Не смирял ли я и не успокаивал ли души моей, как дитяти, отнятого от груди матери? душа моя была во мне, как дитя, отнятое от груди.
Но смирял и успокаивал свою душу, как ребенка, отнятого от материнской груди; душа моя — как ребенок, отнятый от материнской груди.
Современный перевод РБО
Я утешал, успокаивал душу мою, словно ребенка, отнятого от груди материнской. Душа моя — словно ребенок, отнятый от груди материнской.
Смирил я уже и успокоил душу свою, как отнятый от груди младенец, прильнувший к матери, как отученный от груди младенец, так спокойна ныне душа моя во мне.
Разве я не смирял и не успокаивал свою душу, словно младенца, которого отняли от груди матери? Моя душа во мне была, словно ребёнок, которого отняли от груди.
Мир в душе моей, и ничего меня не беспокоит, словно сытого ребёнка на материнских руках.
Но я спокоен, и в душе моей покой, в душе моей мир, словно у ребёнка на материнских руках.
Если я не смиренномудрствовал, но возносился душою моею (к Тебе), как вскормленное дитя к матери своей, то так и воздай душе моей.
Я ли не усмирял, не успокаивал души моей, Как дитя, отнятое от груди? Как дитя, душа моя во мне.
А҆́ще не смиреномꙋ́дрствовахъ, но вознесо́хъ дꙋ́шꙋ мою̀, ꙗ҆́кѡ ѿдое́ное на ма́терь свою̀, та́кѡ возда́си на дꙋ́шꙋ мою̀.
А́ще не смиреному́дрствовах, но вознесо́х ду́шу мою́, я́ко отдое́ное на ма́терь свою́, та́ко возда́си на ду́шу мою́.