и уснула. Рехав и Баана вошли в спальню Иевосфея, где он спал на своей постели, и убили его. Они отрубили ему голову и, взяв её с собой, убежали. Всю ночь они шли по дороге через Иорданскую долину. Они принесли голову Иевосфея Давиду в Хеврон и сказали царю:
«Вот голова Иевосфея, сына Саула, твоего врага, который пытался тебя убить. Сегодня Господь отомстил Саулу и его потомству за тебя».

Но Давид сказал Рехаву и его брату Баане:
«Так же верно, как то, что Господь жив, Он избавил меня от всех бед. Один человек как-то думал, что принёс мне хорошее известие, сказав: „Вот умер Саул”. Но вместо того, чтобы наградить его, я схватил и убил его в Секелаге. Вы же теперь ещё больше заслуживаете смерти за то, что вы, негодные люди, убили невинного человека, спящего на своей постели в собственном доме. Я заставлю вас заплатить за его убийство своей жизнью и тем самым искореню зло с нашей земли».

Давид приказал слугам убить Рехава и Баана. Они отрубили им руки и ноги и повесили их тела над прудом в Хевроне. А голову Иевосфея они похоронили в Хевроне в той же могиле, где был погребён Авенир.

Все колена Израиля пришли к Давиду в Хеврон и обратились к нему с такими словами:
«Мы с тобой — одна семья! Даже когда Саул царствовал над нами, ты водил нас на битву и приводил Израиль домой с войны. Господь сказал тебе: „Ты будешь пастухом Моего народа, Израиля, и будешь править над ним”».

Все вожди Израиля пришли к царю Давиду в Хеврон, и царь заключил там с ними соглашение перед Господом. Затем вожди помазали Давида на царствование в Израиле, сделав по слову Господа, которое Он изрёк через Самуила. Давиду было тридцать лет, когда он стал царём, и царствовал он сорок лет. В Хевроне он царствовал над Иудеей семь лет и шесть месяцев, а в Иерусалиме царствовал тридцать три года над всем Израилем и Иудеей. Царь и его армия пошли на Иерусалим против иевусеев, живших там. Иевусеи сказали Давиду:
«Ты не войдёшь в наш город. Даже наши слепые и хромые могут отбить твоё наступление».
Они говорили так, потому что думали, что Давид не сможет вступить в их город.

Но Давид захватил крепость Сион, и она стала городом Давида. В тот день Давид сказал своим людям:
«Когда вы будете сражаться с иевусеями, то убивайте их прямым ударом в горло».
Давид дал такое наставление, потому что не хотел, чтобы после битвы оставались в живых слепые и покалеченные люди. Поэтому говорится:
«Слепой и хромой не войдёт в храм».

Давид поселился в крепости и назвал её городом Давида. Он построил город вокруг крепости от Милло, двигаясь по направлению к центру. Давид становился всё сильнее и сильнее потому, что Господь, Бог Всемогущий, был с ним.

Тирский царь Хирам отправил к Давиду послов, а также послал ему кедровые деревья, плотников и каменщиков, и они построили для Давида дом. Тогда Давид увидел, что Господь действительно сделал его царём Израиля и возвысил его царство ради Своего народа — Израиля. Давид пришёл из Хеврона в Иерусалим и там взял себе ещё наложниц и жён. И родились у Давида ещё сыновья и дочери. Вот имена детей, родившихся у Давида в Иерусалиме: Шаммуй, Совав, Нафан, Соломон, Ивхар, Елисуа, Нефег, Иафиа, Елишама, Елиада и Елифелет. Когда филистимляне услышали, что Давид был помазан на царство над Израилем, они все вместе вышли на поиски Давида, чтобы убить его. Однако он узнал об этом и укрылся в Иерусалимской крепости. А филистимляне пришли и расположились лагерем в долине Рефаимов. Тогда Давид спросил Господа:
«Должен ли я пойти и сразиться с филистимлянами? Поможешь ли Ты мне разбить их?»
И ответил Господь Давиду:
«Иди, так как Я позволю тебе одолеть филистимлян».

Давид пошёл в Ваал-Перацим и разбил там филистимлян. Он сказал:
«Как вода прорывает разбитую плотину, так и Господь прорвался сквозь моих врагов».
Поэтому то место было названо Ваал-Перацим. Филистимляне оставили в этом городе своих идолов, а Давид со своими людьми забрали их себе.

Затем филистимляне снова пришли и расположились лагерем в долине Рефаимов. Давид обратился к Господу, и Господь ответил ему:
«Не выходи им навстречу. Обойди их и зайди с тыла, а потом атакуй их возле тутовой рощи. Когда ты услышишь шум шагов на вершинах деревьев, то действуйте быстро, так как это значит, что Господь пошёл перед вами, чтобы разбить филистимское войско». Давид сделал, как повелел ему Господь. Он разбил филистимлян, преследовал и убивал их на всём пути от Гаваона до Газера.

Давид снова собрал всех отборных воинов Израиля. Их было тридцать тысяч человек. Давид и все, кто были с ним, пошли в Ваал иудейский, чтобы перенести оттуда святой ковчег Господний, названный именем Господа Всемогущего, Который как царь восседает на Херувимах. Они поставили ковчег Божий на новую повозку и вынесли его из дома Авинадава, который стоял на холме. Сыновья Авинадава, Оза и Ахио, вели новую повозку. Ковчег Божий находился на повозке. Оза шёл рядом с ковчегом, а Ахио шёл перед ним. Давид и все израильтяне танцевали перед Господом и играли на разных музыкальных инструментах, сделанных из кипарисового дерева: лирах, арфах, барабанах, бубнах и кимвалах.

Когда они дошли до молотилки Нахона, волы споткнулись, и Оза, протянув руку, взялся за ковчег. Но Господь прогневался на Озу и умертвил его за неосторожное обращение с ковчегом.

Давид очень опечалился тем, что Господь поразил Озу. Он назвал это место «Вспышка гнева против Озы», оно называется так и по сей день. В тот день Давид испугался Господа и сказал:
«Как может ковчег Божий войти ко мне?» И не захотел Давид везти ковчег Господний к себе в город Давида. Вместо этого он свернул с дороги и отвёз его в дом гефянина Овед-Едома. Ковчег Господний находился в доме гефянина три месяца, и Господь благословил Овед-Едома и весь его дом. Спустя некоторое время люди сказали царю Давиду:
«Господь благословил дом Овед-Едома и всё, что было у него, потому что ковчег Божий стоял там».
Давид сказал:
«Я верну благословение моей семье», и с радостью перенёс ковчег Божий из дома Овед-Едома в город Давида. И когда те, кто нёс ковчег Божий, проходили шесть шагов, Давид приносил в жертву быка и откормленного телёнка. Давид был одет в льняной ефод, который обычно носили священники, и с усердием танцевал перед Господом. Давид и весь народ Израиля кричали и трубили в трубы, когда ковчег Господний вносили в город Давида.

В это время Мелхола, дочь Саула, смотрела из окна. Когда она увидела Давида, скачущего и пляшущего перед Господом, то очень рассердилась на него. Они принесли ковчег Господний и поставили на его место посреди шатра, который Давид воздвиг для него. После этого Давид принёс Господу жертвы всесожжения и приношения содружества. Когда Давид закончил приносить жертвы всесожжения и приношения содружества, он благословил народ именем Господа Всемогущего. Затем он раздал каждому мужчине и каждой женщине в Израиле по одному хлебу, по сладкой лепёшке и по связке изюма. После этого все люди разошлись по домам. Когда Давид возвратился, чтобы благословить свой дом, дочь Саула, Мелхола, вышла к нему навстречу и сказала:
«Царь Израиля не почтил себя сегодня. Он обнажился перед глазами своих служанок как какой-нибудь бесстыдный глупец!»

Давид ответил Мелхоле:
«Господь выбрал меня вместо твоего отца или любого другого в его доме вождём народа Господа, Израиля. И я буду праздновать перед Господом. Я ещё больше унижусь и стану ещё ничтожнее в глазах моих, но служанки, о которых ты говоришь, будут гордиться мной!» У Мелхолы, дочери Саула, не было детей до самой смерти.

Когда царь Давид жил в своём доме, Господь дал ему отдых от всех окружавших его врагов. И сказал тогда царь пророку Нафану:
«Я живу в доме, построенном из кедрового дерева, а святой ковчег Господний стоит в шатре». Нафан ответил царю:
«Иди и делай всё, что ты задумал, так как Господь пребывает с тобой». Но той же ночью к Нафану пришло слово Господнее:

«Пойди и скажи Моему слуге Давиду: „Так говорит Господь: „Ты ли тот, кто построит для Меня дом? Я не жил в доме с того времени, как вывел народ Израиля из Египта и до сегодняшнего дня. Я переходил с места на место и всегда был в шатре. И куда бы Я ни ходил со всем израильским народом, Я никогда не просил ни одного из вождей Моего народа, Израиля, построить Мне роскошный дом из кедра”.

Теперь скажи Моему слуге Давиду: „Так говорит Господь Всемогущий: „Я взял тебя от стада, которое ты пас, и сделал тебя вождём Моего народа, Израиля. Я был с тобой везде, куда бы ты ни ходил. Я уничтожил всех твоих врагов, и сейчас Я прославлю имя твоё и сделаю тебя одним из величайших людей на земле. Я выбрал место для Моего народа, Израиля, и укоренил его там. Он будет жить на своём собственном месте и не будет переходить с места на место. Раньше Я посылал судей вести народ Мой, но злые люди приносили ему много бед. Этого больше не повторится! Я дам тебе отдых от всех твоих врагов и обещаю сделать твою семью семьёй царей. Когда ты умрёшь и сойдёшь в могилу к твоим предкам, Я сделаю царём одного из твоих детей. Он построит Мне дом, а Я возведу его на царский престол и укреплю его царство на веки вечные. Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном. Если он согрешит, Я накажу его через других людей. Они будут моим хлыстом. Но Я никогда не отниму у него Своей любви, как Я отнял её у Саула, которого Я отверг, приняв тебя. И будет непоколебим дом твой и царство твоё навеки, и твоё царствование будет продолжаться вечно!”» Нафан рассказал Давиду о своём видении и обо всём, что говорил Господь. Тогда царь Давид пошёл и, сев перед Господом, сказал:
«Господи, Боже мой, почему я так важен для Тебя? Почему моя семья так важна, что Ты меня так возвысил? Кроме того, Ты позволяешь мне узнать, что произойдёт с моей семьёй в будущем. Разве Ты всегда так говоришь с людьми? Что ещё я могу Тебе сказать? Ты знаешь слугу Твоего, о Господи, Боже мой. Согласно Своей воле и Своему обещанию Ты совершаешь эти великие дела для своего слуги. И Ты открыл мне всё, что собираешься сделать. Господи, Боже, Ты — велик, и нет никого, подобного Тебе. Нет Бога, кроме Тебя! Мы слышали о Твоих делах своими собственными ушами. Есть ли где другой народ, подобный Израилю? Нет! Израиль — единственный народ на земле, которого Бог спас, чтобы сделать его Своим народом и прославить имя Своё! Ты совершал великие и прекрасные дела для Твоего народа. Ты изгнал народы и их богов из земель, которые ты отдал Своему народу, спасённому Тобой от египтян. Ты сделал народ Израиля Своим собственным народом навеки, и Ты, Господи, стал их Богом. А сейчас, Господи Боже, исполни Своё обещание для меня, твоего слуги, и моей семьи. Сделай мою семью царской семьёй на веки вечные! Пусть возвеличится имя Твоё во веки веков! Тогда люди будут говорить: „Господь, Бог Всемогущий, правит над Израилем!” Позволь семье твоего слуги Давида по-прежнему усердно служить Тебе! Господь Всемогущий, Бог Израиля, Ты сказал мне, слуге Твоему: „Я сделаю твою семью великой”. И поэтому я, Твой слуга, решился молиться Тебе такой молитвой. О, Господи, мой Бог, Ты — Бог! Твои слова заслуживают доверия, и Ты Сам обещал эти блага мне, Твоему слуге. И сейчас, благослови семью, чтобы мы всегда могли служить Тебе. Ты сам, о Господи, Бог мой, обещал это, и Твоим благословением моя семья будет благословлена навеки».

