В городе люди стонут, и душа убиваемых вопит, и Бог не воспрещает того.
Стонут в городе умирающие, и зовут на помощь уста израненных. Но Бог не замечает несправедливости.
В городе — стон умирающих, и раненые о помощи взывают, но Бог их молитв не замечает!
Современный перевод РБО
В городе — стон умирающих, и раненые о помощи взывают, но Бог их молитв не замечает!
Стонут в городе люди,[7] взывают израненные о помощи, но ничего худого в том Бог не видит.[8]
В городе стонут люди, кричит душа убиваемых, и Бог этого не замечает.
Над городом разносятся стоны умирающих, и души раненых молят им помочь. Однако Господь не слышит вопли их.
Над городом — стоны умирающих, и души раненых молят помочь. Но Господь оставляет это зло без наказанья.
Слышны стоны людей из города, и душа убиваемых вопиет, и Бог не смотрит на моление.
Изъ городов и жилищ своих (люди) бывают изгоняемы516, и душа младенцев громко стонет. Почему же Бог не посещает их?
Из города стоны людей слышны, и души убиваемых на помощь зовут; и этого не прекратит Бог!
В городе — стоны раненых, кричат убиваемые. И Бог не заступится!
И҆̀же и҆з̾ гра́да и҆ и҆з̾ домѡ́въ свои́хъ и҆згони́ми быва́хꙋ, дꙋша́ же младе́нцєвъ стенѧ́ше вельмѝ: бг҃ъ же почто̀ си́хъ посѣще́нїѧ не сотворѝ;
Уже из града и из домов своих изгоними бываху, душа же младенцев стеняше вельми: Бог же почто сих посещения не сотвори?