Христианам в Филиппах

Павел и Тимофей, Христа Иисуса рабы, —
всему народу Божьему в Филиппах вместе с пастырями и диаконами, всем, пребывающим во Христе Иисусе:

благодать вам и мир от Бога, Отца нашего, и Господа Иисуса Христа.

При всяком воспоминании о вас благодарю Бога моего, и каждый раз, когда о всех вас молюсь, я делаю это с радостью: вы содействуете распространению Благой Вести с самого первого дня и доныне. И я уверен, что Тот, Кто начал в вас Свое доброе дело, непременно завершит его ко Дню Христа Иисуса.

Не могу и думать обо всех вас иначе, потому что вы — в сердце моем: нахожусь ли я в узах, защищаю ли и доказываю истину Благой Вести — все вы всегда вместе со мною разделяете благодать Божию. Бог мне свидетель, с какой сердечной любовью Христа Иисуса томлюсь я по общенью со всеми вами.

Я молюсь о том, чтобы любовь ваша всё более возрастала в полноте знания и глубине видения, дабы вы всегда и всё могли верно распознавать, и в День Христа оказались чисты и непорочны, и во всей его полноте принесли плод праведности для хвалы и славы Божией, что возможно только через Иисуса Христа.

Хочу, чтобы знали вы, братья: обстоятельства, в которых оказался я, послужили еще большему успеху проповеди Благой Вести. Всей дворцовой охране, а также и всем прочим стало известно, что в узах нахожусь я ныне за Христа. И мое пребывание в тюрьме побудило многих из наших братьев в Господе с еще большей решимостью и бесстрашием возвещать Весть Божию.

Правда, иные из них проповедуют Христа лишь из зависти, из-за соперничества, но другие — по доброму расположению, ими движет любовь и знают они, что меня Бог поставил защищать Благую Весть. А другие проповедуют Христа из себялюбивых побуждений ( стало быть, нечисто), думая усугубить тяжесть уз моих. Что с того? В любом случае, будь то притворно или искренно, проповедуют всё же Христа, и я радуюсь этому.
И радоваться не перестану, ибо знаю, что нынешнее положение мое по молитве вашей и содействием Духа Иисуса Христа обратится мне во спасение, как того я очень жду. И надеюсь, что ни в чем не буду посрамлен, но что, напротив, как всегда прежде, так и ныне прямо и смело будет возвеличен в моем теле Христос, жизнью ли моей или даже смертью. Ведь если жизнь для меня — Христос, то и смерть для меня — обретение. Если же должен я еще жить, чтобы плодотворно потрудиться, то не знаю, что предпочесть. Влечет меня и то, и другое: хочу от всего отрешиться и быть со Христом — для меня это самое лучшее, но для вас, очевидно, нужнее, чтобы я оставался жив. Будучи твердо уверен в этом, я знаю, что останусь со всеми вами и пребуду среди вас, чтобы помогать вам в духовном возрастании и обретении радости в вере, чтобы при моем возвращении к вам у вас было еще больше оснований для похвалы во Христе Иисусе благодаря моему служению.

Только живите в согласии с Благою Вестью Христовой, чтобы увидел я, когда приду к вам, или услышал, если прийти не смогу, что стоите вы твердо, что едины вы духом, что вы все как один подвизаетесь за веру евангельскую, не боясь ни в чем противников ваших. Ведь для них ваше бесстрашие — явный знак гибели, для вас же — спасенья; и всё это от Бога. Вы ведь ради Христа удостоены высокой чести не только верить в Него, но и страдать за Него, участвуя в той же борьбе, которую и я веду, — я вел ее некогда у вас на глазах, — и слышите вы ныне, что я продолжаю ее.

Так если находите вы некое утешение во Христе, если значит для вас что-нибудь любовь, если сопричастны вы Духу и ведомо вам милосердие и сострадание, — сделайте мою радость полной: держитесь одного образа мыслей, дорожите взаимной любовью и сердцем и умом будьте едины. Не делайте ничего из духа соперничества или тщеславия, но в смирении каждый почитай другого выше себя; заботьтесь не только о своем, но [и] о благе других.

