а огонь на жертвеннике пусть горит, не угасает; и пусть священник зажигает на нём дрова каждое утро, и раскладывает на нём всесожжение, и сожигает на нём тук мирной жертвы;
Огонь на жертвеннике нужно поддерживать, он не должен угасать. Пусть каждое утро священник подкладывает дрова, раскладывает на огонь всесожжение и сжигает жир жертв примирения.
Современный перевод РБО
Пусть огонь на жертвеннике горит и не угасает. Пусть священник каждое утро добавляет туда дров, раскладывает всесожжение, а вместе с ним сжигает и жир пиршественных жертв.
Огонь же на жертвеннике должен гореть неугасимо; и пусть священник каждое утро подкладывает дрова, поддерживая огонь на нем, возлагает на него жертву во всесожжение, а также в дым обращает на нем, к примеру, жир от благодарственной жертвы.
А огонь на жертвеннике пусть горит и не гаснет. Пусть священник каждое утро сжигает дрова, раскладывает на нём всесожжение и сжигает жир мирной жертвы.
Всё это время огонь на жертвеннике должен поддерживаться и не угасать. Священник должен каждое утро сжигать дрова на жертвеннике, чтобы приносить всесожжения и сжигать жир жертвы содружества.
Всё это время огонь на жертвеннике должен поддерживаться и не угасать. Священник должен каждое утро сжигать дрова на жертвеннике, чтобы приносить всесожжения и сжигать жир жертвы приношения содружества.
а огонь на жертвеннике пусть горит и не угасает. Священник пусть разжигает на нем дрова каждое утро, и раскладывает на нем всесожжение, и сожигает на нем тук благодарственной жертвы.
и҆ ѻ҆́гнь на ѻ҆лтарѝ да гори́тъ на не́мъ и҆ не ᲂу҆гаса́етъ: и҆ да возжже́тъ на не́мъ жре́цъ дрова̀ по всѧ̑ ᲂу҆́тра, и҆ да воскладе́тъ на́нь всесожже́нїе, и҆ да возложи́тъ на́нь тꙋ́къ спасе́нїѧ:
и огнь на олтари да горит на нем и не угасает: и да возжжет на нем жрец дрова по вся утра, и да возкладет нань всесожжение, и да возложит нань тук спасения: