В двенадцатом году нашего переселения, в десятом месяце, в пятый день месяца, пришёл ко мне один из спасшихся из Иерусалима и сказал: «разрушен город!»
В двенадцатом году нашего плена, в пятый день десятого месяца ко мне пришёл человек, который спасся из Иерусалима, и сказал: «Город пал!»
В пятый день десятого месяца двенадцатого года нашего изгнания пришел ко мне беженец из Иерусалима и сообщил, что город пал.
Современный перевод РБО
На двенадцатый год после того, как мы были переселены, в пятый день десятого месяца, пришел ко мне один человек, спасшийся из Иерусалима, и сказал: «Город пал!»
На двенадцатый год нашего изгнания, в пятый день десятого месяца,[12] пришел ко мне беженец из Иерусалима и сообщил, что город пал.
В пятый день десятого месяца двенадцатого года нашего переселения, ко мне пришёл один из спасшихся из Иерусалима и сказал: "Город разрушен!"
На пятый день десятого месяца двенадцатого года изгнания ко мне пришёл человек из Иерусалима, уцелевший в битве, и сказал: «Иерусалим повержен».
На пятый день десятого месяца (декабря) двенадцатого года изгнания пришёл ко мне человек из Иерусалима, уцелевший в битве, и сказал: "Иерусалим взят".
И было: в двенадцатый год, в двенадцатый месяц, в пятый день месяца, пленения нашего, пришел ко мне спасшийся из Иерусалима и сказал: „взят город!“
И҆ бы́сть во второена́десѧть лѣ́то, мцⷭ҇а вторагѡна́десѧть, въ пѧ́тый де́нь мцⷭ҇а плѣне́нїѧ на́шегѡ, прїи́де ко мнѣ̀ ѿ і҆ерⷭ҇ли́ма ᲂу҆цѣлѣ́вый глаго́лѧ: плѣне́нъ бы́сть гра́дъ.
И бысть во второенадесять лето, месяца вторагонадесять, в пятый день месяца пленения нашего, прииде ко мне от Иерусалима уцелевый глаголя: пленен бысть град.