В искушении никто не говори: «Бог меня искушает»; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого,
Когда вас постигает искушение, не говорите: «Это Бог меня искушает». Бог Сам не может быть искушен злом и не искушает никого.
В искушении пусть никто не говорит: «Это Бог меня искушает». Бог неискушен во зле и Сам никого не искушает.
Современный перевод РБО
И пусть никто не говорит, подвергшись испытанию: «Это Бог меня искушает». Бога нельзя искусить злом, и Он никого не искушает,
В искушении пусть никто не говорит: «Бог послал мне искушение». Невозможно искусить злом Бога, но и Сам Он никого им не искушает.
Когда приходят испытания, пусть никто не говорит: «Бог меня испытывает», — потому что Бог не подвергается испытанию злом и Сам не испытывает никого.
Никто из подвергаемых искушению не должен говорить: «Это искушение послано Богом», потому что Бог не имеет ничего общего со злом и никого не искушает.
Никто из подвергаемых искушению не должен говорить: "Это искушение послано Богом", ибо Бог не имеет ничего общего со злом и никого не искушает.
В искушении пусть никто не говорит: меня искушает Бог. Ибо Бог недоступен искушению злом и Сам не искушает никого.
Когда вас постигает искушение, не говорите: "Это Бог меня искушает". Бог сам не может быть искушен злом и не искушает никого.
В искушении пусть никто не говорит «Меня искушает Бог», — Бог недоступен искушению злом и Сам никого не искушает.
Никто, проходя через искушение, не должен говорить: "я искушаем Богом". Поскольку Бог не может быть искушён злом, и сам Бог никого не искушает.
Когда случается беда, не говори: «Это мне от Бога испытание». Злу и бедам Бог не подвержен и Сам ни на кого беду не насылает.
Во время искушенія никто не говори: Богъ искушаетъ меня; ибо какъ Самъ Богъ не искушается зломъ, такъ и не искушаетъ Онъ никого.
Никто жъ искушаемъ да глаголеть, яко от Бога искушаемъ есмъ • Богъ бо несть искуситель злымъ, и не искушаеть никогоже •
Никто́же и҆скꙋша́емь да глаго́летъ, ꙗ҆́кѡ ѿ бг҃а и҆скꙋша́емь є҆́смь: бг҃ъ бо нѣ́сть и҆скꙋси́тель ѕлы̑мъ {и҆скꙋша́емь ѕлы́ми}, не и҆скꙋша́етъ же то́й никого́же,
Никто́же искуша́емь да глаго́лет, я́ко от Бо́га искуша́емь есмь: Бог бо несть искуси́тель злым, {искуша́ем злы́ми}не искуша́ет же Той ни кого́же.