Выхожу я на поле, — и вот, убитые мечом; вхожу в город, — и вот истаевающие от голода; даже и пророк и священник бродят по земле бессознательно.
И из любостяжания будут уловлять вас льстивыми словами; суд им давно готов, и погибель их не дремлет.
Проклят ты будешь в городе и проклят ты будешь на поле.
Отведёт Господь тебя и царя твоего, которого ты поставишь над собою, к народу, которого не знал ни ты, ни отцы твои, и там будешь служить иным богам, деревянным и каменным;
И рассеет тебя Господь по всем народам, от края земли до края земли, и будешь там служить иным богам, которых не знал ни ты, ни отцы твои, дереву и камням.
будут истощены голодом, истреблены горячкою и лютою заразою; и пошлю на них зубы зверей и яд ползающих по земле;
Она сказала: жив Господь, Бог твой! у меня ничего нет печёного, а только есть горсть муки в кадке и немного масла в кувшине; и вот, я наберу полена два дров, и пойду, и приготовлю это для себя и для сына моего; съедим это и умрём.
И пошёл Илия, чтобы показаться Ахаву. Голод же сильный был в Самарии.
И был большой голод в Самарии, когда они осадили её, так что ослиная голова продавалась по восьмидесяти сиклей серебра, и четвёртая часть каба голубиного помёта — по пяти сиклей серебра.
Если решиться нам пойти в город, то в городе голод, и мы там умрём; если же сидеть здесь, то также умрём. Пойдём лучше в стан Сирийский. Если оставят нас в живых, будем жить, а если умертвят, умрём.
И отвечал один из служащих при нём, и сказал: пусть возьмут пять из остальных коней, которые остались в городе (из всего ополчения Израильтян только и осталось в нём, из всего ополчения Израильтян, которое погибло), и пошлём, и посмотрим.
Помяни, Боже мой, Товию и Санаваллата по сим делам их, а также пророчицу Ноадию и прочих пророков, которые хотели устрашить меня!
терпели голод и жажду, душа их истаевала в них.
[Пс 106:5 (107)]
да будут волы наши тучны; да не будет ни расхищения, ни пропажи, ни воплей на улицах наших.
[Пс 143:14 (144)]
И будут воздыхать и плакать ворота столицы, и будет она сидеть на земле опустошённая.
За то народ мой пойдёт в плен непредвиденно, и вельможи его будут голодать, и богачи его будут томиться жаждою.
И будут они бродить по земле, жестоко угнетённые и голодные; и во время голода будут злиться, хулить царя своего и Бога своего.
Город шумный, волнующийся, город ликующий! Поражённые твои не мечом убиты и не в битве умерли;
Но и эти шатаются от вина и сбиваются с пути от сикеры; священник и пророк спотыкаются от крепких напитков; побеждены вином, обезумели от сикеры, в видении ошибаются, в суждении спотыкаются.
Сыновья твои изнемогли, лежат по углам всех улиц, как серна в тенётах, исполненные гнева Господа, прещения Бога твоего.
Священники не говорили: «где Господь?», и учители закона не знали Меня, и пастыри отпали от Меня, и пророки пророчествовали во имя Ваала и ходили вослед тех, которые не помогают.
Утроба моя! утроба моя! скорблю во глубине сердца моего, волнуется во мне сердце моё, не могу молчать; ибо ты слышишь, душа моя, звук трубы, тревогу брани.
Ибо Я слышу голос как бы женщины в родах, стон как бы рождающей в первый раз, голос дочери Сиона; она стонет, простирая руки свои: «о, горе мне! душа моя изнывает пред убийцами».
пророки пророчествуют ложь, и священники господствуют при посредстве их, и народ Мой любит это. Что же вы будете делать после всего этого?
Ибо от малого до большого, — каждый из них предан корысти, и от пророка до священника — все действуют лживо;
Не выходите в поле и не ходите по дороге, ибо меч неприятелей, ужас со всех сторон.
За то жён их отдам другим, поля их — иным владетелям; потому что все они, от малого до большого, предались корыстолюбию; от пророка до священника — все действуют лживо.
и отправлю с врагами твоими в землю, которой ты не знаешь; ибо огонь возгорелся в гневе Моём, будет пылать на вас.
«Неужели этот человек, Иехония, есть создание презренное, отверженное? или он — сосуд непотребный? за что они выброшены — он и племя его, и брошены в страну, которой не знали?»
О пророках. Сердце моё во мне раздирается, все кости мои сотрясаются; я — как пьяный, как человек, которого одолело вино, ради Господа и ради святых слов Его,
Я не посылал пророков сих, а они сами побежали; Я не говорил им, а они пророчествовали.
В четвёртом месяце, в девятый день месяца, голод в городе усилился, и не было хлеба у народа земли. Сделан был пролом в город, и побежали все военные, и вышли из города ночью воротами, находящимися между двумя стенами, подле царского сада, и пошли дорогою степи; Халдеи же были вокруг города.
Воззри, Господи, ибо мне тесно, волнуется во мне внутренность, сердце моё перевернулось во мне за то, что я упорно противился Тебе; отвне обесчадил меня меч, а дома — как смерть.
Око моё опечаливает душу мою ради всех дщерей моего города.
Умерщвляемые мечом счастливее умерщвляемых голодом, потому что сии истаевают, поражаемые недостатком плодов полевых.
Всё это — за грехи лжепророков его, за беззакония священников его, которые среди него проливали кровь праведников; бродили как слепые по улицам, осквернялись кровью, так что невозможно было прикоснуться к одеждам их. «Сторонитесь! нечистый!» — кричали им; «сторонитесь, сторонитесь, не прикасайтесь»; и они уходили в смущении; а между народом говорили: «их более не будет! лицо Господне рассеет их; Он уже не призрит на них», потому что они лица священников не уважают, старцев не милуют.
И будут падать среди вас убитые, и узнаете, что Я — Господь.
Вне дома меч, а в доме мор и голод. Кто в поле, тот умрёт от меча; а кто в городе, того пожрут голод и моровая язва.
В тот день произнесут о вас притчу и будут плакать горьким плачем и говорить: «мы совершенно разорены! удел народа моего отдан другим; как возвратится ко мне! поля наши уже разделены иноплеменникам».
Главы его судят за подарки и священники его учат за плату, и пророки его предвещают за деньги, а между тем опираются на Господа, говоря: «не среди ли нас Господь? не постигнет нас беда!»
Глас Господа взывает к городу, и мудрость благоговеет пред именем Твоим: слушайте жезл и Того, Кто поставил его.
то и Я неисцельно поражу тебя опустошением за грехи твои.