Рыдает сердце моё о Моаве; бегут из него к Сигору, до третьей Эглы; восходят на Лухит с плачем; по дороге Хоронаимской поднимают страшный крик;
Плачет сердце мое о Моаве (жители его бегут к Цоару, к Эглат-Шлешии). Поднимаются они на Лухит и на ходу плачут; на дороге, ведущей в Хоронаим, поднимают плач о разорении.
Стонет сердце мое о Моаве: бегут из него в Цоар и до самой Эглат-Шелишьи, рыдая, поднимаются в Лухит и на дороге в Хоронаим о своей погибели плачут.
Современный перевод РБО
О Моаве рыдает сердце мое! Моавские беженцы пришли в Цо́ар, в Эгла́т-Шелишию. Плача, восходят они по лухитскому подъему, на дороге в Хорона́им рыдают о своей беде.
Скорбит[7] сердце мое о Моаве: бегут из него беженцы в Цоар и до самой Эглат-Шелишии, рыдая, в Лухит поднимаются; и на дороге в Хоронаим о своей погибели вопиют.
Моё сердце рыдает о Моаве, бегут из него до Цоара к Сигору до третьей Эглы, поднимаются с плачем на Лухит. По дороге в Хоронаим поднимают страшный крик,
Плачет сердце моё, скорбя по Моаву, все спасаться бегут в Сигор и Эглу, люди плачут на горной дороге в Лухит и на дороге в Оронаим.
Плачет сердце моё, скорбя по Моаву, все спасаться бегут в Сигор и Эглу, люди плачут на горной дороге в Лухит и на дороге в Хоронаим.
Сердце Моавитской земли вопиет в ней до Сигора, ибо она — трехлетняя юница218. Поднимаясь на Луиф, с плачем взойдут к тебе путем Арониимским и будут вопить: трепет и страх.
Се́рдце мѡаві́тїды вопїе́тъ въ не́й да́же до сигѡ́ра: ю҆́ница бо є҆́сть трилѣ́тна. Въ возше́ствїи же лꙋі́ѳа къ тебѣ̀ пла́чꙋщесѧ взы́дꙋтъ пꙋте́мъ а҆рѡнїи́млимъ: вопїе́тъ сотре́нїе и҆ трꙋ́съ.
Сердце Моавитиды вопиет в ней даже до Сигора: юница бо есть трилетна. В возшествии же Луифа к тебе плачущеся взыдут путем Арониимлим: вопиет сотрение и трус.