«Как сокрушён он!» — будут говорить рыдая; «как Моав покрылся стыдом, обратив тыл!». И будет Моав посмеянием и ужасом для всех окружающих его,
Как он раскололся! Как они рыдают! Как позорно Моав показал спину! Моав стал посмешищем и ужасом для всех соседей».
Современный перевод РБО
Плачут о нем: «О горе! Он разбит! О горе! Моав обратился в бегство, покрыт позором!» В посмешище Моав превратился, стал для всех соседей примером страшным.
Как сокрушен он, как стенает! Спину показал пристыженный Моав, стал он посмешищем и ужасом для всех своих соседей.
"Как он разбит! — будут говорить, рыдая, — как Моав покрылся стыдом, повернувшись спиной!" Моав будет посмешищем и ужасом для всех, кто его окружает,
«Моав растоптан, все плачут, сдался Моав и опозорился, люди над ним смеются, но от всего, что случилось, они исполнились страха».
"Моав растоптан, все плачут, сдался Моав и опозорился, люди над ним смеются, но от всего, что случилось, они исполнились страха".
„Как он изменился!“ зарыдали (говоря): „как Моав обратил тыл!“1120. И посрамился, и стал Моав посмешищем и ненавистным всем окружающим его.
Ка́кѡ и҆змѣни́сѧ; возрыда́ша, ка́кѡ ѡ҆братѝ хребе́тъ мѡа́въ и҆ посрами́сѧ; и҆ бы́сть мѡа́въ въ посмѣ́хъ и҆ въ не́нависть всѣ̑мъ ѡ҆́крестъ себє̀.
Како изменися? Возрыдаша, како обрати хребет Моав и посрамися? И бысть Моав в посмех и в ненависть всем окрест себе.