Решил я тогда услаждать свою плоть вином, не отрекаясь, однако, в сердце своем от мудрости, задумал я вникнуть в глупость[3] и понять: что же радует людей в отмеренной им жизни под небесами?
Решил я тогда услаждать свою плоть вином, не отрекаясь, однако, в сердце своем от мудрости, задумал я вникнуть в глупость и понять: что же радует людей в отмеренной им жизни под небесами?