Когда настало время Есфири, дочери Аминадава, дяди Мардохея, который взял её к себе вместо дочери, — идти к царю, тогда она не просила ничего, кроме того, о чём сказал ей Гегай, евнух царский, страж жён. И приобрела Есфирь расположение к себе в глазах всех, видевших её.
Когда пришёл черед Есфири, дочери Авихаила, дяди Мардохея, который взял её к себе вместо дочери, она не попросила ничего, кроме того, что посоветовал царский евнух, смотритель гарема Гегай. А Есфирь приобрела расположение у всех, кто её видел.
Когда Эсфири, дочери Авихаила, дяди Мордехая, который ее и удочерил, настал черед отправляться к царю, ничего она не просила сверх того, что царский евнух Хегай, распорядитель среди женщин, назвал ей сам. Кто ни видел Эсфирь, чувствовал к ней расположение.
Современный перевод РБО
Когда Эсфири, дочери Авиха́ила, Мардохеева дяди, которую Мардохей взял к себе вместо дочери, настал черед идти к царю — ничего не попросила она сверх того, что посоветовал ей царский евнух Хегай, страж женщин. Эсфирь нравилась всем, кто видел ее.
Когда настал черед Эсфири (дочери Авихаиля,[9] дяди Мардохея, который растил ее как дочь) идти к царю, она ничего не просила сверх того, что предложил ей царедворец Хегай, страж жен. Кто ни видел Эсфирь — чувствовал к ней расположение.
Когда настало время Есфири, дочери Аминадава, дяди Мардохея, который взял её к себе вместо дочери, идти к царю, тогда она не просила ничего, кроме того, о чём ей сказал царский евнух Гегай, смотритель женщин. И приобрела Есфирь расположение к себе в глазах всех, кто видел её.
Когда Есфири пришло время идти к царю, она ничего не просила. Она только хотела, чтобы Гегай, царский евнух, который отвечал за женщин, посоветовал, что ей следует взять. (Есфирь была дочерью Абихаила, дяди Мардохея, который удочерил её). Есфирь нравилась всем, кто видел её.
Когда Есфири пришло время идти к царю, она ничего не просила. Она только хотела, чтобы Гегай, царский евнух, который отвечал за женщин, посоветовал ей, что она должна взять. (Есфирь была дочерью Аминадава, дяди Мардохея, который удочерил её. ) Есфирь нравилась всем, кто видел её.
Когда Есфири, дочери Авихаила, дяди Мардохея, который взял ее к себе вместо дочери, пришла череда идти к царю, тогда она ничего не просила, кроме того, что скажет ей Гегай — царский евнух, страж жен. И приобрела Есфирь любовь к себе в глазах всех, видевших ее.
Є҆гда́ же и҆спо́лнисѧ вре́мѧ є҆сѳи́ри дще́ри а҆мїнада́ва, бра́та ѻ҆тца̀ мардохе́ова, (и҆́же поѧ́лъ ю҆̀ себѣ̀ въ дще́ре мѣ́сто,) вни́ти ко царе́ви, ничто́же престꙋпѝ ѿ си́хъ, ꙗ҆̀же заповѣ́да є҆́й є҆ѵнꙋ́хъ храни́тель же́нъ: бѣ́ бо є҆сѳи́рь ѡ҆брѣта́ющаѧ благода́ть пред̾ всѣ́ми зрѧ́щими ю҆̀.
Егда же исполнися время Есфири дщери Аминадава, брата отца Мардохеова, (иже поял ю себе в дщере место,) внити ко цареви, ничтоже преступи от сих, яже заповеда ей евнух хранитель жен: бе бо Есфирь обретающая благодать пред всеми зрящими ю.