1 Одна́ из жён сыно́в проро́ческих с во́плем говори́ла Елисе́ю: раб твой, мой муж, у́мер; а ты зна́ешь, что раб твой боя́лся Го́спода; тепе́рь пришёл заимода́вец взять обо́их дете́й мои́х в рабы́ себе́.
2 И сказа́л ей Елисе́й: что мне сде́лать тебе́? скажи́ мне, что есть у тебя́ в до́ме? Она́ сказа́ла: нет у рабы́ твое́й ничего́ в до́ме, кро́ме сосу́да с еле́ем.
3 И сказа́л он: пойди́, попроси́ себе́ сосу́дов на стороне́, у всех сосе́дей твои́х, сосу́дов поро́жних; набери́ нема́ло,
4 и пойди́, запри́ дверь за собо́ю и за сыновья́ми твои́ми, и налива́й во все э́ти сосу́ды; по́лные отставля́й.
5 И пошла́ от него́ и заперла́ дверь за собо́й и за сыновья́ми свои́ми. Они́ подава́ли ей, а она́ налива́ла.
6 Когда́ напо́лнены бы́ли сосу́ды, она́ сказа́ла сы́ну своему́: пода́й мне ещё сосу́д. Он сказа́л ей: нет бо́лее сосу́дов. И останови́лось ма́сло.
7 И пришла́ она́, и пересказа́ла челове́ку Бо́жию. Он сказа́л: пойди́, прода́й ма́сло и заплати́ долги́ твои́; а что оста́нется, тем бу́дешь жить с сыновья́ми твои́ми.
8 В оди́н день пришёл Елисе́й в Со́нам. Там одна́ бога́тая же́нщина упроси́ла его́ к себе́ есть хле́ба; и когда́ он ни проходи́л, всегда́ заходи́л туда́ есть хле́ба.
9 И сказа́ла она́ му́жу своему́: вот, я зна́ю, что челове́к Бо́жий, кото́рый прохо́дит ми́мо нас постоя́нно, свято́й;
10 сде́лаем небольшу́ю го́рницу над стено́ю и поста́вим ему́ там посте́ль, и стол, и седа́лище, и свети́льник; и когда́ он бу́дет приходи́ть к нам, пусть захо́дит туда́.
11 В оди́н день он пришёл туда́, и зашёл в го́рницу, и лёг там,
12 и сказа́л Гие́зию, слуге́ своему́: позови́ э́ту Сонамитя́нку. И позва́л её, и она́ ста́ла пред ним.
13 И сказа́л ему́: скажи́ ей: «вот, ты так забо́тишься о нас; что сде́лать бы тебе́? не ну́жно ли поговори́ть о тебе́ с царём, и́ли с военача́льником?» Она́ сказа́ла: нет, среди́ своего́ наро́да я живу́.
14 И сказа́л он: что же сде́лать ей? И сказа́л Гие́зий: да вот, сы́на нет у неё, а муж её стар.
15 И сказа́л он: позови́ её. Он позва́л её, и ста́ла она́ в дверя́х.
16 И сказа́л он: че́рез год, в э́то са́мое вре́мя, ты бу́дешь держа́ть на рука́х сы́на. И сказа́ла она́: нет, господи́н мой, челове́к Бо́жий, не обма́нывай рабы́ твое́й.
17 И же́нщина ста́ла бере́менною и родила́ сы́на на друго́й год, в то са́мое вре́мя, как сказа́л ей Елисе́й.
18 И подро́с ребёнок и в оди́н день пошёл к отцу́ своему́, к жнеца́м.
19 И сказа́л отцу́ своему́: голова́ моя́! голова́ моя́ боли́т! И сказа́л тот слуге́ своему́: отнеси́ его́ к ма́тери его́.
20 И понёс его́ и принёс его́ к ма́тери его́. И он сиде́л на коле́нях у неё до полу́дня, и у́мер.
21 И пошла́ она́, и положи́ла его́ на посте́ли челове́ка Бо́жия, и заперла́ его́, и вы́шла,
22 и позвала́ му́жа своего́ и сказа́ла: пришли́ мне одного́ из слуг и одну́ из осли́ц, я пое́ду к челове́ку Бо́жию и возвращу́сь.
23 Он сказа́л: заче́м тебе́ е́хать к нему́? сего́дня не новоме́сячие и не суббо́та. Но она́ сказа́ла: хорошо́.
24 И оседла́ла осли́цу и сказа́ла слуге́ своему́: ве́ди и иди́; не остана́вливайся, доко́ле не скажу́ тебе́.
