Теперь ли я стал вопрошать для него Бога? Нет, не обвиняй в этом, царь, раба твоего и весь дом отца моего, ибо во всём этом деле не знает раб твой ни малого, ни великого.
Разве в тот день я в первый раз спрашивал для него Бога? Конечно, нет! Пусть царь не винит ни твоего слугу, ни кого-либо из членов семьи моего отца, ведь твой слуга совсем ничего не знает об этом деле.
Разве лишь теперь начал я вопрошать для него Бога? Да не будет, царь, чтобы ты сделал что-то с рабом твоим или со всем родом моего отца, потому что раб твой ничего обо всём этом не знал, нет тут ни малейшего заговора».
Современный перевод РБО
Разве сегодня впервые я вопрошал для него Бога? О нет, пусть не обвиняет царь в заговоре ни раба твоего, ни всех моих родственников, потому что рабу твоему о заговоре ничего не известно».
Разве только теперь начал я вопрошать для него Бога? Нет, царь, не вини ни в чем ни слугу твоего, ни весь род моего отца, потому что слуга твой ничего об этом не знал, даже самой малости».
Разве только теперь я стал спрашивать для него Бога? Нет, царь, не обвиняй в этом твоего раба и весь дом моего отца, потому что во всём этом деле твой раб не знает ни малого, ни великого».
Я и прежде молился Богу о Давиде. Не обвиняй меня и моих родственников. Мы — слуги твои, и я ничего не знаю о том, что происходит».
Разве я прежде не молился Богу о Давиде? Не обвиняй меня и моих родственников. Мы — слуги твои, и я ничего не знаю о том, что происходит".
Того ли дня начал я вопрошать о нем Бога? Отнюдь нет. Не взноси сего, царь, на раба своего и на весь дом отца моего: ибо не знает раб твой во всем этом деле ничего, ни великого, ни малого.
є҆да̀ дне́сь нача́хъ вопроша́ти ѡ҆ не́мъ бг҃а; ника́кѡ: да не возложи́ши, царю̀, на раба̀ твоего̀ словесѐ сегѡ̀, и҆ на ве́сь до́мъ ѻ҆тца̀ моегѡ̀, ꙗ҆́кѡ не вѣ́дѧше ра́бъ тво́й во всѣ́хъ си́хъ словесѐ ма́ла, и҆лѝ вели́ка.
Еда днесь начах вопрошати о нем Бога? Никако: да не возложиши, царю, на раба твоего словесе сего, и на весь дом отца моего, яко не ведяше раб твой во всех сих словесе мала, или велика.