После этого Давид разбил филистимлян и, захватив у и них Мефег-Гааму, сам правил на этой земле. Давид также разбил и моавитян. Он разделил их на три ряда. Два ряда людей были убиты, а третий ряд он оставил в живых. Так моавитяне стали рабами Давида и платили ему дань. Адраадазар, сын Рехова, был царём сувским. Давид победил в сражении Адраадазара, когда пошёл установить себе памятник у реки Евфрат. Давид захватил у Адраадазара семь тысяч всадников и двадцать тысяч пеших воинов. Он также покалечил всех лошадей, оставив только сто коней в колесницах. Сирийцы из Дамаска пришли на помощь Адраадазару, царю сувскому, но Давид победил двадцать две тысячи сирийских воинов. После сражения Давид оставил отряды солдат в Дамаске, а сирийцы стали его слугами и платили ему дань. Господь всегда приносил Давиду победу, куда бы он ни ходил. Давид захватил золотые щиты, принадлежавшие слугам Адраадазара, и принёс их собой в Иерусалим. А в Тевахе и в Берофе, городах, принадлежавших Адраадазару, Давид взял очень много бронзы.

Фой, царь Емафа, услышав, что Давид поразил всё войско Адраадазара, послал сына своего Иорама к царю Давиду, чтобы приветствовать его и поблагодарить за то, что он воевал с Адраадазаром и поразил его, так как Адраадазар сам воевал против Фоя. Иорам принёс с собой в подарок изделия из серебра, золота и бронзы. Царь Давид принял дары и посвятил их Господу, как и остальное серебро и золото, отнятое у всех покорённых им народов: у сирийцев, моавитян, аммонитян, филистимлян и амаликитян. Он также посвятил Господу и отнятое у Адраадазара, сына Рехова, царя сувского.

И прославился Давид, возвратившись после победы над восемнадцатью тысячами идумеян в Соляной долине. Давид поставил отряды воинов по всему Едому, и все идумеяне стали его слугами. Господь приносил Давиду победу, куда бы он ни ходил. Давид правил над всем Израилем и принимал честные и справедливые решения для всего своего народа. Иоав, сын Саруи, был начальником войска. Иосафат, сын Ахилуда, был его летописцем. Садок, сын Ахитува, и Ахимелех, сын Авиафара, были священниками, Сераия же был секретарём. Ванея, сын Иодая, был начальником над хелефеями и фелефеями, а сыновья Давида были советниками.

Давид спросил:
«Не остался ли ещё кто-нибудь из семьи Саула? Я хочу оказать ему милость ради Ионафана».

Там был слуга из семьи Саула по имени Сива. Его позвали к Давиду, и царь спросил его:
«Ты ли Сива?»
Он ответил:
«Я, слуга твой». Тогда царь сказал:
«Нет ли ещё кого-нибудь из семьи Саула? Я хочу оказать им милость Божью».
Сива сказал царю:
«Есть ещё сын Ионафана, хромой на обе ноги». Царь спросил:
«Где он?»
Сива ответил:
«Он в доме Махира, сына Аммиила, в Ло-Деваре».

И послал царь Давид туда своих людей, чтобы они привели сына Ионафана из дома Махира, сына Аммиила, в Ло-Деваре. Мемфивосфей, сын Ионафана, сына Саула, пришёл к Давиду и поклонился ему до земли. Давид сказал:
«Мемфивосфей!» Тот ответил:
«Я — слуга твой».

И сказал ему Давид:
«Не бойся. Я окажу тебе милость ради твоего отца Ионафана. Я возвращу тебе все земли, которые принадлежали твоему деду Саулу. И ты всегда будешь есть за моим столом». Мемфивосфей снова поклонился и сказал:
«Я не лучше мёртвого пса, но ты очень добр ко мне».

Затем царь призвал Сиву, слугу Саула, и сказал ему:
«Всё, что принадлежало Саулу и всему его дому, я отдал внуку твоего господина. Ты, твои сыновья и твои слуги должны обрабатывать для него землю и собирать урожай, чтобы у людей в доме твоего господина всегда было много еды. Мемфивосфею же, внуку твоего господина, всегда будет позволено есть за моим столом».
У Сивы было пятнадцать сыновей и двадцать слуг.

Затем Сива сказал царю:
«Твой слуга исполнит всё, что ни прикажет господин мой царь».
И Мемфивосфей ел за столом Давида как один из сыновей царя.

У Мемфивосфея был малолетний сын по имени Миха. И все, живущие в доме Сивы, были слугами Мемфивосфея. Мемфивосфей был хром на обе ноги. Он жил в Иерусалиме и всегда ел за царским столом.

Спустя некоторое время аммонитский царь умер, а после него царём стал его сын Аннон. Тогда Давид сказал:
«Наас был добр ко мне, и я окажу милость его сыну Аннону», и отправил послов, чтобы утешить Аннона в смерти его отца. Слуги Давида пришли в Аммонитскую землю. Но аммонитские вожди сказали Аннону, своему господину:
«Неужели ты думаешь, что Давид из уважения к твоему отцу прислал к тебе утешителей? Нет! Он прислал их, чтобы разузнать всё, осмотреть город, а потом разрушить его».

Аннон взял слуг Давида и обрил каждому из них половину бороды, обрезал их одежды до бёдер, а затем отправил их назад. Когда об этом донесли Давиду, он отправил послов им навстречу, так как эти люди были очень опозорены. Царь сказал:
«Оставайтесь в Иерихоне до тех пор, пока снова не отрастут ваши бороды, а тогда возвращайтесь домой».

Когда аммонитяне увидели, что стали врагами Давида, они наняли двадцать тысяч пеших сирийцев из Беф-Рехова и из Сувы, тысячу человек у царя Маахи и двенадцать тысяч человек из Това.

Услышав об этом, Давид послал Иоава во главе целого войска храбрых солдат. Аммонитяне вышли и выстроились у городских ворот, готовые к сражению, а сирийцы Сувы и Рехова и люди Това и Маахи стояли отдельно в поле.

Увидев, что вражеские ряды стоят впереди и позади него, Иоав выбрал лучших воинов Израиля и выстроил их против сирийцев. Остальную часть израильского войска он отдал под командование своему брату Авессе, чтобы тот повёл их против аммонитян. Иоав сказал Авессе:
«Если войско сирийцев* будет одолевать нас, то ты должен помочь мне, а если аммонитяне будут сильнее тебя, тогда я приду к тебе на помощь. Будем мужественны и тверды в борьбе за наш народ и за города Бога нашего. Господь сделает то, что посчитает правильным».

Затем Иоав со своими людьми атаковал сирийцев, и те бежали с поля боя. Аммонитяне же, увидев, что сирийцы бегут, тоже побежали и от Авессы и вернулись в свой город. Иоав возвратился с битвы с аммонитянами и отправился в Иерусалим.

Когда сирийцы увидели, что израильтяне одержали над ними победу, они собрались вместе в одно большое войско. Адраадазар призвал сирийцев, которые жили за рекой Евфрат, и они пришли к Еламу под предводительством Совака, военачальника Адраадазара.

Когда Давид услышал об этом, он собрал всех израильтян и, перейдя через реку Иордан, двинулся к Еламу. Там сирийцы выстроились против Давида и сразились с ним. Но Давид разбил сирийцев, и они бежали от израильтян. Давид поразил семьсот сирийских колесничих и сорок тысяч всадников. Он также убил Совака, начальника сирийского войска. Когда все цари, которые подчинялись Адраадазару, увидели, что израильтяне победили их, они покорились и заключили с ними мир. Они стали слугами Давида, а сирийцы, испугавшись, больше уже не помогали аммонитянам.

Весной, в то время года, когда цари выходят в военные походы, Давид снарядил Иоава, своих слуг и всю израильскую армию; они разбили аммонитян и осадили их столицу Равву. Давид же оставался в Иерусалиме. Однажды вечером Давид встал с постели и стал прогуливаться на крыше царского дома. С крыши дома он увидел купающуюся женщину. Женщина эта была необыкновенно красива. Давид послал узнать, кто эта женщина. Слуга сказал ему:
«Это Вирсавия, дочь Елиама, жена Урии хеттеянина».

Давид послал слуг, чтобы они привели к нему Вирсавию. Она пришла к Давиду, и он спал с ней. Она искупалась, чтобы очиститься от своей нечистоты, а затем возвратилась к себе в дом. Эта женщина забеременела и послала известить Давида:
«Я беременна».

Давид послал сказать Иоаву:
«Пришли ко мне Урию хеттеянина».
И Иоав послал Урию к Давиду. Когда Урия пришёл, Давид расспросил его об Иоаве, о солдатах и о ходе войны. Затем Давид сказал Урии:
«Иди домой и отдохни».
Урия ушёл из царских палат, а вслед за ним понесли царский подарок. Но Урия не пошёл в свой дом, а лёг спать у входа в царские палаты вместе со всеми слугами своего господина.

Когда Давиду сказали, что Урия не пошёл домой, он спросил Урию:
«Ты пришёл после длинной дороги. Почему же ты не ушёл домой?» Тогда Урия сказал Давиду:
«Святой ковчег и воины Израиля и Иудеи находятся в шатрах. Мой господин Иоав и все слуги моего господина пребывают в открытом поле. Как же я могу идти домой, чтобы есть, пить и спать со своей женой? Клянусь твоей жизнью, я не сделаю этого!» Тогда Давид сказал ему:
«Останься здесь ещё на один день, а завтра я отправлю тебя обратно».
И Урия остался в Иерусалиме ещё на один день. Давид пригласил его, и Урия ел с ним и пил, и Давид напоил его. Вечером Урия опять пошёл спать со слугами своего господина, а домой не пошёл.

Утром Давид написал письмо Иоаву и послал его с Урией. В письме Давид написал:
«Поставь Урию на передовую, где идёт жаркая битва. Затем отступите от него, и пусть его убьют».

