Руѳь

Въ тѣ дни, когда управляли судьи, случился голодъ на землѣ. И пошелъ одинъ человѣкъ изъ Виѳлеема Іудейскаго со своею женою и двумя сыновьями своими жить на поляхъ Моавитскихъ. Имя человѣка того Елимелехъ, имя жены его Ноеминь, а имя двухъ сыновъ его Махлонъ и Хилеонъ; они были Ефраѳяне изъ Виѳлеема Іудейскаго. И пришли они на поля Моавитскія и остались тамъ. И умеръ Елимелехъ, мужъ Ноемини, и осталась она съ двумя сыновьями своими. Они взяли себѣ жёнъ изъ Моавитянокъ, — имя одной Орфа, а имя другой Руѳь, — и жили тамъ около десяти лѣтъ. Но потомъ и оба (сына ея), Махлонъ и Хилеонъ, умерли, и осталась та женщина послѣ обоихъ своихъ сыновей и послѣ мужа своего. И встала она со снохами своими и пошла обратно съ полей Моавитскихъ, ибо услышала на поляхъ Моавитскихъ, что Богъ посѣтилъ народъ Свой и далъ имъ хлѣбъ. И вышла она изъ того мѣста, въ которомъ жила, и обѣ снохи ея съ нею. Когда онѣ шли по дорогѣ, возвращаясь въ землю Іудейскую, Ноеминь сказала двумъ снохамъ своимъ: пойдите, возвратитесь каждая въ домъ матери своей; да сотворитъ Господь съ вами милость, какъ вы поступали съ умершими и со мною! да дастъ вамъ Господь, чтобы вы нашли пристанище каждая въ домѣ своего мужа! И поцѣловала ихъ. Но онѣ подняли вопль и плакали и сказали: нѣтъ, мы съ тобою возвратимся къ народу твоему. Ноеминь же сказала: возвратитесь, дочери мои; зачѣмъ вамъ идти со мною? развѣ еще есть у меня сыновья въ моемъ чревѣ, которые были бы вамъ мужьями? возвратитесь, дочери мои, пойдите, ибо я уже стара, чтобъ быть за-мужемъ; да еслибъ я и сказала: «есть мнѣ еще надежда», и даже если бы я сію же ночь была съ мужемъ и потомъ родила сыновей, — то можно ли вамъ ждать, пока они выросли бы? можно ли вамъ медлить и не выходить замужъ? нѣтъ, дочери мои, я весьма сокрушаюсь о васъ, ибо рука Господня постигла меня. Онѣ подняли вопль и опять стали плакать. И Орфа простилась со свекровью своею (и возвратилась къ народу своему), а Руѳь осталась съ нею. (Ноеминь) сказала (Руѳи): вотъ, невѣстка твоя возвратилась къ народу своему и къ своимъ богамъ; возвратись и ты вслѣдъ за невѣсткою твоею. Но Руѳь сказала: не принуждай меня оставить тебя и возвратиться отъ тебя; но куда ты пойдешь, туда и я пойду, и гдѣ ты жить будешь, тамъ и я буду жить; народъ твой будетъ моимъ народомъ, и твой Богъ — моимъ Богомъ; и гдѣ ты умрешь, тамъ и я умру и погребена буду; пусть то́ и то́ сдѣлаетъ мнѣ Господь, и еще больше сдѣлаетъ; смерть одна разлучитъ меня съ тобою. (Ноеминь,) видя, что она твердо рѣшилась идти съ нею, перестала уговаривать ее. И шли обѣ онѣ, доколѣ не пришли въ Виѳлеемъ. Когда пришли онѣ въ Виѳлеемъ, весь городъ пришелъ въ движеніе отъ нихъ, и говорили: это Ноеминь? Она сказала имъ: не называйте меня Ноеминью [1], а называйте меня Марою [2], потомучто Вседержитель послалъ мнѣ великую горесть; я вышла отсюда съ достаткомъ, а возвратилъ меня Господь съ пустыми руками; зачѣмъ называть меня Ноеминью, когда Господь заставилъ меня страдать, и Вседержитель послалъ мнѣ несчастье? И возвратилась Ноеминь, и съ нею сноха ея Руѳь Моавитянка, пришедшая съ полей Моавитскихъ, и пришли онѣ въ Виѳлеемъ въ началѣ жатвы ячменя.