25 И отпра́вилась и при́была к челове́ку Бо́жию, к горе́ Карми́л. И когда́ уви́дел челове́к Бо́жий её и́здали, то сказа́л слуге́ своему́ Гие́зию: э́то та Сонамитя́нка.
26 Побеги́ к ней навстре́чу и скажи́ ей: «здоро́ва ли ты? здоро́в ли муж твой? здоро́в ли ребёнок?» — Она́ сказа́ла: здоро́вы.
27 Когда́ же пришла́ к челове́ку Бо́жию на го́ру, ухвати́лась за но́ги его́. И подошёл Гие́зий, что́бы отвести́ её; но челове́к Бо́жий сказа́л: оста́вь её, душа́ у неё огорчена́, а Госпо́дь скрыл от меня́ и не объяви́л мне.
28 И сказа́ла она́: проси́ла ли я сы́на у господи́на моего́? не говори́ла ли я: «не обма́нывай меня́»?
29 И сказа́л он Гие́зию: опоя́шь чре́сла твои́ и возьми́ жезл мой в ру́ку твою́, и пойди́; е́сли встре́тишь кого́, не приве́тствуй его́, и е́сли кто бу́дет тебя́ приве́тствовать, не отвеча́й ему́; и положи́ по́сох мой на лицо́ ребёнка.
30 И сказа́ла мать ребёнка: жив Госпо́дь, и жива́ душа́ твоя́! не отста́ну от тебя́. И он встал и пошёл за не́ю.
31 Гие́зий пошёл впереди́ их и положи́л жезл на лицо́ ребёнка. Но не́ бы́ло ни го́лоса, ни отве́та. И вы́шел навстре́чу ему́, и донёс ему́, и сказа́л: не пробужда́ется ребёнок.
32 И вошёл Елисе́й в дом, и вот, ребёнок уме́рший лежи́т на посте́ли его́.
33 И вошёл, и за́пер дверь за собо́ю, и помоли́лся Го́споду.
34 И подня́лся и лёг над ребёнком, и приложи́л свои́ уста́ к его́ уста́м, и свои́ глаза́ к его́ глаза́м, и свои́ ладо́ни к его́ ладо́ням, и простёрся на нём, и согре́лось те́ло ребёнка.
35 И встал и прошёл по го́рнице взад и вперёд; пото́м опя́ть подня́лся и простёрся на нём. И чихну́л ребёнок раз семь, и откры́л ребёнок глаза́ свои́.
36 И позва́л он Гие́зия и сказа́л: позови́ э́ту Сонамитя́нку. И тот позва́л её. Она́ пришла́ к нему́, и он сказа́л: возьми́ сы́на твоего́.
37 И подошла́, и упа́ла ему́ в но́ги, и поклони́лась до земли́; и взяла́ сы́на своего́ и пошла́.
38 Елисе́й же возврати́лся в Галга́л. И был го́лод в земле́ той, и сыны́ проро́ков сиде́ли пред ним. И сказа́л он слуге́ своему́: поста́вь большо́й котёл и свари́ похлёбку для сыно́в проро́ческих.
39 И вы́шел оди́н из них в по́ле собира́ть о́вощи, и нашёл ди́кое вью́щееся расте́ние, и набра́л с него́ ди́ких плодо́в по́лную оде́жду свою́; и пришёл и накроши́л их в котёл с похлёбкою, так как они́ не зна́ли их.
40 И нали́ли им есть. Но как ско́ро они́ ста́ли есть похлёбку, то подня́ли крик и говори́ли: смерть в котле́, челове́к Бо́жий! И не могли́ есть.
41 И сказа́л он: пода́йте муки́. И всы́пал её в котёл и сказа́л Гие́зию: налива́й лю́дям, пусть едя́т. И не ста́ло ничего́ вре́дного в котле́.
42 Пришёл не́кто из Ваа́л-Шалиши́, и принёс челове́ку Бо́жию хле́бный нача́ток — два́дцать ячме́нных хле́бцев и сыры́е зёрна в шелухе́. И сказа́л Елисе́й: отда́й лю́дям, пусть едя́т.
43 И сказа́л слуга́ его́: что тут я дам ста челове́кам? И сказа́л он: отда́й лю́дям, пусть едя́т, и́бо так говори́т Госпо́дь: «насы́тятся, и оста́нется».
44 Он пода́л им, и они́ насы́тились, и ещё оста́лось, по сло́ву Госпо́дню.
