Горе тебе, Хоразин! горе тебе, Вифсаида! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они, сидя во вретище и пепле, покаялись;
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Ведь если бы в Тире и Сидоне были совершены те же чудеса, что в вас, то они бы давно раскаялись, одевшись в рубище и сидя в пепле.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Если бы в Тире и Сидоне явлена была та же сила, что и у вас, давно бы они раскаялись в рубище и пепле!
Современный перевод РБО
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Если бы в Тире и Сидоне свершились те чудеса, какие свершились у вас, они давно, сидя в рубище и пепле, раскаялись бы.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Ведь если бы в Тире и Сидоне были совершены те чудеса,[6] что и у вас, давно бы покаялись они, во власяницы облачившись и пеплом посыпав головы свои.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Потому что если бы в Тире и Сидоне были явлены чудеса, совершённые у вас, то они давно, сидя в траурной одежде и пепле, покаялись бы.
«Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида, потому что если бы в Тире и Сидоне произошли те чудеса, которые Я сотворил для вас, они бы давно уже покаялись и надели власяницы, посыпав свои головы пеплом.
"Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида, потому что, если бы в Тире и Сидоне произошли те чудеса, которые Я сотворил для вас, они бы давно уже покаялись и сидели в рубищах и пепле.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Ибо, если бы в Тире и Сидоне были совершены чудеса, совершившиеся в вас, то давно бы они, сидя в рубище и пепле, покаялись.
— Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Потому что если бы в Тире и Сидоне были совершены те же чудеса, что в тебе, то они бы давно раскаялись, одевшись в дерюгу и сидя в пепле.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Бет-Цайда! Если бы деяния, совершенные у вас, были бы совершены в Тире и Сидоне, они давно бы уже, в рубище и пепле, раскаялись.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Ведь если бы чудеса, совершённые в тебе, были сотворены в Тире и Сидоне, они бы давно уже оделись в грубые одежды и посыпали головы пеплом в знак того, что изменили свои пути.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Если бы Тиру и Сидону довелось видеть чудеса, явленные вам, они уже давно покаялись бы в рубище и пепле.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Если бы чудеса, совершенные в вас, были совершены в Тире и Сидоне, они давно бы уже в печали и скорби покаялись.
Горе тебѣ, Хоразинъ! горе тебѣ, Виѳсаида! ибо естьли бы въ Тирѣ и Сидонѣ явлены были силы, явленныя въ васъ; давно бы, сидя во вретищѣ и пепелѣ, покаялись.
Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! Ведь если бы в Тире и Сидоне совершены были чудеса, какие совершились у вас, то они давно бы принесли покаяние, сидя в рубище и пепле.
Го́ре тебѣ̀, хоразі́не, го́ре тебѣ̀, виѳсаі́до: ꙗ҆́кѡ а҆́ще въ тѵ́рѣ и҆ сїдѡ́нѣ бы́ша си̑лы бы́ли бы́вшыѧ въ ва́ю, дре́вле ᲂу҆́бѡ во вре́тищи и҆ пе́пелѣ сѣдѧ́ще пока́ѧлисѧ бы́ша:
Го́ре тебе́, Хорази́не, го́ре тебе́, Вифсаи́до, я́ко а́ще в Ти́ре и Сидо́не бы́ша си́лы бы́ли бы́вшия в ва́ю, {вас}дре́вле у́бо во вре́тищи и пе́пеле седя́ще пока́ялися бы́ша.