Кирилл Александрийский (376−444)
Посему ученики говорили между собою: разве кто принес Ему есть?
«Глаголаху убо ученицы к себе: еда кто принесе Ему ясти?» Еще не разумея этой прикровенной речи, ученики нередко судили о бывшем по себе самим и нисходят до обычных представлений, воображая, что Ему кем-либо принесена пища, и притом, пожалуй, более лучшая и более приятная, чем та, какую достали они.
Источник: Толкование на Евангелие от Иоанна. Книга II.