У Ноемини былъ родственникъ по мужу ея, человѣкъ весьма знатный, изъ племени Елимелехова, имя ему Воозъ. И сказала Руѳь Моавитянка Ноемини: пойду я на поле и буду подбирать колосья по слѣдамъ того, у кого найду благоволеніе. Она сказала ей: пойди, дочь моя. Она пошла, и пришла, и подбирала въ полѣ колосья позади жнецовъ. И случилось, что та часть поля принадлежала Воозу, который изъ племени Елимелехова. И вотъ, Воозъ пришелъ изъ Виѳлеема и сказалъ жнецамъ: Господь съ вами! Они сказали ему: да благословитъ тебя Господь! И сказалъ Воозъ слугѣ своему, приставленному къ жнецамъ: чья это молодая женщина? Слуга, приставленный къ жнецамъ, отвѣчалъ и сказалъ: эта молодая женщина — Моавитянка, пришедшая съ Ноеминью съ полей Моавитскихъ; она сказала: «буду я подбирать и собирать между снопами позади жнецовъ»; и пришла, и находится здѣсь съ самаго утра доселѣ; мало бываетъ она дома. И сказалъ Воозъ Руѳи: послушай, дочь моя, не ходи подбирать на другомъ полѣ и не переходи отсюда, но будь здѣсь съ моими служанками; пусть въ глазахъ твоихъ будетъ то поле, гдѣ онѣ жнутъ, и ходи за ними; вотъ, я приказалъ слугамъ своимъ не трогать тебя; когда захочешь пить, иди къ сосудамъ и пей, откуда черпаютъ слуги мои. Она пала на лице свое и поклонилась до земли и сказала ему: чѣмъ снискала я въ глазахъ твоихъ милость, что ты принимаешь меня, хотя я и чужеземка? Воозъ отвѣчалъ и сказалъ ей; мнѣ сказано все, что́ сдѣлала ты для свекрови своей по смерти мужа твоего, что ты оставила твоего отца и твою мать и твою родину и пришла къ народу, котораго ты не знала вчера и третьяго дня; да воздастъ Господь за это дѣло твое, и да будетъ тебѣ полная награда отъ Господа Бога Израилева, къ Которому ты пришла, чтобъ успокоиться подъ Его крылами! Она сказала: да буду я въ милости предъ очами твоими, господинъ мой! ты утѣшилъ меня и говорилъ по сердцу рабы твоей, между тѣмъ какъ я не сто́ю ни одной изъ рабынь твоихъ. И сказалъ ей Воозъ: время обѣда; приди сюда и ѣшь хлѣбъ и обмакивай кусокъ твой въ уксусъ. И сѣла она возлѣ жнецовъ. Онъ подалъ ей хлѣба; она ѣла, наѣлась, и еще осталось. И встала, чтобы подбирать. Воозъ далъ приказъ слугамъ своимъ, сказавъ: пусть подбираетъ она и между снопами, и не обижайте ея; да и отъ сноповъ откидывайте ей и оставляйте, пусть она подбираетъ (и ѣстъ), и не браните ея. Та́къ подбирала она на полѣ до вечера и вымолотила собранное, и вышло около ефы ячменя. Взявши это, она пошла въ городъ, и свекровь ея увидѣла, что́ она набрала. И вынула (Руѳь изъ пазухи своей) и дала ей то́, что́ оставила, наѣвшись сама. И сказала ей свекровь ея: гдѣ ты собирала сегодня и гдѣ работала? да будетъ благословенъ принявшій тебя! (Руѳь) объявила свекрови своей, у кого она работала, и сказала: человѣку тому, у котораго я сегодня работала, имя Воозъ. И сказала Ноеминь снохѣ своей: благословенъ онъ отъ Господа за то́, что не лишилъ милости своей ни живыхъ, ни мертвыхъ! И сказала ей Ноеминь: человѣкъ этотъ близокъ къ намъ; онъ изъ нашихъ родственниковъ. Руѳь Моавитянка сказала (свекрови своей): онъ даже сказалъ мнѣ: будь съ моими служанками, доколѣ не докончатъ онѣ жатвы моей. И сказала Ноеминь снохѣ своей Руѳи: хорошо, дочь моя, что ты будешь ходить со служанками его, и не будутъ оскорблять тебя на другомъ полѣ. Та́къ была она со служанками Воозовыми и подбирала (колосья), доколѣ не кончилась жатва ячменя и жатва пшеницы, и жила у свекрови своей.

