Однако ж не отступали от грехов дома Иеровоама, который ввёл Израиля в грех; ходили в них, и дубрава стояла в Самарии.
И всё же они не отвернулись от грехов дома Иеровоама, к которым тот склонил Израиль, но оставались в них. Да и столб Ашеры[49] продолжал стоять в Самарии.
Но не отвратились они от грехов дома Яравама, в которые он ввел Израиль, а упорствовали в них, и в Самарии по-прежнему стоял идольский столб.
Современный перевод РБО
Однако и тогда они не отвратились от тех грехов, в которые род Иеровоама вверг Израиль, продолжали поступать, как прежде поступали. Стояло и древо Ашеры в Самарии.
Но не отвернулись они от грехов рода Иеровоама, в которые тот вовлек Израиль, а упорствовали в них, и в Самарии тоже была посвященная Ашере роща.[2]
Однако они не отступали от грехов дома Иеровоама, который ввёл Израиль в грех, ходили в них, и в Самарии стоял столб Астарты.
Однако израильтяне не перестали совершать грехи семьи Иеровоама, который ввёл Израиль в грех. Они продолжали совершать грехи Иеровоама и не уничтожили столб Ашеры в Самарии.
Но израильтяне не перестали совершать грехи дома Иеровоама, который ввёл Израиль в грех. Они продолжали совершать грехи Иеровоама и оставили стоять столб Ашеры в Самарии.
ѻ҆ба́че не ѿстꙋпи́ша ѿ грѣхѡ́въ до́мꙋ і҆еровоа́ма сы́на нава́това, и҆́же въ грѣ́хъ введѐ і҆и҃лѧ, въ не́мъ ходѧ́хꙋ: и҆ дꙋбра́ва стоѧ́ше въ самарі́и.
обаче не отступиша от грехов дому Иеровоама сына Наватова, иже и в грех введе Израиля, в нем ходяху: и дубрава стояше в Самарии.