довольно для ученика, чтобы он был как учитель его, и для слуги, чтобы он был как господин его. Если хозяина дома назвали веельзевулом, не тем ли более домашних его?
Пусть ученик будет доволен, если достигнет положения своего учителя, и слуга — положения своего господина. Если хозяина дома называют Веельзевулом, то тем более домашних его.
Для ученика достаточно стать подобным Учителю, для раба — подобным Господину. И если хозяина дома назвали Веельзевулом, тем более это относится к его домочадцам.
Современный перевод РБО
С ученика довольно стать таким, как учитель, со слуги — таким, как господин. А если хозяина дома зовут Вельзевулом, разве не хуже еще скажут о всех домочадцах?
Довольно для ученика разделить участь учителя своего, и для раба — своего господина. Если хозяина дома назвали Веельзевулом,[10] то тем более — домочадцев его.
Достаточно для ученика, чтобы он стал, как его учитель, и для слуги, чтобы он стал, как его господин. Если хозяина дома назвали Веельзевулом, то разве не назовут его домашних ещё хуже?
Ученик должен быть доволен, если уподобится своему учителю, а слуга должен быть доволен, если уподобится своему господину. Если Меня, главу дома назвали Вельзевулом, то ещё худшие имена дадут вам, членам Моей семьи!»
Ученик должен быть доволен, если уподобится своему учителю, а слуга должен быть доволен, если уподобится своему господину. Если главу дома назвали вельзевулом, то ещё худшие имена дадут членам его семьи!
достаточно для ученика, чтобы он стал, как учитель его, и раб — как господин его. Если хозяина дома прозвали Веельзевулом, тем более — домашних его.
Для ученика достаточно и того, если он станет как его учитель, а для слуги — если он станет как его господин. Если хозяина дома назвали Вельзевулом, то его домашних тем более обзовут.
Ученику довольно сравняться с учителем, рабу — сравняться с господином. Хозяина дома прозвали Беэл-Зевулом — о его домочадцах скажут и худшее.
Достаточно для ученика того, что он становится подобным своему раби, и раб — подобным своему хозяину. Итак, если люди назвали главу дома Веельзевулом, то насколько же злобнее будут клеветать они на домашних его!
Достаточно, чтобы ученик стал подобен учителю его, а раб — господину его. И если хозяина дома прозвали веельзевулом,2 то тем более это относится к домашним его.
Довольно для ученика, чтобы онъ былъ, какъ учитель его, и для раба, чтобы онъ былъ, какъ господинъ его. Естьли хозяина дому назвали Веелзевуломъ; кольми паче домашнихъ его?
Довольно для ученика, чтобы он стал, как учитель, и слуга — как его господин. Если хозяина дома прозвали Вельзевулом, то уж домочадцев его и подавно.
В крайнем случае ученик может сравняться с учителем, а слуга — с хозяином. Если главу дома люди зовут Вельзевулом, то чего только они не скажут о его домочадцах.
довьлеть ученику. да будеть яко учитель. и рабу да будеть яко господь его. аще господина дому. вельзевула нарекошя. кольми паче домашьняя его.
довлѣ́етъ ᲂу҆ченикꙋ̀, да бꙋ́детъ ꙗ҆́кѡ ᲂу҆чи́тель є҆гѡ̀, и҆ ра́бъ ꙗ҆́кѡ госпо́дь є҆гѡ̀. А҆́ще господи́на до́мꙋ веельзевꙋ́ла нареко́ша, кольмѝ па́че дома̑шнїѧ є҆гѡ̀;
Довле́ет ученику́, да бу́дет я́ко учи́тель его́, и раб я́ко госпо́дь его́. А́ще господи́на до́му веельзеву́ла нареко́ша, кольми́ па́че дома́шния его́?