И сказала ей Ноеминь, свекровь ея: дочь моя, не поискать ли тебѣ пристанища, чтобы тебѣ хорошо было? вотъ, Воозъ, со служанками котораго ты была, родственникъ нашъ; вотъ, онъ въ эту ночь вѣетъ на гумнѣ ячмень; умойся, помажься, надѣнь на себя (нарядныя) одежды твои и пойди на гумно, но не показывайся ему, доколѣ не кончитъ ѣсть и пить; когда же онъ ляжетъ спать, узнай мѣсто, гдѣ онъ ляжетъ; тогда придешь и откроешь у ногъ его и ляжешь; онъ скажетъ тебѣ, что́ тебѣ дѣлать. (Руѳь) сказала ей: сдѣлаю все, что́ ты сказала мнѣ. И пошла на гумно и сдѣлала все та́къ, ка́къ приказывала ей свекровь ея. Воозъ наѣлся и напился, и развеселилъ сердце свое, и пошелъ и легъ спать подлѣ скирда. И она пришла тихонько, открыла у ногъ его и легла. Въ полночь онъ содрогнулся, приподнялся, и вотъ, у ногъ его лежитъ женщина. И сказалъ (ей Воозъ): кто ты? Она сказала: я Руѳь, раба твоя, простри крыло твое на рабу твою, ибо ты родственникъ. (Воозъ) сказалъ: благословенна ты отъ Господа (Бога), дочь моя! это послѣднее твое доброе дѣло сдѣлала ты еще лучше прежняго, что ты не пошла искать молодыхъ людей, ни бѣдныхъ, ни богатыхъ; итакъ, дочь моя, не бойся, я сдѣлаю тебѣ все, что́ ты сказала; ибо у всѣхъ воротъ народа моего знаютъ, что ты женщина добродѣтельная; хотя и правда, что я родственникъ, но есть еще родственникъ ближе меня; переночуй эту ночь; завтра же, если онъ приметъ тебя, то хорошо, пусть приметъ; а если онъ не захочетъ принять тебя, то я приму; живъ Господь! спи до утра. И спала она у ногъ его до утра и встада прежде, нежели могли они распознать другъ друга. И сказалъ Воозъ: пусть не знаютъ, что женщина приходила на гумно. И сказалъ ей: подай верхнюю одежду, которая на тебѣ, подержи ее. Она держала, и онъ отмѣрилъ (ей) шесть мѣръ ячменя, и положилъ на нее, и пошелъ въ городъ. А (Руѳь) пришла къ свекрови своей. Та сказала (ей): что́, дочь моя? Она пересказала ей все, что́ сдѣлалъ ей человѣкъ тотъ. И сказала (ей): эти шесть мѣръ ячменя онъ далъ мнѣ и сказалъ мнѣ: не ходи къ свекрови своей съ пустыми руками. Та сказала: подожди, дочь моя, доколѣ не узнаешь, чѣмъ кончится дѣло; ибо человѣкъ тотъ не останется въ покоѣ, не кончивъ сегодня дѣла.