Иоав осаждал город и знал, где сражались самые храбрые аммонитяне. Туда он и послал Урию. Когда люди вышли из города и сразились с Иоавом, несколько человек из армии Давида было убито. Урия хеттеянин был одним из них.

Иоав послал Давиду полный отчёт о ходе сражения. Он сказал посланцу:
«Расскажи царю о ходе сражения. Если царь разгневается и спросит: „Почему вы так близко подходили к городу? Разве вы не знали, что они будут со стены пускать в вас стрелы? Кто убил Авимелеха, сына Иероваала? Женщина бросила на него со стены верхнюю часть жёрнова, и он умер в Тевеце. Зачем же вы так близко подходили к стенам?” Если царь спросит тебя это, тогда скажи ему: „И твой слуга, Урия хеттеянин, тоже убит”».

Посланец пошёл и рассказал Давиду всё, что велел ему Иоав. Посланец сказал Давиду:
«Те люди атаковали нас в открытом поле, но мы сразились с ними и преследовали их до входа в городские ворота. Тогда лучники стали пускать стрелы со стен в твоих слуг, и некоторые из слуг царя были убиты. Погиб также и твой слуга Урия хеттеянин». Давид сказал посланцу:
«Передай Иоаву следующее: „Пусть это не смущает тебя, так как меч поражает то одного, то другого. Усиль атаку против города и уничтожь его”. Передай Иоаву эти слова, чтобы ободрить его».

Когда жена Урия услышала, что её муж погиб, она оплакивала его. Когда время скорби кончилось, Давид послал за ней и взял её в свой дом, и она стала его женой, и родила ему сына. Но этот поступок Давида не понравился Господу.

Господь послал к Давиду Нафана, и тот сказал:
«В одном городе жили два человека: один богатый, а другой бедный. У богатого было очень много мелкого и крупного скота, а у бедного не было ничего, кроме маленькой овечки, которую он купил. Он выкормил её, и она выросла вместе с его детьми. Она ела то, что он ел, пила из его чаши, спала у него на груди и была ему как дочь.

Однажды к богатому человеку пришёл странник, но богач не хотел брать животное из своих овец и коров, чтобы приготовить еду для странника. Он взял овечку бедняка и приготовил её для гостя, который пришёл к нему».

Давид очень разгневался на этого человека и сказал Нафану:
«Так же верно, как то, что Господь жив, человек, совершивший этот поступок, достоин смерти! За овечку он должен заплатить вчетверо, так как совершил этот страшный грех и не имел сострадания».

Затем Нафан сказал Давиду:
«Ты и есть тот человек! Вот что говорит Господь, Бог Израиля: „Я помазал тебя на царство в Израиле, Я избавил тебя от руки Саула. Я дал тебе дом твоего господина, дал тебе жён твоего господина и царства Израиля и Иудеи. И если бы этого было мало, Я дал бы тебе ещё больше. Почему же ты пренебрёг словом Господа, сделав то, что Он считает злом? Ты поразил мечом Урию хеттеянина и взял себе его жену. Ты убил его мечом аммонитян. За то, что ты пренебрёг Мной и взял себе жену Урии хеттеянина, твоя семья никогда не будет жить в мире”». Так говорит Господь:
«Я навлеку беды против тебя в твоём собственном доме. У тебя на глазах Я возьму твоих жён и отдам их человеку, который очень близок тебе. Он будет спать с твоими жёнами, и все будут об этом знать. Ты втайне познал Вирсавию, Я же прилюдно накажу тебя».

И сказал Давид Нафану:
«Согрешил я перед Господом».
Нафан ответил Давиду:
«Господь простил тебе твои грехи, ты не умрёшь. Однако своим грехом ты дал повод врагам Господа возненавидеть Его, поэтому умрёт родившийся у тебя сын».

После того как Нафан пошёл к себе в дом, Господь поразил ребёнка, которого родила Давиду жена Урии, и он заболел. Давид молился Богу о младенце. Он постился и, уединившись в доме, проводил ночи, лёжа на земле. Старейшины его дома пришли к нему, чтобы поднять его с земли, но он не встал и отказался есть с ними.

На седьмой день младенец умер. Слуги Давида боялись сказать ему, что ребёнок мёртв, так как полагали следующее:
«Мы пытались говорить с Давидом, когда ребёнок был ещё жив, но он отказывался слушать нас. Как же нам сказать ему, что ребёнок умер? Услышав эту весть, он сделает с собой что-нибудь безумное».

Давид заметил, что его слуги перешёптываются между собой, и понял, что ребёнок умер. Он спросил:
«Умер ребёнок?»
Слуги ответили:
«Да, умер». Тогда Давид встал с земли, умылся, переоделся и пошёл в дом Господа молиться. Затем он пошёл домой и потребовал, чтобы ему принесли еду. Слуги принесли ему еду, и он стал есть.

Слуги Давида спросили его:
«Почему ты ведёшь себя так? Когда ребёнок был ещё жив, ты постился и плакал, а когда ребёнок умер, ты встал и попросил есть». Давид ответил:
«Когда ребёнок был ещё жив, я постился и плакал потому, что думал: „Кто знает? Может, Господь помилует меня, и дитя останется живым”. Но сейчас ребёнок умер. Зачем же мне поститься? Разве я могу возвратить его? Нет! Когда-нибудь я пойду к нему, но он не вернётся ко мне».

Затем Давид утешил Вирсавию, свою жену. Он вошёл к ней и спал с ней. Она снова забеременела и родила сына, которого они назвали Соломоном. Господь полюбил его и поэтому послал пророка Нафана, и тот от имени Господа дал ребёнку имя «Иедидиа». Равва была столицей аммонитян. Иоав воевал против Раввы и захватил город. Иоав отправил послов к Давиду с таким сообщением:
«Я воевал против Раввы и захватил источник, питающий город. Теперь собери остальной народ, подойди к Равве и захвати его. Если я возьму город, то он будет назван моим именем».

Тогда Давид собрал весь народ и пошёл к Равве. Он сразился против Раввы и захватил город. Давид снял с головы их царя корону из чистого золота, украшенную драгоценными камнями весом в один талант. Эта корона была возложена на голову Давида. Он также вынес из города много драгоценных вещей. Давид также вывел всех жителей Раввы и заставил их работать пилами, железными кирками, топорами и обжигать кирпич. Так он поступил со всеми аммонитскими городами. Затем Давид и всё его войско возвратились в Иерусалим.

У Авессалома, сына Давида, была очень красивая сестра по имени Фамарь. Другой сын Давида, Амнон, полюбил Фамарь. Амнон довёл себя до болезни, думая о Фамари, но так как она была девственницей, Амнон считал невозможным завладеть ею.

У Амнона был друг по имени Ионадав, сын Самая (Самай был братом Давида). Ионадав был очень умным человеком. Он сказал Амнону:
«Почему ты всё время грустишь? Ты же царский сын! Скажи, что беспокоит тебя?»
Тогда Амнон ответил ему:
«Я люблю Фамарь, сестру моего сводного брата Авессалома». Ионадав сказал ему:
«Ложись в постель и притворись больным. И когда твой отец придёт навестить тебя, скажи ему: „Пусть придёт моя сестра Фамарь и накормит меня. Пусть она приготовит еду у меня на глазах. Только после того как я увижу, как она готовит, я поем из её рук”».

Амнон лёг и притворился больным. Когда царь пришёл навестить его, Амнон сказал ему:
«Пожалуйста, пусть придёт моя сестра Фамарь и испечёт для меня пару лепёшек, и я поем из её рук ».

И послал Давид к Фамари домой сказать:
«Пойди в дом Амнона, брата твоего, и приготовь ему еду». Тогда Фамарь пошла в дом своего брата Амнона, который лежал в постели. Фамарь взяла немного муки, замесила её, слепила лепёшки на глазах у Амнона и испекла их. Затем она сняла со сковороды лепёшки и подала их Амнону. Но он отказался есть, сказав:
«Пусть все выйдут отсюда!» И все слуги вышли из комнаты.

Тогда Амнон сказал Фамари:
«Отнеси еду в мою спальню, и я поем из твоих рук». Фамарь отнесла еду, которую приготовила для брата, к нему в спальню. Но, когда она начала кормить его, он схватил её, сказав:
«Иди и ложись со мной в постель, сестра моя».

Но Фамарь ответила:
«Нет, брат мой! Не заставляй меня! Такой ужасный грех не должен происходить в Израиле! Не твори этого бесстыдства! А я, как смогу я избавиться от своего бесчестия? И тебя люди будут считать одним из безумных в Израиле. Пожалуйста, поговори с царём. Он разрешит тебе жениться на мне». Но он не хотел слушать её и, так как был сильнее, одолел её, и изнасиловал. Потом Амнон возненавидел её. Он возненавидел Фамарь так, что его ненависть была сильнее, чем любовь, которую он испытывал к ней раньше. Тогда Амнон сказал ей:
«Встань и уйди отсюда!»

Фамарь сказала ему:
«Нет! Не прогоняй меня. Это зло будет ещё больше, чем то, которое ты уже причинил мне!» Но Амнон не хотел её слушать. Он позвал своего слугу и сказал ему:
«Выгони отсюда эту женщину и запри за ней дверь». Затем слуга вывел её и запер за ней дверь. Фамарь была одета в длинную разноцветную одежду. Такую одежду носили царские дочери-девственницы. Фамарь посыпала свою голову пеплом и разорвала свою разноцветную одежду. Затем она обхватила голову руками и пошла, громко рыдая.

И сказал ей брат её Авессалом:
«Не брат ли твой Амнон был с тобой? Успокойся, сестра моя. Он — твой брат. Не принимай это близко к сердцу».
И жила Фамарь, обесчещенная женщина, в доме своего брата Авессалома.

Когда царь Давид услышал обо всём этом, он сильно разгневался. Однако даже несмотря на это, Давид не хотел наказывать Амнона, так как он был старшим и самым любимым сыном. Авессалом же не сказал Амнону ни одного слова, ни хорошего, ни плохого, но возненавидел Амнона за то, что тот обесчестил его сестру Фамарь. Через два года, когда Авессалом стриг овец в Ваал-Асоре, он пригласил туда всех царских сыновей. Авессалом пришёл к царю и сказал:
«Ко мне пришли люди стричь овец. Пожалуйста, пусть царь и его слуги присоединятся ко мне».

Но царь Давид сказал Авессалому:
«Нет, сын мой. Мы все не пойдём. Мы только будем тебе в тягость».
Авессалом сильно упрашивал его, но царь, благословив сына, отказался идти.

Тогда Авессалом сказал ему:
«Если ты не хочешь, то позволь моему брату Амнону пойти с нами».
Царь спросил его:
«Зачем ему идти с тобой?» Но Авессалом продолжал упрашивать его, и Давид отпустил с ним Амнона и всех остальных царских сыновей.

Затем Авессалом приказал своим слугам:
«Смотрите за Амноном. Когда он развеселится от выпитого вина, я прикажу вам напасть на Амнона и убить его. Не бойтесь! Это я приказываю вам, а вы только исполняете моё приказание. Будьте смелы и мужественны». Тогда слуги Авессалома сделали так, как он им приказал. Они убили Амнона, а все другие царские сыновья сели каждый на своего мула и спаслись бегством.

