И не будут преломлять для них хлеб в печали, в утешение об умершем; и не подадут им чаши утешения, чтобы пить по отце их и матери их.
Никто не преломит хлеба для плачущих, чтобы утешить их об умершем; никто не подаст им утешительной чарки, чтобы выпили в память об отце и матери.
Современный перевод РБО
Не отломят скорбящим хлеба в утешение об умершем, не напоят их из чаши утешения в память об отце и матери.
Не преломят хлеба для скорбящего, чтобы утешить его в утрате, и не дадут ему испить из чаши утешения в память об отце его и матери.
И не будут преломлять для них хлеб в печали, в утешение об умершем. Не подадут им чаши утешения, чтобы пить в память об их отце и их матери.
Никто не принесёт им пищи, никто не утешит этих людей, потерявших отцов или матерей, никто не предложит и глотка воды, чтобы успокоить плачущих.
Никто не принесёт им пищи, никто не утешит этих людей, потерявших отцов или матерей, никто не предложит чаши, чтобы успокоить плачущих.
И не будут, при печали их, преломлять хлеба в утешение об умершем, и не подадут им401 чаши утешения по отце и матери их402.
и҆ не прело́мѧтъ хлѣ́ба во стена́нїи и҆́хъ ко ᲂу҆тѣше́нїю над̾ ме́ртвымъ, и҆ не дадꙋ́тъ и҆̀мъ питїѧ̀ ча́ши ко ᲂу҆тѣше́нїю над̾ ѻ҆тце́мъ и҆ ма́терїю и҆́хъ.
и не преломят хлеба во стенании их ко утешению над мертвым, и не дадут им пития чаши ко утешению над отцем и материю их.