Лопухин А.П. (1852−1904)
Ст. 30−32 Когда он сказал это, царь и правитель, Вереника и сидевшие с ними встали; и, отойдя в сторону, говорили между собою, что этот человек ничего, достойного смерти или уз, не делает. И сказал Агриппа Фесту: можно было бы освободить этого человека, если бы он не потребовал суда у кесаря. Посему и решился правитель послать его к кесарю
Царь и правитель… встали — не потому, что Павел сказал все, но — чтобы прекратить столь пытавшее совесть царя слово апостола, встает Агриппа, и за ним правитель и все сидевшие с ними. Как бы то ни было, общее впечатление защиты апостола оставалось благоприятным. Любопытно, что Фест и Агриппа, признав Павла не сделавшим ничего достойного не только смерти, но и уз; все-таки посылают его к Кесарю, ссылаясь на то, что Павел требовал суда Кесаря. Но ведь это требование имело силу дотоле, доколе находили виновным Павла. Теперь, когда эта виновность торжественно снималась с Павла, он имел право на свободу, без отсылания к Кесарю. Очевидно, и Фест, и Агриппа не совсем искренно желали освобождения Павла, или, по меньшей мере, показали себя бездушными и мелочными формалистами, строго соблюдающими закон, который так легко мог быть обращен и тут в пользу Павла, стоило только спросить последнего, настаивает ли он на суде Кесаря, когда его совершенно готов освободить суд прокуратора? Ответ был бы, конечно, один: настаивать не для чего, достаточно освободить.
Отшедши в сторону — anacwrhsanteV, отойдя, удалившись, очевидно, в другую комнату, а не в сторону только той, где происходило собрание.
Ничего достойного смерти или уз не делает.
Настоящее время — не делает — выражает оценку бездеятельности Павла, доколе он действует по высказанным им религиозным началам Важное и ценное признание, усугубляющее непоследовательность отправления Павла еще на суд Кесаря.