как он вошёл в дом Божий и ел хлебы предложения, которых не должно было есть ни ему, ни бывшим с ним, а только одним священникам?
Он вошел в дом Божий и ел священный хлеб[74] [75], который нельзя было есть ни ему, ни его людям, но только священникам[76].
Как вошел он в дом Божий, как ел освященные хлебы — их не положено было есть ни ему, ни его спутникам, а только священникам?
Современный перевод РБО
Что он вошел в дом Божий и ел жертвенный хлеб, который нельзя было есть ни ему, ни его людям, а одним только священникам?
Как вошел в Божий Дом он и ел тот хлеб, что кладут перед Богом, хлеб, который нельзя было есть ни ему, ни тем, кто был с ним, а только священникам?
Как он вошёл в дом Бога и ел лежащий перед ним хлебы предложения, который нельзя есть ни ему, ни тем, кто был с ним, но только одним священникам.
Он вошёл в дом Божий и съел хлебы, принесённые в дар Богу, хотя это и было запрещено законом и ему, и тем, кто был с ним. Только священникам разрешалось их есть.
Он вошёл в храм Божий и съел священные хлебы, принесённые в дар Богу, хотя это и было запрещено законом и ему, и тем, кто был с ним. Только священникам разрешалось их есть.
Как он вошел в дом Божий, и они съели хлебы предложения, которых нельзя было ни ему есть, ни сопровождавшим его, а одним только священникам?
Они вошли в дом Божий и ели освященный хлеб, который разрешалось есть только священникам.
Они вошли в Дом Божий и ели жертвенный хлеб, который можно есть только священникам.
Он вошёл в Дом Божий и ел Хлеб Присутствия, что было запрещено делать как ему, так и его спутникам, — это позволяется только священникам.
Он вошел в Божий Дом и ел жертвенный хлеб, хотя этот хлеб нельзя было есть ни ему, ни его людям. Едят только священники.
Как вошел он в дом Божий2 и ел священный хлеб,3 который не позволено было есть ни ему, ни тем, кто был с ним, а только священникам?
какъ онъ вошелъ въ домъ Божій, и ѣлъ хлѣбы предложенія, которыхъ не должно было ѣсть ни ему, ни бывшимъ съ нимъ, а только однимъ священникамъ?
как он вошел в Дом Божий, и они вкушали жертвенные хлебы, которых не дозволено было вкушать ни ему, ни людям его, а одним только священникам?
ка́кѡ вни́де въ хра́мъ бж҃їй и҆ хлѣ́бы предложе́нїѧ снѣдѐ, и҆́хже не досто́йно бѣ̀ є҆мꙋ̀ ꙗ҆́сти, ни сꙋ́щымъ съ ни́мъ, то́кмѡ і҆ере́ємъ є҆ди̑нымъ;
Ка́ко вни́де в храм Бо́жий и хле́бы предложе́ния снеде́, и́хже не досто́йно бе ему́ я́сти, ни су́щим с ним, то́кмо иере́ем еди́ным?