Пока царские сыновья были ещё в пути, до Давида дошёл слух, что Авессалом убил всех царских сыновей, и не осталось ни одного из них. Тогда царь встал, разорвал на себе одежды и лёг на землю. И все слуги, стоявшие возле него, тоже разорвали свои одежды.

Но Ионадав, сын Самая, брата Давида, сказал:
«Пусть не думает господин мой, что все царские сыновья убиты! Убит только Амнон. Авессалом собирался сделать это с того дня, когда Амнон изнасиловал сестру его Фамарь. Господин мой царь, не думай, что все царские сыновья убиты. Убит один только Амнон».

Между тем, Авессалом сбежал. Человек, стоявший на страже у городской стены, увидел на дороге много людей, спускавшихся по склону горы. Тогда Ионадав сказал царю:
«Смотри, я был прав! Вот идут царские сыновья».

И как только он это сказал, пришли царские сыновья, громко плача. И сам царь, и все его слуги громко рыдали. Царь Давид оплакивал своего сына каждый день. Авессалом же сбежал и отправился к Фалмаю, сыну Аммиуда, царю гессурскому.

Придя в Гессур, Авессалом пробыл там три года. Царь Давид перестал преследовать Авессалома, так как утешился о смерти Амнона.

Иоав, сын Саруи, знал, что царь Давид думает об Авессаломе. Тогда Иоав отправил послов в Фекою, чтобы они привели оттуда мудрую женщину. Он сказал ей:
«Притворись скорбящей. Надень траурные одежды и веди себя как женщина, много дней оплакивающая умершего. Затем пойди к царю и скажи ему следующие слова».
Тогда Иоав научил женщину, что говорить.

Женщина из Фекои вошла к царю, поклонилась ему до земли и сказала:
«О царь, помоги мне!» Царь спросил её:
«Что беспокоит тебя?»
Женщина сказала:
«Я вдова. Мой муж умер. У меня было два сына. Они подрались в поле, и некому было их разнять. Затем один поразил другого и убил его. И теперь весь род восстал против меня. Они говорят мне: „Отдай нам сына, который убил своего брата, и мы убьём его за жизнь брата, которого он погубил”. Если они убьют его, то погасят мою единственную искру и оставят моего мужа без имени и без потомства на земле».

И сказал царь женщине:
«Иди домой, а я распоряжусь насчёт тебя и помогу». Но женщина из Фекои сказала царю:
«Господин мой царь, пусть вина будет на мне и на семье моего отца, а царь и его престол останутся неповинны».

Царь ответил:
«Если кто-нибудь скажет плохое против тебя, приведи его ко мне, и он больше не будет тебя беспокоить». Женщина сказала:
«Тогда, царь, именем Господа, Бога твоего, поклянись, что остановишь этих людей, и они не отомстят моему сыну за убийство брата, и не погубят его».
И сказал царь:
«Так же верно, как то, что Господь жив, ни один волос не упадёт с головы твоего сына».

Тогда женщина сказала:
«Позволь твоей рабе сказать ещё что-то моему господину царю».
Давид ответил:
«Говори». И сказала женщина:
«Почему ты задумал такое против народа Божьего? Когда ты произнёс слова эти, ты обвинил самого себя, так как не возвращаешь домой сына, которого ты изгнал. Мы все умрём и будем как пролитая на землю вода, которую нельзя собрать. Бог не накажет человека за то, что он найдёт путь вернуть домой того, кто был изгнан. И теперь я пришла сказать эти слова моему господину царю, потому что народ напугал меня. Я подумала: „Я поговорю с царём, может быть, он мне поможет. Царь выслушает меня и спасёт от людей, которые хотят убить меня и моего сына за собственность, которую Бог дал нам”. Пусть слова моего господина царя принесут мне покой, так как господин мой царь, подобно Ангелу Божьему, может отличить хорошее от плохого. Да будет с тобой Господь, Бог твой».

Тогда царь сказал женщине:
«Ответь на вопрос, который я задам тебе».
Женщина сказала:
«Спрашивай, господин мой царь». Царь спросил:
«Не Иоав ли велел тебе сказать всё это?»
И женщина ответила:
«Так же верно, как то, что ты жив, господин мой царь, ты прав! Твой слуга Иоав приказал мне сделать всё это и сказать тебе все эти слова, чтобы ты по-другому посмотрел на обстоятельства. Господин мой, ты мудр как Ангел Божий. Ты знаешь всё, что творится на земле».

И сказал царь Иоаву:
«Хорошо, я сделаю так, как обещал. А теперь пойди и возврати юношу Авессалома». Иоав поклонился до земли, благословил царя и сказал:
«Сегодня я знаю, что ты доволен мной, господин мой царь, так как ты исполнил всё, о чём я просил».

Затем Иоав встал, пошёл в Гессур и привёл Авессалома в Иерусалим. Но царь сказал:
«Пусть Авессалом возвратится в свой дом. Я не хочу, чтобы он приходил ко мне».
После этого Авессалом жил в своём доме, и ему не дозволено было являться к царю.

Авессалома восхваляли как самого красивого мужчину во всём Израиле. С головы до пят не было у него изъяна. Каждый год Авессалом состригал волосы с головы, когда ему становилось слишком тяжело их носить, а потом взвешивал их. И весили его волосы 200 шекелей по царским весам. У Авессалома было три сына и одна дочь по имени Фамарь. Она была очень красивая женщина.

Авессалом жил в Иерусалиме два года, не бывая у царя. И послал Авессалом за Иоавом, чтобы послать того с поручением к царю. Но Иоав отказался прийти к нему. Он послал во второй раз за Иовом, но тот и тогда не пришёл. Тогда Авессалом сказал своим слугам:
«Видите участок поля Иоава возле моего. У него там растёт ячмень. Пойдите и подожгите его».
И слуги Авессалома подожгли тот участок поля.

Тогда Иоав пришёл в дом к Авессалому и сказал:
«Почему твои слуги выжгли моё поле?» Авессалом ответил Иоаву:
«Я посылал за тобой с просьбой прийти ко мне. Я хотел послать тебя к царю, чтобы ты спросил его, зачем я вернулся из Гессура. Я не могу видеть царя, так лучше мне было бы оставаться там. Так позволь же мне повидать царя, а если я в чём-то виноват, то пусть он меня убьёт!»

Иоав пошёл к царю и пересказал ему эти слова. Тогда царь призвал к себе Авессалома. Авессалом пришёл и поклонился царю до земли, и царь поцеловал его.

После этого Авессалом приобрёл себе колесницу, лошадей и пятьдесят человек, которые бежали перед ним. Он вставал рано утром и становился у городских ворот, и, когда кто-нибудь приходил со своей тяжбой к царю на суд, Авессалом подзывал его и спрашивал:
«Откуда ты?»
Человек отвечал:
«Я из такого-то колена Израиля». Тогда Авессалом говорил этому человеку:
«Твои слова правильные и честные, но царь не станет слушать тебя». Затем Авессалом добавлял:
«О, если бы меня поставили судьёй в этой земле! Я бы смог помочь каждому, кто пришёл ко мне со своими делами, и судил бы его справедливо».

А если кто-то подходил к нему поклониться, то Авессалом протягивал к человеку руки, обнимал и целовал его. Авессалом вёл себя так со всеми, кто приходил к царю за правосудием, и так завоёвывал сердца израильтян.

Через четыре года Авессалом сказал царю Давиду:
«Позволь мне пойти в Хеврон и исполнить обет, который я дал Господу. Живя в Гессуре, я дал такой обет: „Если Господь вернёт меня в Иерусалим, я буду служить Господу в Хевроне”». Царь сказал ему:
«Иди с миром».
И Авессалом пошёл в Хеврон.

Он разослал лазутчиков во все израильские племена, чтобы сказать им:
«Когда вы услышите звуки труб, то говорите: „Авессалом воцарился в Хевроне!”» С Авессаломом из Иерусалима пошли двести человек, которых он пригласил. Они пошли по простоте своей, не зная, в чём дело. Во время жертвоприношения Авессалом призвал Ахитофела гилонянина, советника Давида, из города Гило. Заговор Авессалома продолжал набирать силу, и вокруг него собиралось всё больше и больше народа. К Давиду пришёл вестник и сказал:
«Израильтяне стали поддерживать Авессалома». Тогда Давид сказал всем слугам, которые были с ним в Иерусалиме:
«Мы должны бежать! Или никто из нас не спасётся от Авессалома. Мы должны бежать немедленно, пока Авессалом не захватил нас, не разрушил город и не убил всех людей». И ответили ему царские слуги:
«Мы сделаем всё, что ты скажешь».

Когда Давид покинул Иерусалим, вся его семья пошла следом за ним. Царь оставил десять наложниц, чтобы они присматривали за домом. Он отправился с людьми, следовавшими за ним, и через некоторое время они остановились на привал у последнего дома. Все слуги проходили мимо царя. Все хелефеи, все фелефеи и около шестисот гефян, которые пришли с ним из Гефа, прошли мимо царя.

Царь сказал Еффею гефянину:
«Зачем и ты идёшь с нами? Возвращайся и оставайся с царём Авессаломом. Ты — чужеземец, изгнанный из своей земли. Только вчера ты пришёл к нам. Должен ли ты сейчас скитаться со мной с места на место? Возвратись и возьми с собой своих братьев. Пусть милость и преданность Господа сопутствуют тебе».

Но Еффей ответил царю:
«Так же верно, как то, что Господь жив, и как жив господин мой царь, я всегда буду с тобой, в жизни ли или в смерти!» И сказал Давид Еффею:
«Тогда пойдём».
Еффей гефянин и вся его семья с детьми отправились вместе с Давидом, и все люди громко рыдали.
Царь Давид перешёл поток Кедрон, и весь народ пошёл по направлению к пустыне. Садок и все левиты, бывшие с ним, несли ковчег Соглашения Господнего. Они поставили ковчег Божий, и Авиафар стал молиться, пока весь народ не покинул Иерусалим.

Затем царь повелел Садоку:
«Возьми ковчег Божий и отнеси его обратно в Иерусалим. Если Господь доволен мной, Он возвратит меня и позволит мне снова увидеть Его и Его шатёр. А если Он скажет, что недоволен мной, то пусть тогда делает со мной всё, что захочет».

И ещё царь сказал священнику Садоку:
«Ты пророк, не правда ли? Возвратись же в город с миром. И возьми с собой своего сына Ахимааса, а также Ионафана, сына Авиафара. Я буду ждать возле того места, где люди переходят через реку в пустыню. Я буду ждать там до тех пор, пока ко мне не придёт известие от вас». Тогда Садок и Авиафар возвратили ковчег Божий в Иерусалим и остались там.

А Давид продолжал подниматься на Елеонскую гору, громко рыдая. Его голова была покрыта, а ноги босы. И все люди, бывшие с ним, покрыли себе головы и шли, плача. Давиду сказали:
«Ахитофел находится среди заговорщиков с Авессаломом».
Тогда Давид ответил:
«Господи, сделай совет Ахитофела бесполезным».

