Даниил положил в сердце своём не оскверняться яствами со стола царского и вином, какое пьёт царь, и потому просил начальника евнухов о том, чтобы не оскверняться ему.
Но Даниил решил не осквернять себя царской едой и вином и просил у главы придворных разрешения не оскверняться ими.
Современный перевод РБО
Даниил решил, что ничего нечистого — ни царских кушаний, ни царского вина — он и пробовать не станет. И он попросил у начальника евнухов разрешения не есть нечистого.
Даниил решил не оскверняться ни яствами со стола царского, ни вином, какое пил царь.[10] И он попросил главного царедворца избавить его от того, что могло бы его осквернить.
Даниил решил в своём сердце не оскверняться едой с царского стола и вином, которое пьёт царь, и поэтому просил начальника евнухов о том, чтобы ему не оскверняться едой.
Даниил не хотел есть пищу и пить вино с царского стола, чтобы не оскверниться. Поэтому он попросил Асфеназа, чтобы тот разрешил ему не осквернять себя этой едой.
Даниил не хотел есть пищу и пить вино с царского стола, чтобы не оскверниться. Поэтому он попросил Асфеназа, чтобы тот разрешил ему не осквернять себя этим.
Даниил положил в сердце своем не оскверняться царским кушаньем и вином со стола его; и просил начальника евнухов, чтобы не доводил его до осквернения.
И положил Даниил в сердце своем не оскверняться (пищею) от царского стола и вином, которое он пил, и просил старейшину евнухов, чтобы не оскверняться ему.
И҆ положѝ данїи́лъ на се́рдцы свое́мъ, є҆́же не ѡ҆скверни́тисѧ ѿ трапе́зы царе́вы и҆ ѿ вїна̀ питїѧ̀ є҆гѡ̀, и҆ молѝ старѣ́йшинꙋ є҆ѵнꙋ́хѡвъ, ꙗ҆́кѡ да не ѡ҆скверни́тсѧ.
И положи Даниил на сердцы своем, еже не осквернитися от трапезы царевы и от вина пития его, и моли старейшину евнухов, яко да не осквернится.