И было возвещено дому Давидову и сказано: Сирияне расположились в земле Ефремовой; и всколебалось сердце его и сердце народа его, как колеблются от ветра дерева в лесу.
Дому Давида возвестили: «Арам заключил союз с Ефремом»[23], и сердца у Ахаза и у его народа затрепетали, как деревья в лесу трепещут от ветра.
Когда до Давидова дома дошла весть, что сирийцы соединились с ефремлянами, затрепетало сердце и у царя, и у всего народа, как деревья трепещут на ветру.
Современный перевод РБО
Когда людям Давидова дома возвестили, что войско Арама уже стоит в земле Ефре́ма, их сердца и сердца всего народа затрепетали, как деревья в лесу при порыве ветра.
Между тем, когда весть о том, что сирийцы соединились с ефремлянами[2] и что они уже близко, дошла до дома Давидова, затрепетало сердце у царя и у всего народа, как трепещут деревья на ветру.
Дому Давида сообщили: «Сирийцы расположились в земле Ефрема», — и его сердце и сердце его народа затрепетало, как трепещут деревья в лесу от ветра.
И семье Давида была весть: сирийская армия и войско Ефрема объединились вместе и разбили общий лагерь. Услышав эту весть, Ахаз и его люди испугались и затряслись словно деревья под порывами ветра.
И семье Давида была весть: армия Сирии и армия Ефрема объединились вместе и разбили общий лагерь. Услышав эту весть, Ахаз и его люди испугались и заколебались, словно деревья под порывами ветра.
И возвестили дому Давидову, говоря: согласились Арам с Ефремом, и поколебалась душа его и душа народа его, как дерево в лесу колеблется от ветра.
И҆ возвѣсти́сѧ въ домꙋ̀ даві́довѣ, глаго́лѧ: совѣща́сѧ а҆ра́мъ со є҆фре́момъ, и҆ ᲂу҆жасе́сѧ дꙋша̀ є҆гѡ̀ и҆ дꙋша̀ люді́й є҆гѡ̀, ꙗ҆́коже въ дꙋбра́вѣ дре́во вѣ́тромъ восколе́блетсѧ.
И возвестися в дому Давидове, глаголя: совещася Арам со Ефремом, и ужасеся душа его и душа людий его, якоже в дубраве древо ветром возколеблется.