Когда настал черед Эсфири (дочери Авихаиля,[9] дяди Мардохея, который растил ее как дочь) идти к царю, она ничего не просила сверх того, что предложил ей царедворец Хегай, страж жен. Кто ни видел Эсфирь — чувствовал к ней расположение.
Когда настал черед Эсфири (дочери Авихаиля, дяди Мардохея, который растил ее как дочь) идти к царю, она ничего не просила сверх того, что предложил ей царедворец Хегай, страж жен. Кто ни видел Эсфирь — чувствовал к ней расположение.