Шумом падения его Я привёл в трепет народы, когда низвёл его в преисподнюю, к отшедшим в могилу, и обрадовались в преисподней стране все дерева Едема, отличные и наилучшие Ливанские, все, пьющие воду;
Я заставил народы дрожать от звука его падения, когда Я поверг его в мир мертвых с теми, кто спускается в пропасть. И утешились в мире мертвых деревья Эдема, благороднейшие и лучшие с Ливана, деревья, которые обильно поливались.
Шум от его падения привел в трепет народы, и когда низвел я его в Шеол вместе с теми, кто уходит в могилу, утешились в нижнем мире все эдемские дерева, отборные, лучшие на Ливане — те, кто пил воду.
Современный перевод РБО
Я заставил народы содрогнуться от грохота, когда пал он. Я низвел его в Шеол, к мертвецам в преисподнюю. И тогда обрадовались в подземном мире все деревья Эдема, лучшие, отборные деревья Ливана, некогда напоенные водою.
Шумом от его падения Я привел в трепет народы, когда Я низвел его в Шеол, к тем, кто сошел в могилу. И это утешило в глубинах земли все эдемские дерева, отборные, лучшие, что некогда напоены были водой на Ливане.
Шумом от его падения Я привёл в трепет народы, когда спустил его в преисподнюю, к отошедшим в могилу. В преисподней земли обрадовались все деревья Едема, отличные и наилучшие ливанские, все, пьющие воду.
Я заставил другие народы содрогнуться от страха, когда они услышали шум падения этого дерева. Я отправил его в преисподнюю, к другим, кто отошёл в этот мрак. Раньше все деревья Эдема и лучшие деревья Ливана пили эту воду, но позже они обрели покой в подземном мире.
Я заставил другие народы содрогнуться от страха, когда они услышали шум падения этого дерева. Я отправил его в преисподнюю, к другим, кто отошёл в этот мрак. Раньше все деревья Эдема, лучшие деревья Ливана пили эту воду, но потом успокоились в мире подземном.
От шума падения его потряслись народы, когда сводил Я его в ад с нисходящими в преисподнюю, и утешали его во глубинах земли все прекрасныя деревья, наилучшия и красивейшия821 на Ливане, все пьющия воду.
ѿ гла́са паде́нїѧ є҆гѡ̀ потрѧсо́шасѧ ꙗ҆зы́цы, є҆гда̀ свожда́хъ є҆го̀ во а҆́дъ со снизходѧ́щими въ ро́въ, и҆ ᲂу҆тѣша́хꙋ є҆го̀ въ землѝ до́льнѣйшей всѧ̑ древеса̀ сла́дости, и҆ и҆збра̑ннаѧ и҆ дѡ́браѧ лїва́нѡва, всѧ̑ пїю̑щаѧ во́дꙋ:
от гласа падения его потрясошася языцы, егда свождах его во ад со снизходящими в ров, и утешаху его в земли долнейшей вся древеса Сладости, и избранная и добрая Ливанова, вся пиющая воду: