Иоанн Златоуст (~347−407)
Человек лукавый, человек нечестивый ходит со лживыми устами
Увы, как много значит: во всякое время! Хотя бы хотел он показать что-либо доброе, сам способ говорения полон подозрения: таковой волнует народ, целые города приводит в движение. Таковой не имеет миролюбивого духа, не слышал слова Иисуса: блаженны миротворцы (Мф 5:9). Этим [Господь] учит не подавать никому повода к вражде.
Источник: На Притчи Соломона.
См. также Толкование на Притч 6:11
Лопухин А.П. (1852−1904)
Ст. 12−19 Человек лукавый, человек нечестивый ходит со лживыми устами, мигает глазами своими, говорит ногами своими, дает знаки пальцами своими; коварство в сердце его: он умышляет зло во всякое время, сеет раздоры. Зато внезапно придет погибель его, вдруг будет разбит — без исцеления. Вот шесть, что ненавидит Господь, даже семь, что мерзость душе Его: глаза гордые, язык лживый и руки, проливающие кровь невинную, сердце, кующее злые замыслы, ноги, быстро бегущие к злодейству, лжесвидетель, наговаривающий ложь и сеющий раздор между братьями
В стихах 12−15 Премудрый предостерегает ученика своего от всех видов и проявлений лукавства и коварства, а в ст. 16−19 эти пороки и некоторые другие представляются особенно богопротивными. Уже и ранее (IV:24−25) предостерегал от лукавства и призывал к прямому и открытому образу действий. Здесь он делает то же, но при этом подробно обрисовывает хитрую мимику — глаз, ног, пальцев — коварного и лукавого человека (ст. 13), всегда замышляющего в сердце зло на ближнего и на общество (ст. 14, сн. II:12, 14, III:29): но конечная, неисцельная гибель злодея неизбежна (ст. 15, I:27; III:25; XXIV:22).
Затем, для возбуждения в ученике большего отвращения к порокам злобы, лукавства, коварства, Премудрый называет, ст. 17−19, семь (собственно 6) пороков, составляющих проявления общей порочности и испорченности сердца человеческого. У LXX (и в слав.) мысль о шести пороках в ст. 15 отсутствует. И в других местах кн. Притчей обличаются: гордые глаза (XXX:13), руки, проливающие кровь (I:11) и под., но здесь обличения эти сгруппированы полнее и выражены в особенной свойственной языку притчей форме числового параллелизма.