Князья твои — как саранча, и военачальники твои — как рои мошек, которые во время холода гнездятся в щелях стен, и когда взойдёт солнце, то разлетаются, и не узнаешь места, где они были.
Твоя охрана, как саранча, твои военачальники, как полчища саранчи, которые располагаются на стенах в холодные дни, но как пригреет солнце, разлетаются, а куда, никто не знает.
Стражники твои что кузнечики, знать твоя, что стая саранчи — пока холодно, сидят на стене, а как поднимется солнце — улетят прочь, и никто знать не будет, где они.
Современный перевод РБО
Твои чиновники — словно туча саранчи, наместники твои — словно рой, что в холода сидит на стене, а взойдет солнце — улетает прочь бесследно.
И стражи твои — такая же саранча, а знать — рой мошек: холодно — они на стене сидят, а солнце пригреет — прочь улетят, и никто не узнает, куда они делись.
Твои правители — как саранча, и твои военачальники — как рои мошек, которые во время холода гнездятся в щелях стен, а когда взойдёт солнце, то разлетаются, и не узнаешь места, где они были.
Твои вельможи словно рой саранчи, которая садится на каменные стены в холодный день. Когда же камни нагреваются от солнца, она улетает прочь, и никто не знает куда.
Охрана твоя тоже, как саранча; твои чиновники — словно рой саранчи, которая садится на каменные стены в холодный день. Когда же камни нагреваются от солнца, она улетает прочь, и никто не знает куда.
Князья твои, как саранча, и воеводы твои, как многоплодная, которая во время стужи в стенах гнездится, и как скоро взойдет солнце, улетает, и не узнаешь места ея где она была.
Вскочил как кузнечик примешенец твой65, как саранча, влезающая на забор в холодный день: поднялось солнце, и она улетела, и не узнаешь места ея66. Горе им!
Возскочѝ а҆́ки прꙋ́гъ смѣ́сникъ тво́й, а҆́ки а҆крі́да восходѧ́щаѧ на ѡ҆гра́дꙋ въ де́нь стꙋде́ный: со́лнце взы́де, и҆ ѿлетѣ̀, и҆ не позна́сѧ мѣ́сто є҆ѧ̀: лю́тѣ и҆̀мъ!
Возскочи аки пруг смесник твой, аки акрида восходящая на ограду в день студеный: солнце взыде, и отлете, и не познася место ея: люте им!