Но бывшие с Давидом сказали ему: вот, мы боимся здесь в Иудее, как же нам идти в Кеиль против ополчений Филистимских?
Но люди Давида сказали ему: — Мы боимся даже здесь, в Иудее. Что же будет, если мы двинемся в Кеилу против войск филистимлян!
Люди Давида возразили ему: «И здесь, в Иудее, мы страшимся, а как же нам выступить в Кеилу против филистимского войска?»
Современный перевод РБО
Но люди Давида возразили ему: «Даже здесь, в Иудее, нам страшно. Каково же нам будет идти в Кеилу, против филистимского войска?»
Люди Давида возразили ему: « Даже здесь, в Иудее, нам страшно, а как мы выступим в Кеилу против филистимского войска?»
Но те, кто был с Давидом, сказали ему: «Вот, мы боимся даже здесь, в Иудее, как же нам идти в Кеиль против филистимских войск?»
Но люди Давида сказали ему: «Мы боимся даже здесь в Иудее. Ты только подумай, что будет, если мы пойдём в Кеиль против армии филистимлян!»
Но люди Давида сказали ему: "Мы боимся даже здесь в Иудее. Ты только подумай, что будет, если мы пойдём против армии филистимлян!"
Бывшие же с Давидом сказали ему: вот, мы здесь, в Иудее, в страхе, кольми паче когда пойдем в Кеилу к полкам Филистимлян.
И҆ рѣ́ша мꙋ́жїе даві́дѡвы къ немꙋ̀: сѐ, мы̀ здѣ̀ во і҆ꙋде́и бои́мсѧ, и҆ ка́кѡ бꙋ́детъ, а҆́ще и҆́демъ въ кеі́ль, въ плѣ́нъ и҆ноплеме́нникѡвъ вни́демъ;
И реша мужие Давидовы к нему: се, мы зде во Иудеи боимся, и како будет, аще идем в Кеиль, в плен иноплеменников внидем?