Когда Давид поднялся на вершину горы, где люди обычно молились Богу, навстречу ему вышел Хусий архитянин. Одежда на нём была разорвана, а голова посыпана пылью. Давид сказал Хусию:
«Если ты пойдёшь со мной, то будешь мне в тягость. Но если ты вернёшься в Иерусалим, то сможешь сделать совет Ахитофела бесполезным. Скажи Авессалому: „Царь, я — слуга твой. Раньше я был слугой твоего отца, а теперь я буду твоим слугой”. Священники Садок и Авиафар будут с тобой. Рассказывай им всё, что услышишь в доме царя. Ахимаас, сын Садока, и Ионафан, сын Авиафара, будут находиться с ними. Ты пошлёшь их рассказать мне всё, что услышишь».

Хусий, друг Давида, добрался до Иерусалима в то время, когда Авессалом вступал в город.

Когда Давид спускался с вершины горы Олив, он встретил Сиву, слугу Мемфивосфея. У того было два навьюченных осла, которые везли двести хлебов, сто связок изюма, сто связок смокв и мех с вином.

Царь спросил Сиву:
«Для чего всё это?»
Тогда Сива ответил:
«Ослы предназначены для царя, чтобы ездить, хлеб и фрукты — для пищи воинам, а вино — для питья ослабевшим в пустыне». Царь спросил:
«Где Мемфивосфей?»
Сива ответил царю:
«Он остался в Иерусалиме и говорит: „Сегодня израильтяне вернут мне царство моего деда”». Тогда царь сказал Сиве:
«Всё, что принадлежало Мемфивосфею, я сейчас отдаю тебе».
Услышав эти слова, Сива ответил:
«Поклон тебе за это. Я надеюсь всегда находиться в милости у тебя». Когда царь Давид дошёл до Бахурима, оттуда вышел человек из семьи Саула по имени Шимей, сын Геры. Он шёл, ругая Давида, и бросал камни в него и во всех слуг, окружавших царя справа и слева. Злословя, Шимей говорил:
«Уходи, уходи, ты никчёмный убийца! Господь наказывает тебя за пролитую тобой кровь всего дома Саула, вместо которого ты царствуешь. Господь отдал царство твоему сыну Авессалому. Эти беды происходят с тобой, потому что ты — убийца».

И сказал Авесса, сын Саруи:
«Почему должен этот мёртвый пёс оскорблять моего господина царя? Позволь мне отрубить ему голову». Но царь сказал:
«Что мне делать с вами, сыны Саруи? Если это Господь велел ему поносить меня, то кто же может сказать: „Зачем ты так делаешь?”» И ещё сказал Давид Авессе и всем своим слугам:
«Если мой собственный сын пытается убить меня, у этого вениамитянина есть больше на это причин! Оставьте его. Пусть злословит, потому что Господь повелел ему это. Может быть, Господь увидит унижения, которым я подвергаюсь, и воздаст мне добром за сегодняшнее злословие Шимея».

Тогда Давид и его люди пошли своей дорогой, а Шимей продолжал следовать за Давидом. Он шёл возле склона горы, ругался и бросал в Давида камни и грязь. Царь и все, кто были с ним, пришли к реке Иордан. Они были очень утомлены и поэтому остановились там отдохнуть. Между тем, Авессалом и весь народ Израиля пришли в Иерусалим, с ним также был и Ахитофел. Хусий архитянин, друг Давида, пришёл к Авессалому и сказал:
«Да здравствует царь! Да здравствует царь!»

Тогда Авессалом спросил:
«Почему ты неверен своему другу Давиду? Почему ты не ушёл с ним из Иерусалима?» Хусий сказал Авессалому:
«Я принадлежу тому, кого избирает Господь. Этот народ и весь Израиль избирают тебя, поэтому Я останусь с тобой. Раньше я служил твоему отцу, а сейчас я должен служить сыну Давида. Я буду служить тебе».

Авессалом сказал Ахитофелу:
«Посоветуй, что нам делать». И тогда Ахитофел ответил Авессалому:
«Твой отец оставил здесь нескольких из своих наложниц присматривать за домом. Войди к наложницам твоего отца, тогда все израильтяне узнают, как ты унизил Давида, и ещё усерднее станут поддерживать тебя». И поставили для Авессалома палатку на кровле, и он вошёл к жёнам своего отца, и весь Израиль видел это.

В то время советы Ахитофела были как наставления от Бога. Они имели большое значение как для Давида, так и для Авессалома.

Ахитофел сказал Авессалому:
«Позволь мне выбрать двенадцать тысяч человек, и я отправлюсь в погоню за Давидом этой ночью. Я нападу на него, когда он утомится и ослабеет. Я напугаю его, и все его люди разбегутся, но я убью только царя Давида. Затем я верну тебе всех людей, подобно невесте, которая возвращается к своему мужу. Ты ведь хочешь убить только одного человека, Давида. Если он умрёт, тогда весь народ вернётся с миром».

Этот план понравился Авессалому и всем старейшинам Израиля. Но Авессалом сказал:
«Позовите теперь Хусия архитянина. Я хочу услышать, что он скажет». Хусий пришёл к Авессалому, и Авессалом спросил его:
«Вот совет Ахитофела. Должны ли мы сделать, как он сказал? Если нет, то скажи своё слово».

Хусий ответил Авессалому:
«На этот раз совет, который дал Ахитофел, не годится».

«Ты знаешь своего отца и его людей, — продолжал Хусий. — Они храбры и опасны, как дикая медведица, у которой отняли медвежат. Твой отец — опытный воин, он не останется ночевать со своими людьми. Он теперь, вероятно, скрывается в какой-нибудь пещере или в другом месте. Если твой отец первым нападёт на твоих людей, то народ услышит об этом и подумает: „Люди, последовавшие за Авессаломом, терпят поражение!” И тогда даже самые храбрые станут дрожать от страха, так как всему Израилю известно, что твой отец — храбрый воин, и люди, которые с ним, тоже храбрецы. Поэтому вот что я советую вам: пусть соберётся к тебе весь Израиль от Дана до Вирсавии. Людей будет множество, как песка на морском берегу, и ты сам должен повести их на битву. Мы нападём на Давида, где бы он ни находился. Мы обрушимся на него как роса, которая падает на землю, и тогда ни он, и ни один из его людей не останутся в живых. А если он спрячется в каком-нибудь городе, то все израильтяне принесут к тому городу верёвки, мы завалим стены и стянем камни в долину. От того города не останется ни одного камешка».

Тогда Авессалом и все израильтяне сказали:
«Совет Хусия архитянина лучше совета Ахитофела».
Они сказали это, потому что Господь решил сделать негодным хороший совет Ахитофела, чтобы навести бедствие на Авессалома.

Хусий рассказал всё это священникам Садоку и Авиафару. Он рассказал им, какой совет дал Ахитофел Авессалому и израильским старейшинам и какой совет дал он сам. Хусий сказал им:

«Теперь немедленно пошлите гонца к Давиду и скажите ему, чтобы он не оставался на ночь у брода в пустыне, а во что бы то ни стало перешёл через реку Иордан. Тогда царь и все его люди не погибнут».

Сыновья священников, Ионафан и Ахимаас, ждали у источника Рогель. Они не хотели показываться в городе, и поэтому служанка пошла к ним и рассказала им всё, а они должны были пойти и известить царя Давида. Но один юноша увидел их и донёс Авессалому. Оба они быстро скрылись и пришли в дом одного человека в Бахуриме. У него во дворе был колодец, и они спустились туда. Жена этого человека взяла покрывало, растянула его над отверстием колодца и насыпала на него зерно. И никто ничего не знал об этом.

Слуги Авессалома пришли к женщине в дом и спросили:
«Где Ахимаас и Ионафан?»
Женщина ответила им:
«Они уже перешли ручей».
Слуги Авессалома пошли их искать, но никого не нашли и возвратились в Иерусалим.

Когда они ушли, Ахимаас и Ионафан вылезли из колодца и пошли известить царя Давида. Они сказали ему:
«Поскорее переходите через реку, потому что так советовал Ахитофел». Тогда Давид и все его люди перешли реку Иордан ещё до восхода солнца.

Когда Ахитофел увидел, что израильтяне не исполнили его совет, он оседлал своего осла и вернулся домой в свой родной город. Он составил завещание своей семье и повесился там, и был похоронен в могиле своего отца.

Давид пришёл в Маханаим, а Авессалом и все израильтяне, идущие с ним, перешли реку Иордан. Авессалом поставил Амессая вместо Иоава начальником своего войска. Амессай был сыном измаильтянина по имени Иефера. Матерью Амессая была Авигея, дочь Нааса, сестра Саруи, матери Иоава. Авессалом и израильтяне расположились лагерем на Галаадской земле.

Когда Давид пришёл в Маханаим, Сови, сын Нааса из Раввы аммонитской, и Махир, сын Аммиила из Ло-Девара, и Верзеллий галаадитянин из Роглима они принесли Давиду и его людям постели, блюда и другую посуду. Они также принесли пшеницу и ячмень, муку и пшено, бобы и чечевицу, жареные зёрна, мёд, масло, овец и сыр из коровьего молока. И сказали:
«Народ устал в пустыне и хочет есть и пить».

Давид пересчитал своих людей и поставил начальников над тысячами и сотнями. Он отправил людей, разделив их на три группы: одну треть Давид отдал под командование Иоава, другую треть — Авессы, сына Саруи, брата Иоава, а третью — под предводительство Еффея гефянина. И сказал царь Давид людям:
«Я сам тоже пойду с вами».

Но люди сказали:
«Нет! Ты не должен идти с нами. Если мы побежим, никто не обратит на это внимания. Даже если половина из нас умрёт, никто этого не заметит. Ты же стоишь десяти тысяч таких, как мы! Тебе будет лучше остаться в городе, и, если нужно будет, ты поможешь нам».
Затем царь ответил им:
«Я сделаю так, как для вас лучше».
Царь встал у ворот, а народ выходил по сотням и тысячам. Царь приказал Иоаву, Авессе и Еффею:
«Ради меня, сберегите мне молодого Авессалома!» И весь народ слышал, как царь приказывал всем начальникам обходиться с Авессаломом.

Армия Давида вышла в поле против армии Израиля, и они сразились в лесу Ефрема. Армия Давида разбила израильтян, и их поражение в тот день было великое: двадцать тысяч человек было убито. Сражение распространилось по всей округе, и в тот день больше народа погибло в лесу, чем от меча.

Случилось так, что Авессалом встретился с воинами Давида. Он был на своём муле, и, когда мул побежал под ветви большого дуба, голова Авессалома застряла в ветвях. Мул, на котором он сидел, убежал от него, а он так и остался висеть в воздухе.

Это увидел один из воинов и сказал Иоаву:
«Я видел Авессалома; он висел на дубе». Иоав сказал человеку, который донёс ему об этом:
«Ты видел его? Почему же ты не убил его и не поверг его на землю? Я дал бы тебе за это 10 шекелей серебра и пояс».