Воозъ вышелъ къ воротамъ и сидѣлъ тамъ. И вотъ, идетъ мимо родственникъ, о которомъ говорилъ Воозъ. И сказалъ ему (Воозъ): зайди сюда и сядь здѣсь. Тотъ зашелъ и сѣлъ. (Воозъ) взялъ десять человѣкъ изъ старѣйшинъ города и сказалъ: сядьте здѣсь. И они сѣли. И сказалъ (Воозъ) родственнику: Ноеминь, возвратившаяся съ полей Моавитскихъ, продаетъ часть поля, принадлежащую брату нашему Елимелеху; я рѣшился довести до ушей твоихъ и сказать: купи при сидящихъ здѣсь и при старѣйшинахъ народа моего; если хочешь выкупить, выкупа́й; а если не хочешь выкупить, скажи мнѣ, и я буду знать; ибо кромѣ тебя некому выкупить, а по тебѣ я. Тотъ сказалъ: я выкупа́ю. Воозъ сказалъ: когда ты купишь поле у Ноемини, то долженъ купить и у Руѳи Моавитянки, жены умершаго, и долженъ взять ее въ замужство, чтобы возстановить имя умершаго въ удѣлѣ его. И сказалъ тотъ родственникъ: не могу я взять ее себѣ, чтобы не разстроить своего удѣла; прими ее ты, ибо я не могу принять. Прежде такой былъ обычай у Израиля при выкупѣ и при мѣнѣ для подтвержденія какого-либо дѣла: одинъ снималъ сапогъ свой и давалъ другому, (который принималъ право родственника,) и это было свидѣтельствомъ у Израиля. И сказалъ тотъ родственникъ Воозу: купи себѣ. И снялъ сапогъ свой (и далъ ему). И сказалъ Воозъ старѣйшинамъ и всему народу: вы теперь свидѣтели тому, что я покупаю у Ноемини все Елимелехово и все Хилеоново и Махлоново; также и Руѳь Моавитянку, жену Махлонову, беру себѣ въ жену, чтобъ оставить имя умершаго въ удѣлѣ его, и чтобы не исчезло имя умершаго между братьями его и у воротъ мѣстопребыванія его: вы сегодня свидѣтели тому. И сказалъ весь народъ, который при воротахъ, и старѣйшины: мы свидѣтели; да содѣлаетъ Господь жену, входящую въ домъ твой, какъ Рахиль и какъ Лію, которыя обѣ устроили домъ Израилевъ; пріобрѣтай богатство въ Ефраѳѣ, и да славится имя твое въ Виѳлеемѣ; и да будетъ домъ твой, какъ домъ Фареса, котораго родила Ѳамарь Іудѣ, отъ того сѣмени, которое дастъ тебѣ Господь отъ этой молодой женщины. И взялъ Воозъ Руѳь, и она сдѣлалась его женою. И вошелъ онъ къ ней, и Господь далъ ей беременность, и она родила сына. И говорили женщины Ноемини: благословенъ Господь, что Онъ не оставилъ тебя нынѣ безъ наслѣдника! и да будетъ славно имя его въ Израилѣ! онъ будетъ тебѣ отрадою и питателемъ въ старости твоей, ибо его родила сноха твоя, которая любитъ тебя, которая для тебя лучше семи сыновей. И взяла Ноеминь дитя сіе, и носила его въ объятіяхъ своихъ, и была ему нянькою. Сосѣдки нарекли ему имя и говорили: «у Ноемини родился сынъ», и нарекли ему имя: Овидъ. Онъ отецъ Іессея, отца Давидова. И вотъ родъ Фарееовъ: Фаресъ родилъ Есрома; Есромъ родилъ Арама; Арамъ родилъ Аминадава; Аминадавъ родилъ Наассона; Наассонъ родилъ Салмона; Салмонъ родилъ Вооза; Воозъ родилъ Овида; Овидъ родилъ Іессея; Іессей родилъ Давида.