И он рассказал ей всё. — Моей головы никогда не касалась бритва, — сказал он ей, — потому что я — назорей[75] Богу от чрева матери. Если бы мне остригли голову, моя сила покинула бы меня и я, ослабев, стал бы таким же, как любой другой человек.
И он рассказал ей все. — Моей головы никогда не касалась бритва, — сказал он ей, — потому что я — назорей70 Богу с самого рождения. Если бы мне остригли голову, моя сила покинула бы меня и я, ослабев, стал бы таким же, как любой другой человек.
И он рассказал ей все. — Моей головы никогда не касалась бритва, — сказал он ей, — потому что я — назорейc Богу с самого рождения. Если бы мне остригли голову, моя сила покинула бы меня и я, ослабев, стал бы таким же, как любой другой человек.
Версии Нового русского перевода:
- 2023;
- NRT-2014;
- NRT-2010.