Утром же, когда Навал отрезвился, жена его рассказала ему об этом, и замерло в нём сердце его, и стал он как камень.
Утром, когда Навал протрезвел, жена рассказала ему обо всем. Его сердце замерло, и он будто окаменел.
А утром, когда протрезвел Навал от вина, рассказала ему жена обо всём этом — и у Навала замерло сердце, он словно окаменел.
Современный перевод РБО
Утром, когда Навал протрезвел, жена рассказала ему, что было накануне. Замерло его сердце, он словно окаменел,
А утром, когда Навал протрезвел, жена ему всё рассказала — и у Навала замерло сердце в груди, он словно окаменел.
А утром, когда Навал протрезвился, его жена рассказала ему обо всём, его сердце замерло, и он стал как камень.
А утром, когда Навал отрезвился, жена всё ему рассказала. Услышав это, у Навала случился сердечный приступ и стал он неподвижным, как камень.
А утром, когда Навал отрезвился, жена всё ему рассказала. И упало у него сердце, и стал он, как камень.
Поутру же, когда вышло из Навала вино, рассказала ему жена его все происшествие сие. И обмерло в нем сердце его, и он окаменел.
И҆ бы́сть заꙋ́тра, є҆гда̀ и҆стрезви́сѧ нава́лъ ѿ вїна̀, повѣ́да є҆мꙋ̀ жена̀ є҆гѡ̀ всѧ̑ глаго́лы сїѧ̑, и҆ ᲂу҆́мре се́рдце є҆гѡ̀ въ не́мъ, и҆ то́й бы́сть ꙗ҆́кѡ ка́мень.
И бысть заутра, егда истрезвися Навал от вина, поведа ему жена его вся глаголы сия, и умре сердце его в нем, и той бысть яко камень.