Но человек ответил:
«Даже если бы мне дали 1 000 шекелей серебра, я не поднял бы руки на царского сына, так как мы слышали, как царь приказал тебе, Авессе и Еффею: „Сберегите мне молодого Авессалома!” А, если бы я поступил иначе и убил бы Авессалома, это не скрылось бы от царя, и ты бы сам наказал меня».

Иоав сказал:
«Я не буду здесь попусту терять с тобой время!» Он взял три острые палки и вонзил их в сердце Авессалома, который был ещё жив и висел на дубе. У Иоава было десять юношей-оруженосцев. Они окружили Авессалома и убили его.

Иоав затрубил в трубу, и люди перестали преследовать израильтян. Затем люди Иоава взяли тело Авессалома, бросили его в лесу в глубокую яму и забросали её огромной кучей камней. Между тем все израильтяне разбежались по домам.

Ещё при жизни своей Авессалом поставил себе памятник в Царской долине, так как он думал:
«Нет у меня сына, чтобы сохранилось моё имя».
Он назвал памятник своим именем. Он называется «Памятник Авессалома» до сегодняшнего дня. Ахимаас, сын Садока, сказал Иоаву:
«Позволь, я побегу и извещу царя Давида о том, что Господь разбил его врагов». Но Иоав повелел ему:
«Нет, ты сегодня не принесёшь весть Давиду. Ты можешь известить его в другой день, но не сегодня, так как он был царским сыном».

Затем Иоав сказал одному эфиопу:
«Пойди и расскажи царю всё, что ты видел».
Тогда эфиоп поклонился Иоаву и поспешил к Давиду. Но Ахимаас, сын Садока, снова попросил Иоава:
«Что бы ни было, позволь и мне отправиться за эфиопом».
Иоав ответил:
«Сын мой, какую новость ты хочешь принести? За такую новость тебе не будет награды». Тогда Ахимаас ответил:
«Чтобы там ни случилось, мне необходимо бежать к Давиду».
Тогда Иоав сказал:
«Беги!» Ахимаас побежал через Иорданскую долину и опередил эфиопа.

Давид сидел между внутренними и наружными городскими воротами. Часовой поднялся на крышу ворот в стене и, подняв глаза, увидел человека, который бежал один. Часовой закричал и известил об этом царя Давида. Царь сказал:
«Если человек бежит один, значит это вестник».
А человек подходил всё ближе и ближе к городу.

Затем часовой увидел другого бегущего человека и закричал привратнику:
«Смотри, бежит ещё один человек!» Царь сказал:
«И этот тоже вестник». Часовой продолжил:
«Мне кажется, что первый бежит как Ахимаас, сын Садока».
Царь сказал:
«Он хороший человек. Он идёт с доброй вестью».

Тогда Ахимаас выкрикнул царю:
«Всё хорошо!» Он поклонился царю до земли и сказал:
«Да будет благословен Господь, твой Бог! Он разбил тех, кто поднял руку против тебя, господин мой царь».

Царь спросил:
«Жив ли молодой Авессалом?»
Ахимаас ответил:
«Я видел, что там царило большое волнение, когда Иоав посылал меня, но я не знаю, в чём было дело». Тогда царь приказал:
«Отойди в сторону и подожди».
Ахимаас отошёл в сторону и стал ждать.

Затем пришёл эфиоп и сказал:
«Господин мой царь, вот добрая весть для тебя! Сегодня Господь наказал всех, кто поднялся против тебя!» Царь спросил эфиопа:
«Всё ли благополучно с молодым Авессаломом?»
Тогда эфиоп ответил:
«Пусть с твоими врагами и со всеми, кто замышляет зло против тебя, будет то, что постигло этого юношу».

Царь был сокрушён. Он пошёл в комнату над воротами и там плакал. Идя туда, Давид повторял:
«О, сын мой Авессалом! Сын мой, сын мой Авессалом! Лучше бы мне умереть вместо тебя, о Авессалом, сын мой, сын мой!»

Иоаву сказали:
«Царь плачет и горюет об Авессаломе». И победа в тот день обернулась печалью для всего народа, потому что люди слышали, что царь очень скорбит о своём сыне. Люди входили в город, стараясь не шуметь, как будто это они потерпели поражение в битве. А царь, закрыв лицо, громко рыдал:
«О, сын мой Авессалом! Авессалом, сын мой, сын мой!»

Иоав пришёл к царю в дом и сказал:
«Ты унизил сегодня всех своих воинов, которые спасли твою жизнь, жизнь твоих сыновей и дочерей, а также жизнь твоих жён и наложниц. Ты любишь тех, кто ненавидит тебя, и ненавидишь тех, кто тебя любит. Ты показал сегодня, что воины и слуги ничего для тебя не значат. Очевидно то, что тебе было бы приятнее, если бы Авессалом был сегодня жив, а мы все убиты. Выйди и поговори со своими воинами. Приободри их! Клянусь Господом, если ты не выйдешь, в эту же ночь не останется у тебя ни одного человека. И это будет страшнее любого бедствия, которое ты знал с детских лет».

Тогда царь сел у городских ворот. Народу возвестили об этом, и все люди предстали перед царём. Между тем, все израильтяне, которые были с Авессаломом, разбежались по домам. Во всех коленах Израиля люди спорили друг с другом, говоря:
«Царь Давид избавил нас от наших врагов и освободил от филистимлян, а затем сам бежал от Авессалома. Но Авессалом, которого мы выбрали править нами, погиб в сражении. Поэтому мы должны снова поставить Давида царём».

И царь Давид послал сказать священникам Садоку и Авиафару:
«Скажите старейшинам Иудеи: „Почему не ваш род первым хочет вернуть царя в его дом? Смотрите, все израильтяне только и говорят о том, чтобы вернуть царя. Вы — мои братья, моя кровь и плоть. Так почему вы должны быть последними из тех, кто хочет вернуть царя?”» И скажите Амессаю:
«Ты принадлежишь к моей семье. Пусть Бог накажет меня, если я не сделаю тебя начальником своей армии вместо Иоава».

Давид растрогал сердца иудеев, и они все как один согласились послать к царю и сказать:
«Возвратись со всеми своими людьми!» Когда Давид возвратился, он пришёл к реке Иордан. И все иудеи пришли в Галгал, чтобы встретить царя и перевести его через Иордан. Шимей, сын Геры, вениамитянин из Бахурима, поспешил с иудеями навстречу царю Давиду. Около тысячи человек из вениамитян пришли с ним. Сива, слуга Саула, тоже пришёл и привёл с собой пятнадцать своих сыновей и двадцать слуг. Они спешили к Иордану, чтобы встретить царя Давида. Они перешли Иордан, чтобы перевести семью Давида и делать всё, что царь пожелает. Когда он перешёл через реку, Шимей, сын Геры, упал на землю перед царём. Шимей сказал Давиду:
«Господин мой царь, не думай о тех грехах, которые я совершил, когда господин мой царь выходил из Иерусалима. Не вспоминай их и не держи зла на сердце своём. Я знаю, что согрешил, но сегодня я пришёл первым из всего дома Иосифа, чтобы встретить моего господина царя».

Но Авесса, сын Саруи, сказал:
«Мы должны убить Шимея, так как он проклинал помазанника Господа». Давид сказал:
«Что мне делать с вами, сыны Саруи. Ваше поведение может принести нам беды. Сегодня никто в Израиле не будет лишён жизни. Сегодня, в день, когда я узнал, что я царь над Израилем». И сказал царь Шимею:
«Ты не умрёшь».
И царь поклялся ему в этом.

Мемфивосфей, внук Саула, тоже вышел встретить царя. Мемфивосфей не мыл своих ног, не стриг бороду и не стирал свою одежду с того дня, как царь покинул Иерусалим, и до того дня, когда Давид возвратился назад с миром.

Когда он вышел из Иерусалима навстречу царю, Давид спросил его:
«Мемфивосфей, почему ты не пошёл со мной, когда я бежал из Иерусалима?» Мемфивосфей ответил:
«Господин мой царь, меня обманул слуга. Я сказал ему: „Я — хром. Оседлай мне осла. Я сяду на него и поеду с царём”. Мой слуга обманул меня и оклеветал меня перед тобой, но господин мой царь подобен Ангелу Божьему. Делай то, что считаешь правильным. Ты мог бы убить всю семью моего деда, но ты посадил меня, раба твоего, с теми, кто ест с тобой за одним столом. Я не имею права ни на что жаловаться царю».

Царь сказал Мемфивосфею:
«Хватит говорить об этом. Я решил, что ты и Сива разделите между собой землю». Мемфивосфей сказал царю:
«Пусть Сива возьмёт себе всю землю; для меня достаточно того, что господин мой царь с миром вернулся к себе домой».

Верзеллий галаадитянин пришёл из Роглима, чтобы перевести царя через реку Иордан и проводить его домой. Верзеллий был очень стар, ему было восемьдесят лет. Он был очень богат и обеспечивал царя Давида всем необходимым, когда тот пребывал в Маханаиме. Давид сказал Верзеллию:
«Перейди реку и живи со мной в Иерусалиме, я сам буду заботиться о тебе».

Но Верзеллий ответил царю:
«Мне слишком мало осталось жить, чтобы идти с царём в Иерусалим. Мне уже восемьдесят лет! Я слишком стар, чтобы отличить хорошее от плохого: я не знаю вкуса того, что я ем или пью, и не слышу голоса певцов и певиц. Зачем же мне идти, чтобы быть обузой тебе? Я пройду ещё немного с царём за Иордан. Мне не нужно вознаграждение, которое ты хочешь мне дать. Позволь мне возвратиться, чтобы я мог умереть в родном городе около могилы моего отца и моей матери. Но вот мой сын Кимгам, пусть он будет слугой моему господину царю. Поступай с ним, как тебе угодно».

И сказал царь:
«Пусть Кимгам пойдёт со мной, и я сделаю для него всё, что ты хочешь. Я буду добр к нему ради тебя; я сделаю всё, что ты ни пожелаешь».

Давид поцеловал Верзеллия, благословил его, и Верзеллий возвратился домой, а царь и весь народ переправились через реку Иордан. Давид направился в Галгал, и Кимгам пошёл с ним. Весь народ Иудеи и половина народа Израиля провожали царя.

Вскоре все израильтяне пришли к царю и спросили:
«Почему наши братья, иудеи, похитили тебя и проводили тебя со всей твоей семьёй и всеми твоими людьми через Иордан?» Тогда иудеи ответили:
«Мы сделали это потому, что царь — наш близкий родственник. Почему вы сердитесь на нас за это? Мы не питались за счет царя, и он не давал нам подарки». Израильтяне ответили иудейскому народу: «Нас десять частей у царя. Значит, у нас больше прав на Давида, а вы даже не посчитались с нами. Нам принадлежит первое слово о возвращении нашего царя».
Но иудеи ответили ещё грубее и злее, чем израильтяне.

