Источник: Опровержение на защитительную речь злочестивого Евномия. Книги IV-V.
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
Сего ради не можаху веровати, яко паки рече Исаиа
Сего ради (δια τουτο) — опять указывает не цель, а то, что должно произойти в будущем, именно — что люди не могли уверовать, или лучше — не захотели уверовать; а если бы захотели, то, конечно, уверовали бы. Или — не можаху потому, что им препятствовали их лукавство и ослепление. Но что же еще сказал Исаия?
Лопухин А.П. (1852−1904)
Ст. 39−40 Потому не могли они веровать, что, как еще сказал Исаия, народ сей ослепил глаза свои и окаменил сердце свое, да не видят глазами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их
Kакая же причина такого печального и для многих непонятного явления, как неверие народа, который давно уже приготовлялся к принятию Мессии? Потому, отвечает евангелист, не могли (древние греческие толкователи выражение «не могли» заменяли выражением «не хотели», но такая замена не находит основания в самих словах пророка, которые приведены далее) веровать во Христа, что, как говорил Исайя, это народ крайне упорный в своем понимании тех задач, какие должен был осуществить Мессия. Иудеи упорно не хотели уразуметь своей духовной немощи, в которой они находились по причине своих грехов. Они не находили нужды в Мессии как духовном Спасителе и Исцелителе. Поэтому-то они и не обратились ко Христу.
Евангелист приводит здесь место из книги Исайи (Ис 6:9−10) по переводу Семидесяти, как приведено это место уже у синоптиков (Мф 13:14−15 и параллельные места). Но наш русский перевод не совсем точно передает греческий текст: вместо «очи их» он читает «глаза свои» и к глаголу «ослепил» присоединяет подлежащее «народ сей», тогда как этого выражения в греческом тексте не находится. Правильнее и ближе к греческому подлиннику славянский перевод: «ослепи, т. е. ослепил очи их» и т.д. Согласно этому переводу, подлежащим к слову «ослепил» нужно признать слово «Бог» или «Господь», находящееся в 38-м стихе («Господи!»), и весь стих получает такой смысл: Бог — в наказание за то, что иудеи с самого начала выступления Христа с проповедью Евангелия в Иудее (Ин 2:13−14) обнаружили нежелание верить во Христа — ослепил их очи и окаменил их сердца или, иначе сказать, ожесточил их, чтобы они не уразумели и смысла дел Христовых. Впрочем, как замечает блаженный Августин, «Бог ожесточает не так, чтобы внушал упорство, а только отнимая у человека Свою благодать. Он затрудняет спасение в том смысле, что Сам не посылает облегчения, и ослепляет тем, что не просвещает».
«Чтобы Я исцелил их». Так как мы видели, что подлежащим при глаголе «ослепил» нужно поставить слово «Бог», то ясно, что здесь под выражением «Я» евангелист не мог разуметь Бога — тогда бы нужно сказать, по требованию конструкции, «Он» исцелил — а разумел Христа Спасителя и Целителя. Таким образом, весь стих получает как бы характер жалобы, которую Христос приносит на Свой народ. «Народ этот, — как бы так говорит Христос, — прогневал своим упорным нежеланием слушать Меня Моего Отца Небесного, и Отец Мой за это отнял у него Свою благодатную помощь, которая необходима человеку для того, чтобы он мог уразуметь Мои дела, рассмотреть их как должно. Если бы народ не впал в такое ожесточение, то он мог бы получить от Меня исцеление или спасение, теперь же все кончено!»