Советы же Ахитофела, которые он давал, в то время считались, как если бы кто спрашивал наставления у Бога. Таков был всякий совет Ахитофела как для Давида, так и для Авессалома.
В те дни совет, данный Ахитофелом, считался, как если бы кто вопрошал Божье слово. Таков был всякий совет Ахитофела и для Давида, и для Авессалома.
В те времена совет Ахитофела был то же самое, как если бы кто спросил ответа у Бога — так ценен был совет Ахитофела что для Давида, что для Авшалома.
Современный перевод РБО
В ту пору к Ахито́фелу шли за советом так, словно вопрошали Бога. Так ценили любой совет Ахитофела и Давид, и Авессалом.
В те дни совет Ахитофела был как если бы вопросили слово у Бога — так ценен был любой совет Ахитофела и для Давида, и для Авессалома.
В то время советы, которые давал Ахитофел, считались наравне с тем, как если бы кто-то просил наставления у Бога. Таким был любой совет Ахитофела как для Давида, так и для Авессалома.
В то время советы Ахитофела были как наставления от Бога. Они имели большое значение как для Давида, так и для Авессалома.
В то время советы Ахитофела были, как наставления от Бога. Они имели большое значение как для Давида, так и для Авессалома.
И҆ совѣ́тъ а҆хїтофе́левъ, є҆го́же совѣщава́ше во дни̑ пє́рвыѧ, и҆́мже ѡ҆́бразомъ вопроси́лъ бы кто̀ бг҃а ѡ҆ словесѝ, та́кѡ всѧ́къ совѣ́тъ а҆хїтофе́левъ, и҆ и҆́же даві́дꙋ, и҆ и҆́же а҆вессалѡ́мꙋ.
И совет Ахитофелев, егоже совещаваше во дни первыя, имже образом вопросил бы кто Бога о словеси, тако всяк совет Ахитофелев, и иже Давиду, и иже Авессалому.