Случилось так, что там находился один негодный человек по имени Савей, сын Бихри, вениамитянин. Он затрубил в трубу, чтобы собрать народ, и сказал:
«Нет для нас части в Давиде. Нет для нас доли в сыне Иессея. О, люди Израиля, давайте разойдёмся все по своим домам».
И оставили все израильтяне Давида, и пошли за Савеем, сыном Бихри, в то время как иудеи оставались возле своего царя всю дорогу от Иордана до Иерусалима.

Когда Давид вернулся в свой дом в Иерусалиме, он взял десять наложниц, которых оставлял смотреть за домом, поместил их в особый дом и поставил вокруг этого дома стражников. Давид содержал их, но никогда не входил к ним. И они жили там как вдовы до самой смерти.

И сказал царь Амессаю:
«Созови ко мне иудеев в течение трёх дней, и сам тоже будь здесь». Амессай отправился звать иудеев, но затратил на это больше времени, чем велел ему царь.

Давид сказал Авессе:
«Савей, сын Бихри, ещё более опасен для нас, чем Авессалом. Возьми моих людей и преследуй его. Поторопись, пока он не вошёл в укреплённые города и не скрылся от нас». Тогда хелефеи, фелефеи и другие воины Иоава покинули Иерусалим, чтобы преследовать Савея, сына Бихри.

Когда они были возле большого камня близ Гаваона, Амессай вышел им навстречу. Иоав был одет в воинское одеяние и подпоясан мечом, который был в ножнах. Когда Иоав шагнул навстречу Амессаю, меч выпал из ножен (Иоав поднял меч и держал его в руке).

Иоав спросил Амессая:
«Как поживаешь, брат мой?»
Затем Иоав взял Амессая одной рукой за бороду, чтобы поцеловать его, и Амессай не обратил внимания на меч, который был в другой руке Иоава. Иоав поразил его мечом в живот, и внутренности Амессая выпали на землю. Иоаву не пришлось наносить повторный удар, так как Амессай был уже мёртв. Затем Иоав и его брат Авесса снова погнались за Савеем, сыном Бихри.

Один из молодых солдат Иоава, стоя над телом Амессая, говорил:
«Все, кто преданы Иоаву и кто за Давида, пусть следуют за Иоавом!» Амессай же лежал в луже крови посреди дороги. Когда молодой солдат заметил, что народ останавливается, чтобы посмотреть на тело, он стащил тело с дороги в поле и набросил на него одежду. Когда тело было убрано с дороги, народ пошёл за Иоавом преследовать Савея, сына Бихри.

Савей же прошёл через все израильские племена по пути до Авел-Беф-Маахи, и все жители Берима последовали за ним. Иоав со своими людьми пришёл к Авел-Беф-Мааху и осадил город. Они насыпали у городской стены вал, чтобы взобраться по нему на стену. Тогда все люди, бывшие с Иоавом, стали разбивать камни, из которых была сложена стена, стараясь её разрушить. Но в городе жила одна очень умная женщина. Она закричала со стены города:
«Послушайте! Послушайте! Скажите Иоаву, пусть подойдёт сюда. Я хочу поговорить с ним».

Когда Иоав подошёл, женщина спросила его:
«Ты ли Иоав?»
Иоав ответил:
«Да, я».
Тогда женщина попросила:
«Выслушай меня».
И он сказал:
«Слушаю». Женщина обратилась к нему с такими словами:
«Прежде говорили: „Просите помощи в Авеле, и вы получите всё, что вам нужно”. Я — одна из мирных и преданных жителей этого города. Ты хочешь разрушить этот важный израильский город. Почему же ты хочешь уничтожить наследие Господа?»

Иоав ответил:
«Я не хочу ничего разрушать! Я не хочу уничтожать твой город. Но в вашем городе есть человек по имени Савей, сын Бихри, из горной страны Ефрема. Он восстал против царя Давида. Выдайте мне его, и я отступлю от города».
Женщина сказала Иоаву:
«Хорошо, голова его будет сброшена тебе со стены».

Затем женщина обратилась к жителям города и дала им умный совет, и те отсекли голову Савею, сыну Бихри, и бросили её Иоаву. Тогда Иоав затрубил в трубу, и его войска отступили от города и разошлись по своим домам, а Иоав возвратился к царю в Иерусалим.

Иоав был начальником всего войска Израиля. Ванея, сын Иодая, командовал хелефеями и фелефеями. Адонирам управлял людьми, которые должны были выполнять тяжёлую работу. Иосафат, сын Ахилуда, был летописцем. Шева был секретарём. Садок и Авиафар — священниками. Личным священником у Давида был также и Ира иаритянин.

Во времена царствования Давида на земле три года подряд был голод. Давид помолился Господу, и Господь ответил ему:
«Всё это случилось из-за Саула и его семьи убийц, за то, что он убил гаваонитян».

Гаваонитяне не принадлежали к роду израильтян, они были аморреями. Израильтяне поклялись не причинять им зла, но Саул, питая сильные чувства к Израилю и Иудее, пытался истребить их. Царь созвал гаваонитян и говорил с ними. Давид спросил их:
«Что мне сделать для вас? Что мне сделать, чтобы снять грех Израиля и чтобы вы благословили народ Господа?»

Гаваонитяне ответили Давиду:
«В семье Саула нет столько серебра и золота, чтобы отплатить за все совершённые грехи, и у нас нет права убивать кого-либо в Израиле».
Давид спросил:
«Что вы хотите, чтобы я сделал для вас?» И они ответили царю Давиду:
«Саул губил нас и хотел истребить весь наш народ, живущий на земле Израиля. Выдай нам семь его сыновей, и мы повесим их перед Господом на горе Гаваон Саула, избранного Господом».
Царь Давид ответил:
«Я выдам их вам».

Но царь пощадил Мемфивосфея, сына Ионафана, сына Саула, потому что между Давидом и Ионафаном была клятва, данная Давидом перед Господом. Давид отдал им Армона и Мемфивосфея. Они были сыновьями Саула и Рицпы, дочери Айя. Давид также отдал пять сыновей Меровы, дочери Саула, которых она родила Адриэлу, сыну Верзеллия из Мехолы. Он отдал их в руки гаваонитян, и они повесили их на горе перед Господом. Все семеро погибли вместе; они были умерщвлены в первые дни жатвы ячменя.

Рицпа, дочь Айя, взяла покрывало печали и расстелила его на камне. И от начала жатвы до начала дождей Рицпа сидела там день и ночь. Она не позволяла прикасаться к телам ни птицам небесным в дневное время, ни диким зверям в ночное время. Давиду донесли, что сделала Рицпа, дочь Айя, наложница Саула. Тогда Давид забрал кости Саула и кости его сына Ионафана у жителей Иависа Галаадского (жители Иависа Галаадского тайно взяли их с площади Беф-Сана после того, как филистимляне убили Саула в Гелвуе). Давид перенёс оттуда кости Саула и кости его сына Ионафана. Они также принесли и кости тех семерых, которые были повешены.

Кости Саула и кости его сына Ионафана были похоронены в земле Вениамина в могиле Киса, отца Саула. Люди сделали всё, что велел им царь. И тогда Бог услышал молитвы людей на земле. И снова началась война между филистимлянами и Израилем. Давид со своими людьми вышел сразиться с филистимлянами, но он очень утомился и ослабел. У Иесвия, одного из воинов, посвящённых богу Рефаиму, было копьё, медная часть которого весила 300 шекелей, и новые доспехи. Иесвий хотел убить Давида, но Авесса, сын Саруи, спас царя, убив филистимлянина Иесвия. Тогда люди Давида поклялись ему:
«Никогда больше ты не выйдешь с нами на войну, чтобы Израилю не потерять своего величайшего вождя».

И снова была война с филистимлянами в Гобе. Тогда Совохай хушатянин убил Сафута, одного из потомков Рефаима. А потом было ещё одно сражение с филистимлянами в Гобе. Тогда Елханан, сын Ягаре-Оргима вифлеемского, убил Лахмия, брата Голиафа гефянина, у которого древко копья было таким же длинным, как ткацкий навой. И было ещё одно сражение в Гефе. Там был один очень рослый человек, у которого было по шесть пальцев на руках и по шесть пальцев на ногах, всего двадцать четыре. Он также был одним из потомков Рефаима. Этот человек высмеивал израильтян и провоцировал их к битве, но его убил Ионафан, сын Шимея, брата Давида. Эти четверо были потомками Рефаима из города Геф. Они пали от руки Давида и его слуг.

Давид пел эту песню Господу в тот день, когда Господь спас его от Саула и от всех его врагов. «Господь — моя Твердыня, моя крепость и убежище моё.

Бог мой — моя Твердыня, в которой убежище я нахожу. Господь — мой щит, я обрету спасение Его силой. Он — крепость моя, моё убежище. Спаситель мой, Ты от безжалостных врагов меня избавил.

Когда народ смеялся надо мной, я к Господу воззвал, и Он спас меня от моих врагов! Господь достоин моих восхвалений!

Волны смерти грохотали вокруг меня. Поток уносил меня туда, откуда нет возврата.

Цепи ада опутали меня. И сети смерти были предо мной.

И в бедствии моём я к Господу о помощи воззвал. Я к Богу моему воззвал. Из храма Своего Он голос мой услышал, мой крик о помощи услышал Он.

Земля сотряслась и заколебалась, и содрогнулись основания небес, так как разгневался на них Господь.

Дым поднимался из Его ноздрей, а изо рта рвалось всепожирающее пламя, и огненные искры разлетались.

Он раздвинул небеса и спустился, стоя на тёмном облаке.

Он Херувимов оседлал и полетел, паря на крыльях ветра.

Он мраком покрыл Себя, как шатром, и воды облаков собрал Он в грозовую тучу.

Слава Господняя воссияла сквозь тучи, посыпался град, и блистали молнии.

Раскатами грома Господь Всевышний отозвался с небес и все услышали Его голос.

Он стрелы пустил и разогнал врагов. Он молнией блеснул и в замешательство привёл их.

От грозного голоса Господа, от мощного дыхания из Его ноздрей, открылось взору морское дно, и обнажились основания земли.

И руку протянув с высот, меня Он подхватил и из морей глубоких вынес.

Он избавил меня от моих врагов могучих. От тех, кто ненависть испытывал ко мне и по силе меня превосходил.

В минуту бедствия враг на меня напал, но Господь был для меня опорой.

Он вывел меня в безопасное место, и спас меня, потому что Он ко мне благоволит.

Господь помог мне, потому что праведен я был, за чистоту мою награды удостоил.

Так как шёл я путём, указанным мне Господом, и не грешил я против Бога моего.

Я следовал всегда законам Божьим, и от заповедей Его я никогда не отступал.

Я непорочным был пред Ним и от греха остерегался.

Он видел чистоту моих поступков и наградил за праведность меня.

Господи, Ты предан преданным Тебе и с добротой поступаешь с добрым человеком.

Ты не обидишь тех, кто не совершил греха, но можешь перехитрить самого хитрого и подлого.

Господи, Ты помогаешь покорным и взором Своим унижаешь надменных гордецов.

О, Господи, Ты — мой светильник. Тьму вокруг меня Господь превращает в свет.

С помощью Твоей могу я победить любое войско. С Богом моим могу взойти на вражескую стену.

