Иоанн Кронштадтский (1829−1908)
Но фараон ожесточил сердце свое и на этот раз и не отпустил народа
И опять фараон ожесточился и не захотел отпустить людей. Как величественно являет Себя Господь пред фараоном, гордым владыкою Египта. Как бы не смириться ему пред истинным Богом! — но языческая, бесовская гордость не хочет преклониться пред могуществом Бога истинного, для него не ведомого! А чего очевиднее была для фараона его собственная слабость и ничтожество, когда Бог, поражая Египет язвами, поражал ими вместе с другими и фараона? Или чего яснее присносущная сила и Божество Бога еврейского, когда Он, поразивши песьими мухами всю землю египетскую, не поразил ими одну только гесемскую землю, на которой жили евреи?
Источник: Дневник. Том I. 1856.