И на всё это у вас должен быть тот же взгляд, что и у Христа Иисуса:

Он, по самой природе Своей Богом будучи,
за это Свое равенство Богу не держался,

Божественностью Своей поступился и принял образ раба,
уподобившись смертному человеку.
И по виду Своему признанный всеми за человека,

Он в смирении Своем и послушании смерть принял,
смерть на кресте.

Потому Бог и вознес Его высоко,
и даровал Ему имя всех иных имен превыше,

дабы все на небесах, на земле и под землей
колени свои преклонили
пред именем Иисуса,

и во славу Бога Отца всякий язык
провозгласил Господом Иисуса Христа.

Итак, возлюбленные мои, всегда послушные, — не только когда я с вами, но еще более теперь, когда меня нет рядом, — со страхом и трепетом достигайте спасения своего, ведь это Сам Бог для исполнения Своего благого намерения дает вам и желание, и силу действовать.

Всё делайте без ропота и споров, чтобы невинными вам быть и сердцем чистыми, чтобы и впредь непорочными детьми Божьими сиять вам, как звездам во вселенной, в этом бесчестном и растленном мире, предлагая погибающим слово жизни. Тогда смогу я в день Христов гордиться тем, что усилия мои и труд мой не были напрасны. Но если на жертву вашу и на служение веры вашей предстоит пролиться и моей крови как жертвенному возлиянию, то и этому я радуюсь и разделяю эту радость свою со всеми вами. И вы также радуйтесь и разделите со мной эту радость.

Надеюсь, если угодно то будет Господу Иисусу, вскоре послать к вам Тимофея, чтобы, всё о вас узнав, мог я успокоиться. Нет у меня здесь никого, кто, разделяя мои чувства, столь же искренно заботился бы о вас: все преследуют свои цели, но не ту, что у Иисуса Христа. Испытанная же верность Тимофея вам известна: как сын с отцом служил он вместе со мной делу благовестия. Поэтому и надеюсь я именно его послать незамедлительно, как только прояснится мое положение; впрочем, и сам я скоро приду — уверенность моя в Господе.

Но всё же я счел нужным прежде отправить к вам брата Эпафродита, моего сподвижника и соратника, которого вы и прислали заботиться обо мне. Он истосковался по всем вам и не находил себе покоя, узнав, что вы прослышали о его болезни. Да он и правда был смертельно болен, но Бог миловал его, и не только его, но и меня, чтобы не прибавилась мне к одной печали еще и другая. Так что поспешил я послать Эпафродита, чтобы и вы, увидев его снова, могли порадоваться и чтобы я меньше беспокоился. Примите же его как брата в Господе: радостно, сердечно. Почитайте таких, как он. Ведь он, ревнуя о деле Христовом, был близок к смерти, он жизнью рисковал, чтобы своим служением мне восполнить ваше отсутствие.

А теперь вот что еще скажу вам, братья мои: радуйтесь в Господе!
Мне нетрудно повторить то, что я уже писал вам, — вас же это может уберечь от опасности.

Берегитесь псов: людей, которые делают зло и увечье наносят! Истинно обрезанные — это мы, в Духе Божьем поклоняющиеся и хвалящиеся Христом Иисусом, а не на внешнее соблюдение буквы закона надеющиеся (хотя сам я и мог бы иметь такую надежду). Если кто-то считает, что может на такое соблюдение и на свое происхождение надеяться, то у меня для этого больше оснований: обрезанный в восьмой день, по происхождению я израильтянин из колена Вениаминова, еврей из евреев, жил по Закону как фарисей, с ревностью преследовал Церковь, и что до праведности, предписываемой Законом, был я в том безупречен.

Когда-то я видел в этом свое преимущество, но, уверовав во Христа, счел это тщетою. Да и вообще всё считаю потерей в сравнении со всё превосходящим познанием Христа Иисуса, Господа моего, ради Которого я всего лишился и всё почитаю за сор — только бы приобрести Христа и быть в подлинном с Ним единении, не с собственной своей праведностью быть, которая от Закона, но с той, что через веру во Христа достигается, с праведностью, от Бога исходящей и на вере основанной. Хочу познать Христа и силу воскресения Его и участвовать в страданиях Христовых, уподобляясь Ему и в смерти Его в надежде, что достигну я всё же воскресения из мертвых.