Путь Бога безупречен, слово Господа надёжно и истинно. Он защищает каждого, кто верует в Него.

Нет Бога, кроме Господа. Нет Твердыни, кроме Бога нашего.

Бог — моя крепость! Он убирает преграды с моего пути.

Ногам даёт Он быстроту оленя, а также способность устоять на высоте.

Он к битве меня готовит и силу мне даёт, чтобы мог я стрелять из самого тугого лука.

Господи, Ты дал мне Твой щит, чтобы защитить меня. С Твоею помощью я стал великим.

Ты расчистил передо мной тропу, чтобы мне не споткнуться о преграду.

Врага преследовал я и разбил его. Не остановился я, пока его не сокрушил.

Враг побеждён, подняться он не в силах, поверженный, у ног моих лежит. Господи, Ты силы дал рукам для битвы, врага заставил пасть к моим ногам.

Ты неприятеля заставил обратиться в бегство, позволил победить ненавидевших меня.

Враги о помощи взывали, но некому было их спасти. Они молили Господа, но не ответил Он.

Я разбивал их на части, превращая в прах земной. Я топтал и мял их как уличную грязь.

Ты спас меня от тех людей, которые против меня на битву вышли. Меня главою над народами поставил, и служат мне даже те, кого я раньше и не знал.

Чужестранцы беспомощно падают передо мной. И только услышав обо мне, они мне повинуются.

Они слабеют от страха и, дрожа, выходят из своих убежищ.

Жив Господь! Да будет благословенна моя Твердыня! Велик Господь — моя Твердыня, дарующая мне спасение!

Он — Бог, мстящий неприятелям моим; Бог, повергающий к моим ногам народы.

Ты защитил меня, дал мне спасение от неприятеля, помог разбить врагов моих жестоких.

Господи, Тебя я буду восхвалять среди народов, Твоё я имя буду прославлять!

Господь помогает одержать победы тому царю, которого избрал. Являет Он великую любовь тому правителю, которого помазал: Давиду и его потомкам Он будет предан до конца времён!»

Вот последние слова Давида:
«Это слово Давида, сына Иессея. Это послание человека, которого Всевышний сделал великим, помазанника Бога Иакова и сладкоголосого певца Израиля.

Дух Господа говорит во мне. Слово Его на языке у меня.

Говорил Бог Израиля, сказал мне Бог, Твердыня Израиля: „Когда владычествующий над людьми справедлив, когда он правит в страхе Божьем,

то он подобен утреннему свету, при восходе солнца на безоблачном небе. Подобен сиянию солнечного света после дождя, от которого трава растёт из земли”.

Бог укрепил мою семью, со мной навеки соглашение заключив. Соглашение то вечно и надёжно, и в нём спасение моё. В нём — всё, что я желал.

А злые люди все подобны колючкам. Никто не может их держать в руках. И их выбрасывают.

А если дотронется до них человек, то они причиняют боль как копьё из дерева и меди. Да, эти люди как колючки: они будут брошены в огонь и сожжены».
Вот имена храбрых воинов Давида: Исбосеф ахаманитянин, был главным из трёх. В одном из боёв, он поднял своё копьё против восьмисот человек и поразил их за один раз. Следующим был Елеазар, сын Додо, сына Ахохи. Елеазар был одним из трёх героев, которые были с Давидом, когда филистимлянин вызвал их (в Фасдамиме). Филистимляне собрались там на битву, а израильтяне бросились в бегство. Но Елеазар же остался и поражал филистимлян до тех пор, пока его рука не устала и не прилипла к мечу. Господь принёс Израилю в тот день великую победу. Народ вернулся к Елеазару после того, как он одержал победу в битве, но только для того, чтобы собирать вещи с убитых.

За ним был Шамма гараритянин, сын Аге. Филистимляне собрались для битвы там, где было поле, засеянное чечевицей. Народ Израиля побежал от филистимлян. Но Шамма стал посреди поля и держал свою позицию, и Господь дал Израилю великую победу в тот день.

Однажды во время жатвы, когда филистимляне стояли лагерем в долине Рефаимов, трое главных из тридцати героев пришли к Давиду в пещеру Одоллам. В другой раз Давид был в крепости, а отряд филистимлян находился в Вифлееме. Давид захотел пить и сказал:
«Я бы хотел, чтобы кто-нибудь принёс мне воды из колодца возле городских ворот Вифлеема». Тогда три героя прорвались сквозь ряды филистимлян, набрали воды из колодца у ворот Вифлеема и принесли Давиду. Однако Давид отказался её пить, вылив воду на землю как приношение Господу. Давид сказал:
«Господи, я не могу пить эту воду. Разве это не кровь людей, которые ради меня рисковали своей жизнью?»
Вот почему Давид не захотел пить эту воду. Эти три героя совершили ещё много подвигов, подобных этому.

Авесса, брат Иоава, сын Саруи, был главным из трёх героев. Он сразился с тремястами воинами и убил их своим копьём. Авесса был так же знаменит, как те три героя. Он прославился даже больше, чем три героя. Авесса стал их командиром, хотя и не был одним из них.

Был там также и Ванея, сын Иодая, храброго человека из Кавцеила. Ванея совершал великие подвиги. Он убил двух лучших солдат, служивших в моавском войске. Однажды, когда шёл снег, Ванея спустился в яму и умертвил там льва. Он же убил одного египетского воина, который был очень высокого роста. В руке египтянин держал копьё, а Ванея пошёл против него всего лишь с палкой. Он выхватил копьё из рук египтянина и убил врага его же собственным копьём. Ванея, сын Иодая, совершил ещё много смелых поступков, подобных этому. Он был так же знаменит, как и три героя. Ванея стал более знаменит, чем тридцать героев, но не был одним из тех троих. Давид назначил его начальником своих телохранителей.

Вот имена тридцати героев: Асаил, брат Иоава; Елханан, сын Додо из Вифлеема; Шамма хародитянин; Елика хародитянин; Хелец палтитянин; Ира, сын Икеша фекоитянина; Авиезер анафофянин; Мебуннай хушатянин; Залмон ахохитянин; Магарай нетофатитянин; Хелев, сын Вааны нетофатитянина; Иттай, сын Рибая, из Гивы Вениаминовой; Ванея пирафонянин; Иддай из Нагале-Гааша; Ави-Албон арбатитянин; Азмавеф бархюмитянин; Елияхба шаалбонянин; сыновья Яшена; Ионафан, сын Шамма из Гарара; Ахиам, сын Шарара из Гарара; Елифелет, сын Ахасбая, маахитянина; Елиам, сын Ахитофела гилонянина; Хецрой кармелитянин; Паарай арбитянин; Игал, сын Нафана, из Сувы; Мивхар, сын Гагрия; Целек аммонитянин; Нахарай беерофянин, оруженосец Иоава, сына Саруи; Ира ифриянин; Гареб ифриянин; Урия хеттеянин. Всего их было тридцать семь.

И снова Господь разгневался на Израиль. Господь побудил Давида обратиться против израильтян. Давид сказал:
«Пойдите и пересчитайте народ Израиля и Иудеи». Тогда Давид сказал Иоаву, военачальнику войска, которое было при нём:
«Пройдите по всем израильским коленам от Дана до Вирсавии и пересчитайте людей, чтобы я знал, сколько там народа».

Но Иоав ответил царю:
«Пусть Господь, Бог твой, умножит народ ещё во сто раз, и пусть твои глаза увидят это. Но для чего ты хочешь делать это?»

Слово царя взяло верх над Иоавом и военачальниками, и они пошли от царя считать народ Израиля.

Они перешли через реку Иордан и остановились в Ароере, у южной стороны города, который находился посреди долины Гада, по дороге к Иазеру. Они пошли в Галаад и в землю Тахтим-Ходши, а затем в Дан-Яан и обошли Сидон, а затем отправились во все крепости Тира и во все города евеев и хананеев, и наконец вышли к Вирсавии на юге Иудеи. Они обошли всю землю и вернулись в Иерусалим через девять месяцев и двадцать дней.

Иоав подал царю список народа. И оказалось, что крепких, способных держать в руке меч израильтян было восемьсот тысяч человек, а иудеев — пятьсот тысяч.

Давид почувствовал угрызения совести после того, как пересчитал народ. Он сказал Господу:
«Я совершил великий грех, поступив так; и ныне молю Тебя, Господи, прости мне этот грех, я поступил очень глупо».

Когда Давид встал на другой день утром, к пророку Гаду, провидцу Давида, было слово Господа. Господь сказал Гаду:
«Пойди и скажи Давиду, что так говорит Господь: „Я предлагаю тебе три наказания — выбери одно из них”».

Гад пришёл к Давиду и сказал ему:
«Выбери одно из этих трёх наказаний: быть голоду в твоей стране семь лет или чтобы три месяца твои враги преследовали тебя, а ты убегал от них, или чтобы в продолжение трёх дней в твоей стране свирепствовала болезнь? Теперь обдумай это и реши, какой ответ должен я дать Господу, пославшему меня к тебе». Давид сказал Гаду:
«Я в большой беде! Пусть лучше мы будем наказаны Господом, так как велико милосердие Его; только бы наказание не пришло от людей».

Тогда Господь послал болезнь на израильтян с того утра и до конца назначенного времени. Всего семьдесят тысяч человек умерло от Дана до Вирсавии. Когда же Ангел поднял руку на Иерусалим, чтобы уничтожить его, Господь был очень опечален бедствием и сказал Ангелу, который поражал народ:
«Довольно! Опусти руку».
Ангел Господний находился тогда возле молотилки Орны иевусеянина.

Когда Давид увидел Ангела, поражающего народ, он сказал Господу:
«Я согрешил! Я поступил беззаконно, а эти люди не сделали ничего плохого! Подобно овцам они лишь следовали за мной. Пусть же наказание Твоё падёт на меня и на семью моего отца». В тот день к Давиду пришёл Гад и сказал:
«Пойди и поставь жертвенник Господу возле молотилки Орны иевусеянина». И Давид пошёл, как повелел ему Господь через Гада.

Орна взглянул и, увидев царя и слуг его, шедших к нему, вышел и поклонился царю до земли. И сказал Орна:
«Зачем господин мой царь пришёл ко мне?»
Давид ответил:
«Я пришёл купить у тебя молотилку, чтобы построить там алтарь Господу, чтобы болезнь прекратилась». И сказал Орна Давиду:
«Пусть господин мой царь возьмёт для жертвоприношения всё, что ему угодно. Здесь есть волы для всесожжения, молотильная доска и ярмо для дров. Всё это, царь, я отдаю тебе!» И ещё сказал Орна царю:
«Пусть Господь, Бог твой, отнесётся к тебе благосклонно». Но царь ответил Орне:
«Нет! Я говорю тебе истинно, я заплачу тебе за землю то, что она стоит. Я не вознесу Господу, Богу моему, жертву, которая ничего мне не стоила».
И купил Давид молотилку и волов за 50 шекелей серебра, и построил там алтарь Господу, на котором принёс всесожжения и приношения содружества. Тогда Господь ответил на его молитву за страну, и болезнь в Израиле прекратилась.