Не умолкну ради Сиона, и ради Иерусалима не успокоюсь, доколе не взойдёт, как свет, правда его и спасение его — как горящий светильник.
Ради Сиона не буду молчать, ради Иерусалима не успокоюсь, пока его праведность не воссияет, как заря, и его спасение — как факел пылающий.
Ради Сиона — не умолкну, ради Иерусалима — не успокоюсь, пока правда его не взойдет, как заря, спасение его — как горящий факел.
Современный перевод РБО
Я не умолкну ради Сиона, не успокоюсь ради Иерусалима, пока не явится его избавление — как яркий свет, его спасение — как пылающий факел!
Ради Сиона не стану молчать, ради Иерусалима не успокоюсь, пока не воссияет, как заря, его избавление[1] и спасение его — как горящий факел.
Не буду молчать ради Сиона и ради Иерусалима не успокоюсь, пока не взойдёт, как свет, его праведность, и его спасение — как горящий светильник.
Люблю Сион и говорить о нём не прекращу, люблю Иерусалим и речь о нём продолжу до тех пор, пока праведность и спасение не засияют пламенным огнём.
Люблю Сион и говорить о нём не прекращу, люблю Иерусалим и речь о нём продолжу, покуда правда и спасение не засияют пламенным огнём.
Ради Сиона не умолкну и ради Иерусалима не допущу, доколе не взойдет, как свет, правда Моя и спасение Мое не разгорится, как светило.
Сїѡ́на ра́ди не ᲂу҆молчꙋ̀ и҆ і҆ерⷭ҇ли́ма ра́ди не попꙋщꙋ̀, до́ндеже и҆зы́детъ ꙗ҆́кѡ свѣ́тъ пра́вда моѧ̀, и҆ спⷭ҇нїе моѐ ꙗ҆́кѡ свѣти́ло разжже́тсѧ.
Сиона ради не умолчу и Иерусалима ради не попущу, дондеже изыдет яко свет правда моя, и спасение мое яко светило разжжется.