Не скажу, что всем уже обладаю или что уже достиг я совершенства, нет. Но стремлюсь овладеть этим, потому что овладел мною Христос [Иисус]. Я не считаю, братья мои, что уже полностью достиг этого. Но одно я во всяком случае делаю: оставляю позади прошлое и убыстряю шаг на пути к тому, что впереди; стремлюсь к цели, к награде, обрести которую подвиг меня через Христа Иисуса небесный зов Божий.

Итак, все мы, кто уже достиг зрелости, так и будем мыслить. А если о чем-нибудь вы думаете иначе, то и это в свое время Бог сделает ясным для вас. Только давайте твердо держаться того, что уже достигнуто нами.

Братья, подражайте мне, и смотрите на тех, кто поступает по примеру, какой мы подали вам. Многие же — о них я часто вам говорил, а теперь со слезами повторяю — поступают, как враги креста Христова. Конец их — погибель, их бог — чрево, и слава их — в сраме их: о земном они мыслят. А мы — граждане неба, и мы ожидаем, что Спаситель наш, Господь Иисус Христос, с неба придет. Действием той силы, которой может всё Себе подчинить, Он преобразит и это жалкое тело наше так, что подобно оно будет телу Его, облеченному славою.

Так вот, братья мои возлюбленные и желанные, радость моя и венец мой, твердо стойте в Господе, возлюбленные мои!

Еводию прошу, прошу и Синтихию прийти к согласию друг с другом в Господе. Да и тебя, мой верный Сизиг, прошу: помоги этим женщинам. Они подвизались в возвещении Благой Вести вместе со мною и с Климентом и с прочими соработниками моими, имена которых записаны в Книге жизни.

Радуйтесь всегда в своем познании Господа, будучи соединены с Ним! И еще раз скажу: радуйтесь сему! Пусть знают все, как вы добры и мягкосердечны. Господь близко; не тревожьтесь ни о чем, но в любом случае в молитве и прошении с благодарностью открывайте свои желания Богу. Тогда мир Божий, мир, который выше человеческого понимания, сохранит во Христе Иисусе ваши сердца и ваши мысли.

И еще скажу вам, братья: пусть мысли ваши будут заняты только тем, что истинно и честно, что справедливо и чисто, что достойно любви и восхищения, тем, что во всех отношениях хорошо и похвально. Делайте всегда то, чему вы научились, что приняли и услышали от меня, что видели во мне, и Бог мира будет с вами.

Большая для меня радость в Господе, что вы смогли наконец-то проявить свою заботу обо мне. Конечно, вы и прежде помнили обо мне, но вам не представлялся случай явить эту заботу. Не из-за нужды своей говорю это — я научился довольствоваться тем, что есть у меня. Умею жить и в скудости, умею и в достатке; во всё я посвящен и всему научен: насыщаться и голодать, быть в достатке и нуждаться. Ко всему готов я силою Того, Кто укрепляет меня.

И всё-таки вы поступили хорошо, разделив со мной мои трудности. Вам, филиппийцы, известно, что в первые дни моей проповеди Благой Вести, когда я покинул Македонию, ни одна из церквей, кроме вашей, не пошла на такие отношения со мной, когда можно и давать, и получать. Вы даже в Фессалонику не раз посылали мне на нужды мои. Впрочем, я не даров для себя ищу, а того, что умножило бы вашу прибыль из-за этих даров. У меня есть всё необходимое и даже сверх того: я полностью теперь обеспечен, получив от Эпафродита посланное вами. Щедрость ваша — как благовонное курение, как жертва приятная и угодная Богу. А Он, по богатству славы Своей во Христе Иисусе, даст вам всё, в чем вы сами нуждаетесь.

Слава во веки веков Богу и Отцу нашему! Аминь.

Привет мой всем, кто из народа Божьего во Христе Иисусе.
Братья, что здесь со мной, тоже шлют вам свои приветы, как и весь народ Божий, а особенно — из дома кесаря.

Благодать Господа Иисуса Христа да будет со всеми вами.